Неожиданность

О том, что рыжая заноза умеет эффектно появиться, Рюгуджи знал и так, но чтобы настолько. Нака появился неожиданно вовремя, в последний момент загородив собой Кена от ножа Пэяна и отхватив от кого-то из мебиусевцев по голове арматурой. Но вместо того чтобы упасть, он взбесился настолько, что его и без того дикая аура в этот момент усилилась настолько, что особо впечатлительных парализовало, как кроликов перед удавом. Вице-капитана третьего отряда от незавидной участи спас Баджи, буквально выдернувший товарища из-под удара Мисаки. Тот разошелся настолько, что уже буквально рыча набрасывался на всех подряд не разбирая где свои, а где чужие бойцы. Дракен был готов поклясться чем угодно, что слышал хруст костей, тех бедолаг, кто не успел уйти от гнева Наки. Правда даже такая угроза рядом, не спасла Рюгуджи от ножа Киемасы, сволочь его ещё и провернул, осложняя ранение. Следуещее, что Дракен помнил это затаскивающий его на свою спину Такемичи и как в сторону Мисаки метнулась ещё одна тень, сбивая того с ног. За рыжего вдруг стало страшно, даже несмотря на то, что он творил, какая-то часть иррационально была готова простить ему все что угодно, лишь бы вышел из потасовки живым. Но уже скоро переживать пришлось ещё и за Такемичи, с невесть откуда взявшимися девчонками. И так избитый, с довеском в виде Рюгуджи, Ханагаки двигался едва быстрее черепахи и если Эмма с Хинатой, с новостями о едущей "скорой" оказались, как нельзя кстати, то Киемаса со своей сворой и желанием закончить начатое - нет. И снова ощущение, будто в ауре Такемичи, помимо его решимости, есть что-то такое же дикое, как и в ауре Мисаки. Но исчезло оно так же быстро, как и появилось, стоило завязаться драке, правда когда Ханагаки перехватил доминирование над противником, оно сново появилось, уже с большей силой. Кен даже успел подумать, что блондин убьёт старшего, но сирены "скорой" остудили пыл Такемичи и тот вспомнив о своей первоначальной цели, а именно: не дать Дракену отправиться на аудиенцию с создателем, отпустил Киемасу. Остальная же свора посчитала момент достаточно подходящим, чтобы сделать ноги. Все, что происходило дальше Рюгуджи помнил слабо, сказывались и удары по голове, и сильная кровопотеря. За то время, что Кен пролежал в больнице навестить его смогли все желающие, начиная с пришедшего просить прощения Пэяна, заканчивая спасшим его Ханагаки. Последнего Дракен направил на разговор с Майки, хотя и не до конца понимал, что тот хотел от парня. Но ни от кого из своих посетителей он так и не смог узнать, что все таки произошло с Мисаки, и так как вероятно тот получил ранение не мнение серьёзное чем сам Кен. Кто-то вообще был не в курсе, что тот снова объявился, хотя верилось в это слабо, потому что появление парня было далеко не тихим и не заметить его было бы не возможно. Было подозрение, что это как-то связано с его исчезновением ранее и скорее всего Сано просто запретил остальным что-либо говорить. Благо Баджи особым послушание не отличался, но рассказал он тоже немного, там следить надо было чтобы самому не прилетело. Оказалось, после того как Дракена унесли, ему не показалось и Мисаки на самом деле сбили с ног. Высокая брюнетка, за которой подтянулось ещё несколько девчонок примерно одного возраста с Накой и которые его же, и забрали. Правда для этого брюнетке, представившейся, как Осаки пришлось Мисаки вырубить, что та и сделала весьма оригинальным способом - избив парня, пока одна из оставшихся "гостей", что-то вталковывала Майки, после чего тот позволил им спокойно уйти. На этом история и заканчивалась, но яснее от этого не становилось, только вопросов добавилось. Банду девчонок конечно встретишь не часто, да и эта Осаки должна была быть достаточно сильной чтобы избить Мисаки, особенно учитывая что тот явно был в состоянии аффекта. Но почему тогда Майки позволил так легко забрать одного из своих, да ещё и раненым. И главное, как его самого об этом спросить не подставив при этом Кейске? Помощь пришла откуда её не ждали, зашедший