Я докажу твою невиновность

— Пожалуйста, кто-нибудь может нам помочь? С самого утра Кёске ждал неожиданный сюрприз: у его адвокатской конторы стояло двое детей, очень сильно чем-то обеспокоенных. Похоже, они ждали открытия уже несколько часов. Но, в целом, подобную ситуацию приходилось видеть не впервой. Отчаяние. Вот, что испытывают люди, когда сталкиваются с обвинением и скамьёй подсудимых. Не меньшее отчаяние испытывают их родственники и друзья. Огромное количество вопросов возникает само собой. Виновен ли? Обманул ли? Выкрутится ли? Посадят ли? Под грузом недоверия сам подсудимый может начать сомневаться в своей невиновности. Его вполне возможно убедить в том, что он совершил что-то ужасное, хотя стоит критически подумать и станет ясно, что он на это не способен. Им не верит никто. Ни полиция, ни суд, ни родственники, ни друзья. Даже они сами себе не верят. В этот момент и рассыпаются все доводы и доказательства, все труды летят к чертям. И звучат, в унисон с ударом сердца, самые страшные слова. «Виновен» В небольшом офисе загорелись лампы. Зашумел чайник, ровно стучали стрелки часов. В кабинетах ещё не раздавалась привычная возня с документами и телефонные звонки. Только трое находились сейчас здесь. Кёске поставил на стол чашки с чаем. Время было ещё раннее, работники не подошли, однако дети замёрзли, надо было их согреть. Раз они простояли на улице так долго до открытия, значит, на то были причины. — Давайте представимся, — решил он завязать хоть какую-то беседу. — Меня зовут Мунаката Кёске. — Очень приятно, Мунаката-сан, — отозвалась девочка постарше. — Я Нанами Чиаки, а это моя сестра Фуджисаки Чихиро. Вторая девочка скромно кивнула в подтверждении. Сразу же возникал вопрос по поводу разных фамилий сестёр, но спрашивать такое невежливо, потому Кёске промолчал. — Вы работаете один? — Нет, в этой конторе работает несколько адвокатов, просто они подходят позже. — Вот как. Значит, мы пришли в правильное место. — Позвольте узнать, что заставило вас так долго простоять у входа? На глазах Чихиро тут же появились слёзы, и в её руках затряслась чашка. Она поставила её на стол и прижала к груди игрушку кролика, тихо всхлипывая и придвигаясь ближе к сестре. Кёске нахмурился. Похоже, всё серьёзно. — Совсем скоро будут судить нашего папу, — ответила Чиаки, — Фуджисаки Тайчи. Мы несколько дней ходим в поисках адвоката для него, но так и не смогли никого уговорить взяться за его дело. — Фуджисаки Тайчи, говоришь? — Кёске уже успел открыть ноутбук, так что сразу же решил проверить свою догадку. — Понятно: дело о слитой информации крупной компании? — Верно. Казалось бы — обычное дело, от чего детям так сложно найти адвоката? Оно выглядит даже довольно выигрышным, несмотря на шумиху в интернете. Однако стоило Кёске заметить одну деталь, как всё вставало на свои места. — Вы можете помочь? — с надеждой в глазах, обратилась Чиаки. — Я нет, занимаюсь делами бизнеса, но вот мой коллега вполне. Только я не могу ручаться, что он возьмёт это дело. Чиаки тут же печально опустила голову, с тихим «угу». Чихиро лицом уткнулась в куртку сестры, стараясь не расплакаться, что получалось у неё с трудом. От этой картины сжималось сердце, но сейчас Кёске не мог предложить им что-либо. Проблема была в том, что Яске давно не брался ни за какие дела, будучи единственным уголовным адвокатом в конторе. Даже две плачущие девочки, яро желавшие помочь отцу, вряд ли растопят его холодное сердце и заставят вернуться к работе. Однако Кёске не мог сказать детям об этом прямо. — Доброе утро, Мунаката, — раздалось в коридоре вместе с лёгким звоном колокольчика. — Доброе утро, Хината, чего так рано? — удивлённо отозвался Кёске. — Собирался документы разобрать, пока Твогами занят. Он попросил поскорее с этим покончить, — сняв куртку, зашёл в гостиную