Калейдоскоп

Утро очередного учебного дня встретило Ëн У тёплой солнечной погодой и приятным ветерком. В школу он шёл в приподнятом настроении: завтрак и утренняя разминка удались на славу, в поезде было не так уж и много народу, поэтому парень уделил немного времени чтению материала для урока, а у ворот здания школы — встретился с Боми. Они до самого класса весело переговаривались о всякой ерунде. Стоило Ëн У сесть и приготовиться к уроку, как раздался звонок, и через пару минут вошёл учитель. Как бы каратист ни старался вникнуть в тему, у него это не выходило. Из-за монотонного голоса преподавателя мысли скакали в голове, как им самим того хотелось, снова и снова возвращая их хозяина в комнату Тэхуна и к тому, что там произошло. Нахлынувшие воспоминания и возникшие в голове картинки заставили щеки залиться краской. Пришлось опустить голову и спрятаться за учебником. Гибкое податливое тело тхэквондиста, его тёплая гладкая кожа с запахом вишни, красные щеки, большие шальные глаза с длинными ободками ресниц и светлые волосы, разметавшиеся по кровати, — всё это Ëн У не мог выкинуть из головы. Что греха таить? Особая сторона Тэхуна была ужасно привлекательной, но в то же время жутко пугала. Джи уже перестал отрицать то, что ему понравилось произошедшее, он в какой-то степени был бы рад продолжению, как бы стыдно ему не было об этом думать. Однако Ëн У никогда, до определённого события, и мысли не допускал, что его могут привлекать парни, но как выяснилось — всё же могут, точнее один конкретный. На следующий же день после происшествия Джи погрузился в изучение своего естесства, дабы чуть больше понять свои вкусы. Гейское порно его не впечатлило, и это ещё было мягко сказано. Вебкам платформа тоже, не то что не смогла зацепить ни единой струнки души, а даже напугала. В итоге Ëн У смирился, что дело было вовсе не в том что и как он делал тем вечером, а с кем. Джи обессиленно опустил голову на локти, пялясь на чёрный экран смартфона, который, будто почувствовав взгляд хозяина, пиликнул уведомлением из какаочата. Он, оглядываясь на стоящего к нему спиной и увлечённо пишущего на доске условие задачи учителя, ткнул по окошку, открывая переписку. Когда заканчиваешь ? @Тэхун Джи недоуменно проморгался, словно не веря, что Сон впервые написал первым. Без ругательств и оскорблений, конечно. Ëн У быстро прострочил ответ: Уроки заканчиваются в 15:45. Потом до шести часов я на волонтерстве в больнице. А что? Что-то случилось? @Ëн У Тупая ты задница Тебе не обязательно этим заниматся! @Тэхун *ться. @Ëн У Че? @Тэхун Заниматься. Так будет правильно. @Ëн У Убью Знаешь Сначала хотел предложить тебе встретиться Но теперь чувствую острое желание послать тебя на хуй @Тэхун Прости, пожалуйста. Не думал, что это тебя заденет. Давай сегодня увидимся? Можешь прийти ко мне в гости. Я буду рад. @Ëн У Ок К шести подойду к больнице Потому что в душе не ебу где твоя хата @Тэхун Ëн У отложил телефон, не в силах сдержать улыбку. Да, пусть они не виделись всего лишь пару дней, но каратист уже успел соскучиться. К тому же, его всё это время не отпускало чувство неловкости. Хотя Тэхун и сказал, что между ними всё останется как прежде, Ëн У отчего-то было неспокойно на сердце. Парень считал минуты до конца учебного дня. Все-таки популярность нешуточно утомляла. Несмотря на то, что Ëн У забросил свой канал, внимание фанатов не отпускало его ни на секунду. Разумеется он понимал, что со временем ажиотаж вокруг него поутихнет, но пока приходилось мириться с последствиями своей прошлой деятельности. Ëн У мог по пальцам пересчитать людей, ценивших его не за его ньютуберские заслуги и славу, а за его честность и простоту, за его настоящее «я». Как ни странно в число этих единиц входила Боми, которую, судя по всему, что-то тревожило: она весь день оглядывалась на Ëн У, заливаясь очаровательным румянцем. В конце концов каратист не выдержал и после занятий предложил девушке вместе доехать до больницы, а в дороге поговорить по душам. Боми охотно согласилась. Первые пять минут в вагоне они неловко переглядывались, а потом Чои всё же спросила: — На выходных что-то случилось? Ëн У забыл, как дышать. Неужели всё настолько очевидно? Нет, Боми