Неожиданность

Мелкая рыжая заноза, вероятно это будет самым верным описанием Мисаки Нака. Парень был не так и сильно младше их, но при этом ниже Майки почти на десять сантиметров. Вообще по правде говоря, они с Майки при знакомстве спутали его с девчонкой. Группа гопников из пяти человек зажали Мисаки в переулке, а неизменная парочка из главы Свастонов и его зама проходили рядом. Не разглядев, из-за расстояния, они подумали, что кучка отморозков приставали к девушке и решили вмешаться. За что едва и не отхватили, так как Нака подумал, что они пришли на помощь к нападавшим и чуть не наподдал неудавшимся спасителям. Неудавшимся потому, пока Майки и Дракен перебегали улицу, улучив момент, когда движение будет не таким оживленным, рыжий уже успел опрокинуть троих. Разбить нос четвёртому и мутузил пятого, а увидев ещё бегущих к нему двоих парней приготовился втащить ещё и им. Причём начать решил именно с Дракена, видимо рассчитывая на то, что так пространства для драки останется больше. Благо хорошо подвешенный язык Майки помог сгладить ситуацию, ну может ещё и его блок ногой, на которую он после немного прихрамывал. При дальнейшем знакомстве выяснилось, что учится он не особо далеко от их школы, а у той компашки с ним были личные счёты. Им видетели не понравилось, что какая-то девкоподобная полторашка подрывает их авторитет в школе. Собственно на моменте с разъяснениями как, за что и почему, Майки позвал Мисаки в банду. Дракен тогда едва удержался от шутки про родственные души и как позже выяснилось не зря. Нога у Наки была нелёгкая, бил он профессионально и, сука, сильно, а из-за шуток в адрес роста заводился так, что хер потом его остановишь. В банде держался немного отстраненно, общаясь в основном только с Майки и Дракеном, за что его и недолюбливали по-началу. Но уже после пары забивов, Мисаки был реабилитирован в глазах и рядовых, и их капитанов, а к его необщительности больше притензий не имели. Ну молчун и молчун, что с того, зато парень что надо и спину прикроет, и плечо подставит, и руку помощи протянет, если надо. Свою, так сказать, родственную душу, Дракен в нем разглядел позже, где-то через полгода после знакомства. Когда после одной из драк, рыжая зараза едва ли не на буксире доволок его до дома. Там за обработкой ссадин и переругиваниями, под коробку вина, или как выразился Нака "компота паленого", который сам же и выпил, он своей историей и поделился. Оказалось они у них очень похожи... Мать у Мисаки тоже была с низкой социально-моральной ответственностью, только ещё и алкоголичкой к тому же, поэтому за частую ещё и бесплатной. А еще у парня был брат, который погиб лет шесть назад, когда им было по восемь, но тут он особо подробностями не сыпал, а Дракен и не лез, зачем бередить то, что и так не заживет... Общаться после этого они стали больше, из-за чего Майки частенько "ревновал" лучшего друга. А не обремененный инстинктом самосохранения, Мисаки, его подначивал, чем и заслужил некоторое уважение Баджи. В результате из-за таких вот подначек часто начинались догонялки в стиле "полторашка за полторашкой". Что удивительно когда эту мысль озвучил Кейске, прилетело ему только от Майки, который так и не догнав рыжего раздражителя, переключился на другую цель. А тот в свою очередь ограничился только подножкой незадачливому шутнику и парочкой обидных выражений, по поводу его умственных способностей. С того момента у них началось своеобразное соревнование, кто кого быстрее заткнет за пояс своими подколами. Спустя ещё пару месяцев выяснилось, что у Мисаки какой-то своеобразный триггер на полнолуние и близкие к нему дни. Из чего Баджи сделал два вывода: Мисаки либо девчонка, либо оборотень, за что и получил сначала в нос, а после его ещё и укусили, под предлогом, вот через неделю и проверим. Оборотнем никто не стал, но теперь привычная перебранка получила ещё одно направление - взаимный обмен укусами. Причём этот