юноша. Он взглянул на гостей, подняв брови. — У нас в такую рань посетители? — Ах да, знакомься, это Нанами Чиаки и Фуджисаки Чихиро. Девочки, позвольте представить — Хината Хаджиме, один из наших адвокатов. Чтобы взглянуть на новое лицо, Чихиро осторожно приподняла голову, тихо шмыгая носом. Чиаки же глядела на него в упор с горящими глазами. Тот поправил свой тёмный пиджак и блестящий адвокатский значок, после чего прошёл к столу чуть дальше и положил на него какие-то папки. — По какому поводу хоть? — проверяя страницу за страницей, поинтересовался он, даже не обернувшись, на что Чиаки недовольно фыркнула. — Слышал о деле Фуджисаки Тайчи? Они его дочери. — О сливе информации-то? До сих пор не нашлось адвоката? Кто-то из наших берёт дело? — Я хотел попытаться предложить Мацуде, но ты знаешь, что с ним сложно договориться. — Тогда я возьму. Чиаки и Чихиро одновременно вытянулись, не веря своим ушам. Неужели правда кто-то так просто согласился? Спустя столько отказов? — Хината, ты уверен? Ты раньше не работал в этой среде. — Как раз поэтому и хочу взяться. — Ты знаешь, кто будет прокурором в этом деле? Тут же девочки опустились обратно. Всё, надежды нет. В этот момент все адвокаты в ужасе открывают рты, начинают быстро искать отговорки и моментально отказываются от дела. — Нет, а какая разница? — Выступает Комаэда Нагито. Не слышал о нём? — Тот, о котором слухи ходят? Слышал, конечно. — И всё равно..? — Возьмусь, — он отложил папки и повернулся к сидящим, — меня такие не останавливают. Если человек невиновен — я заставлю в это поверить всех. Пусть даже против меня будет самый ужасающий прокурор на планете. Чиаки смотрела на него распахнутыми глазами. Он говорил это так уверенно, что казалось, будто оправдательный приговор уже получен, и всё позади. На его лице не промелькнуло в этот момент ни тени сомнения, хотя другие адвокаты почти падали в обморок при одном только упоминании прокурора Нагито. А в тусклых оливковых глазах этого горело пламя веры. Когда подсудимому не верит даже он сам, остаётся только один надежный защитник — адвокат. Именно он верит своему клиенту, невзирая ни на что, борясь за его оправдание до последнего. Так, по крайней мере, считал Хаджиме. На улице противно накрапывал дождь. У полицейского участка как всегда было много машин. Здесь работы хватало всегда с головой. Поблагодарив водителя, Хаджиме вышел из машины, раскрывая зонт, под который моментально спрятались девочки. Кёске вызвал такси, чтобы дети не мёрзли опять на улице, так что путь до участка занял совсем немного времени. До часа пик и огромных пробок оставалось ещё пара часов. Полицейский вёл их по коридорам. По пути Хаджиме напряжённо изучал материалы дела. — С-скажите пожалуйста: вы сможете защитить нашего папу? — впервые за долгое время подала голос Чихиро. — Для начала мне нужно разобраться в деле, собрать показания свидетелей и составить стратегию защиты, — больше для себя, чем для Чихиро, говорил Хаджиме. — Нам нужно знать точно. Они остановились в коридоре. Чиаки прожигала взглядом Хаджиме. Поначалу он ей показался очень надёжным, но его отношение к происходящему начинало сильно беспокоить. Точно ли этот молодой самоуверенный адвокат сможет им помочь? — Иначе мы продолжим искать другого адвоката. Я думаю. — П-простите, пожалуйста! Она п-просто нервничает! Мы не хотели усомниться в вашей работе! — плаксиво стала извиняться Чихиро. Хаджиме вздохнул, стараясь придать своему напряженному лицу более спокойное и расслабленное выражение. Каждое дело начиналось с того, что он не мог наладить контакт с клиентами, потому что в его голове творился полный хаос из тревог и волнений. Однако обычно ему быстро удавалось завоевать расположение людей обратно. — Защищать в суде — моя работа, — ответил Хаджиме. — И сейчас я собираюсь