Неожиданность

Отсмеявшись, Мисаки попытался встать под предлогом сходить попить, но стоило парню болезненно поморщиться и Дракен усадил его обратно. Фыркнул что-то себе под нос и сам принёс Наке кружку, тот в свою очередь отпустил очередную колкость. Подобное отношение к своей скромной персоне, вызывало неловкость, что ли... Но ощущать на себе чью-то заботу было приятно, особенно если учесть, что среди Грехов куда актуальнее было отношение в стиле: не сдох и ладно, а сдох ну и хер с тобой. За исключение можно было посчитать Апатию, но тут тоже никогда нельзя сказать, что у той на уме. С другой стороны, ждать от них чего-то было бы смешно, отбросы в этой жизни, практически никто из них не знал заботы. Гордыню по сути подобрали с помойки, что удивительно у неё не было никаких воспоминаний связанных с тем, как она вообще осталась одна. Примерно такая же история была и у Лени с Апатией, они тоже росли на улице, до того как их подобрали. Единственным, что отличало старшую от младшей, соответственно, был уровень сил. Если Лень порой могла поспорить в силе с Похотью, то Апатия была самой слабой из всех и если бы не бунт, то ей грозила Жатва. Зависть и Жадность росли в клетке с дикими кошками, их организация выкупила у контрабандистов, которые в поисках дохода желали продать этих недо-Маугли. Как к нелегальным торговцам попали дети и зачем те бросили их к животным, история тоже умалчивает, обе уверяют что сколько себя помнили, до организации жили именно с хищниками. Вели себя близнецы порой так же, как и их приёмные "родители", да и с животными ладили к слову куда лучше, чем с людьми. Но в отличии от Лени и Апатии, двойняшки друг за друга готовы были разорвать любого, в то время как Лени было плевать на свою младшую сестру, не меньше чем на окружающих. Чревоугодие имела несколько отличную от остальных историю, её мать в попытке откупиться, сама продала свою дочь. А уже в организации она приглянулась врачу и тот решил её курировать. Правда основной догмой его обучение, было "лечи тех, кто может ещё послужить, остальные в расход". О истории Осаки неизвестно было ничего, но вероятно она не сильно отличалась и Похоть скорее всего тоже была беспризорницей. Единственное, что о ней можно было сказать совершенно точно, так это - она полностью соответствовал своему прозвищу. Как в одежде и поведении, так и в характере, она провоцировала, обращала на себя внимание, а при этом ещё отличалась невероятно острым и ядовитым языком. В этом Мисаки ей полностью уступал, Осаки могла всего парой фраз запустить драку, либо остановить. К тому же девушка любила насилие и обладала временами крайне садистскими наклонностями. Описать её можно было в три слова: красивая, безумная, жестокая. И именно она была направляющие в дуэте с Мисаки, из-за чего парню было крайне сложно сейчас принимать чужую заботу. Так как за время проведённое с напарницей, тот практически забыл, что забота может проявляться в чем-то большем нежели игнорирование его существование. Потому что в случае с Похотью это было действительно благом, так как в отношении групп у организации было одно "золотое" правило. За любую, даже самую малую провинность со стороны ведомого, наказание нёс направляющий. И возможно именно это было основной причиной холодности Лени, и жестокости Похоти, учитывая что обе в свое время сменили не одного ведомого. Некоторых они сами же и убивали, Мисаки же не повезло обладать повышенной живучестью в дополнении со скверным и бунтарским характером. И из-за этого парень несколько раз был на грани смерти, после особенно жестоких наказаний и без того агрессивная напарница могла оторваться на ведомом. С большой вероятностью Осаки могла не поддержать идею с бунтом в организации, если бы не ее имя в "красном" списке и желание жить, на тот момент. Но к слову именно она вбила в Наку, хотя бы минимальное уважение к иерархии. Помимо деления в цепочке подчинения, существовала также классификация для таких, как