маразм дошёл до такой степени, что однажды через чур взбешенный Кейске умудрился перепутать и цапнул Майки. Свою ошибку он понял в тот момент, когда уже сжал зубы и краем глаза увидел удивленного Мисаки. Получив в лоб от отошедшего от шока Сано, Баджи попытался оправдаться, что перепутал, мол рост и все такое, и получил ещё сверху бонусом. Рюгуджи и Нака наблюдавшие за этим цирком тогда здорово повеселились. Такой случай был единичным, кусаться они не перестали, но к слову целиться Баджи стал лучше. Правда из-за их частеньких перебранок, они могли не специально срывать собрания, что Майки по началу веселило, но потом уже откровенно бесило. Поэтому вскоре встал вопрос в какой отряд перекинуть рыжую проблему. Проблема была ещё и в том, что было непонятно как он уживется с капитанами остальных четырёх отрядов. Если иерархию и статус в банде Мисаки уважал и беспрекословно подчинялся вышестоящим, то в обычной жизни он не задумываясь слал всех, если ему что-то не нравилось. И Баджи был вполне приемлемой кандидатурой для его капитана, но перебранки... Мицуя пролетал, ибо все ещё был немного обижен из-за случая с мерками, когда находясь в неформальной обстановке был послан шить форму на глаз. Правда больше на тот случай обиделся Хаккай, из-за чего второй отряд отпадал совсем. И Пачин, и Пэян от такого подарочка жизни отказались сразу. Возможно из-за того, что именно они оказались теми крайними, на ком уже порядком злой Мисаки продемонстрировал, почему позволяет себе такое неуважительное отношение к окружающим в обычной жизни. Нахоя, который их и растаскивал, особым желанием тоже не пылал, к тому же была вероятность, что ситуация может стать ещё хуже. Как бы этот рыжий дуэт, войдя в раж, не разнёс их базу для собраний к чёртовой матери. Так методом исключения остался пятый, Муто правда вполголоса возмутился, что ему опять на воспитание всучили самого не адекватного, но отпираться не стал. Наступило затишье, Нака не особо рвался общаться и дружить с новым отрядом. Спокойно выполнял то что от него требовалось, порой ввязываясь в перебранки с другими рядовыми отряда, но там это было допустимой нормой. В свободное время часто заходил к Дракену помогая копаться в байках и металлоломе, перекидываясь парой фраз. Причём Кен в какой-то момент пришёл к выводу, что если раньше около семидесяти процентов его жизни занимал Майки, то теперь Мисаки отжал у того, как минимум половину от этого времени. Сама мысль не принесла с собой какого-то раздражения, скорее это ощущалось будто так и должно быть. Сано как-то тоже попривык, но меньше ревновать не стал, хотя особых причин для этого и не было. Мисаки обычно приходил, когда Дракен был чем-то занят и спокойно вливался в ситуацию, помогая там где нужно и не вмешиваясь, если этого не требовалось. Для Рюгуджи это было сродни отдыху, без выпадения из обычного ритма жизни, полторашка рядом есть - все, норма. А Майки или Мисаки, разница только в количестве приключений на пятую чакру и наличии шума. А ещё одним открытием стало то, что рыжий явно ему доверял больше чем-кому либо. Так как не только охотнее шёл на контакт в общении, но ещё и допускал наличие тактильного, в то время как с другими максимально этого избегал. На это ему указал Майки, а Баджи только подтвердил. Не сказать, что это что-то сильно изменило, разве что появилось немного странное ощущение, которое Кейске сравнил с приручением дикого животного. Думаю не стоит говорить, что больше Дракен с ним эту тему не обсуждал, но был вынужден согласиться, что какая-то доля истины в его словах все-же была. Мисаки и вправду порой создавал впечатление дикого животного, прибившегося к ним из любопытства и неизвестно по какой причине в итоге оставшегося. Но Рюгуджи старался об этом не задумываться, в конце концов до тех пор пока всех все устраивало. У Мисаки, как и всех людей все же тоже были и раздражающие черты, в принципе он для каждого был триггером