серьёзно подойти к своей работе, чтобы ваш отец поскорее вернулся домой. Он улыбнулся. Это сразу же подействовало на сердитую Чиаки, и она расслабила сомкнутые брови. — Я хочу помочь вашему отцу. Поэтому, как насчёт сработаться и вместе сделать всё, чтобы доказать его невиновность? — …Да, хорошо. Простите, Хината-сан. — Не переживай. Это всегда проходит на нервах, я привык, — поправив галстук, произнёс Хаджиме. — Вы не особо в курсе деталей произошедшего, верно? — Я знаю только то, что пишут в интернете. Папа, когда звонил мне, не имел особо много времени, так что просто попросил меня поискать адвоката и… — немного замявшись, Чиаки понизила голос, — …обещал, что всё будет хорошо. — Понятно, — прикрыл глаза Хаджиме. — Хорошо, посмотрим, что скажет ваш отец. Полицейский открыл дверь в комнату для переговоров. Внутри были ещё охранники и камеры. На той стороне, за стеклом, уже сидел Тайчи, с опущенными веками. Всем своим видом он напоминал провинившегося школьника, посаженного перед классным руководителем или даже директором. Сидел он скривившись, перебирая пальцы ладоней, поджав сухие обветрившиеся губы. Очки упорно сползали с переносицы, их поправляли руками, которые била лёгкая дрожь. — Папочка! — взвизгнули Чихиро вместе с Чиаки и подскочили к стеклу, которое даже содрогнулось от такого порыва. — Девочки мои! Отец моментально преобразился: он выпрямился, руки перестали дрожать, а губы даже тронула мягкая улыбка. Наверняка бы при других обстоятельствах они задушили бы друг друга в объятиях, но здесь сделать это было непозволительно. Так что им оставалось лишь обмениваться радостными возгласами через стекло. — Папа, мы нашли адвоката! — Я не сомневался в вас, мои дорогие. Простите, что ваш бестолковый отец так озадачил вас… — Не говори так! — надула щеки Чиаки. — Он пришёл для того, чтобы помочь тебе, так что соберись! Пожалуйста. — Хорошо, как скажешь, милая, — улыбнулся Тайчи. — Значит, вы и есть адвокат, которого мои девочки смогли уговорить. — Да, всё верно. Я Хината Хаджиме и буду представлять вас в суде, — когда ему предоставили слово, представился Хаджиме. — Я немного в курсе о произошедшей ситуации, но хотелось бы услышать вашу версию, — присаживаясь, обратился он. — Конечно, я постараюсь рассказать всё, что вас интересует. Девочки замерли в стороне, так как тоже не слышали эту историю из первых уст. — Из материалов дела становится понятно, что 27 февраля в 8:43 в интернет был выложен пост, в котором компания Towa group упоминает слив бюджетных планов Neo World Company и передаёт свои соболезнования руководству в довольно издевательской манере. В этот же день вас арестовали, как главного подозреваемого, так как на вашем рабочем компьютере обнаружили программу для- — Извините, — перебил его Тайчи. — А? Что-то не верно? — Всё так, но есть небольшая загвоздка. На моем компьютере не было никаких вредоносных программ. — Тогда почему вы стали главным подозреваемым? — удивлённо поднял брови Хаджиме. — Самой программы не обнаружили, но специалисты нашли следы обработки информации и чужеродного кода. Кажется, полиция всё ещё ищет, какую программу использовали… Хаджиме уже шуршал ручкой в страницах записной книжки. Незаметно из-за спины Чиаки стала разглядывать то, что он писал. «Программа удалена, но следы оставлены намеренно? Подставление именно клиента? Допросить его коллег». — Что-нибудь необычное происходило до происшествия? — вновь подал голос Хаджиме, от неожиданности Чиаки вздрогнула. — Ах, ну… Да, было кое-что. Меня повысили за пару дней до этого. — П-повысили? — тихо пролепетала Чихиро. — Простите, что не поделился новостью: хотел дождаться первой зарплаты, чтобы вас удивить чем-нибудь вкусненьким, — виновато рассмеялся Тайчи, с сожалением глядя на дочерей. Хаджиме поджал губы, занося это на