Я докажу твою невиновность

За последние несколько дней дверь конторы стала такой привычной, словно Чиаки провела здесь всю свою жизнь. Она толкнула её, перед этим поправив жилетку поверх школьной рубашки. Тихий переливистый звон колокольчика, и перед глазами открылась довольно уютная, на удивление, картина. В комнате сидело несколько адвокатов. Кто-то за стойкой заполнял документы, кто-то лежал на диване за книгой, кто-то поливал растения. На приход гостьи первой среагировала женщина в голубом строгом костюме и высоким и пышным хвостом на голове. — Доброе утро, малышка Нанами! — приветливо улыбнулась ей Чиса. — Решила навестить нас перед заседанием? Волнительно, да? Хочешь печенье на удачу? — Доброе утро, Юкизоме-сан, — ответила на приветствие Чиаки. — Я пришла, чтобы пойти на заседание вместе с Хинатой-саном. Он ещё не готов? — Собирает вещи. Не переживай: пусть он и кажется рассеянным, но он очень пунктуальный юноша. — Он опоздал на своё первое заседание. — Мацуда-кун, ну что за манеры? — уперев руки в бока, надулась Юкизоме. Чиаки взглянула на мужчину, лениво перевернувшего страницу книги. Именно ему, как она поняла, собирались попробовать предложить взять дело Тайчи. Честно говоря, Чиаки была очень рада, что в итоге помочь вызвался Хаджиме. Он вызывал большее доверие, чем этот лентяй. Говоря откровенно, Чиаки не доводилось видеть Яске не лежащим на диване или не распивающим очередную кружку кофе. Ей не удавалось понять, почему он вообще всё ещё числится в этой конторе, состоящей из работяг. — К чему обманывать клиента? У этого парня в башке хаос, он может выдать огромную заумную тираду, а потом забыть, как пишется его собственное имя. — Это всё нервы, как же ты не понимаешь? Мне стоит напомнить, как ты вышел на своё первое дело? — не унималась Чиса. — Не нервируйте ребёнка, — перебил их ещё один адвокат, для чего даже отвлёкся от заполнения документов. — Это не лучшая тема для разговора перед заседанием. Более того, Хината и сам знает о своих слабостях и прорабатывает их, так что не стоит принижать или преувеличивать его качества. — Твогами-кун как всегда спокоен и рассудителен, — улыбнулась Чиса и недовольные складки на лице разгладились. Яске лишь фыркнул, возвращаясь к чтению. Хотэру понравился Чиаки после первого знакомства. Он был настойчивым, но при этом довольно мягким, в глазах его было что-то таинственное, но притягивающее. С ним приятно было поболтать часок другой, он никогда не сюсюкался с Чиаки, но и не общался слишком заумно. В общем, находясь в одной комнате с ним никогда не испытываешь дискомфорта. Хотэру очень быстро располагает к себе. — Нанами, если ждёшь Хинату, то можешь зайти к нему в кабинет, — обратился Хотэру к Чиаки. — Ему и правда стоит поторопиться, чтобы успеть. Чиаки кивнула и прошла вглубь помещения, пока Чиса вернулась к отчитыванию Яске. Кабинетов было, к слову, всего три. Один из них принадлежал владельцу конторы — Кёске. Туда никто без веской причины старался не заходить. Разве что его супруга — Чиса — могла заглянуть к нему и пригласить на обед или обсудить текущее положение дел. По сути, кабинет нередко становился их общим. Второй принадлежал Хотэру. Он был не очень большим, там были рабочий стол, компьютер и стеллаж с делами. Ничего лишнего. Третий кабинет раньше принадлежал Яске, но так как сейчас он не брался за дела, тот плавно стал кабинетом Хаджиме. Это была довольно большая комната, так как там стояло несколько книжных шкафов. Единственное, что действительно полезное делал Яске для конторы — пополнял эту библиотеку хорошими книгами, которые могли помочь в работе. Чиаки осторожно открыла дверь кабинета с табличкой «Хината Хаджиме» и зашла внутрь. Сегодня здесь был больший бардак, чем обычно. Стол завален книгами и папками, шторы не открыты, а хозяин кабинета делал последние заметки в блокноте. Под глазами