они. Уничтожители были по сути "элитным" сортом пушечного мяса и имели самую высокую смертность среди остальных и именно к ним относились Похоть, Гнев и Лень. Они имели наибольшую психологическую нестабильность, а на пике становились просто машинами уничтожающими всех без разбора. Наибольшая смертность так же объяснялась не только риском попасть под руку напарника, но и то что в организации опасались, потери контроля над ними. Именно поэтому Осаки попала в список на Жатву, она стала слишком опасной, а постоянные наказания только усугубляло все. Бойцы были "мясом" второго сорта, ценили их порой даже меньше чем пешек и обычных рядовых. Самый многочисленный класс и расходный материал для организации, с которым они не считались, среди Грехов их представляли Зависть, Жадность и Апатия. Но оценивая результаты бунта, именно этот класс стал ключевым фактором, позволившим достичь выжившим столь желанной свободы. Бойцы были менее склонны к агрессии в отношении друг друга и куда реже впадали в состояние безумия. Чревоугодие несмотря на звание Врачевателя, тоже можно было отнести к классу Бойцов. Гордыня же относилась к самому редкому классу - Переходной, они были чем-то между Уничтожителями и Бойцами и чаще всего занимали главенство в группе из Бойцов. Будучи сильнее "второсортных", но слабее "элиты" они ценились за исполнительность и умение контролировать свою агрессию. Основным их минусом считалось то, что они всегда находились в стадии возбуждения, либо агрессии и поначалу плохо могли это контролировать. В истории самого Мисаки, осталось один момент, который тот не торопился рассказывать Дракену. Этот момент тоже затрагивал организацию, но также и больную для Наки тему - брата. И возможно именно он позволил парню сохранить больше человечности чем другие Уничтожители. Но наблюдая сейчас за Кеном и беззлобно переругиваясь с ним, Мисаки хотелось продлить это чувство чужого тепла ещё ненадолго. К тому же рыжий куда раньше заметил, что привязался к блондину, но если по-началу не уделял этому внимания, то после примерки на себя роли справедливой кармы, Нака захотел сбежать от этого. Именно он был причиной всех "несчастий" свалившихся на людей Осаная и это был осознанный и самостоятельный выбор, не обоснованый необходимостью. Но сворачивая шею одному из ублюдков, парень так некстати вспомнил, что когда-то именно так прервал медленную и мучительную смерть своего брата. Единственного человека, которого по-настоящему любил и ради памяти о котором так стремился жить сейчас. Страх, так несвойственный для его класса, не позволил парню остаться в стороне, когда Дракену грозила опасность. И этот же страх толкал держаться от парня подальше, чтобы не ставить его жизнь под угрозу от себя самого, так как Мисаки имел дряной контроль над своей агрессией. Но судя по Рюгуджи, который после его вчерашнего рассказа все ещё находился рядом и уходить не спешил, у блондина было свое мнение и переубедить этого упрямца будет крайне трудно. Правда уйти ему все же пришлось, так как несмотря на выходной работу никто не отменял, но Дракен обещал заскочить ещё и на следующий день. Следующие полторы недели Кен то и дело заглядывал к Мисаке, порой привозя что-то из списка любимых лакомств рыжего. Тому даже неловко было в какой-то степени, с одной стороны Рюгуджи и раньше мог выкинуть что-то подобное, с другой Нака теперь был в курсе, что он симпатичен ему. Что тоже было в новинку для Гнева и тот порой терялся, не зная как ему стоит реагировать. Подумав парень пришёл к выводу, что помимо спасибо возможно стоило бы обнять друга, тому вроде нравилось его тискать. Решив не сильно расходиться между мыслью и делом Мисаки привёл план в исполнение, правда предварительно несколько раз его отложив. Все же жест, как оказалось требовал некоторой смелости, что неожиданно, но оказался не таким сложным, особенно когда ты врезаешь на выходе из здания в того, кого собирался обнимать. Хотя в этом случае попытку устоять и не сесть