Поиск лучшей стратегии

Баки бежит по крыше, делает кувырок через голову и перепрыгивает через парапет — он до миллиметра знает, на каком расстоянии там в трехмерной системе координат находится карниз, за который он цепляется железной рукой, группируется и прыгает на землю с высоты второго этажа. Дальше сальто через забор — Купер традиционно фатально запаздывает на две секунды с лаем и выпрыгиванием из конуры — и как обычно Баки уже далеко. Следующий участок пути один из самых любимых — мост с двумя выступами, за которые можно зацепиться, когда он спрыгивает вниз, железная дорога, через которую он делает сальто, три вида ограждений, через которые он перепрыгивает каждый раз новыми способами, и маркет, который он традиционно перебегает по крыше. Вверх по мусорным бакам и вниз по пожарной леснице (Не забыть салютнуть мистеру Робертино, итальянцу, которому принадлежит этот маленький магазинчик. Первое время он осыпал его проклятиями, выскакивая каждый раз, когда слышал его бег по крыше, но в какой-то момент они нашли общий язык) Дальше — квартал, который он обычно проходит, не прикасаясь ногами к земле, а «поверху» - там очень удачное расположение балконов, карнизов и лепнины — отличная проработка для мышц плечей и спины, пока он перебирается под ними, хватаясь руками за все возможные выступы. Ему жизненно необходимы эти ночные прогулки по району, когда Стива нет в городе. Когда Роджерс рядом, они тренируются в Башне. Когда Стива нет, и нет других тренировок со Мстителями по расписанию, Баки нужно двигаться. Его телу с его суперсилой и количеством мышц необходим определенный уровень нагрузки. Без них он очень быстро начинает закисать, а мышцы деревенеть. Тренировок с ребятами не хватает. Впрочем, и сами тренировки-то начались с одной из таких прогулок. Потому что когда-то именно на одной из таких прогулок он познакомился с Джимом. Джим и его ребята задирали Кевина — тщедушного парня, напоминающего ему Стива из 30х. Он не мог не остановится. Ребятки попробовали ему навалять. Было очень смешно. Потом, когда поняли, что не получится, попробовали убежать. От Зимнего, ага. Кэп тогда был в очередной своей командировке, и Баки было скучно. Поэтому он их поймал, усадил рядочком, и объяснил, где и какие ошибки они делали. Все, включая Кевина. И главную ошибку — задирать тех, кто слабее. Но ее он объяснил им уже после двухчасовой лекции с демонстрацией правильных техник, к концу которой они все заглядывали ему в рот и ловили каждое слово. Вот так у них и появилась группа паркура и смешанного боя. Представился он им Джеймсом. То есть, конечно, в первую очередь «Для тебя я Мистер Барнс, Джимми», но как-то так повелось через некоторое время, что для всех милых старушек района и ребят постарше он был Джеймс. «Баки» здесь казалось слишком личным. Ребята оказались не самыми простыми, те, кого приличные домохозяйки называли местными хулиганами, и Баки понимал, почему так получилось — чернокожие, которым сложно вписаться в белый коллектив, с трудными родителями, которые через одного или пили, или били, или находились в тюрьме. Было бы странно, если бы они не были трудными подростками. Вначале они договорились встречаться раз в неделю, потом два. Джим, Макс, Ронни и Кевин. Да, конечно, Кевин тоже. В первую очередь Кевин. Потом к ним присоединилась Карэн и Юка. Это была отдельная история, потому что вначале парни ужасно против них протестовали и высмеивали. Дело осложнялось тем, что Юка была наполовину азиаткой, а Карэн, мягко говоря, очень крупной и не худой. Но Барнс не был бы Барнсом, если бы не настоял на своем. И через полгода девчонки были своими в доску, ребята их во всем поддерживали, гордились ими и выпендривались перед ними как могли. А потом его вызвал к себе местный инспектор по делам несовершеннолетних и предложил место в соц.