Параллели

С тех пор, как Мо Вэйюй в последний раз видел профессора Чу, прошло три года. Он не признался бы в том даже себе, но в какой-то момент надежда встретить возлюбленного вновь ушла, и всё, что оставалось — жить дальше. Надеяться, что Чу Ваньнин в порядке, где бы он ни был. …Что это было? Разве это мог быть тот Чу Ваньнин, которого Мо Вэйюй знал? “Позже разберусь, — убеждал он себя, — раз уж он здесь, следует вести себя, как ни в чём не бывало…” Впрочем, Мо Жань не успел даже толком додумать эту мысль — человек, откликнувшийся на имя “Чу Ваньнин”, запер его в фотостудии, видимо, запамятовав, что это место они совместно выкупили за год до того, как сам он пропал. Вэйюй всё ещё пребывал в шоковом состоянии, а потому не сразу осознал, что от него банально сбежали. Из всего случившегося напрашивались два вывода: человек, которого он каким-то непостижимым образом только что встретил, либо его не помнил, либо… не был знакомым ему профессором Чу. А это значило, что любые претензии Мо Жаня, также как и вопросы о том, почему тот от него ушёл, были бесполезны — ему не добиться ответа. Сколько времени он представлял, как встретит Чу Ваньнина вновь, и сможет с ним поговорить! Втайне надеялся, что ему выпадет шанс получить ответы — или, по крайней мере, задать мучившие его столько лет вопросы, избавившись от сомнений и непроглядной тоски… хотя бы узнать, почему Ваньнин его покинул, и всё ли у него хорошо. Теперь это было невозможно. Вэйюй не стал гнаться за мужчиной, понимая, что напугал того настолько, что тот просто решил побыстрее уносить ноги. Парень выглянул в окно, чтобы понаблюдать за улицей и понять, приехал ли Ваньнин сам, и куда направляется дальше — впрочем, праздно потратив полчаса, Мо Жань всё-таки сдался. Двойника профессора Чу он так и не сумел увидеть на выходе. Значит, этот человек бывал в здании не раз, и, вероятно, знал про подземную парковку?.. Мо Жань нахмурился. Чем больше он об этом всём думал, тем сильнее ему становилось не по себе. — …А-Жань? Он обернулся на звук открывающейся двери. Ши Мэй встретил его вежливой улыбкой. — Ты закрылся… что-нибудь случилось?— он осмотрелся по сторонам, повертев головой, словно диковинная птица. — Профессор Чу ушёл так быстро… — Ты его видел? — Мо Вэйюй заставил себя говорить ровно и бесстрастно. Не хватало ещё, чтобы Ши Минцзин снова обнаружил его в разбитом состоянии, как было три года назад. — Видел, — Ши Мэй не стал никак продолжать фразу, пронзительный взгляд цвета персиков колол, словно осиное жало. Он будто ждал, когда же Вэйюй начнёт расспросы — как хищник в засаде. — Ясно… — Вэйюй решил не поддаваться на провокацию. — Не думал увидеть вас снова вместе, — добавил Ши Мэй, а затем резко сменил тему. — Так что, съемки сегодня не будет? Твой контракт с косметический фирмой… — К чёрту. Настроения нет, перенесу. Ши Мэй пожал плечами — он давно перестал скрывать, что осуждает Мо Жаня за его бестолковую манеру обращаться с клиентами, как с мусором. Он не собирался ничего говорить, но Мо Жань видел по прохладному выражению лица друга, что тот явно не в восторге от очередного переноса. — С этой фирмой имел дело Чу Ваньнин. Его нет, как видишь. Что прикажешь делать? Я — не он, — Вэйюй развёл руками. — Мы не останемся без клиентов, расслабься. — Я думал, визит профессора Чу имел что-то общее с вашим совместным бизнесом? — Ши Минцзин покачал головой. — Впрочем, это не моё дело. Я так понимаю, съемки не будет, и я могу быть свободен. Нет, Мо Вэйюю не показалось — Ши Мэй совершенно точно приправил свой мягкий голос ровно такой толикой яда, чтобы не вызвать у собеседника желания огрызнуться, но задеть. Если бы он не был таким бесподобным ретушёром и не оказался едва ли не единственным ассистентом, способным терпеть отвратный характер Вэйюя, давно бы уже остался без работы… Хотя ему и самому это наверняка было отлично известно. — Да, можешь идти, — Мо Вэйюй поморщился. Его раздражало, что Ши Мэй был прав — ему действительно