Загадка Годриковой Лощины, или дело о несложившемся тессеракте

      Как работает Фиделиус, в книге нам вроде бы рассказано. Кто-то накладывает на дом это заклятие, назначает Хранителя, который имеет возможность приводить с собой других людей или с помощью записок давать им доступ в хранимое помещение. Хранитель может неограниченное количество времени находиться внутри хранимого помещения и даже жить там (см. седьмая книга, диалог Билла и Гарри).        “I’ve been getting them all out of the Burrow,” he explained. “Moved them to Muriel’s. The Death Eaters know Ron’s with you now, they’re bound to target the family—don’t apologize,” he added at the sight of Harry’s expression. “It was always a matter of time, Dad’s been saying so for months. We’re the biggest blood traitor family there is.”       “How are they protected?” asked Harry.       “Fidelius Charm. Dad’s Secret-Keeper. And we’ve done it on this cottage too; I’m Secret-Keeper here. None of us can go to work, but that’s hardly the most important thing now.       После смерти Хранителя этот статус обретают все, кто посещал дом ранее по его приглашению. Это опять же объясняется в седьмой книге. Не прояснены другие тонкости: может ли Хранителем быть тот же человек, что и накладывает заклятие; что происходит после смерти того, кто заклятие накладывал; можно ли наложить это заклятие с каким-то условием, например, на определенное время или до какого-то события; можно ли аппарировать из защищенного Фиделиусом дома; как именно заклятие накладывается, видит ли при этом заклинающий Хранителя, произносит ли его имя.       Далее следует вопрос: почему в таком случае Хранителем дома Поттеров был выбран посторонний человек, который в доме не проживал? Только потому, что Джеймс хотел иметь свободу действий и возможность выходить из дома, ничем не рискуя? Или, может, помешала вторая беременность Лили (информация из интервью)? Что мешало тогда поселить у себя на время кого-нибудь из друзей семьи? Того же, мать его, Петтигрю, если уж на нем свет клином сошелся. С мамкой вместе, чтобы не волновался. Богатому наследнику Поттеру было не на что кормить еще двух человек? Он не мог выделить гостям пару комнат в небольшом, но таки двухэтажном доме? Он, черт побери, маг и мог временно расширить площадь. Чем это помешало бы конгениальной идее ловить УпСов на живца в форме поддельного Хранителя Сириуса?       В целом, создается впечатление, что «Слабоумие и отвага» – это канонный, а не фанатский девиз Гриффиндора. О реальной безопасности своей семьи Джеймс Поттер думал в последнюю очередь. Но мы сейчас говорим не об этом, а о том, как работает Фиделиус. Почему он слетел, когда жив и Хранитель, и один из живших в доме людей?       Вариант 1. Нарушена целостность дома. Но как минимум один этаж ведь стоит. И есть ли толк в таком заклятии, если стоит в доме мага случиться какому-нибудь взрыву котла с зельем, и Фиделиус рухнет? Разрушения же маг может легко устранить и дальше жить в том же доме.       Вариант 2. Погиб тот, кто накладывал заклятие. В конце концов, нигде в тексте не сказано, кто это был, и фанонная теория, что заклятие накладывал Дамблдор, не подтверждается. Он бы тогда, в конце концов, наверное, знал, кого выбрали Хранителем. А заклятие мог наложить и кто-то из Поттеров, например, Лили. Собственно, заклятие рухнуло точно после ее гибели. Поскольку результат гибели заклинателя нигде не обговаривается, вариант логичный.       Наложенный на дом на площади Гриммо Фиделиус расползся по куче Хранителей, а не рухнул, потому что покойный Дамблдор был именно Хранителем. Кто накладывал заклятие, в тексте не сказано. Это мог быть и кто-то из Уизли, тот же Билл или Артур. Или кто-нибудь еще из Ордена, кто на 1997 год оставался жив-здоров.       Вариант 3. Фиделиус был поставлен с условием типа «до победы над Волдемортом». Условие выполнилось, когда Волдик убился об Гарри, и заклятие рухнуло.       Вариант 4. Фиделиус рухнул из-за того, что почему-то взорвалась отскочившая ото лба Гарри авада. Поскольку с сиим вопросом у нас темна вода во облацех, на этот странный эффект можно списать что угодно. Если, конечно, взорвалась именно авада, а не кто-то третий в момент попытки зааваживания ребенка не разнес, например, Волдеморту голову «бомбардой максима». И заодно не снес половину второго этажа. Хотя, если тут теоретизировать, можно приписать в сцену хоть гранатомет, потому что все равно получается объяснение непонятного через непонятное и какой-то фанон.       