на пятую точку, весьма трудно назвать объятиями. Но блондина они тоже порадовали, хотя и не так как это планировал рыжий, и все же парень улыбнулся обнимая его в ответ. Дракен даже чуть приподнял его, за что получил порцию возмущений, которые развеселили его ещё больше. Правда ровно до того момента пока Мисаки не попробовал высвободиться из рук Кена и выйти наконец на улицу. Теперь повозмущаться решил уже Рюгуджи, из-за чего Наке пришлось долго доказывать, что у него уже все зажило, ничего не болит и вообще ему разрешили покидать не только пределы футона, но и лофта тоже. В последний пункт блондин не верил от слова совсем, за этой сценой их застала Осаки в компании Такемичи. Заметив "парочку" девушка отпустила пару не самых приличных шуток, чем заработала в свой адрес раздраженный взгляд от Кена и подробную инструкцию куда девушке стоит пойти от Мисаки. Смущенный и красный, как варёный рак, Мичи пробормотал что-то напоминающее просьбу не ссориться. В итоге Дракен согласился, что прогулка Мисаки все же не повредит и поспешил увести его, с тем что здесь забыл Такемичи, парень решил разобраться позже. К тому же ему всего на пару мгновений показалось, что Похоть и Ханагаки имеют несколько схожую внешность, хотя возможно это была всего лишь игра света и тени. Гуляли парни долго, правда для этого Дракену пришлось немного раздеться, так как Мисаки не удосужился подумать о том, что вечера стали холоднее. И на улицу вышел только в утепленной худи, цвета хаки, которая была на пару размеров больше, так же не забыв о своих неизменных спутника шляпе и чокере. Но те мало чем могли помочь этому вечно мерзнущему идиоту и Рюгуджи решил поделиться своей курткой, раз парень забыл о о своей. Правда в свою куртку Кен его завернул, почти насильно не слушая ни протесты, ни угрозы со стороны рыжего. Поток возмущение от Наки прервался, когда парни столкнулись с Ханмой, тот видимо наличием инстинкта самосохранения совершенно не страдал. Рюгуджи едва успел перехватить разошедшегося в край Наку, практически в полете. Рыжему крайне не по вкусу пришлась брошенная Шуджи фраза: "Враг наступал, орешек не сдавался", которой тот решил описать увиденное. Кен поудобнее перехватив эти полтора метра агрессии, не получив ожидаемого сопротивление, решил унести Мисаки подальше от раздражителя. Перед этим уточнив помнит ли последний о предстоящем собрании и получив положительный ответ, попрощался с долговязым. Нести человека, с ещё свежим шрамом, под мышкой хорошей идеей назвать было сложно. Поэтому отойдя немного подальше, Дракен аккуратно подхватил парня под колени и спину, снова удивляюсь, тому сколько рыжий весит. Ну не утяжелители же он таскает в самом то деле, а других вариантов, при худощавом телосложении Мисаки, парень не видел. Нака, как и Ханагаки, казался слишком худым и обладал такой же тонкой талией, что зачастую подчеркивали высокие и зауженные штаны, либо джинсы. Правда в случае рыжего это не так бросалось в глаза из-за узких, как для парня, плеч. И говоря честно, если бы Рюгуджи не был с ним знаком, то вероятнее всего в толпе принял бы рыжего за девушку, особенно если к фигуре добавить еще и миловидное лицо, которое скорее ожидаешь увидеть у той же девушки или ребенка. Правда за своими мыслями парень не сразу заметил, что Мисаки как-то затих у него на руках. Дракену даже показалось, что тот просто пригрелся и уснул, но присмотревшись, блондин заметил, что Гнев не спит. Тот сверкал своими голубыми глазами, прикрывая часть лица тенью от шляпы и сонным не выглядел, скорее это было больше похоже на смущение. Мисаки действительно чувствовал себя неловко в этой ситуации, к тому же он поймал себя на мысли, что подобное ему даже нравится. Рядом с Рюгуджи было тепло и не только физически, но обдумать это не получалось, поэтому ещё немного посидев на руках у блондина, парень попытался слезть. Ему в конце концов практически шестнадцать, а не пять и он вполне может ходить самостоятельно. О том, что