Хаджиме можно было заметить начавшие наливаться синяки. Он явно работал не только днём, когда заглядывала Чиаки, но и ночью. Это… Вызывало уважение к нему. — А, Нанами? — поднял взгляд Хаджиме и посмотрел на часы. — Уже время выдвигаться… Можешь подождать немного в вестибюле? Я сейчас подойду. Чиаки ещё недолго посмотрела на то, как Хаджиме собирает вещи, и вернулась к остальным. У неё не было особо сил присоединиться к общей беседе, поэтому она тихо села с одном из кресел у стены и стала ждать. — О, вот и герой сегодняшней пьесы, — улыбнулась Чиса, когда Хаджиме вышел из кабинета. — И даже не взял пол библиотеки с собой, — прыснув, добавил Яске. И правда, несмотря на кучу литературы среди беспорядка в кабинете, с собой Хаджиме взял только материалы дела и одну единственную книгу. Обложка у неё была довольно унылая, ничем не цепляющая взгляд, кроме яркой надписи «Мемуары». А чьи мемуары — Чиаки уже не видела. Видимо, какого-то крутого адвоката, раз Хаджиме выбрал именно эту книгу. — Удачи на сегодняшнем заседании, Хината-кун! — хлопнула его по плечу Чиса. — Будем ждать хороших новостей. — Да, я тоже, — устало улыбнулся он в ответ. Чиса удовлетворенно прикрыла глаза, после чего поправила немного съехавший пиджак Хаджиме. — Будь готов сегодня к неожиданностям. Этот прокурор не отдаст тебе победу легко. Если вообще не растопчет в первые минуты суда, — Яске даже изволил оторвать взгляд от книги. — Так что не стесняйся использовать и свои тузы. — Понял. — Не часто услышишь от Мацуды-куна напутственные речи, — удивлённо отметила Чиса. — Если он займёт место уголовного адвоката, то я ему хоть сто таких речей напишу. — Лишь бы от работы отлынивать, — пробубнила она. — Хватит разговоров, — Хотэру поднялся с места. — Вам пора, ребята. Ты хорошо подготовился к делу, так что просто покажи суду, что правда на твоей стороне. — Спасибо. Идём, Нанами. — Угу. Они накинули куртки и поспешили в суд. Погода была ветреная, но светило солнце. Весна вот-вот полностью раскроет себя, расцветёт сакура, придёт тепло. Поднимаясь по ступеням ко входу, Хаджиме что-то тихо бурчал под нос. Похоже, повторял будущую речь. Он даже не заметил человека перед собой, так что на крыльце врезался в кого-то. — Прошу прощения! — встрепенулся он. — Виноват! Вы в порядке? — Адвокаты всегда такие бестактные? — Ах, так это вы? Вас вызвали свидетелем, как я понимаю? Хайджи шумно выдохнул, так что Хаджиме не стал больше задавать вопросов, лишь ещё раз извинился. Когда тот уже собирался уйти, Хината заметил на ступенях лестницы выпавшую черно-белую ручку с ушами медведя. — Кажется, вы обронили, — протянул он её Хайджи. Тот молча забрал её и скрылся в коридоре. — Откуда у него лимитированная ручка-Монокума? — задумчиво протянула Чиаки. — А? О чём ты? — У компании папы маскот — крольчиха Усами. Они часто раздают с ней мерч практически всем клиентам. А Монокума — это маскот компании-конкурента. Достать с ним мерч, как выполнить квест повышенной сложности, — надулась она. — Вот как, — Хаджиме нахмуренно посмотрел вслед Хайджи. Они прошли до вестибюля подсудимых, где уже на диване сидел Тайчи. Вид у него был не лучше, чем во время первой встречи. Он побледнел и стал выглядеть совсем слабым. При виде дочери Тайчи моментально взбодрился и улыбнулся ей слегка дрожащими губами. — Рад вас видеть, Хината-сан, — обнимая Чиаки, кивнул он головой. — Каковы прогнозы? — Добрый день, Фуджисаки. Я рассчитываю на то, что слушание пройдёт отлично. Удалось собрать достаточно доказательств в нашу пользу. — А как же прокурор? Я слышал, что он в суде просто монстр… — Газеты про прокуроров что только не пишут, — резко ответил Хаджиме. — У них своя работа — найти преступника. Вот пусть и ищут. Вы невиновны, значит, и боятся вам нечего. — Вы говорите это так уверенно, что и правда на душе спокойнее, — улыбнулся Тайчи. Даже его