Вариант 5. Любимый некоторыми фанатами и натянутый на глобус. Мол, Фиделиус спадает, если Хранитель предает. Но тогда заклятие должно было рухнуть, когда Волдеморт перешагнул порог, или по крайней мере после убийства Джеймса. Если не вообще в тот момент, когда Петтигрю прибежал к Темному Лорду с докладом. По крайней мере, это имело бы какой-то смысл. Но маглы к дому подходят уже после взрыва. Появление дома на пустом месте никого до этого не заинтересовало, что значит лишь одно – Фиделиус держался до последнего. Да и с дома на площади Гриммо ничего не падало после того, как явка была провалена.       Вариант 6. Фиделиус снял тот, кто его и наложил. Если это был не кто-то из Поттеров, а таки Дамблдор, например. В этом случае, по крайней мере, становится понятно, отчего Дамблдор точно знал, что заклятие снято, когда посылал по адресу Хагрида. Хотя возможен и вариант, что Хагрид попросту был одним из тех, кто успел зайти к Поттерам в гости после наложения Фиделиуса (то есть, смог бы в любом случае пройти в дом), а Дамблдор отслеживал состояние Поттеров с помощью артефакта, аналогичного часам Уизли. Хагрида же выбрал на роль «сходи и проверь, что случилось», потому что его не жалко. Или потому, что он как минимум несколько проклятий в упор выдержит.       А откуда мы вообще узнаем о том, что на доме Поттеров был наложен Фиделиус? Из третьей книги, из разговора Фаджа, Хагрида, Флитвика и МакГонаголл, который подслушал Гарри. Разговор, кстати, выглядит довольно подозрительно (например, в нем Фадж признает, что Волдеморт жив), и это уже неоднократно отмечалось, но нас интересуют отдельные детали, касающиеся Фиделиуса. Цитата из третьей книги нам в помощь:       “Of course they were,” said Fudge. “Potter trusted Black beyond all his other friends. Nothing changed when they left school. Black was best man when James married Lily. Then they named him godfather to Harry. Harry has no idea, of course. You can imagine how the idea would torment him.”       “Because Black turned out to be in league with You-Know-Who?” whispered Madam Rosmerta.       “Worse even than that, m’dear . . .” Fudge dropped his voice and proceeded in a sort of low rumble. “Not many people are aware that the Potters knew You-Know-Who was after them. Dumbledore, who was of course working tirelessly against You-Know-Who, had a number of useful spies. One of them tipped him off, and he alerted James and Lily at once. He advised them to go into hiding. Well, of course, You-Know-Who wasn’t an easy person to hide from. Dumbledore told them that their best chance was the Fidelius Charm.”       “How does that work?” said Madam Rosmerta, breathless with interest. Professor Flitwick cleared his throat.       “An immensely complex spell,” he said squeakily, “involving the magical concealment of a secret inside a single, living soul. The information is hidden inside the chosen person, or Secret-Keeper, and is henceforth impossible to find—unless, of course, the Secret-Keeper chooses to divulge it. As long as the Secret-Keeper refused to speak, You-Know-Who could search the village where Lily and James were staying for years and never find them, not even if he had his nose pressed against their sitting room window!”       “So Black was the Potters’ Secret-Keeper?” whispered Madam Rosmerta.       “Naturally,” said Professor McGonagall. “James Potter told Dumbledore that Black would die rather than tell where they were, that Black was planning to go into hiding himself . . . and yet, Dumbledore remained worried. I remember him offering to be the Potters’ Secret-Keeper himself.”       “He suspected Black?” gasped Madam Rosmerta.       “He was sure that somebody close to the Potters had been keeping You-Know-Who informed of their movements,” said Professor McGonagall darkly. “Indeed, he had suspected for some time that someone on our side had turned traitor and was passing a lot of information to You-Know-Who.”       “But James Potter insisted on using Black?”       “He did,” said Fudge heavily. “And then, barely a week after the Fidelius Charm had been performed—”       “Black betrayed them?” breathed Madam Rosmerta.       “He did indeed. Black was tired of his double agent role, he was ready to declare his support openly for You-Know-Who, and he seems to have planned this for the moment of the Potters’ death. But, as we all know, You-Know-Who met his downfall in little Harry Potter. Powers gone, horribly weakened, he fled. And this left Black in a very nasty position indeed. His master had fallen at the very moment when he, Black, had shown his true colors as a traitor. He had no choice but to run for it—”       Итак, что мы видим здесь? Дамблдор был тем, кто предложил Поттерам использовать Фиделиус, вот только предложил далеко не сразу после того, как узнал о том, что Волдеморт на них охотится, а то ли после того, как выпросил мантию-невидимку, то ли для того, чтобы эту мантию получить (раз Поттер ее для изучения согласно канону отдал незадолго до смерти, логично, что он согласился надолго расстаться с мантией, когда уже мог без нее обходиться, то бишь находился под защитой Фиделиуса или твердо решил к оной прибегнуть в ближайшее время). Но кто его ставил? Неизвестно. Известно только, что Дамблдору сообщили, что Хранителем будет Блэк, и что Дамблдор предлагал на эту роль самого себя. Нигде не сказано даже, что Дамблдор присутствовал при наложении чар или был проведен в дом после. Похоже, от Дамблдора орденцы – или как минимум Поттеры и их друзья, – утаивали максимально возможное количество информации.       Ни подлинного, ни поддельного Хранителя, повторимся, отчего-то не поселили прямо в доме, хотя это определенно допустимо по условиям наложения чар. Никому, даже Люпину, не сообщили, кого выбрали на эту роль. Ну ладно, допустим, Люпина подозревали. Но Дамблдору-то Джеймс отдал даже свою мантию-невидимку для изучения! Почему тогда не сказал, кто Хранитель? Всем, абсолютно всем слили одну и ту же дезу – Хранителем стал Сириус. Ладно бы разным людям назвали разные имена, так действительно можно было бы вычислить крысу в рядах Ордена... если бы крыса не оказалась настоящим Хранителем, конечно.       “But he didn’t manage to disappear, did he? The Ministry of Magic caught up with him next day!”       “Alas, if only we had,” said Fudge bitterly. “It was not we who found him. It was little Peter Pettigrew—another of the Potters’ friends. Maddened by grief, no doubt, and knowing that Black had been the Potters’ Secret-Keeper, he went after Black himself.”       “Pettigrew . . . that fat little boy who was always tagging around after them at Hogwarts?” said Madam Rosmerta.       “He worshipped Black and Potter,” said Professor McGonagall. “Never quite in their league, talent-wise. I was often rather harp with him. You can imagine how I—how I regret that now . . .” She sounded as though she had a sudden head cold.       “There, now, Minerva,” said Fudge kindly, “Pettigrew died a hero’s death. Eyewitnesses—Muggles, of course, we wiped their memories later—told us how Pettigrew cornered Black. They say he was sobbing, ‘Lily and James, Sirius! How could you?’ And then he went for his wand. Well, of course, Black was quicker. Blew Pettigrew to smithereens . . .”       Professor McGonagall blew her nose and said thickly, “Stupid boy . . . foolish boy . . . he was always hopeless at dueling . . . should have left it to the Ministry . . .”       Что ж, о том, как проходила встреча настоящего и поддельного Хранителя, известно исключительно со слов маглов-свидетелей, которым потом стерли память. Что у этих маглов спрашивали, что они могли запомнить из слов самого Сириуса, что они вообще запомнили притом, что вряд ли стояли поблизости – тех, кто был рядом, как раз взрывом снесло, – черт его знает.       А вот что помнит об этом вопросе сам Блэк после отсидки:       “Harry . . . I as good as killed them,” he croaked. “I persuaded Lily and James to change to Peter at the last moment, persuaded them to use him as Secret-Keeper instead of me . . . I’m to blame, I know it . . . The night they died, I’d arranged to check on Peter, make sure he was still safe, but when I arrived at his hiding place, he’d gone. Yet there was no sign of a struggle. It didn’t feel right. I was scared. I set out for your parents’ house straight away. And when I saw their house, destroyed, and their bodies . . . I realized what Peter must’ve done . . . what I’d done . . .” His voice broke. He turned away.       