незадолго до выписки Такемичи, пожаловался на новую знакомую, а по совместительству и новую подругу Хинаты. Что она ему сделала, парень так и не сказал, но долго возмущался, что у неё такое же странное отношение к дружбе, как и у Майки. Та тоже руководствуясь хватательно-собственническим принципом поставила Ханагаки в известность, что они с этого момента друзья. На вопрос почему он тогда с ней согласился, Такемичи странно посмотрел на Дракена и заявил, что она производит впечатление опасного человека и он уже видел, как та дерётся. К тому же она почти одного роста с Рюгуджи, что последнего сильно удивило, но он тут же вспомнил о высокой брюнетке, про которую слышал от Баджи. Такемичи был удивлён, когда Дракен описал девушку, но подтвердил, что вероятнее всего это действительно Осаки. Выслушав просьбу Кена, парень задумался будто сомневаясь, а не выйдет ли ему это боком, выводы к которым он пришёл были не утешительными, если судить по выражению лица, но все же согласился, хотя-бы попробовать. После разговора с Ханагаки прошло несколько недель, за которые Кена успели выписать, а того будто ветром снесло. Нашёл его Майки, при этом видок у Такемичи оставлял желать лучшего, ибо создавалось впечатление, что его все это время гоняли собаки. Причём безостановочно и со всевозможными препятствиями. Но тот на вопросы где его так успело помотать упорно не отвечал, переводя тему и утверждая, что все в полном порядке. Уже позже, когда Рюгуджи после собрания подбросил его домой, Ханагаки сказал, что о Наке удалось не только узнать, но и познакомится, а так же что в скором времени он уже объявится. На моменте с знакомством, парень с болезненной гримасой потёр плечо из чего Дракен сделал вывод, что Мисаки по всей видимости действительно поправился. Такемичи понаблюдав за улыбающимся, чему-то своему, Дракеном, смущённо покашлял и напомнив о позднем времени, поблагодарил за помощь и поспешил домой. Рюгуджи на это только плечами пожал и тоже направился к себе. То что рыжий жив и здоров радовало, блондину уже даже не терпелось возобновить посиделки с ним. На деле все оказалось сложнее, первый раз за все это время увидеть друга Кен смог только спустя несколько дней, но подойти не смог. Мисаки стоял на другой стороне улицы и с кем-то разговаривал, когда поток транспорта и людей стал меньше, Дракен рассмотрел Эмму. Разговаривали они недолго, Нака передал девушке пакет, содержимое которого её обрадовал настолько, что та даже обняла парня, который к слову не особо сопротивлялся. У Дракена же руки зачесались от желания, подойти и отцепить парочку друг от друга, почему-то было неприятно осознавать, что не только ему позволено подобная вольность. Ситуацию усугубило то, что Мисаки почувствовав чужой взгляд обернулся и увидев Кена, приобнял девушку, похлопал её по спине и поспешил уйти. Догнать его не получилось, к тому моменту, как Рюгуджи оказался на другой стороне улицы, от Наки уже и след простыл. Спрашивать Сано не хотелось, к тому же парень чувствовал нарастающее раздражение, поэтому тоже поспешил убраться восвояси. Причём злость свою он объяснить не мог, как и понять на кого именно она направлена, понятно было только, что видеть как Мисаки и Эмма обнимаются, он уж точно больше не хочет. В этот раз почему-то для "посоветоваться" под руку снова подвернулся Баджи, тот выслушав друга, изменился в лице, вечная ухмылка на пару секунд сменилась оскалом, после чего и вовсе пропала. Дракена такая реакция удивила, брюнет явно расстроился от новости о Наке и Сано-младшей, правда по какой причине, Рюгуджи уточнить не удалось. Кейске с задумчиво-печальным видом подумал, дёрнул себя за волосы, посмотрел на своего вице-капитана и видимо поймав озарение выдал банальную, но одновременно весьма точную мысль. Что может быть, Рюгуджи просто ревновал и этим предположением сместил его внимание со своей реакции, на его "проблему". Дракен же в этот момент порадовался, что некоторые подробности все же опустил, но что-то в словах брюнета определенно было и