«На самом деле..»

Чувствовать себя обделённым чем-то или кем-то абсолютно нормально. Но нормально ли то, что наш герой Каллисто, – скучает по той, что сидит напротив?...

* * *

«— Ваше Величество. Почему я вам нравлюсь? Что во мне такого особенного?» «— ...Я тебя люблю, Пенелопа. На этом всё, замудренных чувств у меня на счёт этого попросту нету.» Она задала такой раздражающий вопрос. Зачем спрашивает, если знает что я могу умереть ради неё? Я ехидно усмехнулся и мой взгляд приковался на личике принцессы. На самом деле, мне просто не захотелось рассказывать, почему именно она стала той самой для меня. (да да, на самом деле он стеняется выражать чувства полностью) И дело даже не в том, что словами не объяснить или же и вовсе, то что я неуверен в себе и своих чувствах. Самое сокровенное кроется у меня изнутри, те самые мысли, о которых я с умилением представлял, а потом покачав головой хмурился. Думать, что от одного признания ей в любви зависела вся моя судьба немного напрягает. Тук. Костяшки моих пальцев стукнулись об мой рабочий стол, когда я всё ещё витал в облаках и задумался о том самом вопросе, который задала Пенелопа. — Дерьмо... Почему так тяжело излить всю мою любовь на словах, не смущаясь и без всяких проблем после? Я думал о том вопросе и день, и ночь, пока не смог построить потенциальную блокаду из самых разных объяснений. А если бы не этот недоношенный ублюдок Седрик, то я бы с лёгкостью мог написать это всё на бумагу, а не заниматься хернёй, связанной с этими тупыми аристократами, только и умеющих болтать о всякой дури. Тихо выругавшись, я направился в комнату к Пенелопе, что бы хоть немного отдохнуть от этих дьяволов. Моё желание сказать, что моя любовь к ней вообще не была замудренна было чистой ложью начало возрастать с каждым шагом в её комнату. Она всё ещё моя невеста, хоть я бы и хотел, что бы она скорее стала моей женой. Даже слово, моя жена звучит для меня как непоколебимая мечта. Мечта, которую я собираюсь исполнить в ближайшие 2 года. Я глубоко выдохнул и решился дёрнуть ручку двери, к той самой комнате, где и витает наша любовь. «— Ваше Величеств-?» Чмок-* В яркой комнате послышался звонкий чмок губов. «— И зачем это?» «— Затем, что мне и нахер не нужны эти объяснения насчёт моей любви к тебе. Хватит лишь этого мгновенья.» Я самоуверенно посмотрел на Пенелопу и горько усмехнулся. Так вот какая она, как говорит принцесса, «натура чокнутого психопата». Посмотрев на неё минуту, я крепко обнял хрупкое тельце.