потускневшие за эти пару дней глаза вновь загорелись. Отлично, подзащитного взбодрили. Хотел бы Хаджиме, чтобы его тоже кто-то хорошенько встряхнул, потому что ему было, о чём переживать. Он и сам был прекрасно наслышан о прокуроре Комаэде. У большинства адвокатов мурашки шли при произношении этой фамилии. Этот парень с лёгкостью добивался обвинительного приговора, водил адвокатов за нос и умел выставлять факты в нужном ему ключе. Куда вообще такое годится?! А ведь обвинительных приговоров с каждым годом всё больше. Этот Комаэда ещё и младше Хаджиме на четыре года, а уже обладает такой репутацией! — Вы справитесь? — тихо спросила Чиаки, когда они стояли у дверей в зал суда. Вопрос открытый. Хаджиме не знал, чего ему ждать. Хотя одно он знал — точно ничего хорошего. — Я должен справиться, — чётко произнёс он. — Потому ведь ты попросила меня о помощи? Чиаки кивнула. В её глазах тоже загорелись искры уверенности. Как же легко заставить других в себя верить, в то время как у самого эта вера опускается на самое дно. Но адвокат всегда улыбается, когда становится особенно тяжело. Вобрав в себя побольше воздуха, Хаджиме зашёл в зал заседания. Почему каждый раз это так же волнительно, как в самый первый? — Заседание по делу Фуджисаки Тайчи объявляется открытым, — раздался голос судьи. — Сторона обвинения готова, ваша честь. — Сторона защиты готова, ваша честь. На той стороне зала возвышался светловолосый прокурор в изумрудном пиджаке. На его лице играла лёгкая, вежливая улыбка, очень располагающая к себе. Только вот сейчас Хаджиме чувствовал, что его от неё тошнит, и подавить это было сложно. Чиаки стояла под боком, прожигая взглядом прокурора. Хаджиме так и не вник, каким образом она убедила пропустить себя в зал суда и находиться рядом с ним. Чихиро сидела среди зрителей, нервно сжимая Усами в руках. Так как Чиаки удалось оказаться здесь? Хотя, пожалуй, это не самый главный вопрос сейчас. — Хорошо. Комаэда, пожалуйста, изложите суду суть дела. — С удовольствием, ваша честь. Хаджиме немного ослабил узел галстука. Воздух ему определённо понадобиться. — Утром 27 февраля руководители Neo World Company обнаружили утечку данных о бизнес-планах компании. Тем же утром на компьютере подсудимого были обнаружены следы некой программы, с помощью которой и осуществлялся слив информации. Полиция арестовала Фуджисаки Тайчи и изъяла жёсткий диск его компьютера для экспертизы. Исходя из всех имеющихся у полиции данных, единственный, кто мог совершить это преступление — это подсудимый. — Удалось ли полиции выяснить, что за программа была использована? — К сожалению, это заняло больше времени, чем рассчитывалось. Приношу свои извинения перед судом, но пока что информации о программе у нас нет, — склонил он голову. — Понятно. — Чего понятного то, чем вообще полиция занималась всё это время… — шёпотом выругался Хаджиме, проверяя свои записи. — У стороны защиты есть какие-либо вопросы? — Да, ваша честь. Для начала сторона защиты хотела бы знать, почему сторона обвинения не рассматривала вариант, где моего подзащитного могли подставить? В здание компании могли проникнуть посторонние лица или же совершить это могли другие работники, которые имели доступ к компьютеру подзащитного. — Конечно же такие варианты были рассмотрены. За кого вы принимаете работников прокуратуры и полиции? — звонко рассмеялся Нагито. — Да как бы сказать повежливее… — пробубнил Хаджиме. — Полиция проверила камеры видеонаблюдения и допросила охранника. Ни в день происшествия, ни вечером перед ним никаких незарегистрированных лиц не появлялось. Только работники компании. Сторона обвинения предоставляет записи в качестве улик. Исходя же из показаний коллег подсудимого, никаких мотивов совершить подобное у них не было, — развёл руками Комаэда. — Как раз у подсудимого мотив мог быть вполне ясным. Ваша честь, подсудимый в