заставляло задуматься. Вывод, к которому он пришёл, оказался неутешительным и немного сбивающим с толку, он действительно ревновал, вот только не Эмму, а скорее к ней... Кейске же понаблюдав за сложным мыслительным процессом друга, как-то грустно вздохнул, будто ревность Дракена расстроила брюнета больше его самого и ссылаясь на какие-то неотложные дела поспешил уйти. На последок ещё больше сбивая Кена с толку, бросив что он сам виноват, раз девушка нашла кого-то получше, устав ждать внимания со стороны Рюгуджи. Уже позже мучаясь от бессонницы и прокручивая в голове разговор с Баджи, Дракен пришёл к выводу, что тому кажется нравилась Эмма. Правда почему тот никак этого не показывал, до этого момента, тоже хороший вопрос, не требующий сиюсекундного ответа, по крайней мере по мнению Кена. Взаимные подколы между брюнетом и рыжим вдруг резко сменились полноценными огрызаниями и несколько раз едва не закончились дракой, что только укрепило Дракена в его предположение. Но влезать парень не захотел, с одной стороны побаиваясь, что своим вмешательством ситуацию только усугубит, с другой - он и сам не понимал, что чувствует и хотел для начала разобраться в своей голове. Складывая всю картинку воедино, парень все время прогонял в голове моменты проведённые с Мисаки, на удивление все что он не вспомнил отдавало теплом. Пока перебирая воспоминания, Дракен не вспомнил о том, как Нака закрыл его, замерев и смотря в одну точку Рюгуджи думал стоит ли вспоминать то немногое, что запомнил в тот вечер. Кажется, он только что струсил и именно поэтому момент показался ключевым, будто он мог наконец натолкнуть на ответ. Да уж, оказалось копаться в себе гораздо тяжелее, чем в технике, там хотя бы все было понятным для парня. Из своих же мыслей Кен сделал лишь несколько выводов, с Мисаки ему комфортно и он хочет чтобы все их посиделки возобновились. Правда до вечера его не отпускало чувство, будто он что-то упускает, что-то действительно важное. И помня прошлый опыт с бессонницей, Дракен все же решил, что вечер после которого они больше полноценно не виделись, стоит вспомнить. Воспоминания давались плохо, но все-же Дракену удалось вспомнить появление Мисаки на парковке, где драка и происходило, правда в ушах вдруг снова зазвучали рык и треск ломающихся костей. Правда это было не то, или точнее сказать не совсем то, почему-то ярость Наки его нисколько не смутила и не напугала, будто он этого ждал с самого появления рыжего в банде. Точно страх, то что действительно заставило его испугаться, так это, что Мисаки не выживет. По спине снова пробежал холодок, такой расклад парня не устраивал, от мысли что Наки не станет стало тоскливо и действительно страшно. А если привязать сюда ещё и ревность, то получалась ещё более неутешительная картина. Дракен был более чем уверен, что подобного в отношении просто друзей не испытывают, к тому же вспомнилось ещё и как они вместе просыпались. О Наке хотелось ещё и заботиться, не так как о Майки, в этом случае Рюгуджи выступал скорее в роли близкой к няньке, с Мисаки же все было по другому. Но тогда по всему выходило, что... Да нет, только подумать что он мог... Черт... Снова нужно было с кем-то поговорить... Правда в свете последних открытий, Дракен теперь не был уверен, стоит ли ему идти к Баджи. Тот конечно помог в прошлый раз, но его реакция сбивала с толку или может он просто догадался раньше самого Рюгуджи. Но тогда получается, что Кейске это мягко говоря не одобряет и вряд ли станет помогать. Или возможно Кен просто окончательно запутался... Между тем Кейске несло не по детски, тот с какого-то ражна взбесился окончательно, несколько раз развязав драки из ничего. Финишем стали Чифую и Такемичи, после избиения которых Бажди заявил и без того взбешенному таким поведением, Майки, что уходит из Свастонов. У Рюгуджи и присутствовавшего при этом безобразии Наки, синхронно едва челюсти не отпали в след эффектно удаляющемуся, теперь получается уже бывшему, товарищу. Кен все больше склонялся к мысли, что мир вокруг