их могли увидеть рыжий пока не волновался, они находились практически на границе Синдзюку и Сибуя, где вероятность встретить кого-то из знакомых была крайне мала. Да и к тому же в данный момент, они гуляли в парковой зоне, так что можно было и вовсе не волноваться. Пересечься они могли только разве что с Грехами, но они в большинстве своём были заняты, да и большинство жили ближе к центру района. Но Дракен не сразу правильно интерпретировал дерганья Мисаки, из-за чего пришлось выслушать пару язвительных комментариев. После того, как Нака снова пошёл гулять уже своими ногами, они решили зайти посидеть где-нибудь. Выбор пал на небольшое кафе недалеко от лофта, в здании все же было теплее чем на улице, поэтому парни просидели там несколько больше, нежели планировали. И возможно просидели бы и дольше, если бы Мисаки не взглянул на часы и не поинтересовался, не будут ли Кена снова искать. Не то что бы парня это сильно волновало, ему скорее поднадоело выслушивать в свой адрес претензии по этому поводу. Поэтому согласившись с Накой, Рюгуджи проводил того к лофту, где парни и попрощались. Уже отходя от здания Дракен вспомнил, что забыл сказать, а парень в свою очередь вспомнил, что так и не вернул куртку. Из-за чего они как и в начале встречи, снова врезались друг в друга, правда в этот раз Мисаки едва не двинул Кену дверью. В качестве извинения, Дракен попросил того прийти на вечеринку в честь возвращения\присоединения людей к Свастонам. По какой-то причине, проводить ее собирались дома у Такемичи, вообще первую её часть собирались провести недалеко от храма, где у них проходят собрания. А к Такемичи пойти уже небольшой компанией, после основной части, которая будет больше похожа на обычное собрание. За оставшиеся полнедели, Мисаки все же смог немного поладить с Мичи, которого за собой таскала Осаки. И говоря честно Нака парню не завидовал, вспоминая уроки от своей напарницы, единственное что могло немного уберечь парня от печальной участи, это отсутствие вышестоящих над Похотью. Правда даже в этом случае нельзя было исключать риск попасть под горячую руку, или даже ногу, в зависимости от настроения, но это уже было не его дело. Раз тот решил выбрать не самый лёгкий путь к обретению силы, то это только его выбор. Хотя Гнев и беспокоило некоторое сходство Ханагаки с напарницей, но отсутствие у него ауры присущей всем носителям "инстинкта" гасило интерес к персоне парня. Поэтому, если бы не приглашение от Кена, то Миски вероятно даже не пошёл бы на эти посиделки. Правда когда в гости помимо Свастонов и Эммы с Хинатой заглянули ещё и Грехи, что удивительно всем составом. Для Наки стало сюрпризом что тот был знаком со всеми, за исключением самого Гнева. Немного неприятно, но учитывая что общение у этих двоих не заладилось изначально, рыжего этот факт не сильно расстраивал. К тому же времени ему на это тоже не оставили, девчонки оперативно загрузили всех пришедших работой,за исключением Такемичи и Кейске. Этих двоих усадили в сторонке пользуясь предлогом, что им нельзя напрягаться, а что бы они даже не думали рыпаться, Сано-младшая привела к ним Чифую и попросила посмотреть за ними. Лицо Баджи в тот момент нужно было видеть, Нака конечно слышал от Рюгуджи, что вице-капитан успел съесть все нервные клетки у своего капитана, но такой бурной реакции не ожидал. Стоило признать, что выглядело это забавно, особенно то обреченно-расстроеное выражение на лице Кейске, с которым он смотрел в спину довольной собой Эммы, снова скрывшейся на кухне. Прийти к слову смогли не все, так например Такаши сейчас перетаскивающий мебель вместе с Дракеном, пришел без своего вице-капитана. У Шибы были какие-то свои дела и тот извинившись перед командиром и остальными ушёл сразу, как закончилось собрание. За то кто-то приволок Ханму, тот занимался тем же чем и Рюгуджи с Мицуей, но в одиночку, так как отказался от поставленного ему в помощники Наки. Причём рыжий не мог сказать наверняка, чем был