Что им нравится

Ей нравилось целоваться с ним. Так, как Сашу целовал Марк, её никогда никто не целовал. Её вообще до него никто не целовал, если быть точной. Лёгкие чмоки с девочками были не в счёт, «они же девочки». Теплота его губ, ласковый робкий язык, который мягко хозяйничал у неё во рту, когда они целовались, его длинные пальцы, играющие с её волосами, и её собственные, путающиеся в густой шевелюре парня – эти моменты она любила прокручивать в голове в попытках уснуть после очередного бесконечного тренировочного дня. У него была какая-то особая супер-способность – вселять в неё уверенность, что она может всё, что она и правда Чудо-женщина. Каждое её утро начиналось с улыбки, потому что каждое утро начиналось с его «Доброго утра». Разве могло быть иначе? Саша была крайне неопытной в любовных делах, не так-то просто ходить на свидания, когда каждый твой день расписан поминутно, а вечерами каждую клеточку тела сводит от боли и усталости. Она сама и не поняла, как у них всё закрутилось. Она помнила первый раз, когда уловила искры во взгляде Марка. Это было год назад, на Кубке Первого канала, когда они попали по воле случая в одну команду. Случай был в том, что Марк остался последним из парней и по остаточному принципу «отошёл» в команду Жени Медведевой. И он покорил эти соревнования, стал открытием не только для неё, но и для всей страны. Юноша, который довёл своей произвольной программой до слёз половину стадиона, заставивший всех затаить дыхание во время своих прыжков, вращений, шагов, приковавший внимание всех своей бешеной энергией. А ещё в нём была какая-то загадка. Откуда он такой взялся? Почему до этого особо не «гремел»? А Сашу бесили загадки. Сначала для неё загадкой были четверные, но она их разгадала. Потом загадкой стал тройной аксель, который так и отказывался до конца поддаваться решению. А спустя полгода ещё одной загадкой стал Марк Кондратюк. На Чемпионате России они впервые остались наедине и говорили, говорили, говорили… Потом обнялись даже, кажется. Она не запомнила, о чём они болтали после завершения Гала, но помнит ощущения от этого разговора. Что-то в сердце маленькой Русской Ракеты начало таять, а под его искрящимся серебряным взглядом хотелось сжаться в комочек. Его звонкий смех ещё долго звучал в её голове, его не смогла заглушить даже до одурения громкая музыка в наушниках. На Чемпионате Европы он впервые взял её за руку наедине и поцеловал в щёку. Наверное, из дружеского побуждения, правда ведь? Ну и что, что она потом всю ночь трогала ладошкой пылающую щёку и отгоняла из головы мысли, что ей-то вообще-то понравилось, что она бы сама поцеловала его в ответ, если бы не удивилась столь внезапному жесту и не замерла. Куда пропала её смелость? По приезде в Россию она твёрдо решила, что загадку Марка Кондратюка она разгадает обязательно. С одной стороны, её ужасно бесило то, что происходило с ней в его присутствии, какой уязвимой и по-девически (ужасно!) робкой она становилась. А с другой стороны… ей даже нравилось немного отпустить себя. Снять броню Чудо-женщины, расплести воинственные косички и отложить в сторону коньки. Посмеяться над глупыми шутками или оценить новые совершенно нелепые носки Марка, которые он надевал под коньки перед важными стартами. «Как думаешь, с ананасами на Олимпиаду взять?» «Других вариантов нет?» - отвечает она с улыбкой. Хорошо, что они сообщениями переписываются и он не видит, как раскраснелись её щёчки. «Эти счастливые же, на Европе помогли». «Тогда бери, они классные». «Такие же классные, как я?;)» - спрашивает Марк, добавляя глупый смайлик в конце. У Сашки перехватывает дыхание. Она понимает, что он явно спросил это в шутку, тем более, они часто подтрунивали друг друга насчёт того, кто же из них более классный. Но почему-то в этот раз ей захотелось сказать об этом не в шутку. «Ты даже круче.» На сборах в Красноярске Марк поцеловал её в первый раз. - Можно? – тихо спросил он, сверкая своими потрясающими глазами и делая робкий шаг вперёд. Саша лишь кивнула в ответ, потому что горло вмиг пересохло. Он накрыл её губы своими легонько, словно боясь, что она отпрянет от него в секунду, когда он коснётся её. А она не отпрянула, только вздохнула очень-очень глубоко от неожиданности. Одна его рука притянула девушку за талию, а другая легла на