тоже решил съехать с катушек, особенно сильно он в этом уверился, когда застал Наку за протиранием стены, использующего для этих целей Ханагаки. Тот заикаясь пытался что-то объяснить, но из-за угрожающей ауры едва мог говорить членораздельно. Дракен для него в тот момент сыграл роль спасательного круга, так как заметив третье лицо Мисаки ослабил хватку, чем Такемичи крайне проворно воспользовался. Рыжий же только фыркнул, с безразличием наблюдая, как блондин спрятался за более высоким товарищем и поспешил удалиться. У Рюгуджи на фоне произошедших событий и бесконечных вопросов в голове, большая часть которых была адресована его ориентации, инстинкт самосохранения сработал с опозданием. С очень большим опозданием до него дошло, то что он мог остаться со сломанным носом, но только когда Нака уже твёрдо стоял на земле обеими ногами. Просто блондин умудрился схватить того за локоть, в попытке выяснить, что все же произошло, но даже и не подумал вспомнить, как на такое может отреагировать его свободолюбивый друг. Уже смотря в спину удаляющемуся Мисаки, Дракену стало немного тоскливо, от мысли что он вероятно просто успел где-то обидеть парня и сам того не заметить. Но он тут же постарался отогнать от себя очередную порцию ерунды и сосредоточиться на более насущном. Правда видимо слегка перестарался, потому что Ханагаки заикаясь стал уверять его в том, что он ничего не делал, хотя Рюгуджи ещё даже вопрос задать не успел, только повернулся. В какой-то момент бред все же достиг своего апогея и все наконец устаканилось, насколько это вообще было возможно. И Дракен решил дать себе небольшую передышку, перестав наконец пытаться заговорить с Мисаки и по возможности старался не думать о нем. Правда того факта, что его сильно задевало избегание Мисаки любых контактов, это не отменяло и отдавал каким-то ноющим чувством, которому он пока не подобрал подходящего названия. К тому же в какой-то момент захотелось извиниться перед Эммой, ведь несмотря на разные ситуации, теперь он её понимал. Но это не отменяло его ревности, стоило ему увидеть где-нибудь Наку и Сано вместе. Тогда круговорот мыслей снова потерялся и все что его в данном случае примеряло, с каждым разом становилось легче принимать тот факт, что он влюблен в Мисаки. Но от того, что он с этим смирился и наконец принял, легче стало ненамного, теперь проблема была в в том, что ему с этим делать. Но жизнь имела свои планы и на отдельно взятых субъектов и их проблемы, ей было глубоко похер. И именно поэтому Свастоны сейчас, пускай и в меньшинстве, но активно пытались наподдать "безголовым", а заодно забрать оттуда своего капитана. На протесты последнего, всем было фиолетово, поэтому драка шла полным ходом. Правда поначалу ребята немного сдавали, всё же численное превосходство, а значит и перевес сил был не на стороне Свастики. Но Такемичи каким-то образом смог поднять боевой дух, тем самым немного улучшая ход событий, а остальное уже оставалось за капитанами. Так что постепенно, но ситуация все же улучшилась до уровня "хуй с ним, с числом, прорвёмся". К тому же помимо Ханагаки и капитанов, на боевой дух значительно повлиял и Наки, дравшийся в стороне от всех. Что не мешало ему сокращать ряды противников и оттягивать на себя все больше вальгаловцев. Те не воспринимали в серьёз парня, почти на полголовы меньше своего Главы и считали, что разберутся с ним быстро. Но быстро не получалось, хотя те и пытались его окружить, давя числом, правда сам рыжий их попытки воспринимал в соответствии с принципом "не окружили, а дали возможность бить во все стороны". Дракен и Майки, тоже нашли себе противников, правда у последнего дела шли не то чтобы совсем плохо, но где-то однозначно близко. У Дракена ситуация была немногим лучше, в попытке помочь Манджиро, он нарвался на Ханму и кучку прихлебателей. К тому моменту, как ряды желающих получить по голове от Кена сократились и он наконец добрался до основного своего противника, Вальгала потеряла порядочно число бойцов. "Зомби, гребаный мать его