Are you kidding?

_______________

      Тёплый автобус успокаивающе покачивается. Люди, сидящие на обшарпанных сиденьях, зависли в своих мыслях, не замечая ничего и никого вокруг. Прямо как Василиса.       Немую эйфорию от предвкушения встречи с Колей как рукой сняло, все бабочки в животе, кажется, разом передохли, а их место заняла ноющая боль. Рвотные позывы, которые ещё с десяток минут назад не давали девочке нормально дышать, плавно отступают. Перед глазами намертво застыли однообразные фрагменты из памяти: панический взмах режущим предметом. Кровь, труп и ещё раз кровь.       Холодные девичьи руки едва заметно трясутся, веки, изо всех сил задерживающие слёзы, не смыкаются, грудная клетка подрагивает от каждого вдоха, в горле стоит неприятный ком. Она. Убила. Человека. — Вот и вокзал, видишь? Пошли, — слова безразличных Васе людей выдёргивают её из царства самобичевания.       Её пустой взгляд переходит на автоматические двери общественного транспорта, затёкшие ноги непослушно переставляются, она спотыкается, но покидает-таки автобус.       Яркие огни Питерских зданий размываются в бесформенные блики, температура с приходом позднего вечера упала ещё на пару градусов, среди треска в ушах и шума проезжающих машин с трудом удаётся различить мелодию звонка. — Алло, Вась? Ну что, не встретила его ещё? — такой спокойный и приятный голос. — А? А…нет ещё, я т-только приехала на вокзал, — голос предательски дрожит, выдавая Артёму её состояние. — А ты чего запинаешься? Замёрзла, что ли? — Да, Тёма, замёрзла, — даже оправдываться не пришлось, умный мальчик сам предоставил прекрасную отмазку. — Так иди быстрее в тепло, дурилка, какого хуя ты на улице стоишь, — Артём волнуется. Приятно. — Иду-иду, — успокаивает заботливого друга. — Ладно, короче, позвонишь, когда встретишься с Колей, — Вася угукает в ответ и тут же слышит короткие гудки.

_______________

      «Поезд Кишинёв — Санкт-Петербург прибудет через десять минут, убедительная просьба отойти от железнодорожных путей» — раздаётся женский голос из рупоров на вокзале и по всей его территории.       Голубоглазая сидит на холодной лавочке, без какого-либо интереса разглядывает необычный светофор, рельсы, фонари, свечение которых обрамлено металлическими вензелями. Отвратительные мысли о недавнем происшествии сменились пустотой, в голову не лезет ничего, кроме Коли. И это весомо спасает ситуацию.       В запасе есть ещё несколько минут, людей рядом немного, поэтому Вася, желая хоть на мгновение прийти в себя, достаёт из кармана джинсов неполную пачку Филипп Мориса с арбузной кнопкой, из неё саму сигарету и, устало закатывая глаза, прикуривает.       Девочка насильно вталкивает в гудящую голову образ возлюбленного, вспоминает их первую встречу, сосиску в тесте с жучком, голос, запах и смех Коли. Она помнит хриплый звук его дыхания, отблески шоколадных глаз, манящие губы, ультрамариновые волосы, что сливались с ночным небом. Помнит, как он, волнуясь, что она заболеет, дал свою олимпийку, которую позже разрешил увезти с собой в Питер. Помнит свой единственный, к сожалению, сон, где Коля её поцеловал. Помнит, как в ней впервые проснулось непонятное, но такое приятное чувство, когда сердце замирало, а потом срывалось на оргию чечётки, когда где-то в районе матки завязывался будоражащий подкорки узелок, когда голова была забита дымкой романтики. Она всё это помнит и уже ни в какую не хочет возвращаться в реальность, не хочет и почти не слышит громкий звук прибывшего поезда. — Да выкинь ты эту хуйню, блять, Вася! — печально тлеющую сигарету выхватывают из её тонких пальцев, отбрасывая куда-то в сторону.       Девочка словно просыпается и тотчас перестаёт дышать, глядя в карие глаза напротив. Их обладатель так и не перекрасился, корни волос отрасли на доброю половину всей длины, косичек уже нет, а сам он забавно пыхтит, пытаясь удержать огромную сумку вещей.       Рука Васи робко тянется к нему, она зачерпывает в лёгкие воздух и уже собирается что-то сказать, но парень её опережает: — Ну вот и нахера я, по-твоему, приехал? Чтобы посмотреть на припизднутую тебя? Приём, Вася, ты меня видишь вообще?! — Вижу, — совсем тихо, высоким шёпотом отвечает и, резко вскочив с деревянной поверхности, цепляется руками за его шею, прижимаясь всем телом. — Уронишь же, блять, — Коля смеётся, отпускает лямку дорожной сумки и обхватывает талию Васи, зарываясь лицом в её распущенный волосы.