шею. По позвоночнику тут же побежали мурашки, а руки непроизвольно дрогнули. Дыхание перехватило, а в голове вмиг не осталось ни одной мысли – только яркие-яркие цветные вспышки, как в калейдоскопе, с которым она игралась в детстве иногда. После этого он целовал её первым ещё сотни раз, пользуясь короткими моментами наедине, она целовала его первой десятки раз, приглашая в свою комнату и трясущимися руками открывая ему дверь, и тысячи раз они представляли как целуют друг друга, переписываясь перед сном. Ей просто было комфортно с ним, безумно легко. В животе порхали бабочки, краска заливала всё лицо до корней огненно-рыжих волос, а руки совершенно не слушались, когда она пыталась пальчиками ухватить его твёрдую сильную ладонь. Он тепло улыбался ей, обнимал так сладко, что сердце сжималось, а самое главное – никогда не позволял себе ничего лишнего. Для неё ведь вообще многое в их отношениях (если их можно так назвать – официальных-то признаний не было) было в новинку. Когда они смотрели очередное глупое кино по телевизору в его гостиной, она доверчиво ложилась к нему на колени, а он игрался с её длинными волосами, заплетая лёгкие неумелые косички и тут же их распутывая. Марк громко смеялся, закидывая голову назад и трясясь всем телом, а она также звонко ему вторила – иногда даже не понимая, в чём, собственно, была шутка. - Как думаешь, как пройдёт Олимпиада? – тихо спросила она его в один из вечеров, задумчиво гладя его по руке, одним пальчиком очерчивая неровные мозоли и сбитые об лёд костяшки. Марк слегка сдвинул брови, но через секунду уже расцвёл в такой привычной карамельной улыбке: - Ты всё выиграешь, - с уверенностью сказал он. – И прыгнешь свои пять четверных. Саша вздохнула, выпуская его руку и переворачиваясь на спину, чтобы ей было видно его лицо. Серые глаза смотрели прямо перед собой, на меняющиеся картинки в телевизоре. - На соревнованиях ещё ни разу не получилось. - Но это же Олимпиа-а-а-ада! – протянул он. – И не такие чудеса случались, сама знаешь. - Знаю. Ты будешь смотреть? – спросила она с тёплой надеждой в сердце. Серые глаза с бесконечной нежностью посмотрели на неё. - Даже если придётся остаться на все три недели, - с улыбкой сказал он и чмокнул девушку в висок. По её телу пробежали мурашки, и она зажмурилась от удовольствия. – Ты похожа на котёнка, - усмехаясь добавил он. - Я больше собак люблю, - шутливо надула губы Сашка. - Эллу взять не получится, но, смотри, я же там буду! Она снова громко засмеялась, прикрыв глаза. - Ты всё-таки лучше собаки. - Спасибо за комплимент. Сомнительный, правда, - ответил Марк. - Э-э-эй! – ткнула она его пальцем. – Ты даже лучше кошки. - Ещё лучше! – захохотал парень. В такие моменты ей казалось, что мир просто не может стать ещё лучше, потому что прямо сейчас – она самый счастливый человек на планете. Да что уж там, во всей Вселенной. Он всегда выслушивал её страхи, опасения и бесконечные истории о коварном трикселе – ну как так? На тренировках получается, а программе нет? А он слушал, давал советы – сам-то он его прыгал очень даже удачно, - утирал слёзы после особо тяжёлых дней. «Коньки взяла?» - написал он ей прямо перед отъездом в Пекин. «Забыла… твои одолжу,» - пошутила она в ответ. «Болтаться ноги будут, точно не прыгнешь в них,» - его улыбка чувствовалась даже через сообщения. «Хочешь проверить?» «Ну я бы посмотрел, как минимум.» «Тогда выкладываю, и это на твоей совести.» «Неееет, не надо! Пожалуйста!» - запричитал парень, добавив кучу умоляющих смайликов. «Не хочешь грех на душу брать?» - ухмыльнулась она собственной шутке. Он всё-таки Иисуса катает, какие уж тут грехи. «Там и так предостаточно…» - как-то неопределённо ответил парень. «Собирайся давай, не то опоздаем все,» - написал он вдогонку. Саша нахмурилась. Какие такие грешки есть на совести этого солнечного парня? Ей-то казалось, что он самый правильный человек во Вселенной, у которого уж точно нет каких-то скелетов в шкафу, кроме необъяснимой страсти к гейским шуточкам в компании. Она быстро отмахнулась от этих мыслей. В конце концов, у него тоже своя жизнь есть, и была задолго до Сашиного появления в ней. Каждый имел право на секреты. А может это всего лишь одна из его бесконечных шуток. Но червячок нерешённой загадки уже поселился у девушки в голове. И это ей уже не нравилось.