центре, у него там была вакансия для преподавателя, а работать с этим контингентом желающих было не так много. Баки как раз хотел им подобрать закрытый нормальный полигон для тренировок, чтобы было поинтереснее. Так что после небольшой торговли об условиях предложение было принято. Как-то вот так и получилось, что местные знали его как Джеймса, работающего в соц.центре. Нет, они конечно, знали, что он «Зимний Солдат Баки Барнс», но он пару раз как-то отчетливо дал понять, что не любит об этом говорить. И его услышали. Он умел быть доходчивым, когда надо. А потом его ребята выступили на местном празднике с номером по паркуру, и на районе его навсегда запомнили как «Джеймс из соц.центра, ну, тот, который с ребятами занимается.» Так вот занятий с ними все равно не хватало, чтобы обеспечить себе нормальную нагрузку, поэтому если Стива не было дома, и у него пару дней уже не было тренировок в Башне, то он выбирался на ночные прогулки. Пару раз спасал девушек от хулиганов, пожилых леди от воров, и однажды — магазинчик от кражи. В какой-то момент он подумал, что он выполняет функцию дружелюбного соседа для Бруклина. Как Человек-Паук для Куинса. Он тогда очень потешаясь, рассказал об этом Стиву, ибо сравнить Паучка и его, зимнего Солдата, прошедшего Гидру...это же смешно. А Роджерс на полном серьезе сказал, что ничего смешного не видит, и конечно он, Баки, замечательный дружелюбный сосед, и Бруклину очень с ним повезло. Да, а ему, Джеймсу Баки Барнсу, ужасно повезло со Стивом. «Кот, я задерживаюсь» «Что-то случилось? Ты в порядке?» «Да, я ок, просто надо тут задержаться, помочь завтра эвакуироваться людям» «Эвакуироваться? Речь же не шла о эвакуации. Что случилось, Стив?» «Местная группировка не очень нам рада» «Давай я приеду» «Нет, не стоит, должны справиться, просто еще пара дней, Баки, оно того не стоит». «Наташа, есть пара минут для старого друга?» «Я вся внимание, Бак» «У Стива там какая-то хрень происходит, можешь пробить по своим источникам?» «А где он?» «Боливия» «Дай мне пару часов» Барнс сходил в душ, приготовил ужин и посмотрел все, что мог, по Боливии. Картинка складывалась не сахар, на душе скреблись уже полчища кошек, когда звякнуло сообщение от Наташи. «Все не очень хорошо, Барнс» «Да я уже блять понял» «Местные картели хотят оставить эту землю себе. Появление Капитана Америки их напугало. А когда они боятся, то предпочитают радикальные методы. Ладно, будем честны, они обычно их предпочитают. Мой источник утверждает, что они планируют атаковать и вырезать всех, чтобы больше никто не сунулся. Но на когда точно планируют штурм, неизвестно. Скорее всего на рассвете, до большой жары чтобы застать врасплох. Сколько там у Кэпа людей? Пусть выставят караульных» «Роджерс с Соколом, они не рассчитывали на боевые действия» «Это херово, пишу в общий чат» «За мной должок, Наташа» «Пфф. Но договорились, я буду иметь в виду, когда мне не с кем будет оставить малышку;)» Романофф: «Народ, кто здесь есть, у Роджерса с Соколом проблемы» Сокол: «И какого хрена я узнаю об этом из общего чата?» Романофф: «Сокол, не ругайся, нет времени каждому отдельно писать» Бартон: «Наташа, не томи, что случилось?» Романофф: « Боливия. По моей информации на рассвете или раньше их атакуют, в картеле человек 50, все при оружии. Пленных они не берут. Роджерс, сколько у вас там человек?» Капитан Америка: «Пятьдесят, из них двадцать женщин, десять детей. При оружии человек пять из миссии». Романофф: «Ну, уже неплохо, продержитесь до прихода поддержки. Народ, кто сегодня свободен? Простите, но мы с Беннером пас, у нас Нэнси первый раз ночует» Бартон: «О боже, Наташа, как здорово! Даже не думайте, мы справимся» Старк: «Нет, мы конечно, собирались завтра уезжать из Колорадо, но не так рано, Романофф, ты не можешь им там передать по своим каналам, чтобы они перенесли штурм на после обеда?» Романофф: «Ха-ха, Тони, максимально смешная шутка. Ну так что, кто кроме Барнса? Мне совесть не позволит...