Длинная Тьма

      Как только я вышел за дверь, на меня тут же налетел поток ледяного ветра, из-за чего мне пришлось зажмуриться. Но даже через закрытые веки мне в глаза бил яркий зелёный свет. Спустя пару секунд, когда я смог снова смотреть на мир, я поднял взгляд на небо и обомлел. Всё видимое пространство от горизонта до горизонта было охвачено неимоверно прекрасным светом. Всё небо сверкало и переливалось зелёными, фиолетовыми, белыми и синеватыми столбами света, которые постоянно сменяли друг друга на небе. Всё это зрелище пугало, восхищало, вдохновляло и завораживало одновременно, и я стоял, наслаждаясь этой картиной настолько долго, что когда вышел из ступора, то почувствовал, как пальцы ног почти отмёрзли.       Из-за этого я, хоть и хотел остаться и подольше понаблюдать за этим северным сиянием, зашёл обратно в дом. Там, подкинув оставшиеся у меня палки в огонь, чтобы он хоть немного грел, так как в печке оставались лишь горящие угольки, которые периодически вспыхивали на мгновения маленькими язычками пламени, я присел в кресло и взял в руки книгу по шитью. Благодаря свету от горящих палочек я мог свободно читать, лишь немного напрягая глаза.       Спустя некоторое время я прочитал страниц двадцать, на которых было введение и пара важных советов по шитью. Внезапно текст стало хуже. Осмотревшись, я увидел, что во всём виновата лампа, которая всё тускнела и тускнела. Кинув книгу на кресло, я бросился к двери и вышел на улицу. На небе было именно то, что ожидалось — это таинственное сияние, которое явно было связанно с внезапной работой ламп, постепенно угасало, уходя за горизонт на север.       Вздохнув от того, что такая красота уходит, я вернулся в домик, и на меня накатила сильная усталость. За сегодня я сделал очень многое, и моё тело сейчас крайне желало спать. Я не стал противиться ему и лёг в кровать, посильнее закутавшись в одеяло — в домике было прохладно, хоть костёр и горел в нём достаточно долго. Видимо, вся моя жизнь будет состоять из того, что я буду рубить дрова и отапливать помещения, в которых буду жить. Прекрасно…       Именно с такими мыслями я и заснул. Ночью мне, на удивление, ничего не снилось, хотя до этой катастрофы я сны видел почти каждую ночь. Поднявшись, я почувствовал пульсирующую боль в затылке — старый добрый признак малого количества сна. Потянувшись, я постарался сосредоточиться на чём-то, отвлекаясь от этой боли. Не помогло.       Игнорируя боль, я стал раздумывать о том, что мне делать дальше. Во-первых, нужно набрать ещё палок — ночной опыт показал, что огонь в доме нужно поддерживать всегда, не то дом промёрзнет. Во-вторых, мне надо продолжать исследовать окрестности. Всё-таки если я остановлюсь, то рано или поздно выработаю все ресурсы вокруг этого дома и умру от нехватки еды или дров. Так или иначе, мне надо сейчас выйти на улицу.       Подойдя к двери и постояв полминуты в нерешительности, я всё-таки открыл дверь и оказался на улице. На небе, которое уже потеряло жёлто-оранжево-красные цвета рассвета, ярко светило солнце, а облаков вообще не было видно. Надеюсь, такая погода подольше сохранится. Осмотревшись, я заметил, как громадная туша, в которой я сразу опознал лося, шла вверх по холму, с которого я и пришёл к этому дому. Через некоторое время он скрылся за его вершиной, тем самым дав мне возможность осмотреться, не боясь оказаться затоптанным. На удивление, никого кроме только что ушедшего лося на поляне не было, поэтому я не боясь спустился с пригорка, на котором находился дом. Быстрыми шагами, практически бегом я двинулся в сторону сарая, который я приметил ещё вчера.       Оказавшись внутри, я понял, что особого смысла идти сюда не было, так как сарай был практически пуст. Однако он представлял собой что-то наподобие комнаты, вход в которую был ниже моего роста, поэтому мне пришлось пригнуться. В этой комнате, в теории, можно будет укрыться от опасности: волков или лосей. Но это было не единственной хорошей новостью: в этой самой комнате находилась пара крупных кусков дерева, в которых я смог опознать ель. А это прекрасно, ведь именно еловые дрова горят очень долго.       Закинув, хотя, вернее сказать, затолкав дрова в рюкзак, я выбрался из сарая. Пока мне ещё было тепло, я решил разведать немного больше территории, ведь чтобы нормально жить, мне надо знать, что вокруг меня. Именно поэтому я двинулся дальше на юг, выйдя на поляну, где паслись пару оленей и бегали кролики. Как только олени увидели меня, то тут же бросились наутёк. Кролики, встревоженные таким поведением оленей, также убежали.              