хотелось сейчас побыть в одиночестве, и он тайно радовался уходу въедливого паренька… вот только неимоверно бесило, что осознал он это позже, чем понял сам Ши Минцзин. — Тогда… хорошего вечера? — кивнув напоследок, Ши Мэй наконец ушёл. “Ну, за*бись…” Мо Вэйюй уныло сел на подоконник — больше не было необходимости делать вид, словно всё в порядке, и появление двойника профессора Чу его не потрясло. Потёр переносицу, в который раз пытаясь осознать, что Чу Ваньнин, которого он видел сегодня, совершенно точно не был его возлюбленным — этот человек был похож на профессора Чу, словно брат-близнец, но во всём остальном действительно отличался. Возможно ли вообще было их спутать — тем более, человеку, некогда знавшему профессора, как никто, делившему с ним кров и постель не один год? Нет. Мо Вэйюй задумался. Кем всё-таки был этот человек, и какова была его цель? Откуда он узнал о студии, и почему его кофр выглядел так, словно в нём было фотооборудование, принадлежавшее профессору? Вэйюй хотел бы всё это выяснить — вот только всё ещё не придумал, как. В какой-то момент поддавшись импульсу, он достал телефон, собираясь в который раз написать профессору Чу вникуда о случившемся, как делал уже много раз — не получая толком ответа… однако его внимание привлекло уведомление совершенно иного рода. “Пользователь Yuheng восстановил свой профиль.” Мо Вэйюй недоверчиво потёр лоб. Теперь он уж и вовсе перестал понимать, какого хр*на происходило вокруг — он никогда не был зависимым от смартфона человеком, а потому, разумеется, пропустил уведомление, пришедшее ещё полдня назад. Он хорошо помнил, что профессор Чу после исчезновения пропал ещё и из всех социальных сетей, его страницы оказались снесены под чистую — однако по всему выходило, что в приложении спустя столько лет он объявился снова, ещё и под тем же никнеймом?.. Впрочем, Мо Вэйюй, едва открыв профиль мужчины, понял, с чем это могло быть связано — наверняка всё дело было в появлении двойника. Он обхватил виски, пытаясь собраться и в конце концов решиться написать мужчине, или оставить уже всё, как есть… в конечном итоге, он так ничего и не придумал лучше, чем свайпнуть профиль вправо, поставив лайк. По крайней мере, это не требовало никаких дополнительных усилий, и никто из них не окажется в неудобном положении. Мо Жань не хотел выглядеть так, словно навязывается — он сам не знал, чего собирался этим добиться. “Ты знаешь, что это не он — так зачем всё это? — грыз он себя. — Считаешь, что человек, сбежавший от тебя в панике, ответит тебе хоть что-то? Серьёзно?..” …Спустя пару часов, уже вернувшись к себе домой, он снова рискнул взглянуть на уведомления. “Пользователь Yuheng образовал с вами пару.” Мо Вэйюй на секунду ощутил, как жар приливает к груди. Сердце мягко затрепетало. YH: “Здравствуй.” Парень отложил телефон — буквально заставил себя это сделать. Его руки дрожали, а голова сделалась странно лёгкой. Казалось, все мысли в одну секунду испарились. Мо Вэйюю следовало признаться самому себе, что он понятия не имел, что же ему делать теперь — когда человек, намеренно избегавший общения с ним пару часов назад, сам решил завязать общение. Мо Жань нервно закусил губу, напоминая себе в который раз, что этот Чу Ваньнин — сама странность. Аномалия. Его мало что удивляло после исчезновения профессора Чу, но чтоб встретить его двойника… ещё и вот так вот запросто? Непостижимо!.. …Короткий выброс дофамина закончился так же быстро, как и начался, потому что Вэйюй наконец осознал: он понятия не имеет, что же написать незнакомцу. Он уже успел испортить о себе впечатление при первой встрече, напугав — где гарантия, что тот снова не сбежит, но на этот раз сделает это, заблокировав собеседника? «Но он написал тебе первым, — попытался убедить себя Вэйюй снова и снова. — Хорошо бы ответить хоть что-нибудь.» В итоге он раз десять начинал что-то набирать, но в итоге останавливался и всё удалял. «Так не годится…» В голове внезапно щёлкнуло, что этот Чу