_______________

— В смысле на коврике спать буду?! — В прямом! Нехуй тебе на диване делать! — Артём!       Едва голубки переступили порог съёмной квартиры, как Артём спровоцировал дискуссию с Колей. А не поделили они спальное место: брюнет, агрессивно не желающий пускать нового знакомого на их с Васей диван, заявил, что тому и коврика в коридоре много. — С хуя ли вы вообще вместе спите?! Вась, ты же говорила, что вы не пара! — Да заткнитесь уже оба! — пискляво выпаливает девочка, в надежде остановить этот балаган и, кстати, небезуспешно.       О неприязни лучшего друга к Коле она знала давно, ещё с тех пор, как впервые рассказала ему о новом кишинёвском знакомом, но она и подумать не могла, что всё настолько плохо. — Мы не пара, долбаёб, — даёт ответ на заданный не ему вопрос Тёма. — Не дай боже́ такую девушку иметь, — посмеивается и тут же получает подзатыльник от подруги. — Ебало, говорю, завали, — рычит младшая. — Это всё, конечно, ахуенно, но где мне в итоге спать? — боязливо подаёт голос синевласка, переминаясь с ноги на ногу. — Ну…— подпирает подбородок большим пальцем, задумываясь. — Придумала! Я буду спать в кухне, на диванчике, а вы у нас в спальне! — Да ни за что! — в унисон вскрикивают мальчики.

_______________

      Глядя на то, как два дорогих ей человека ведут милую беседу, на душе становится тепло. И неважно, что они больше не ругаются потому, что Вася пригрозила им тяжёлой трубкой от пылесоса. — Какое, говоришь, аниме сейчас смотришь? — наигранно улыбаясь, интересуется у Артёма Коля и подносит ко рту чашку с ароматным чаем. — Мы с Василисой гуля́ досматриваем, а ты? — аналогично кривится голубоглазый. — Знаешь, а я вообще ничего не смотрю сейчас, дел много, но тебе не понять, — скалится кишинёвский. — Ахуел? Думаешь, я тут целыми днями сижу и ничем не занимаюсь? — Судя по твоему внешнему виду, единственное, что ты делаешь — передёргиваешь целыми днями на дешёвую порнуху, — уже без всякой улыбки надменно заключает Коля и тут же шипит, когда Вася щипает его за руку. — Слышь, я деньги, вообще-то, зарабатываю! — а Артём снова отдаётся эмоциям. — Да ну? И как же? — потирает покрасневший из-за девочки участок кожи. — Могу, конечно, рассказать, но вряд ли твоих мозгов хватит, чтобы понять, — сбавляет тон, поймав на себе злой взгляд подруги. — Не выёбывайся, говори уже. — Продаю аккаунты в кое-какой игре. Миллионов мне это не приносит, но на хавчик и сижки Васе хватает. — В доте? — с энтузиазмом уточняет Коля. — В доте, — подтверждает Артём.       Наконец они нашли общий интерес, обсуждение которого затянется далеко не на один десяток минут. Теперь уж точно Вася может с облегчением выдохнуть, не боясь, что они вновь начнут ругаться. Наверное.