страницы. Картина складывалась малоприятная, но подвести такого человека нельзя. — Чтож, пока на этом всё. Я бы хотел ещё допросить ваших коллег, это возможно? — Да, я думаю, что можно. Хотя не знаю, согласятся ли они… Полиция, наверное, уже изрядно им поднадоела своими допросами. — Тогда продиктуйте, пожалуйста, адрес и к кому я могу обратиться, — приготовив ручку, попросил Хаджиме. — Конечно. Дождь за это время так и не прекратился. Капли стали барабанить по козырькам даже сильнее прежнего. — Вы со мной и туда? — обернулся Хаджиме, раскрывая зонт. — Тут и простыть недолго. — Чихиро, возвращайся домой, я приду и всё расскажу тебе, — обратилась Чиаки к сестре. — Н-но как же т-ты? — испуганно пробормотала та. — А я прослежу, как этот адвокат выполняет свою работу. Кто-то же должен это контролировать. — С этим вполне справляется моё начальство… — тихо вздохнул Хаджиме. — Скоро сюда подъедет одна из работниц конторы, она довезёт тебя до дома, — сказал он Чихиро. — С-спасибо… Удачи вам! Она помахала вслед рукой, когда подъехало такси. Хаджиме уже предчувствовал, какой счёт ему выставит Кёске по окончанию дела за дорогу. Но об этом Хината подумает позже. В машине вновь наступила тишина, исключая шуршание бумаги. Хаджиме ещё раз просматривал дело, сверяясь со своими заметками в записной книжке. Некая картина произошедшего уже начинала складываться в голове, но для подтверждения некоторых моментов необходимы были дополнительные сведения. Такие, как например отношения в коллективе. — Ну, особых проблем никогда не возникало. У нас довольно спокойно в офисе… — задумчиво отвечал Тайчи. Этого было определённо мало. Хаджиме, напряжённо хмурясь, глядел в записи и чесал голову тупым концом ручки. Чиаки глядела сквозь мокрое стекло на улицы, уйдя в свои мысли. — Приехали. Хаджиме глупо моргал глазами, пока до него доходил смысл слов. Он поблагодарил водителя и вышел из машины, Чиаки тут же нырнула под зонт. Здание Neo World Company выглядело довольно внушительно. Высокое многоэтажное здание со стеклянными панелями. Классический вид для офисов подобных крупных компаний. Внутри всё было довольно минималистично и просто, без лишних деталей. Ещё у входа Хаджиме заметил полицейскую машину. Это могло немного осложнить его работу, но шанс сделать всё без происшествий был. — Нам сюда, это офис папы. — Хорошо, спасибо. Они вместе прошли ещё коридор, и Чиаки указала на дверь, которую и открыл Хаджиме. Перед глазами было небольшое помещение, все в таком же минималистичном стиле, пока не начинаешь смотреть на каждый отдельный стол. Вот, где начинались прелести абстракционизма. Первым делом Чиаки показала Хаджиме стол отца. Он был одним из самых аккуратных и чистых. Даже фотография в рамочке была, где сестры в летних сарафанах обнимали бело-розовую крольчиху. Хаджиме пригляделся. — Фуджисаки держала эту игрушку? — обратился он к Чиаки. — Да, это маскот компании. Нам часто достаётся мерч с ней. Кстати, у неё имя есть — Усами. — Понятно, — кивнул Хаджиме, продолжая осмотр. Жёсткий диск уже был извлечён из компьютера, так что никакие файлы посмотреть было нельзя. Хотелось, конечно, взглянуть и на них, но придётся работать с тем, к чему был доступ. Однако ничего примечательного Хаджиме больше найти не удалось. К тому же, пристальный взгляд Чиаки немного напрягал. — О, Чиаки-тян! — раздался голос в дверях. — Таки отыскала адвоката для отца? Молодца! Двое мужчин зашли в офис. Хаджиме сделал небольшой поклон, на что получил ответные приветствия. — Хината Хаджиме, говоришь? Не тот молоденький адвокат, что пару лет назад занимался громким делом о разводе Хагакурэ? — А, да, это был я, — неловко улыбнулся Хаджиме. — В таком случае, Чиаки-тян, можешь не волноваться: этот парень не промах! Как на судах выступает, это же что-то с чем-то!