Ваньнин, должно быть, написал ему сам, потому что ему было что-то нужно от Мо Жаня — следовательно, он, так или иначе, продолжит писать, и Вэйюй всё в конце концов и так узнает. Он усмехнулся, намеренно откладывая телефон подальше. Все эти три года он ждал возвращения профессора Чу — неужели не сможет подождать, пока его двойник не сообразит задать интересующий его вопрос?.. …Впрочем, этот странный лже-Ваньнин, похоже, никуда не торопился. Мо Вэйюй продолжал лежать в постели с постепенно затухающей улыбкой, а затем с кислым лицом. Ему всё мерещился на подушке тонкий запах яблоневых цветов — словно в насмешку над ним, он витал где-то в воздухе манящей свежестью апрельских сумерек, но при этом оставался недостижимым. Вэйюй решился заменить постель свежей — просто потому что не мог этого больше выносить. Профессора Чу здесь не было три года. Каким образом он мог галлюцинировать так сильно, что начал воспринимать даже такие мелочи, как смутный запах на подушке? Между тем, из-под зашторенных окон пробились рассветные блики, и телефон, отброшенный на время в сторону, мерно загудел, оживая на полу новым сообщением. YH: “Прошу прощения, что так быстро ушёл.” YH: “Мне не следовало Вас закрывать в фотостудии.” Мо Вэйюй недоверчиво уставился на всплывающие одно за другим сообщения в окне чата. YH: “Мне показалось, Вы приняли меня за другого человека, и я не знал, как лучше всё это объяснить.” Мо Жань скривился. Если бы мужчина хотел, он бы нашёл способ дать хоть какие-то объяснения происходящему, но он попросту предпочёл уйти. Впрочем, выслушать этого человека было по-прежнему важно — раз ему было известно о том, что его путают с профессором Чу, вероятно, он мог знать что-то и о самом профессоре и его местонахождении… “Ты общаешься с ним только ради этого, — напомнил сам себе Мо Вэйюй. — Тебе нужны твои ответы.” Он медленно выдохнул, набирая сообщение. TxJ: “Всё в порядке. Я понял, что ты — не он.” Теперь уже настала очередь Чу Ваньнина перестать набирать текст. Он, казалось, забыл, что именно хотел написать, и теперь просто ждал продолжения. TxJ: “Прошло три года, как я видел его в последний раз.” Мо Вэйюй решил тоже подождать какого-либо ответа, и на этот раз Ваньнин действительно написал ему. YH: “Не ты один его ищешь. К сожалению, я не имею представления, где он, но время от времени мне встречаются люди, знавшие его.” YH: “Это странно, но, полагаю, я пользуюсь его мобильным телефоном, и я понятия не имею, как он ко мне попал.” Вэйюй нахмурился. Либо Чу Ваньнин врал — и это было первым, что можно было заподозрить, исходя из всего известного. Либо… он действительно оказался заложником ситуации. TxJ: “Как долго у тебя его телефон?” Чу Ваньнин явно колебался, прежде чем ответить, но в итоге всё-таки написал. YH: “Пару лет… может, больше. Я не могу сказать точнее, потому что лишь теперь осознал, что он мог быть у меня всё это время…” TxJ: “Значит, три года?” На это уже никакого ответа не последовало — впрочем, иного Мо Жань и не ожидал. Подперев голову рукой, он вдруг понял, что будет полным идиотом, если позволит себе делать какие-либо выводы, исходя из одних лишь подозрений. TxJ: “Я хотел бы встретиться с тобой. Это возможно?” Он решил попытать счастья. YH: “Я не вижу в этом смысла.” Что же, ответ был более, чем предсказуем. Вэйюй в который раз вздохнул, наконец приходя к пониманию, что, если этот человек действительно не знал, что происходит, и каким образом у него оказался чужой телефон и, вероятно, фотокамера, едва ли он верил Мо Вэйюю больше, чем тот ему. YH: “Если считаешь, что мне стоит вернуть фотоаппарат, я сделаю это.” Сказанного было достаточно, чтобы Вэйюй понял, что его догадка относительно кофра была вполне справедливой. Он почесал затылок, размышляя, насколько правильно будет использовать этот повод как возможность встретиться. Он вдруг подумал, что этот фотоаппарат ведь всё время был в его квартире, на виду. Так с какой, спрашивается, стати он вдруг оказался у