зомби" - все что мог сказать Рюгуджи о своём противнике, слегка потрепанная шкурка ни сколько не мешала Ханме продолжать выводить из себя соперника. Тот сносил удары, будто не получая от них ни капли урона, а про то что бы выдохнуться наверное и вовсе не знал,продолжая скалиться, и давать сдачи. Что учитывая долговязую комплекции, получалось не плохо. В том, что он ему не проиграет, Дракен был уверен, вопрос только в том, насколько ещё его после этого хватит. Правда узнать это ему было не суждено, все произошло слишком быстро, в какой-то момент взгляд Шуджи сместился за спину Кена и он пропустил удар, в попытке что-то сказать, чем Рюгуджи воспользовался отправляя того в недолгий полет. Тут же чувствуя толчок в спину, ещё не успев обернуться Дракен услышал уже знакомое ему рычание из-за чего сердце едва не пропустил удар. Картина оказалась одновременно ожидаемой и при этом все равно страшной, как для блондина. За его спиной стоял Мисаки лицом к кому-то из ""безголовых", который видимо хотел пырнуть Рюгуджи куском арматуры, но как и в прошлый раз его закрыл Нака. Уже второй раз рыжая мелочь получал то, что предназначалось не ему, ситуация казалась абсурдной. Мисаки обеими руками держал за кусок торчащего из него железа, не давая противнику пробить его насквозь, вальгаловец же делал тоже самое, но с обратной целью. Правда рыжему здорово мешала собственная кровь, делающая хватку скользящий. Кену показалось, что прошли часы прежде чем он сбил чужака с ног, не дав тем самым усугубить ранение Мисаки, на самом же деле пошёл не больше минуты. Теперь было ясно, что именно увидел Ханма за его спиной, но время для извинений было не самым удачным. К тому же стоило избавиться от противника, как Нака вытащил из себя арматуру с намерением ей воспользоваться. Рюгуджи едва успел схватить придурка, который на чистом адреналине, подкрепленной яростью попытался снова броситься в бой. Свастоны же наученные уже горьким опытом, постарались сместиться подальше от раненого рыжего и удерживающего его блондина. Вальгалла же ожидаемо не поняли, что лучше странную парочку не трогать, кроме Ханмы, который тоже поспешил отойти и вовремя крикнуть на остальных, чтобы оставили этих двоих. Нака же явно был не согласен с подобным положением дел и продолжал рваться из объятий Рюгуджи, даже не думая ослабевать. Единственное, что вызывало вопросы, почему он все ещё не попытался Кена ударить, но с этим можно было разобраться позже. Тем более, что ситуация у остальных тоже пошла в новое русло, Казутора умудрился пырнуть Баджи. Того ранение тоже ожидаемо не остановило и он бросился в драку, но теперь уже с куском, какой-то ржавой трубы. Отвлекшись на Кейске, Дракен не заметил, как рядом снова оказался Шуджи, обнаружил его присутствие блондин, только когда тот что-то вколол Мисаки. Едва увернувшись от агрессивно настроенного Рюгуджи, долговязый поднял руки в примирительном жесте и указал в сторону группы девчонок, в которых Кен узнал друзей Мисаки. Видимо когда те перед дракой подошли поздороваться и пожелать удачи другу, Осаки шприц Шуджи и передала, так как единственная кто из их компании к нему подходила. Хотя вопросов это создавал ещё больше, но ответ на них можно было получить и потом, сейчас куда важнее было помочь рыжему, пока он не истёк кровью. Дракену даже показалось, что течь она стала быстрее или может он просто так думал. Найдя взглядом Майки, парень кивнул на раненого товарища, Сано же видевший практически все что у них произошло, коротко кивнул, тем самым позволяя Рюгуджи оставить поле боя и позаботится о Наке. Правда обоих тут же отвлек вскрик Такемичи, а за ним закричал уже Чифую. Разбираться, что у них произошло, Дракен оставил Майки, справедливо рассудив, что тормозить сейчас было бы лишним, нужно было ещё прорваться через "безголовых". Но тут вмешалась уже одна из подруг Мисаки, имени которой Дракен не знал, но был ей сильно благодарен. Девушка достала из чехла, предназначенного для бейсбольной биты, катану и желающих лезть не осталось. О