в каком-то смысле, но для Дракена это были его привычки. Нака практически постоянно курил, так ещё и в довесок к этому любил выпить, но это уже было мелочью по сравнению с первым пунктом. По крайней мере сколько бы парень в себя не влил, он всегда оставался трезвым, объясняя это устойчивостью к алкоголю и токсинам в принципе. Вопрос зачем тогда пить он игнорировал, прикидываясь временно глухим. Правда Дракена ещё интересовал вопрос где он все эти "радости" достаёт, учитывая что на совершеннолетнего он не тянет от слова совсем, но подозревая что ответ будет тем же, не спрашивал. К тому же стоило несколько раз сказать, что ему не нравится сигаретный дым и парень перестал курить в его присутствии, либо уходил немного "погулять". В остальном Рюгуджи считал его отличным другом и парнем, к этому ещё располагал и тот факт, что несмотря на свою язвительность и саркастичность, Нака всегда серьёзно относился к тому что было важным для других. К примеру его нисколько не смущала одержимость Кена техникой и даже больше. После одного фестиваля, Дракен как-то позвал его зайти на чай и ещё немного посидеть, Мисаки ожидаемо приволок алкоголь, причём ухитрился налить даже самому Кену. Только после очередного стакана Мисаки захотел перекурить и что бы не пришлось тащиться на улицу Рюгуджи разрешил использовать окно, предварительно выключив свет. И пока оба смотрели на ночную улицу, Кен сам не зная зачем рассказал о своей, ещё детской, мечте. Парень в ответ лишь внимательно посмотрел на него и пожал плечами, мол дело твоё, но при этом не показал особого удивление, как и желания над ним посмеяться. И видимо выпитое дало о себе знать, что так как Дракен поинтересовался его реакцией, вернее отсутствием таковой. И получил лаконичный короткий ответ, что у всех свои тараканы, а значит и мечты, какими бы странными они не были. За что получил порцию объятий и неразборчивый бубнеж, что он него несёт, как от горящего табачного ларька. Вздохнув Мисаки выбросил сигарету и неловко приобнял друга в ответ, и напомнил о своей язвительности, заявив, что если кому-то не нравится, то и не надо его нюхать. На этой ноте они собственно и отошли от окна решив его не закрывать, а заодно и не включать свет. Поэтому оставшуюся часть посиделок они просидели в темноте, переговариваясь и обсуждая какие-то обыденные для обоих темы. Причём просидели прилично, так как застали рассвет. Посмотрев в окно и на уже порядком выпившего Рюгуджи, Нака предложил прибраться, покурить и расходиться, так как у Дракена по всей видимости вместо выходного предстоит нешуточный отходняк. И если с первым пунктом проблем не возникло, не считая того, что рыжий увидев состояние блондина, быстро устранил его от уборки, под предлогом, что от него больше шума, чем помощи. То на втором произошли некоторые накладки. Дракен вспомнив как так же стоя у окна он рассказал о своей мечте, спросил о чем мечтает Мисаки, тот видимо рассчитывая, что от него отстанут, предложил покурить вместе с ним иначе ничего говорить не будет. Но просчитался, ибо Дракен обладая природной упертостью вкупе с непрошибаемостью на условие согласился. Учить блондина курить оказалось на удивление легко, тот сразу понял что ему надо делать и под объяснения рыжего затянулся. Правда из-за ударившего в голову никотина, едва не навернулся на своего учителя, но остаться в относительно вертикальном положении все же смог. После чего довольный своей маленькой победой, снова задал свой вопрос. Мисаки вздохнул, отворачиваясь лицом на улицу и немного хмурясь, собрался с мыслями и вылил на Дракена очередную правду своей жизни. Оказалось до одури просто, мечты у него не было, все чего он желал - свобода, просто свобода, когда не надо куда-то бежать или думать как выжить. Правда, как и обычно никаких подробностей или объяснений не было. Но к этому Дракен уже успел привыкнуть, все что касалось личной информации, Мисаки обходил десятой