двойника профессора? Выходило, тот побывал у него в доме?.. Вэйюй заозирался по сторонам, застигнутый врасплох этой странной мыслью, прекрасно понимая, что до того, как они с профессором съехались, эти апартаменты принадлежали именно профессору Чу Ваньнину. Если Чу Ваньнин был у него дома и забрал чужой фотоаппарат, по ошибке приняв за свой, возможно ли было, что он посчитал эту квартиру своей?.. Это была странная догадка, не лишённая, впрочем, смысла. Ваньнин знал всё о фотостудии, у него был даже ключ от неё — он словно всё это время жил в неком параллельном мире, если такое вообще было возможно… Мо Жань тряхнул головой. Если этот Ваньнин действительно каким-то непостижимым образом когда-то мог жить в этой квартире… где же он ночевал теперь? “Да хрен там он здесь жил… ерунда всё это.” Вэйюй отбросил эту неловкую догадку, понимая, насколько абсурдно было даже думать о таком. И, всё же, тот неуловимый знакомый запах на простынях… Он снова покосился на чат. Что ему следовало ответить на предложение Чу Ваньнина вернуть фотокамеру? TxJ: “Как у тебя оказались вещи профессора Чу?” Он знал, что простого ответа на этот вопрос не будет, а потому тут же дополнил: TxJ: “Не важно. Ты знаешь, где я живу? Если боишься, что я узнаю, где ты, ты можешь прийти сам и всё принести.” Чу Ваньнин с ответом всё ещё не торопился — прошло несколько минут, прежде чем снова всплыло уведомление о том, что мужчина что-то набирал. YH: “Эта вещь тебе дорога?” Мо Вэйюй замер. Он продолжал бездумно смотреть на сообщение, погружаясь в воспоминания. Разумеется, все фото с карты памяти он давно скопировал на другой носитель. Но вот фотоаппарат… с ним было связано много воспоминаний. Это был добротный Canon 6D Mark — его профессор Чу брал с собой во все поездки — не важно, на выходные или в отпуск. Фотоаппарат был словно частью его самого, которая оставалась всё это время с Мо Жанем рядом. Вэйюй намеренно не очищал память от последних фотографий, потому что на них были безмятежные кадры, сделанные им самим в последний их совместно проведённый день: на них был Чу Ваньнин, уснувший на полуденном солнце, раскрасневшийся от поцелуев и недавних изнурительных ласк. Мо Жань старался не пересматривать эти фото — от них у него всякий раз царапал горло ком. Всякий раз, глядя на эти снимки, он вспоминал, что именно в тот день видел профессора Чу в последний раз. Как раз накануне его исчезновения. Иногда ему начинало казаться, что, если он всмотрится как следует в это бледное алебастровое лицо на фото, он сможет отыскать ответ, что же случилось, но… он всё ещё не находил в себе должную смелость. Он боялся понять, что в тот самый день Чу Ваньнин на самом деле уже знал, что уйдёт. Знал — и позволял себе улыбаться сквозь сон, пока солнце щекотало его длинные ресницы. Шептал шутливо-сердито, чтобы Вэйюй прекратил его целовать в шею и затылок, потому что это слишком непривычно и щекотно… за пару лет его Ваньнин так и не привык к внезапным прикосновениям, и всякий раз возмущался, словно всё происходило впервые. Мо Жань закрыл глаза, пытаясь отстраниться от болезненных воспоминаний. Всё это было в прошлом — и он научился жить без профессора Чу. Что он мог ответить на вопрос другого Чу Ваньнина, явившегося из ниоткуда и ничего не знавшего ни о тех чувствах, которые были между ним и его двойником, ни о той слепой привязанности, от которой у Мо Жаня, бывало, замирало сердце, когда он наблюдал за тем прежним профессором Чу?.. Что он в целом мог знать об их отношениях?.. Вэйюя начинала разбирать запоздалая злоба. Была ли ему действительно дорога фотокамера? Он потерял человека, который был его душой. Причём здесь был еб*ный фотоаппарат?! Он с трудом взял себя в руки, набирая ответ. TxJ: “Буду рад, если ты занесёшь всё сегодня.” В диалоге он не выдал себя ничем, но внутри него с той самой первой встречи в фотостудии уже скрипел тонкий лёд вежливости, едва сдерживавший готовую вырваться наружу тёмную злобу. Только что этот лёд треснул.