То есть, идея сменить Хранителя и стать живцом принадлежала самому Блэку. Гриффиндор головного мозга. Неизлечимо. Но ключевой момент в этом абзаце другой. Сириус явно не имел возможности отслеживать состояние Поттеров. Он чисто случайно оказался на месте одновременно с Хагридом. Просто заехал к Петтигрю проверить, как он, и обнаружил, что крыса улепетнула. После чего и рванул к Поттерам, но незначительно опоздал. Во всяком случае, он уже подъезжал к дому, когда туда прибыл Хагрид. Как именно – неизвестно, возможно, общественным камином – это хотя бы обосновывает скорость.       Но далее Хагрид перемещается на мотоцикле Блэка, вместо того чтобы, например, вместе с ребенком вернуться тем же путем в Хогвартс! Или в Мунго – в конце концов, Хагрид не настолько туп, чтобы оставить малыша без помощи врачей. Но, видимо, у полувеликана были четкие инструкции от Дамблдора, а мотоцикл пришелся как нельзя кстати. Впрочем, вопрос с путешествием Хагрида на мотоцикле Блэка мы разберем подробнее в следующей главе.       Вернемся к Сириусу. Дамблдор, что точно следует из того, что нам поведали Фадж и МакГонаголл, знал о том, что тот является Хранителем. И Минерва об этом знала. Однако, если вернуться к первой главе первой книги, никакой реакции на то, что Сириус дал Хагриду мотоцикл, не наблюдается!       A low rumbling sound had broken the silence around them. It grew steadily louder as they looked up and down the street for some sign of a headlight; it swelled to a roar as they both looked up at the sky—and a huge motorcycle fell out of the air and landed on the road in front of them.       If the motorcycle was huge, it was nothing to the man sitting astride it. He was almost twice as tall as a normal man and at least five times as wide. He looked simply too big to be allowed, and so wild—long tangles of bushy black hair and beard hid most of his face, he had hands the size of trash can lids, and his feet in their leather boots were like baby dolphins. In his vast, muscular arms he was holding a bundle of blankets.       “Hagrid,” said Dumbledore, sounding relieved. “At last. And where did you get that motorcycle?”       “Borrowed it, Professor Dumbledore, sir,” said the giant, climbing carefully off the motorcycle as he spoke. “Young Sirius Black lent it to me. I’ve got him, sir.”       “No problems, were there?”       “No, sir—house was almost destroyed, but I got him out all right before the Muggles started swarmin’ around. He fell asleep as we was flyin’ over Bristol.”       Dumbledore and Professor McGonagall bent forward over the bundle of blankets. Inside, just visible, was a baby boy, fast asleep. Under a tuft of jet black hair over his forehead they could see a curiously shaped cut, like a bolt of lightning.       И чуть позже, когда Хагрид снова поминает Блэка и то, что намерен вернуть ему средство передвижения:       “Well,” said Dumbledore finally, “that’s that. We’ve no business staying here. We may as well go and join the celebrations.”       “Yeah,” said Hagrid in a very muffled voice, “I’ll be takin’ Sirius his bike back. G’night, Professor McGonagall—Professor Dumbledore, sir.”       Wiping his streaming eyes on his jacket sleeve, Hagrid swung himself onto the motorcycle and kicked the engine into life; with a roar it rose into the air and off into the night.       “I shall see you soon, I expect, Professor McGonagall,” said Dumbledore, nodding to her. Professor McGonagall blew her nose in reply.       Никакой, повторяемся, реакции. Ни Альбус, ни Минерва не предупредили Хагрида о том, что Блэк – Хранитель и, возможно, предатель. То ли спешили за праздничный стол, то ли Хагрида не жалко...       Понятно, что Блэк был в неадеквате и Хагриду не сказал, что Питер – Хранитель. Но что за амнезия поразила двух профессоров Хогвартса? Нет ответа.       Это еще одно место в семикнижии, которое объясняется или дойлистски, или через дамбигада, третьего не дано. Роулинг, начиная первую книгу, правда могла еще не придумать, что Блэк потом у нее выплывет в третьей. А Дамбигад знал бы, что Блэк не предатель и Хагриду ничего не грозит. При этом ему выгодно было бы законопатить Сириуса в Азкабан. Хотя с Азкабаном дело там вообще темное... Но это будет разбираться позже. Вернемся к третьей книге:       “What, scared to hear your old master’s name?” said Black. “I don’t blame you, Peter. His lot aren’t very happy with you, are they?”       “Don’t know what you mean, Sirius—” muttered Pettigrew, his breathing faster than ever. His whole face was shining with sweat now.       “You haven’t been hiding from me for twelve years,” said Black. “You’ve been hiding from Voldemort’s old supporters. I heard things in Azkaban, Peter . . . They all think you’re dead, or you’d have to answer to them . . . I’ve heard them screaming all sorts of things in their sleep. Sounds like they think the double crosser double crossed them. Voldemort went to the Potters’ on your information . . . and Voldemort met his downfall there. And not all Voldemort’s supporters ended up in Azkaban, did they? There are still plenty out here, biding their time, pretending they’ve seen the error of their ways.       “If they ever got wind that you were still alive, Peter—”       О предательстве Петтигрю Сириус догадался сам, но подробности услышал именно в Азкабане. От УпСов из соседних камер. Все они знали, что именно Петтигрю слил их господину информацию о доме Поттеров. Но отчего-то их никто не допрашивал на эту тему, иначе факт о невиновности Сириуса всплыл бы намного раньше. Мы еще вернемся к этому вопросу.       “Lily and James only made you Secret-Keeper because I suggested it,” Black hissed, so venomously that Pettigrew took a step backward. “I thought it was the perfect plan . . . a bluff . . . Voldemort would be sure to come after me, would never dream they’d use a weak, talentless thing like you . . . It must have been the finest moment of your miserable life, telling Voldemort you could hand him the Potters.”       И снова Блэк повторяет, что идея с подменой Хранителя принадлежала ему. Но еще в этом абзаце он говорит, что Лили и Джеймс именно что сделали Петтигрю Хранителем. Это косвенно может служить доказательством того, что заклятие Фиделиуса накладывал кто-то из них или они оба.       “Sirius, Sirius, what could I have done? The Dark Lord . . . you have no idea . . . he has weapons you can’t imagine . . . I was scared, Sirius, I was never brave like you and Remus and James. I never meant it to happen . . . He-Who-Must-Not-Be-Named forced me—”       “DON’T LIE!” bellowed Black. “YOU’D BEEN PASSING INFORMATION TO HIM FOR A YEAR BEFORE LILY AND JAMES DIED! YOU WERE HIS SPY!”       “He—he was taking over everywhere!” gasped Pettigrew. “Wh-what was there to be gained by refusing him?”       “What was there to be gained by fighting the most evil wizard who has ever existed?” said Black, with a terrible fury in his face. “Only innocent lives, Peter!”       “You don’t understand!” whined Pettigrew. “He would have killed me, Sirius!”       “THEN YOU SHOULD HAVE DIED!” roared Black. “DIED RATHER THAN BETRAY YOUR FRIENDS, AS WE WOULD HAVE DONE FOR YOU!”       Точная мотивация Петтигрю из этих фрагментов все же не устанавливается. Он уверяет, что его запугали, что он поверил в неизбежность победы Волди, Сириус напирает на то, что Питер всегда обожал служить сильному хозяину и намеренно предал друзей.       Факт все же остается фактом – Питер больше года шпионил на Волдеморта, докладывал ему о передвижениях Поттеров, а спустя неполную неделю после того, как он стал Хранителем, в Годрикову Лощину наведался наш обвиняемый. Заметим однако, что до этого Лили и Джеймс жили какое-то время в том же самом доме – однако Питер почему-то их адрес сразу сливать не побежал. Только после того, как стал Хранителем.       Возможно, он очень мучился совестью какое-то время перед тем, как в очередной раз предать не ценивших его друзей. Хотя Питер и совесть... А может, узнал о планах на Фиделиус и решил, что это сделает из дома идеальную ловушку, ограничив при этом и количество людей, которые смогут в случае чего прийти на помощь Поттерам. Да, и то, и другое одинаково маловероятно. Но если он действительно уверовал в победу Волди или уже получал звездюлей за то, что Поттеров по его наводке не удавалось взять... тогда, скорее всего, верно второе. Это автоматически делало Питера мишенью, но он мог думать, что какое-то время пересидит в канализации, пока его новые друзья убивают его старых друзей. Поэтому он и поспешил в дом Поттеров – напоминаем, что именно Питер упер оттуда палочку Волдеморта, – чтобы быть в курсе дела из первых рядов. А после этого устроил спектакль с собственной «гибелью», подставив Блэка. Кстати, к спектаклю тоже есть вопросы – зачем Питер это сделал? Он что, надеялся убить Сириуса? Или откуда-то знал, что Блэка никто не будет допрашивать, особенно с учетом гибели маглов, и поэтому намеренно устроил бойню при свидетелях?       Короче говоря, по обоим вопросам по-прежнему туман и видимость нулевая.