дорогой, мол понимайте как хотите, я уже ответил. К тому же было ощущение, что это каким-то образом затрагивает и погибшего брата, так что лезть дальше было бы жестоко и бессмысленно. Поэтому уже второй раз за это время Кен разошёлся на объятия, Мисаки же видимо воспринимая это как следствие выпитого не особо возмущался и снова предпринял неловкую попытку обнять. Так постояв ещё немного Рюгуджи предложил остаться у него, мол ранним утром улицы не безопасней, чем ночью, подключая свою упертость, не оставляя тем самым шансов. Поэтому пункт третий был и вовсе отложен, на неопределённый срок. Но перед тем как ложиться спать Мисаки поинтересовался, где он может найти тазик, кухню и аптечку. На что получил не самые чёткие указания, но все необходимое для облегчения похмелья принес, при этом не попавшись никому на глаза. Проснувшись только к вечеру Дракен, понял несколько вещей: так пить, да и вообще пить он больше не будет, набор принесеный Мисаки оказался очень кстати, за исключением тазика, но это до поры до времени, а ещё что сам парень уже по всей видимости ушёл. Так как там где он устраивал себе спальное место из футона и пары одеял, было пусто, почему то стало грустно от этого, хотя причин вроде и нет. Правда упадническое настроение быстро подскочило, стоило блондину попробовать повернуться на спину. За что на него тут же зашипели и пообещали сломать пару рёбер, если он продолжит давить собой рыжего и ещё много чего не самого приятного, в основном в адрес веса. Но настроения это не испортило, наоборот заставило слегка хрипло рассмеяться. После чего под возмущённое сопение со стороны Мисаки, Дракен все же повернулся на другой бок, находя крайне занимательную картину. Нака лежал практически вплотную к нему, завернувшись в несколько одеял и свернувшись клубком. В таком виде с растрепанными рыжими волосами, которые из-за падающего из окна закатного света, казались огненными и сонными голубыми глазами, казался ещё милее. О чем, ещё не отошедший до конца от алкоголя, Дракен ему и сообщил, добавив что девушка из него была бы отличная, если не брать в расчёт откровенно вздорный и местами гадкий характер. В ответ Нака несколько раз моргнул, посмотрел на Рюгуджи будто впервые видит и подтянув одеяло к носу, поинтересовался, стоит ли ему переживать за сохранность своей пятой точки, после вышесказанного. Дракена это не только обидело, но и на пару секунд заставило задуматься, но из-за похмелья как-то развить эту мысль не вышло и сойдясь на том, что это была неудачная шутка, оба на какое-то время замолчали. Но вознамерившегося поспать ещё немного Мисаки снова растормошили, у Кена было ощущение, что у него температура. На что рыжий вздохнув, закопошился в своём коконе, выполз где-то на треть и с отрешенным видом ткнулся холодными губами в лоб блондина. При этом неловкость ситуации смущала по всей видимости только Дракена, Мисаки же невозмутимо заметил, что да есть небольшая температура, но это норма. Именно в этот момент в голову пришёл вопрос, как они вообще оказались вдвоём на кровати, причём Рюгуджи видимо задал его в слух. Мисаки закатив глаза, объяснил, что блондин не мог уснуть из-за того, что рыжий постоянно ерзал по полу и стучал зубами. Поэтому Наку забрали на кровать едва не за шкирку, под предлогом, что так он мешать будет меньше. К слову менее неловкой ситуация, после этого рассказа не стала, за то Кену стало ещё жарче, не то от температуры и пристроившегося рядом товарища, не то от смущения. Мисаки вообще мало что смущало, мнение других для него не было приоритетным, если не совпадало с его собственным. Поэтому порой он казался не самой приятной личностью в общении или дружбе. Но Дракену этот малообщительный парень нравился, даже несмотря на свои странности. К тому же со временем он к поведению Наки привык, находя в этом нечто милое и своеобразное, а порой и себя ловил на желании съязвить в ответ или желание ещё более уперто