Старк, стопэ, а кто «мы»? С кем ты там? Пеппер?» Старк: «Мы с Паучком. Будем к пяти утра. И не вздумай комментировать, не смущай мальчика» Романофф: «Это ты у нас любитель смущать одного уже, между прочим, совершенно большого мальчика, и если что, он сам кого хочешь засмущает, ты его еще с красной помадой не видел» Старк: «В смысле с красной помадой? А где ты видела Паучка с красной помадой?» Паркер: «Тони, это мои дела с Наташей» Романофф: «Вот. Я же говорила, мальчик вырос и сам за себя может постоять. Старк, я все понимаю, но вернись к теме разговора» Бартон: «Я присоединюсь, мои как раз к бабуле уехали. Но меня надо подбросить» Старк: «Ну вот, как что-то интересное, так «Старк, вернись к теме разговора». Учтите, я это не забуду. Клинт, берите мой джет с Барнсом, отправляю Джарвис информацию» Роджерс: «Ребят, тут буквально несколько домиков, с одной стороны за нами отличное место для плантаций. Если они будут атаковать, то приедут с севера. И там пустошь, вы не появитесь незамеченными. Скидываю локацию, зацените» Барнс: «Если выйдем отсюда через два часа, будем к шести утра. Думаю, что имеет смысл прорываться с их тыла как раз. На джете есть мотоцикл, сядем неподалеку, не подлетая слишком близко» Сокол: «Ок, мы расставляем часовых, и забаррикодируем тут все, что возможно. До вашего прихода продержимся. Клинт, захвати нам бургеров по дороге. Только с беконом, плиз» Старк: «А что там с местными властями, может они пришлют подкрепление?» Роджерс: «С большой долей вероятности, власти в доле или как минимум их шантажируют. В общем, я бы не стал даже ничего говорить местным властям, есть шанс, что информацию перехватят». Бартон: «Может попробуете договориться с ними? Наверное, не имеет смысла им верить, если они разрешат эвакуацию, но потянете время» Романофф: «Подождите, а может вы можете эвакуироваться сейчас?» Сокол: «В том-то и дело, что мы отправили запрос на транспорт и он завис, они морочат нам голову уже сутки» Старк: «Ок, делайте то, что считаете нужным, мы будем к пяти, всем хорошей ночи. Держите в курсе. Я свяжусь с на высшем уровне и головы там послетают к чертовой матери, но это не быстрый процесс, запросить релокацию армейского подразделения в Боливию у меня за несколько часов не получится, будем отбиваться сами» Впервые за долгое время Баки спит в джете. Нужно поспать хотя бы несколько часов перед схваткой. Его мозг и тело, увы, слишком привычны к войне. Словно и не было этих нескольких мирных лет. В его голове нет лишних эмоций. Эмоций, кажется, снова нет. Он отмороженный Зимний, четко отслеживающий все микродвижения в радиусе видимости и готовый на них реагировать в доли секунды. Не то, чтобы он любил это состояние. Но не то, чтобы у него был выбор. Поэтому он командует себе «Спать» - и тело слушается. И он знает, что проснется за полчаса до высадки — выйти на связь со Стивом и скорректировать план в соответствии с происходящим. Впервые за много лет Наташа находится за сотни километров от операции. Она обнимает малышку, Нэнси смешно вздыхает во сне, и Брюс с Наташей улыбаются друг другу. Чертовски жаль, что это