вызван подобный порыв, из того что он узнал об этом парне, что за каким-то чертом приглянулся Осаки, тот явно не был человеком заботящимся о благе окружающих. Но были подозрения, что все дело было в Дракене маячившим за спиной Гнева и Шуджи вероятно не хотел нарваться на конфликт, учитывая что в данной ситуации перевес был не на его стороне. Самыми ответственными девушки видимо признали Майки и Казутору, ну потому что чем ещё они могли руководствоваться, оставляя этих двоих развлекать гостей. Лень и Апатия, представившиеся как Тахара и Джун, соответственно, тут же разбрелись в разные стороны. Старшая из сестёр пристроилась на диване оправдываю свое прозвище и уснула, который Кен и Такаши только успели сдвинуть к стене, а младшая решила помочь с кухней. Гордыня попытавшаяся удалиться от общего шума, получила довесок в виде Майки, которого она заинтересовала в первую их встречу. Но та моло была настроена на общение, в независимости была это беседа на какую-нибудь обыденную тему, или предложением альянса группировки с бандой. Но сколько бы Гордыня не игнорировала буквально прилипшего к ней Сано, ситуацию это не спасало, напротив, когда девушка все же решила ретироваться из поля зрения парня, тот просто потащился следом. И пока Осаки едва не до слез смеялась с этого представления, Мисаки беспокоился, что Манджиро может и отхватить. Особенно учитывая те факторы, что Гордыню не просто так звали Кровавой Сукой, а Манджиро не был фанатом насилия в отношении противоположного пола, что сейчас могло ему аукнуться. Ханагаки же пришёл по всей видимости к тому же выводу, но за его попытку рыпнутся с места, Мацуно отчитал не только голубоглазого, но и своего капитана для профилактики, за что Мичи получил ещё и подзатыльник о брюнета, за подобную подставу. Жадность и Зависть же отличились неожиданным дружелюбием, так как весьма охотно общались с Казуторой. Тому даже удалось узнать, что беловолосую звали Ацуми, а её брюнетку-близнеца Ацуки, хотя во время разговора обе синхронно реагировали на звяканье сережки-колоколчика. В общем пока все были заняты, Мисаки что бы хоть чем-то заняться, пришлось помогать всем и понемногу, или как это крайне точно называла Похоть: "Принеси, подай, иди на хуй, не мешай". Правда первостепенной задачей для парня стало, следить чтобы Глава Свастонов остался в живых и желательно целым, на сколько это было возможно. У Майки же будто включился режим ребёнка и он слонялся за Гордыней как очень вредный и приставучий щенок, за сукой. Девушка на благо отнеслись к ситуации так же, но учитывая что она была из Переходных, то Мисаки на всякий случай таскался следом. И даже не заметил отсутствие Похоти и Ханмы, правда через минут пятнадцать, после того как все обнаружили их отсутствие, обе шпалы вернулись самостоятельно. Помимо этого они под чутким руководством Похоти, притащили алкоголь, а также Чревоугодие, которую встретили по дороге. И если девушки ещё остались довольны, то вот Шуджи - не очень, именно его к переноске спиртного и припахали. После прихода этих троих началось веселье, правда из-за выходного пришлось вести себя достаточно тихо, чтобы соседи не решили пожаловаться на шум. К тому моменту как Осаки влезла с предложением сыграть в карты, причём два на два, большая часть присутствующих была готова поддержать любой движ. Пары распределяла Лень, которая уже успела влить в себя пару энергетиков и теперь выглядела весьма бодро. Правда судя по парам, Тахара и Осаки изначально сговорились, по крайней мере это было бы логичным объяснением тому, что Гордыня и Майки были вынуждены играть в паре. Мисаки выпал Кен, Шуджи и Осаки решили не разлучать, сводя победу над этой парочкой к минимуму, Апатия пошла в пару с Чревоугодием и судя по всему это команда обещала быть наиболее честной. Баджи в пару поставили младшую Сано, так как та тоже захотела принять участие в общем балагане. Затруднения возникли когда пришлось думать, как разделить близнецов между Ханемией и