отстаивать свои убеждения. Мисаки же по мере общения с Кеном, напротив смягчался и уже не стремился "укусить" собеседника. Что-то похожее у Дракена было с Майки, но если в их случае они просто друг друга дополняли, восполняя то чего им не хватает, то с Мисаки все было немного иначе. Нака и Рюгуджи друг друга не дополняли, они скорее учили друг друга, каждый со своей точки зрения и пройденного пути. А частые посиделки только подливали масло в огонь, в какой-то момент до Мисаки дошло, что он тянется к Дракену, но до некоторых пор он не особо уделял этому внимания. Кену же понадобилось немного больше времени, чтобы понять, что он едва ли не зависим от этого парня. Доходить начало в тот момент, когда Рюгуджи все же огрызнулся во время очередной порции "ревности" Майки, на что получил незамедлительное предложение валить к своей "рыжей подружке". В ответ Дракен напомнил, что "подружку" зовут Мисаки, забыв уточнить половую принадлежность, так как Мисаки все же женское имя, не особое популярное для мужчин. Поэтому расстроилась еще и Эмма, но парню тогда было не до того, к тому же Кен был уверен, что прав он. Собственно говоря это был тот самый день, когда предложение выпить поступило не от Наки. И возможно, Дракен и Майки все же бы рассорились, если бы не нападение группы мебиусовцев на одного из друзей Па, так ещё и его девушку избили и изнасиловали. Свастонам нужны были оба их лидера и междоусобица была задвинута на неопределённый срок. А дальше все закручивалось, в такой вихрь событий, что даже подумать страшно. Но если по-порядку, то все началось с того, что Мисаки переговорив с Майки исчез, будто его и не было. Те кто видел их диалог между собой, в один голос заявили, что несмотря на отсутствие криков от обоих шла тяжёлая и угрожающая аура. Сам Майки на прямые вопросы не отвечал, остальные попытки докопаться, до того, что все таки произошло, игнорировал. К тому же ещё предстояло играть из себя беззаботных школьников, какое-то время, пока Свастоны не придут к общему соглашению, относительно дальнейших действий. Тогда то они и познакомились с Такемичи, пацан ринулся спасать друга, охватил за это, но не отступился. Для Майки он напомнил погибшего брата, Дракен же вспомнил знакомство с Мисаки, буквально на долю секунды, но он почувствовал нечто сходное между ними. Правда, что именно ему показалось похожим, он сказать не мог, да и времени на разбираться, было мало. Всех виновных в убийстве друга Па и надругательств, над его девушкой вдруг начала настигать карма, или что-то похожее. Потому что все, один за другим они калечились, попадались полиции, пускай и за другие свои дела, кто-то даже совершил суицид, в записке признавшись в содеяном преступлении. Правда несмотря на это, все ещё висел вопрос, как быть с остальной группировкой. Всепрощение конечно хорошая штука, но ситуация не располагала и спускать все на тормозах будет неправильно. Свастоны разбились на два лагеря, кто-то по прежнему хотел веришить месть, кто-то считал что подонки уже и так получили по заслугам. Мнение Кена так же расходились с мнением Майки, так еще и Такемичи невовремя влез, благо хоть живой идиот остался, но что-то в его поступках и действиях не давало покоя. Пачин в этот раз тоже не отличился спокойствием, избив сначала попавшего под горячую руку Ханагаки, а после подлил в костёр бензина, пырнув Осаная. Из-за ситуации с Па все обострилось в край, а Майки и Дракен рассорились окончательно и хотя Такемичи все-же смог их премирить, но ситуацию в банде это нисколько не улучшило. Дело дошло до полноценного раскола, тут даже Майки уже ничего сделать не мог, его просто не захотели бы слушать. За всей этой каруселью исчезновение Мисаки забылось само сабой, да и Майки на этот счёт оствался молчаливым и Дракен просто перестал спрашивать, проблем и так хватало по самое горло. Разрешилось все, когда остатки Мебиуса напали на Кена, под предводительством Пэяна.