том где она её взяла, парень старался не думать, в конце концов все семеро изначально показались ему странными. На этом сюрпризы не закончились, стоило им отойти от основной массы дерущихся, как к ним подтянулись ещё четверо, оставшиеся Осаки и ещё одна рыжая,видимо решили досмотреть. Отдавать им друга Кен не захотел, спорить с ним не стали, только покрыли матом и сказали ехать за ними. Несколько озадаченый таким поведением,парень все же согласился,правда на сколько он мог судить, ехали они не в больницу. Правда скорость девушки выбрали подходящую скорее под ночные заезды, но благодаря этому все пять байков смогли быстро преодолеть путь до самого Синдюку. Вот там Кен видимо уже успел немного отойти, потому что район куда их занесло был явно далек от благоприятных. К тому же добравшись до окончательного места назначения их встретил парень не намного старше самого Дракена. Тот осмотрел всю компашку, резюмировал появление нового действующего лица и что Гнев снова нашёл "проблемы" на свою пятую точку. После чего поставил в известность, что все уже готово осталось только доставить Мисаки и можно начинать. Рюгуджи даже не успел возмутиться, как у него отобрали Наку и посоветовали вести себя максимально тихо, ради блага если не себя, то хотя бы друга. И что-то ему подсказывало, что советом лучше воспользоваться, но от возрастающей нервозности это не спасло. Поэтому когда парень наконец перестал мерить шагами комнату, где их оставили, из него стали сыпаться вопросы. Отвечала на них только девушка с катаной, тоже к слову рыжая, остальные ограничились лишь перекличкой по прозвищам и предпочли игнорировать его в дальнейшем. Апатия разговорчивостью тоже не отличалась, так что её ответы были максимально короткими. К тому моменту, как все тот же подросток вышел в общую комнату и объявил, что все хорошо и можно не волноваться, Дракен узнал не так много. Девушки действительно были чем-то на подобии банды, их связывало общее прошлое и себя они называли Грехами, используя соответствующие прозвища, но при этом у них сохранялись право вступать в другие банды, не выпадая из числа своей компании. Так например Мисаки был Гневом, а брюнетка с каре, помогавшая подпольному врачу и его сыну - Чревоугодие. Трио из близнецов и как оказалось Главы - Жадность, Зависть и Гордыня, соответственно. Отставшими были Похоть уже известная ему, как Осаки и Лень, старшая сестра Апатии, имена последняя называть отказалась. Аргументируя тем, что прозвищ для просто знакомых достаточно, на вопросы о том, что же за прошлое их связывает ответа, как такового, тоже не последовало. ""Все вопросы к Наке, если очнется", вот и весь ответ, правда "если" в нем напрягало, как и то что за время диалога Апатия не менялась в лице, замеревшем в выражении печального пофигизма ко всему. К тому же Кен мог поклясться, что единственным, кто хоть сколько-то волновался о Мисаки, был исключительно он. И это тоже напрягало, но новости о том, что все закончилось хорошо, все же заставили его немного расслабиться и вздохнуть спокойно. Гнать его после ухода врача не стали, так как ещё предстояло помочь с транспортировкой раненого наверх, где собственно все и собирались время от времени. Верхним помещением оказалось что-то наподобие лофта, где располагалась совсем маленькая кухня, небольшой деревянный помост со сложенными на нем футонами и парой обогреватель под ним, и служивший по всей видимости для сна. Остальное свободное пространство ничем занято не было, кроме нескольких боксерских груш, часто применяемых по прямому назначению, если судить по внешнему виду. В углу недалеко от них был сложен другой инвентарь, тоже предназначенный для тренировок. За рассматриваем жилого пространства Рюгуджи не заметил других обитателей о чем едва не пожалел. В лофте помимо девушек оказались ещё и питомцы, весьма оригинальные к слову. И если три здоровенных пса ещё хоть как-то ассоциировались у парня с категорией домашние, то вот то что он предположительно принял за котёнка явно и близко с ней не стояло.