одиночку воспитывает двух дочерей. Слив подобную информацию, он бы мог получить деньги от заказчика и обеспечить их всем необходимым- — Протестую! Чиаки даже подскочила от неожиданности. Голос Хаджиме пронёсся громом по залу заседания. На лице Нагито заиграла ещё более широкая улыбка. — Подобный мотив не имеет логики, ведь моего подзащитного за несколько дней до происшествия повысили! Он мог обеспечить обеих дочерей и не прибегать к незаконным методам! — Слова стороны защиты имеют смысл. — Разве вам не известно, как человек алчен? Всегда хочется большего, чем имеешь сейчас. Однако, сторона обвинения была готова к такому роду возражениям, так что с позволения суда хотела бы вызвать свидетеля. Что такого мог поведать Хайджи, что могло бы подкрепить версию стороны обвинения? Хаджиме морально готовился к перекрестному допросу, в кой-то веке этот вредный свидетель будет обязан ответить на все вопросы. Открыв книгу на одном похожем деле, Хината глубоко вздохнул. — Свидетель, назовите своё имя и род деятельности, пожалуйста. — Това Хайджи, программист Neo World Company. — Расскажите суду, что вы видели в день происшествия. — Главное, чтобы после беседы с таким нпс не пришлось выполнять побочные квесты… — тихо произнесла Чиаки. — Да уж, не хотелось бы… — ответил ей Хаджиме. — На работу в тот день меня вызвали раньше обычного. Информация о случившимся уже разошлась по сми, так что собирали всех сотрудников. Я проходил мимо офиса Фуджисаки, как заметил, что он судорожно выполняет какие-то манипуляции с компьютером. Я сразу же подозвал полицейских и они обнаружили остатки вируса, и арестовали Фуджисаки. — Как видите, — Нагито в уверенном благоговении обернулся к судье, с привычной лёгкой улыбкой, — у нас есть все основания считать подсудимого виновным. Думаю, имеющихся доказательств достаточно и можно переходить к заключению. — Протестую! — тут же возразил Хаджиме. — У стороны защиты есть право на перекрёстный допрос! — Да, это точно, — кивнул судья. — Если защита заметила в показаниях какие-то противоречия, то она вправе провести перекрёстный допрос. До этого не удостаивавший адвоката взглядом прокурор теперь прямо развернулся к Хаджиме, приторно вежливо улыбаясь. — Что ж, раз вам так охота попусту тратить время суда, то прошу, приступайте. А мы с интересом понаблюдаем за жалким попытками защиты отрицать очевидное. Хаджиме хотел закатить глаза, но лишь шумно вздохнул, отворачиваясь к свидетелю. Самое глупое, что он мог сейчас сделать, так это поддаваться провокациям Нагито. — Свидетель, почему вы в тот момент проходили мимо кабинета подсудимого? — Я собирался зайти за коллегами, — спокойно ответил Хайджи, — А мой офис — соседний с кабинетом Фуджисаки. Хаджиме припоминал, что когда сам приходил допрашивать коллег, то и тогда Хайджи заметил его, просто проходя мимо. — Почему в этот момент вы заподозрили подсудимого в незаконных действиях? — Протестую! — не дав даже вздохнуть после вопроса, прокурор прервал допрос. — В данной ситуации подобное умозаключение не является чем-то необычным, так что вопрос защиты бессмысленный. — Протест принимается. Хаджиме сдержанно продолжал смотреть на Хайджи Тову, игнорируя уверенный вид прокурора. Нельзя сдавать позиции, нельзя давать слабину перед ним. Иначе дело можно считать проигранным? — Вы уверены, что больше никого подозрительного не заметили? — Уверен. — С начала происшествия полиция дежурила по периметру всего здания, — вставил Нагито, — и никого не обнаружила. — Может быть, вы видели кого-то до происшествия? — хватаясь за любую возможность, настаивал Хаджиме. — Да не видел я никого! — бросил Хайджи. — Если бы увидел, то уж сказал бы! Улыбка Нагито стала шире. Хаджиме брали серьёзные сомнения по этому вопросу, потому что свидетелей готовили очень тщательно. И постоянные протесты Нагито лишь подтверждали то, что что-то здесь не