Криворожий

— Господи, Венечка! Это где же ты так замазюкался? Стоило понуро смотрящему в пол Вене переступить порог душной квартиры, и на него сразу же набросились родственники. Бабушка укоризненно смотрела из комнаты, а дядя Саша, как Веня и предполагал, заранее ждал в прихожей. — И как это понимать? — спросил он, скрестив на груди руки. Это была опасная поза, и Веня больше всего боялся на неё натолкнуться. Сколько бы он с дядей Сашей не огрызался, когда дело доходило до ремня, вся уверенность вмиг улетучивалась, уступая место трясущимся поджилкам. — Зачем на стройку полез? Не обращая на разозлившегося на него дядю никакого внимания, Веня лениво разулся, стянув один кроссовок другим. Кота он всё ещё прятал под курткой и без конца прокручивал в голове никак не желающие складываться в связный текст объяснения. Дядя Саша не поймёт. Он ведь взрослый, а взрослые все одинаковые. Мама с папой тоже отмахивались от домашних животных и не разрешали Вене завести собаку. От неё же шерсти много, она всё грызёт, а ещё с ней нужно гулять каждый день в шесть утра — одни хлопоты. Точно не разрешит, надо прятать. — Вениамин, я с кем разговариваю? — не выдержал дядя. Когда его невероятному терпению всё же приходил конец, слышать его надзирательский голос и нарочито официальное «Вениамин» становилось обидно и невыносимо. — Откуда вся эта грязь? Ты хоть не покалечился? Что это за… ты что, упал?! — Никуда я не упал! — Веня отмахнулся от потянувшейся к нему руки и отскочил в сторону. Дядя Саша настаивать не стал, но всё злился. — Почему тогда куртка порвана? — спросил он, глядя племяннику прямо в глаза. На тех уже наворачивались слёзы обиды, но Веня то и дело незаметно их смахивал. — Куда ты уже влез, а? Неужели нельзя по-человечески поговорить и никуда не убегать? Веня? — Нельзя! Такой резкий ответ обстановку разрядить, конечно, был не способен. Веня понял это с небольшим опозданием — по дядиному взгляду. — Ну, раз так, тогда не обижайся. Поговорим по-другому. Дядя Саша предсказуемо ушёл за ремнём. Внутри будто бы что-то рухнуло. Веня в панике огляделся, расстегнул куртку и вбежал в зал, на ходу пытаясь понять, куда лучше спрятать котёнка. За диван или кресло небезопасно — выбежит, в шкафу места нет, да и кот наверняка начнёт там мяукать, а больше и некуда. — Куртку снимай. И штаны можно сразу в стирку. Дядя Саша подтянул рукава домашнего свитера — отопление ещё не включили, в квартире было чудовищно холодно. Нервно сглотнув, Веня на деревянных ногах вышел из зала, закрылся в ванной. Кот сидел тихо, но Веня на всякий случай накрыл его дырявой корзиной для белья, а сверху положил свою куртку. Штаны стаскивал медленно, возвращаться в зал совсем не хотелось. Перед дядей Сашей теперь почему-то было стыдно. Хотелось отмотать время назад и хотя бы не огрызаться, чтобы не доводить до… такого. — Веня, — стук в дверь прозвучал неожиданно. Веня подпрыгнул, быстро-быстро выскочил наружу и закрыл за собой дверь. Дядя Саша даже удивился. В прошлый раз Веню пришлось тащить на диван силой. — Не тяни время. Разделся? Тогда вперёд. Веня нехотя пошёл туда, куда предлагали, но в последний момент всё же струсил и завернул в свою комнату. Дядя Саша тут же схватил его за плечо, авансом стегнул ремнём по трусам и вытянул обратно в коридор. Веня страдальчески всхлипнул, заупирался сильнее, но всё равно в итоге оказался животом на диване. Дядя Саша нотаций никогда не читал. Ремень опускался неожиданно и по напряжённому телу сразу очень больно. Первые пару раз в прошлом году Веня кричал и матерился, но довольно быстро понял, что тем самым только добавляет себе ударов и увеличивает дядино раздражение. Трусы с него стянули только после ещё одной пары крепких ударов за сопротивление. Веня брыкаться не перестал, но дяде это не особенно и мешало. — Ай! — ремень попал по ногам, и Веня начал вырываться изо всех сил. Дядя Саша опустил руку ему на поясницу, укоротил петлю и, кажется, только увеличил силу удара, вызывая новые возмущения. — Не надо! Больно! — А ну не вертись! — Больно! Больно, больно! Дядя Саша, как всегда, ничего не ответил. Порка продолжилась, хотя Веня ещё в самом её начале всё осознал. Не полезет он больше на стройку! Там всё равно скучно, а любопытство он своё уже утолил. А татуху… татуху всё равно убирать уже поздно, и вообще-то это его подарок на день рождения. Он ведь ни у кого деньги не крал — сами подарили, а теперь ругаются! Ещё и бьют! — Это ещё что такое? — дядя Саша вдруг прервал экзекуцию, и Веня, наконец задышав, заплакал только громче. Надежды на пощаду или хотя бы бабушкину жалость он никогда не терял. — Это что, кот? Рука с поясницы исчезла. Дядя Саша куда-то ушёл. Веня, полностью погрузившись в своё несчастье, потянулся руками назад и приложил вспотевшие ладони к горящим ягодицам. Те отозвались неслабой пульсацией, и Веня зарыдал пуще прежнего. — Вениамин, что у нас в ванной делает кот? — дядя застыл на пороге и вновь скрестил руки. Веня поднял на него заплаканный взгляд, но тут же опустил, не справившись со стыдом и обидой. — Где ты его взял? На стройке? — Я его обратно не понесу, о-он там умрёт! — унять рыдания никак не получалось, но Веня старался изо всех сил. Дядя вдруг подошёл к нему, присел рядом. — Он… он в яму провалился, и я…я… он мой, ты его не заберёшь! — Нужен он мне. На очевидный сарказм Веня недоверчиво хмыкнул. Конечно же, дядя отберёт кота. Вене нельзя заводить животных — он для этого слишком безответственный. Максимум, что дядя Саша сможет сделать — это помочь кота вымыть, возможно, отвезти к ветеринару, но затем они ведь начнут клеить объявления и искать коту новый дом. Скорее всего, отдадут соседям. Дядя Саша отложил ремень. Веня мог только слушать, что ещё он делает. Слёзы наконец закончились, дыхание удалось выровнять. Зад всё ещё горел огнём, но потихоньку и эта боль притупилась. — Нельзя лазить на стройку, — нарушил долгую тишину дядя. — Что бы там ни было, это опасно, так что ты не должен был туда соваться. Ещё раз влезешь, выпорю снова. Даже если мама будет дома, уяснил? Нечего геройствовать, когда не просят. — И что, мне надо было оставить его там?! — Веня не на шутку разозлился. Говорить дяде о том, что изначально он полез на стройку просто для развлечения, было бы совсем глупо. Хорошо, что тот сам придумал отмазку получше. — Он сам никак не мог выбраться. Если бы не я, его засыпали бы песком или вообще раздавили! — Ты мог бы позвонить мне. — И что бы ты сделал? Сам туда влез? — Я бы узнал номер и позвонил кому-нибудь из строителей. Лазить куда-то самим не то что опасно — это противозаконно. На поучительный тон Веня обиделся только больше. Дядя хлопнул себя по коленям, поднялся и подтянул на Вене трусы. Тот сразу же перевернулся на бок и уставился на родственника с ещё большей обидой. — Давай поднимайся и в ванную. Обоих отмывать надо. После поговорим.