Мацуно, так как Лень себе в пару выбрала Мицую. Но Жадность посмотрев на предложенное разнообразие сама предложила оставить Ацуки в паре с Торой, а сама пересела ближе к Чифую. Такемичи от участия отказался и переубедить его не получилось даже у Похоти пригрозившей ему адскими тренировками. Но Ханагаки упёрся, поэтому Тачибана, у которой для игры не хватало пары, предложила быть им судьями. Всех подобное решение устроило, поэтому в центр комнаты был перенесён низкий стол, за которым сначала судьи составили план, кто против кого играет. Когда Мичи и Хина закончили, то за стол наконец сели первые на сегодня "противники". Мисаки подумал, что кто-то из судей точно рехнулся, раз первыми играли Шуджи-Осаки против Майки-Гордыня. Это было зрелищно, что ещё сказать, уже после третьей ничьей, девушки стали всеми силами вырвать победу друг у друга. Их напарники прониклись атмосферой за столом и активно помогали-мешали, в отличии от зрителей, напряглись даже Грехи. По итогу выиграла команда Похоти, правда Ханма злорадствовал и радовался не так долго, как ему хотелось бы. У Осаки была одна странная особенность, у девушки зубы чесались кусаться. Её что-то раздражает - укус, ей плохо - пожует, в ярости - вгрызется до крови, радуется - покусывает и т.д. Шуджи осекся на середине слова, удивленно округлил глаза и повернулся к девушке, с немым вопросом что это сейчас было. Та же с довольным видом отпрянула и подмигнула в ответ на удивление друга, растягивая губы в улыбке и обнажая зубы. Гордыня понаблюдав за "противниками" лишь сочувственно вздохнула и поинтересовалась, когда те собираются загадывать желание. Осаки снова переключилась на команду напротив и о чем-то подумав, подергала Шуджи за рукав, тот посмотрев на сокомандницу и кивнул, дав ей возможность загадывать первой. Желание оказалось простым до невозможности и Майки почти не затрагивало, Гордыне просто нужно было до конца вечеринки общаться только с ним и вести себя дружелюбно, отвечая на вопросы или поддерживая беседу. "Прикол" поняли только Грехи, причём все кроме Лени, постарались отодвинуться от своей лидерши. Гордыня и дружелюбие были несочетаемы, а учитывая что Манджиро ей изначально не понравился, шансы закончить вечер без драки таяли на глазах. Девушка под довольным прищуром Похоти скрипнула зубами и выдавив из себя "дружелюбный" оскал встала освобождая место другим игрокам. Сано ушёл следом, пока ещё не понимая, что вообще произошло, но то что ему теперь можно было доставать слишком молчаливую девушку, позволило забить на предыдущие вопросы. Следующими на растерзание была команда Кейске-Эмма, игра была менее напряжённой и куда короче предыдущей, обошлось всего одной ничьей. Теперь очередь загадывать принадлежала Ханме, тот осмотрев проигравших, почесал висок и ухмыльнувшись отправил парочку заплетать друг другу косички. Баджи предложил снять с долговязого скальп, чем вызвал ещё более широкую ухмылку со стороны парня. Правда строгий взгляд младшей Сано немного остудил желание брюнета драться и тот поплелся следом за ней к дивану, где брат девушки активно трепал нервную систему главы Грехов. Та пока держалась, стараясь не сильно грубить и по возможности не сильно раздражаться из-за ситуации и компании. Тем временем веселье за столом продолжалось, теперь была очередь Кена и Мисаки, игра обещала быть напряжённой. После нескольких ничьих и бесконечных подколок со стороны брюнетки и её сокомандника, закончилось все так же как и до этого. С разницей в том, что им желание загадывать не стали, решив оставить эту возможность на потом. Наке такой расклад не понравился, но спорить было бесполезно, поэтому когда напротив Похоти за стол села Лень, парень со злорадством пожелал своей напарнице удачи. Шуджи понаблюдав за такой реакцией, немного отодвинулся от брюнетки, что-то ему подсказывало, что любой исход этой игры грозит порцией укусов. Мисаки же с чувством выполненного долга решил удалиться покурить, за им потянулся и Кен.