Ну и ладно, всё равно мясо у меня ещё есть. Выйдя на центр поляны, я осмотрелся. В дальней, если ориентироваться на домик, части поляны возвышалось упавшее дерево. Оно, лёжа на склоне холма, создавало своего рода мост, на котором в теории можно было укрыться от хищников — высота позволяла. На противоположной стороне поляны была крупная каменная скала, которая тянулась от окружающих скал в сторону поляны. Через неё можно было перебраться, но своим существованием она ограничивала поляну с домиком с юга.       Но вот в той части скалы, которая примыкала к поляне, было большое углубление. Подойдя поближе, я понял, что это вход в пещеру. Сначала я хотел зайти в эту пещеру и разведать, что там. Однако, во-первых, у меня не было средств освещения, потому что фонарь лежал дома. А во-вторых, прямо за входом лежали кости животных. Не сильно понятно, кто это, но кости были похожи на оленьи. А значит, эта пещера используется как чьё-то логово. И я не хочу знать, кому она принадлежит. Поэтому я тихо направился в сторону домика. Тем более мои пальцы уже начали замерзать. Если всё так продолжиться, то я отморожу свои пальцы.       Вернувшись в домик, где пока что было относительно тепло, так что разжигать костёр не надо было, я сёл в кресло и принялся дальше читать книжку. В теории, у меня хватит ресурсов, чтобы дождаться пока шкуры высохнут и я смогу сделать перчатки. Однако прийдётся экономить. С такими мыслями, после прочтения ещё 30 страниц, я отложил книгу в сторону.       Поднявшись, я решил, пока мне сильно делать нечего, разобрать то, что мог, на деревяшки для костра. Подняв один из деревянных ящиков, я попытался сломать его голыми руками. Схватившись за одну из его стенок, я со всей силы потянул его на себя. Однако ничего не получилось. Сколько бы сил я не прилагал, он оставался целым. А с виду и не скажешь, что он такой прочный — ящик как ящик.       Немного задумавшись, я решил попробовать использовать гвоздодер. Засунув его конец, между двумя деревяшками, я со всей силы надавил его и спустя несколько секунд, услышал треск. И этот звук был просто прекрасен. Я посмотрел на ящик и увидел, что одна из его стенок была сломана, даже разворочена, и теперь, в теории, доломать его можно даже руками. Отложив гвоздодер, и взяв его в руки, я потянул за ещё целую стенку и она, с относительной лёгкостью, также отломалась. Спустя некоторое время, я наконец доломал этот ящик. Сразу после этого, я принялся за оставшиеся два ящика. И тем самым, спустя пару часов, я закончил с ними. Если задуматься, то наломанных деревяшек хватит часов на два-три. Был бы топор, мог бы ещë сломать столик или полки. Но его нет.       И хотя, после упорной работы по разламыванию ящиков, я вспотел, в самом домике становилось холоднее. Так что, я принялся за разжигание огня. Зажгя спичку, я, видимо, неудачно выдохнул, и она сразу потухла. Вот черт! Такими темпами, у меня и спички закончатся. А если это случится, то я не смогу разводить огонь. А без огня нет тепла и горячей еды. А сейчас, отсутствие этих вещей для меня означает смерть. Именно поэтому, следующую спичку я зажигал с максимальной осторожностью, буквально не дыша. Она загорелась и я поднёс её к бумаге, которая лежала в печке. Огонь быстро перепрыгнул на листы, а я, сразу после этого, продолжил туда палочек. Вскоре, огонь перекинулся на палки. Сразу после этого, я начал закладывать туда деревяшки, которые наломал ранее и спустя некоторое время, огонь разгорелся на полную.       Обрадовавшись, я потерял осторожность и, засунув в печку руку, чтобы подкинуть топливо, обжег себе палец. Рефлекторно я дёрнул руку к себе, и палка, которую я хотел подкинуть, выпала из моих рук. Но проблема была в том, что она уже загорелась. Инстинктивно засунув палец в рот, чтобы хоть немного его охладить, я несколько секунд не обращал внимание на эту палку. Спустя время, когда боль в пальце исчезла, я посмотрел и увидел, как огонь с веточки начал прожигать пол и перекидываться на него. Быстро, не задумываясь, я наступил на этот огонь и, чуть подпалив свои кроссовки, потушил его.       Успокоившись, я попытался посмотреть в окно, но оно было всё так же обледенелым. Но судя по свету, который пробивался, можно было понять, что темнеет. Минутку… Разве это произошло не слишком быстро? Вроде бы день только начался? Или это связанно с тем, что я слишком много спал после ночного пробуждения? Может быть… Но да ладно, не время придаваться таким мыслям. Сейчас самое время ложиться спать. Если я правильно посчитал, то шкуры должны будут подсохнуть, а значит можно будет попробовать сшить те перчатки. Однако для этого нужно будет прочитать инструкцию к их созданию в той книге. Да, надо будет обязательно это сделать… С такими мыслями я засыпал на третий день моего пребывания здесь.       

Продолжение следует…