чувство омрачено тревогой за Мстителей, но они оба знали, что так будет, когда делали этот выбор. Сейчас они отвечают за одну маленькую девочку и это их главная ответственность. Впервые за несколько лет Роджерс с Соколом командуют мирными жителями. Матиас, Хайме, Хосе, Диего и Охитека, как имеющие опыт в армии и оружие(три мачете, две винтовки, револьвер, ружье, карабин), берут на себя оборону трех сторон дома, чтобы бойцы картеля не обошли дом с тыла. К каждому из них примыкает еще по несколько человек. Остальных отводят в самую безопасную часть дома, куда не должны долететь снаряды. Женщины заботятся о детях и тех, у кого сдали нервы. Руководящую роль на себя берет пожилая и властная Шарлотта, ей помогает бойкая, высокая и громкая Эмилия. Они организуют готовку ужина, делают луки и рогатки из подручных материалов. Все вместе копают ямы, натягивают веревки - в ход идут все знания о партизанской войне. Дети собирают камни вокруг дома. Они храбрятся и говорят, что они сильные воины, которые не дадут спуску «этим проклятым митсамбикина» Что такое «митсамбикина» Кэп не знает, но догадывается, что ничего хорошего. На Роджерсе с Соколом остается фасад дома. Вместе со всеми, кто готов помогать, они баррикадируют мебелью из нескольких домов дом, выбранный для обороны, заколачивают окна досками крест-накрест — надолго это никого не остановит, но хоть что-то. Впереди женщины и дети собирают огромные кучи из хвороста, которые они подожгут, когда услышат приближение картеля. Скорее всего, наступающие решат просто подождать, пока костры утихнут и огонь выиграет им какое-то количество времени. Сквозь огонь нет смысла стрелять, пока они не могут подойти к дому. К трем утра все устали и вымотаны. Они отправляются спать. Караулить остаются Кэп и Сокол. Они в тишине пьют кофе - музыку сейчас включать нельзя, им нужно слышать все, до чего может дотянуться ухо. Впервые за много лет Стив думает о том, что он устал быть на передовой. Это всегда было его смыслом и его целью — защищать тех, кто слабее. И сегодня тот первый раз, когда он думает о том, что хотел бы сейчас быть в своей кровати с Баки. Чтобы этот мир уже наконец стал мирным настолько, чтобы его помощь была не нужна. «Скучаю по тебе, кот. У меня были такие планы на этот вечер». «Ага. А теперь у нас планы на утро» «Плохие планы. Кажется я начинаю увлекаться пацифизмом. Помнишь я тебе рассказывал про этих ребят из 60х? Пойдем слушать Армстронга на выходных?» «Конечно, Стив. Все, что захочешь. По-моему, ты подсел на американскую историю 20го века» «Да. Вот брошу все и пойду ее изучать. Потом защищу докторскую и буду преподавать» «Ты будешь прекрасным преподом, девчонки будут от тебя пищать» «Ничего не знаю, мое сердце отдано одному коту» «Мырр) Как у вас там?» «Пока тихо...хотя подожди. Кажется начинается. Я пошел» «Удачи, Стив. И до встречи, мы скоро». В четыре-сорок-семь они поджигают костры, которые успевают разгореться к тому моменту, когда десять машин с до зубов вооруженными головорезами приближаются к их дому на расстояние видимости. И это действительно неплохой расклад. Железный человек с Паучком должны быть на подходе. Впервые, подлетая к месту операции, Тони обнимает Питера и осторожно целует в уголок губ: «Ты там осторожнее, малыш, ок? Я тебя еще не видел с красной помадой. Пойдем покажем этим засранцам, что нельзя безнаказанно отвлекать нас от уикенда в Колорадо» Над Боливией встает утро. Хворост прогорает. В ближайшие минуты высота огня снизится достаточно, чтобы можно было видеть, куда стреляешь и перепрыгнуть через огонь. Пять часов девять минут. Вот теперь действительно начинается.