точно не могла знать о том, что произошло между ним и Тэхуном. Но как она тогда...? — Просто ты весь день какой-то потерянный. В облаках витал, не пытался сосредоточиться и сверлил взглядом телефон. У тебя, что, девушка появилась? — Боми подняла на него извиняющийся взгляд, словно ей было неудобно лезть в чужую личную жизнь, но любопытство она так и не смогла пересилить. Парень облегченно выдохнул, словно с плеч спал тяжёлый груз. Он с нежностью смотрел на девушку, вынужденную слегка запрокидывать голову, чтобы видеть его лицо. Какая же она была хорошенькая! Вот только эту мысль вела под ручку друга, кричащая: «А у Тэхуна ресницы длиннее и глаза красивее! А кожа...». Ëн У мотнул головой, отвечая: — Не совсем, то есть...как бы сказать? М, всё довольно сложно, я и сам до конца не понимаю. — Он неловко взлохматил волосы на затылке. Боми растерянно хлопала своими прекрасными глазками, а на её личике отражался бурный мыслительный процесс. — Как это? — Вообщем, я запутался. Я не могу точно сказать, что чувствую к этому человеку... — Она тебе нравится? — Думаю да, но я не уверен, что именно так нравится. Мне комфортно рядом с ней, я радуюсь, когда мы вместе проводим время, вот только... — Что? — Боюсь, что на меня в качестве парня она и не думает смотреть. Мы очень близкие друзья, по крайней мере я хочу в это верить, и она чётко обозначила границу наших отношений. — Ëн У было приятно выговориться. Боми какое-то время молчала, а потом тихо, приподнявшись на носочки к его уху, задала вопрос: — Могу я спросить, делали ли вы это? — Девушка залилась краской, да щеки Ëн У тоже покрылись красными пятнами. — Знаешь, это немного личное... — Прости, что лезу не в своё дело. Я только хочу понять ситуацию, чтобы дать тебе хороший совет. Будучи девушкой, может, я смогу донести до тебя её возможные чувства. Все-таки женскую логику никто не отменял. Вот только как теперь сказать Боми, что предметом его душевных терзаний является вовсе не девушка? Ëн У не нашел нужных слов. Он прикусил губу, отворачиваясь от подруги, пряча горящее лицо. Она вздохнула и тихо произнесла: — Просто дай ей немного времени. Возможно, она, как и ты сейчас, совсем запуталась в своих чувствах. Всё образумится, вот увидишь. — Чои по-дружески подмигнула. Джи искренне улыбнулся ей. Иногда он всерьёз задавался вопросом, чем же он заслужил Боми рядом с ним? Они доехали до больницы и сразу же попрощались, расходясь по своим делам. Девушка отправилась в детское крыло, а парень — в отделение травматологии и хирургии. Ему предстояло помочь медсестрам с перевязкой пациентов и уборкой процедурной. Работа была не самая чистая, поэтому пришлось переодеваться в хирургичку. В коридоре он выловил своего «куратора» и получил от него задание. Работа утомляла, но приносила чувство удовлетворения. Все-таки отец в чём-то был прав: была некая романтика во врачебном ремесле. После начала их дружбы с Тэхуном, Ëн У всерьёз задумался над своим будущим. Каратэ было его страстью, искрой, что разжигала в душе азарт. Однако карьера профессионального спортсмена не смогла бы вечность его кормить. Когда-нибудь его бы точно затмил какой-никакой яркий новичок. Конечно, он бы мог стать в будущем тренером или менеджером, но это не то, к чему стремилось сердце. Ему нравилось каратэ, он его любил. Тем не менее, холодная голова говорила, что в приорите должна стоять стабильность. Эту стабильность он видел в медицине. Всё время на волонтерстве Ëн У с замиранием сердца ждал сообщения или звонка от Тэхуна, но от того не было ни звука, вплоть до 17:54, когда экран высветил сообщение в какаочате. Ты где мать твою? @ Тэхун Ëн У быстро напечатал ответ. Пальцы, непонятно почему, не желали нормально слушаться. На четвёртом этаже. Скажи, на регистратуре, что ты мой друг (только представиться не забудь). Я замолвил словечко, тебя пропустят без вопросов. Мне осталось только закрыть кабинет и переодеться. @ Ëн У Ок @ Тэхун Джи ускорился, быстро заканчивая дела и переодеваясь. Ему не терпелось увидеться с Соном. Каратист, как ужаленный, собрался и пошёл в сторону лифтов и лестницы. Народу в коридорах было уже не так много: посетителей потихоньку выгоняли, да и большая часть персонала