сходится. Но как же добраться до этого?.. — Хорошо. Как давно вы работаете в компании NWC? — Около полугода- — Протестую. Этот вопрос не имеет отношения к делу, — качнул головой Нагито и строго взглянул на свидетеля. — Более того, я бы попросил сторону защиты не опираться на слухи. — С-слухи?.. — тихо пробубнил Хаджиме, лихорадочно проверяя записи. — Кажется, я припоминаю, что в офисе ходил слушок, что он был уволен собственным отцом из компании Towa group… — также тихо ответила ему Чиаки. — Оттуда у него и осталась та ручка, я думаю. — В суде оперируют только доказательствами, — закончил Нагито, удовлетворенно прикрыв глаза. — Протест принимается. — Вы знаете, уважаемый адвокат, — Хаджиме прекрасно слышал в издевательских нотках голоса прокурора, что ничерта он не уважаемый, — если вы будете всегда задавать столько вопросов, то к вам ни одна девушка не проявит должного интереса. Вот это сейчас, конечно, самая полезная и уместная информация! Хаджиме поджал губы, продолжал мёртвой хваткой держать взгляд на свидетеле. Он медленно сжал кулаки, собираясь с мыслями. — Из-за чего вы сломали руку? — Ч-чего?.. — Хайджи дернулся. — Как давно вам наложили- — Протестую! — резко прервал прокурор адвоката. Хаджиме чувствовал, что за компанию с Тайчи побледнел, и это был плохой знак. Страницы блокнота звонко хрустели под сжимающими их пальцами. В висках отчётливо ощущалась пульсация крови. — Ваша честь, сторона защиты уже переходит все границы перекрёстного допроса и превращает себя в посмешище своими неуместными вопросами! На это нельзя взглянуть без слёз. Я предлагаю на этом закончить и перейти наконец к вердикту- — Н-нет, нельзя всё закончить так! С-судью на мыло! — подскочила Чиаки, гневно глядя на Нагито. — Протестую. По началу даже сложно было понять, что произошло. В зале суда наступила мёртвая тишина, все взгляды были направлены на адвоката. Чиаки повернула к нему голову и распахнула глаза. Хаджиме стал похож на разъярённого зверя, который вот-вот вцепится и разорвёт врага, оставив только мелкие ошмётки. Взгляд его был полон ярости, направленной исключительно на одного человека — Нагито. Судья испуганно ахнул и замер вместе с остальными присутствующими в зале суда. Помещение наполнилось такой давящей атмосферой, что всем становилось не по себе. Будто в преддверии опасности. Переведя взгляд, Чиаки заметила нечто окончательно неправильное: лицо прокурора впервые за суд покинула улыбка. — Перекрёстный допрос не окончен, — медленно начал Хаджиме. — Сторона защиты намерена получить ответы на все интересующие её вопросы. Ваша честь, — резко обратился он к судье, — согласно показаниям коллег свидетеля и подсудимого, гипс свидетелю наложен сразу после происшествия. Я прошу внести это в материалы дела, так как это точно не может быть совпадением и имеет отношение к делу! — Д-да, раз вы так говорите… Никто в зале суда ещё не пришёл в себя. Это был шанс добиться своего. Хаджиме размеренным шагом вышел из-за стола, медленно подошёл ближе к свидетелю, соблюдая необходимую дистанцию. Хотя сейчас это расстояние не ощущалось безопасным. Да даже будь Хаджиме за пуленепробиваемом стеклом изолятора, казалось бы, что он всё равно представляет угрозу. Чиаки ахнула, уже не от страха, а от восхищения. — Я повторяю свой вопрос, Това, — произнёс Хаджиме. — Из-за чего вы сломали руку? — Я-я… Упал с л-лестницы за день до п-происшествия… Мышцы на лице Хайджи нервно дергались, волосы, не будь они убраны в хвост, встали бы дыбом. — Ручка, которая у вас с собой, — Хаджиме кивнул на нагрудный карман Хайджи, — она досталась вам во время работы на компанию Towa group? — Н-ну… — Протестую! Сторона защиты просто вновь задаёт бесполезные вопросы- — Протестую, — Хаджиме развернулся к прокурору, от чего в зале ахнули, — это имеет непосредственное отношение к делу, и сторона защиты может это