- — Я бы хотел вернуться к делу, если вы не против. — Да-да, конечно. Чем можем помочь старику Тайчи? — В каких отношениях он был с коллективом? Были ли конфликты, с кем? — Знаешь, парень, я такого даже не припоминаю… Тайчи тихоня — сидит и работает, пыхтит. Дочек своих очень любит, вот и отдавал всего себя, чтобы они ни в чем не нуждались. Он и про себя то не говорит, про девочек всё рассказывает. Хаджиме быстро-быстро старался всё записать. И вот опять всё упирается в то, что в коллективе проблем не было. На передний план постепенно вышли варианты подключения к компьютеру Тайчи вне компании и даже проникновения в здание стороннего лица. В голове начали всплывать все факторы, которые при обоих раскладах следовало проверить, но сначала стоило утрясти все имеющиеся вопросы с коллегами клиента. — Его ведь недавно повысили? Не было недовольных этой новостью? — Не-а, такого не было… Хотя, есть тут один тип- — Вы ещё кто? Кто пустил вас в здание? Присутствующие обернулись. В проходе стоял мужчина с длинными тёмными волосами, убранными в неаккуратный хвост. Серые глаза были переполнены усталостью и недовольством настолько, что были украшены ещё и синяками от недосыпа. Правая рука находилась в гипсе. — Здравствуйте, я адвокат Фуджисаки Тайчи, пришёл задать пару вопросов- — У полиции будет к вам пару вопросов. А вы чего языками треплете? Вам же ясно дали понять: никому постороннему на вопросы не отвечать! Если сейчас же уйдёте, то я не скажу, что видел вас. На этом он закончил свою тираду и вышел прочь. Ну, вот, чего Хаджиме и боялся: полиция позакрывала рты. Значит, дальше работать здесь бесполезно, надо копаться в том, что удалось разузнать. — Ты прости, парень, Хайджи у нас мрачнее тучи ходит после происшествия. Ещё и руку сломать на днях умудрился, вот и озлоблен на весь мир. — Понятно, тут делать нечего… — вздохнул Хаджиме. — А как давно он сломал руку? — С гипсом он пришёл после ареста Тайчи, если не ошибаюсь… Хаджиме на всякий случай записал и это. Мало ли, что это могло значить. Выходя из здания, Хината заметил, что теперь мрачнее тучи стала Чиаки. Её настроение и до этого нельзя было назвать шибко радостным, а сейчас она окончательно понурила голову. — Судебное заседание через пару дней. Я буду работать над стратегией защиты, если хочешь, то можешь заглядывать в контору в любое время. Юкизоме-сан будет рада видеть гостей, может, угостит чем. — …Правда можно? — Ну, ты же сказала, что тебе нужно проследить, как я свою работу выполняю, — улыбнулся Хаджиме. — Не думаю, что кто-то из наших будет слишком уж возражать. — Спасибо. Хаджиме кивнул. Дождь наконец-то закончился, так что на улице можно было спокойно ходить без зонта, пусть под ногами то и дело хлюпала вода. Хаджиме собрался уже идти в сторону конторы, как Чиаки окликнула его. — Спасибо! Спасибо вам! Папа очень рассчитывает на вас, так что постарайтесь, пожалуйста! Улыбка сама расцвела на лице. Хаджиме помахал ей, и продолжил путь. Предстоит ещё много работы, но оно определённо будет того стоить, если он сможет доказать чью-то невиновность. В конце концов, это то, для чего адвокаты существуют. *** — Правда? Кто-то взялся за это дело? — с удивлением спросил юноша, поставив чашку на блюдце. — Да. Может, вы слышали о Хинате Хаджиме? Он согласился выступать на стороне защиты. — Смело с его стороны. Уже за это к нему можно отнестись с уважением, — с улыбкой он сделал глоток терпкого чая. — Однако спуска я ему не дам. Если уж решил сойтись со мной в зале суда, то он должен быть готов к поражению. — Если окажется не плох, то тоже попробуете предложить ему стать прокурором? — Конечно же, — рассмеялся он чистым красивым голосом. — Не в моих интересах упускать таланты. Прокуратуре нужны новые толковые работники. И не нужны жалкие адвокаты, защищающие не менее жалких преступников.