постепенно расходилась по домам. У самого лифта, что скрывался за поворотом, Ëн У услышал голос друга и чуть было не выбежал навстречу, однако чужой, но отчего-то знакомый баритон заставил остановиться и выглянуть из-за угла. Тэхун спиной подпирал стену, а напротив него стоял красивый мужчина лет тридцати пяти. Минутку, он же его знал! Пару раз ему удалось побывать на операциях, проводимых этим врачом. Странно, со стороны всё выглядело так, словно они были знакомы. Джи вышел из своего укрытия, нарочито громко шагая. На него сразу же перевели внимание. — Добрый вечер, мистер Раон. — Поздоровался Ëн У, вежливо кивая. — Добрый, Ëн У, — Краем глаза каратист заметил, как округлились глаза его друга. — уже закончил на сегодня? — Ага. А как Вы? Дежурите сегодня? — Верно, — Устало вздохнул мужчина и хрустнул шеей, — что ж, пойду я. Долг зовёт. — он на прощание кивнул сначала Джи, а потом обернулся к Тэхуну, обдавая его нечитаемым холодно-беспокойным взглядом. Ëн У проморгался, когда заметил пристыженно опущенное лицо Тэхуна. Да что ж творилось то? — Вы знакомы? — Твёрдо спросил Ëн У, слишком поздно осознавая, что вопрос прозвучал немного грубо. Отчего-то в грудной клетке засело странное липкое беспокойство. — Типа того. — Отмахнулся Сон, наконец, нажимая на кнопку лифта и отворачиваясь от собеседника. Каратист поджал губы, но больше ничего не сказал. А что он мог ещё спросить? Тэхун дал понять, что не хочет продолжать этот разговор. Парни зашли в лифт и на протяжении всего спуска не обмолвились ни словом. Да уж, не так Ëн У представлял себе их встречу. От тхэквондиста веяло удрученным холодом. Хотелось спросить, потрепать по плечу, взять за руку. Стоп, что?! Интересно, как сильно Тэхун взбесился бы, если б Джи позволил себе взять его ладонь в свою? А если б переплел пальцы? Какие они? Холодные или же наоборот — уютно тёплые? Джи сглотнул вязкую слюну, собираясь с силами, все-таки интерес взял верх. Он невесомо прикоснулся мизинцем к чужому, мягко, как бы невзначай, поглаживая самую подушечку. Похоже, Тэхун не заметил этого жеста или просто сделал вид, но всё волшебство момента нарушили звонок лифта и его же открывающиеся двери. В дороге парням удалось разговориться, чему Ëн У был несказанно рад. Тэхун немного успокоился и атмосфера вокруг него заметно разрядилась, как только они покинули больничные стены. У самого дома они зашли в магазин, закупаясь не самыми дорогими полуфабрикатами. Джи настаивал на паназиаткой кухне, но в ответ получил твёрдое «нет» и ворох новой информации о себе. Тэхун не был скуп на ругательства и обзывательства. Упёрся, как баран, мол, не доверяет он доставке. Ëн У жил в центре города в многоэтажном пентхаусе: отец любил красиво существовать. Парни поднялись на нужный этаж наперевес с пакетами. Весь долгий подъем Ëн У слушал, что обо всём этом думал Тэхун. Тот, словно ребёнок на своей любимой выставке, оглядывался по сторонам, восторженно вздыхая. Джи помнил, что Сон неоднократно упоминал, что на самом деле ему бы хотелось хоть немного вкусить богатой и совершенно беззаботной жизни. На предпоследнем этаже они вышли и пошли по длинющими коридору. Ëн У остановился напротив нужной двери, прикладывая большой палец к сканеру. Дверь тихонько пиликнула, и щелкнул замок. Парни вошли в просторную квартиру. Тэхун даже присвистнул. — Получается, если я отрублю тебе палец, то смогу без труда проникать к тебе на хату? — Оскалился он, ставя на пол пакеты. Ëн У хохотнул, запирая дверь изнутри. — Ты этого не сделаешь. — Откуда такая уверенность? Мне здесь нравится: красиво и богато. Всё как я люблю. — Можешь приходить, когда захочешь, тебе не обязательно для этого отрубать мне палец. — А как же твой батя? Он не будет против моего пребывания здесь? — Деловито спросил Сон, окидывая пространство вокруг себя заинтересованным взглядом. Джи стиснул зубы. — Он...в последнее время он очень занят, — Выдавил из себя Ëн У, — я почти всегда один. Уже привык. — он грустно усмехнулся, забирая пакеты и унося их на кухню. — По крайней мере сегодня всю ночь я буду действовать тебе на нервы. — Оскалился Тэхун, отправляясь следом за каратистом. — Не сомневаюсь! Что ж, похоже, ночь обещала быть нескучной.