доказать. Возвращаясь к вопросу, — Хайджи дёрнулся, когда Хината обратился к нему. — Д-да, я получил её, когда работал там. Однако я не понимаю, к чему Вам эта информация. — Сторона защиты, вы можете объяснить, к чему все эти вопросы? Хаджиме сделал глубокий вдох, лицо его совсем немного расслабилось. Он обратил свой взор на судью, и тот даже перестал чувствовать опасность. — Ваша честь, чтобы стало понятно, для чего всё это, позвольте уточнить у свидетеля один нюанс. — У стороны обвинения есть возражения на этот счёт? — …Никак нет, ваша честь. Мне и самому интересно, чего добивается сторона защиты, — прикусив губу, вытянул из себя Нагито. — Хорошо, так что вы хотите уточнить? — Това, меня это беспокоит ещё с ваших первых показаний, однако сейчас это начинает иметь смысл. Хайджи приподнял бровь в немом вопросе. — Откуда вы знаете, что на компьютере Фуджисаки был вирус? — Чего? Я, вообще-то, программист, — потеряв уже всякие следы страха, негодующе ответил Хайджи. Хаджиме краем глаза взглянул на Нагито. Как же приятно видеть его без этой раздражающей улыбки. На лице прокурора появилось осознание ситуации, и это выражение подступающего отчаяния было как нельзя кстати. Пусть немного побудет в этой шкуре. — Я сейчас не подвергаю сомнению ваш профессионализм. Проблема в другом, — Хаджиме понизил голос на следующей фразе. — Откуда вы знаете, что это был именно вирус? Ранее в суде было озвучено, что полиция ещё не смогла идентифицировать программу. Глаза Хайджи медленно распахнулись. Хаджиме отчётливо услышал, как захрустели костяшки пальцев прокурора. — Я-я… — только и мог выдавить из себя Хайджи. — Ваша честь, теперь вы понимаете, почему предыдущие вопросы были столь важны? — Начинаю понимать. — Неужели сторона защиты намекает на то, что свидетель сам и установил программу на рабочий компьютер подсудимого?! — яростно бросил Нагито. — Именно. Иначе можно считать, что рядовой программист пускай и известной компании намного лучше разбирается в технике, чем эксперты полиции. Он вполне мог установить программу! Его офис находится рядом, так что была возможность в перерывах это сделать! — Протестую! Мотив. Пусть сторона защиты не забывает про мотив. Не кажется ли суду, что для свидетеля было бы рискованно после увольнения из одной компании перейти в компанию конкурента и заниматься подобным?! — Прокурор Комаэда, — неожиданно спокойно, даже почти весело обратился Хаджиме, — а разве не вы ранее мне сказали, что не стоит опираться на слухи? — Что- — Нет доказательств того, что свидетель был уволен из компании! Сторона защиты считает, что он был подослан Towa group! Ведь именно эта компания сообщила о сливе ещё до того, как об этом узнало руководство NWC! — Арх- В суде началась шумиха. Чиаки наблюдала за этими прениями раскрыв рот. Вот это зрелище, достойное визуализации в игре! Покруче любого файтинга! — Тишина! Тишина в зале суда! — раздались быстрые удары молотком. — Это достаточно серьёзное обвинение! Есть ли у стороны защиты, чем подтвердить свои слова? — Да, стороне обвинения тоже бы хотелось взглянуть на доказательства после таких нелепых высказываний! — Нагито даже смог выдавить из себя улыбку. — Думаю, что я могу подтвердить это. — Каким же образом? — прокурор напряжённо глядел тому в глаза. — Това, я бы хотел взглянуть на то, что находится у вас под гипсом. — Чего?! — Абсурд! — рассмеялся Нагито, но не особо весело. — У стороны защиты просто от нервов всё в голове помутнилось. — Вовсе нет, я вполне осознаю сказанное, — покачал головой Хаджиме. — Просто я уверен, что там мы обнаружим саму программу. Или вирус, как нам уже подсказали. — Неужели? — удивлённо произнёс судья. — Вы ведь появились в гипсе в день происшествия. Полиция уже проверяла здание, а в случае чего стала бы проверять и дома работников. Было мало просто спихнуть вину на другого, от улик тоже необходимо избавиться. — Это просто ваши домыслы! Только и всего! — Это совершенно несложно проверить. Уверяю, если после снятия гипса там ничего не обнаружится, то я лично выплачу вам моральную компенсацию. Повисла напряжённая тишина. Хайджи в панике крутил глазами. А после… — Ыа…а…ЫАЫААЫАЫАЫАЫААААААА! Он стал беспорядочно рвать волосы на голове. Приставы увели его, после чего в зал принесли небольшую флешку, найденную после снятия гипса. Хаджиме облегчённо вздохнул. — Что ж, сегодняшнее заседание определённо было необычным. Разбирательства по делу Това Хайджи начнутся в ближайшее время. А сейчас время вынести вердикт. … — Невиновен! Хаджиме ощутил, как ноги подкосились, стали мягкими. Но он добился своего. Правда, голова немного болела. — Б-большое вам спасибо, Хината-сан! — совершенно бодрый и почти светящийся от радости, пожимал ему руку Тайчи. — Я словно заново родился! — Более чем вас понимаю… — устало улыбнулся Хаджиме. — Папа наконец-то вернётся домой! — плакала от радости Чихиро, обнимая отца. — Спасибо большое, Хината-сан, — тепло улыбнулась ему Чиаки. — Я очень рада, что именно Вы защищали папу. — Спасибо за доверие. Не самое тяжёлое заседание в моей практике, но определённо бывало лучше… — Но, Хината-сан, как вы догадались, где спрятана флешка? Вместо ответа Хаджиме улыбнулся и поднял перед собой книгу. — «Мемуары Камукуры Изуру»..? — прочитал Тайчи. — Да, у него есть за плечами похожее дело, оттуда я и подсмотрел. — Разве Камукура не был прокурором? — Да, это так. Однако в его мемуарах очень много полезной информации и для адвокатов, в том числе его собственные уловки, к которым он иногда прибегал на заседаниях. — Довольно странно описывать такие вещи в книге, когда ещё продолжаешь практику… — Есть такое. Может, он уже тогда знал, что ему осталось не долго… Чиаки долго и внимательно всматривалась в это имя. Она так сильно вытянула голову, что у неё вскоре заболела шея. — Значит, вы кумир Камукуры? Есть в вас что-то от него, — улыбнулся Тайчи. — Правда? Вы так думаете? — смущённо почесал голову Хаджиме. — Как минимум в преданности своему делу. Что ж, идём домой, девочки? — Удачного пути! — помахал им на прощание Хаджиме и с чистой совестью направился обратно в контору. — …Пап, — аккуратно потянула его за рукав Чиаки. — Что такое, милая? — Я хочу стать адвокатом, когда вырасту, — тихо произнесла она, глядя вслед Хаджиме. *** — Вот как, — поправляя очки, произнёс он. — Значит, прозвище «Сторожевой пёс» этот адвокат получил не просто так? — Похоже на то. Он… Хорош. — Ты даже снизошёл до похвалы? Поразительно. — Знаю. Может, стоило бы попробовать приручить этого дикого пса. Прокуратуре он бы мог пригодиться… — Дрессировщик из тебя низкого класса, Комаэда. Ты ещё неопытен, и мне не нравится, как ты прыгаешь выше головы. — Простите, я ни в коем случае не хотел покуситься на ваш будущий статус лучшего прокурора! — виновато рассмеялся Нагито. — Знай своё место. Хотя не могу оспорить тот факт, что прокуратуре нужны толковые люди… — Можешь и попробовать с ним совладать, — послышался насмешливый женский голос. — Только будь осторожнее: ещё руку откусит. Она рассмеялась, и Нагито поддержал этот смех. — Конечно, я это учту. — Может, всё же подумаешь о другом варианте? — О чём вы, семпай? — удивлённо поднял брови Нагито, когда к нему обратился ещё один прокурор. — Мне кажется, что прокуратура и частные адвокаты вполне могут сосуществовать в гармонии. В конце концов, они тоже вносят свой вклад в то, чтобы отыскивать преступников и защищать невиновных граждан… — …Я подумаю над этим, семпай. — Я понимаю твою ситуацию, но когда-нибудь же придётся двигаться вперёд, верно? Ах, время то сколько! Детектив уже ждёт тебя, Комаэда-кун! — Верно. Тогда я пойду. Он сделал легкий поклон и вышел прочь. Помимо интересующих его документов он также прихватил личное дело одного адвоката.