Тень на стене

Похоже, всех вокруг изрядно утомила

Что ваша страсть, что холодность моя

(Канцлер Ги — «Баллада Квентина Дорака»)

      Принято считать, что часто плачут очень эмоциональные люди. На самом деле это не так. У всех просто разная реакция на стресс. Кто-то плачет навзрыд, не сдерживая слезы, а кто-то внешне больше напоминает каменную глыбу. Но это вовсе не значит, что уровень эмоциональности у второго типа людей меньше. Просто внешне их переживания не так заметны, поэтому окружающие думают о них как о холодных, железных, практически неуязвимых. И со временем, такие люди сами начинают считать себя таковыми, поверив окружающим.       Агата тоже думала, что не отличается особой эмоциональностью. Она переносила все неудачи и маленькие трагедии в своей жизни достаточно спокойно — не рыдала на плече у подруги, когда расставалась с парнем, не утирала украдкой слезы из-за несправедливо выставленной оценки в университете или незаслуженного выговора от начальства. Она вообще с трудом могла вспомнить, когда плакала по-настоящему, а любую стрессовую ситуацию встречала с каменным лицом. Впрочем, нужно признать, что больших трагедий в жизни девушки и не было… Обычно такие «каменные» люди начинают плакать, когда понимают, что не в силах что-то изменить. Когда случается нечто действительно непоправимое.       Но сейчас Агата почему-то плакала. Плакала тихо, не всхлипывая и не размазывая дрожащими руками слезы по лицу. Не из-за того, что ее покинул один надоедливый призрак, от которого она сама когда-то хотела избавиться. Она понимала, что может найти Александра, попытаться поговорить с ним, заставить вернуться в ее квартиру, но сделать так, чтобы он очнулся, не в ее силах. Она и так делает все, что может. Вот только волшебных сил у нее нет.       — И вот нужно было тебе сейчас уходить, придурок? Когда мы хоть немного приблизились если не к разгадке, то к способу получить ответы! Это Ева у нас недоучка, но есть ведь и другие шаманы. Что, сложно было со мной в Казахстан слетать? — спросила Агата у пустоты, а потом снова задумалась.       Это живым нужно только сесть в самолет, чтобы оказаться в другой стране, а как быть с призраками? Достаточно будет, если Алекс просто зайдет с ней на борт или нужно каким-то образом тащить с собой его тело? Во втором случае ничего не получится. Да и в первом… Попробуй затащи Нильсена в самолет, если он даже в этой квартире отказывается находиться. И что-то подсказывало Агате, что в этот раз он настроен более чем серьезно. Наверное, в этом тоже была причина ее слез, которые никак не хотели останавливаться…       Она так и заснула прямо на диване в гостиной в обнимку с подушкой, в которой время от времени прятала лицо, как будто на нее кто-то смотрел и мог увидеть слезы. А потом снова очутилась на стыке миров. Девушка уже даже как-то привыкла к этому месту. Она больше не пыталась прятаться или сопротивляться. Вместо этого каждую ночь она подходила к самому краю, туда, где однажды увидела незнакомца. И садилась так же, как он сидел когда-то — свесив ноги над миллиардами далеких звезд.       — Видишь, я больше не боюсь, — сказала она, надеясь, что он услышит ее хотя бы отсюда, хотя знала, что это невозможно. — Оказывается, меня не страшит космос. Нужно было только привыкнуть. Теперь можно с чистой совестью отправляться на космическую станцию, — хмыкнула Агата.       Она привыкла не только к виду под ногами, но и к этому месту в целом. Оно уже не воспринималось так пугающе. Человек вообще ко всему привыкает. Сейчас она находила картину перед глазами даже умиротворяющей. Пожалуй, не хватало только горсти камней, которые можно было бы бросать в космос, как в воду.       — Знаешь, я ужасная эгоистка, но мне бы хотелось, чтобы ты тоже очутился здесь. Не навсегда. А хотя бы на пару часов. Я могла бы дать тебе подзатыльник за твою глупость. Надо было сделать это в прошлый раз, когда ты меня поцеловал... Зачем ты тогда это сделал? А ведь именно в тот момент я в последний раз могла тебя коснуться. Настоящего тебя, а не пациента, который лежит в коме… Надо же, и здесь плачу, — горько усмехнулась Агата, проведя рукой по щеке.       Как так получилось, что она плачет из-за пациента? Такого не было никогда. Даже когда люди умирали на ее операционном столе, она держалась, хоть и было тяжело. Причем со временем легче не становилось. Человек ко всему привыкает, но она так и не смогла. Не к постоянной смерти, с которой сталкивается почти каждый день. Но все же она продолжала жить. А сейчас расклеилась. Может быть из-за того, что этого пациента она успела узнать намного лучше, чем почти безымянных для нее людей из реанимации, которые приходили и уходили очень быстро.       Вздохнув, Агата покачала головой. Кажется, пора перестать себя обманывать. Дело не в количестве проведенных вместе дней. Он просто стал ей дорог. Как друг, как вечный спутник, как ее собственная тень… и как мужчина.       — Ну нет, — процедила девушка, злобно прищурившись. — Ты так просто от меня не отделаешься, идиот! Пора просыпаться. Давай, Агата. На счет три, — она зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли белые круги, и сжала кулаки. — Раз. Два. Три…       Вздрогнув, Агата открыла глаза, увидев собственную гостиную. Она действительно просто проснулась, потому что захотела. Не было плавного перехода, ее не затягивало во тьму… Странно. Но об этом можно было подумать и позже. Сейчас у нее были дела поважнее.       Схватив телефон, девушка посмотрела на часы, которые показывали неприлично ранее время — еще не было и шести утра. Но ждать она больше не могла и, послав приличия куда подальше, достала из кармана визитку, а затем с удивлением уставилась на то, что было на ней написано.       — Хм… Что значит «GrandRing»? Кто ты такой, Сэмюэль Макото? Это что, какой-то подпольный бойцовский клуб?       Любопытство ненадолго пересилило даже потребность немедленно действовать, и девушка решила хотя бы попытаться проверить информацию. Оказалось, «GrandRing» — обычный спортзал, причем достаточно известный, просто с уклоном в боевые искусства. Интересно, он тренер или владелец? Ладно, это неважно. Даже если он там уборщиком работает, это ничего не изменит.       — Ну хоть без криминала обойдемся, — буркнула она себе под нос, набирая номер. — Алло, Сэм, это Агата Харрис, я врач из…       — Я помню, — ответил ей сонный голос. — Что-то случилось?       — Эм… Ты сегодня сможешь навестить Александра, я тебя проведу. Моя смена начинается днем. Ты будешь свободен?       — Найду время, — немногословно ответил он. — Ты для этого позвонила?       — Нет, — признала девушка. — Ты знаешь, где находится квартира Александра?

***

      Агата стояла возле двери, находящейся в жилом комплексе, который можно было даже назвать элитным. По крайней мере, система видеонаблюдения, консьерж и цифровые замки с кодом в каждой квартире здесь присутствовали. Ее вообще пустили только потому, что она пришла вместе с Сэмом, которого здесь, очевидно, знали. Так что Макото был весьма полезен… Намного полезнее, чем Агата, которая вообще не могла точно ответить на вопрос, зачем она сюда пришла. Но сейчас девушка, стоя у запертой двери, начала злобно коситься на своего спутника.       — Ты знаешь пароль? — спросила она.       — Разумеется, нет, — невозмутимо ответил парень. — Я ведь сразу предупреждал, что идти сюда бессмысленно. Если бы мы объявили о том, что Александр в коме, можно было бы запросить пароль, но сейчас… — пожал он плечами, показывая всю безвыходность ситуации.       Агата начала коситься в его сторону еще более злобно, мысленно умоляя его свалить куда подальше, оставив ее в одиночестве. Но проваливаться под землю Сэм не собирался, да и уходить не спешил, поэтому девушка плюнула на то, что снова выставит себя сумасшедшей и, глубоко вздохнув, начала тарабанить в дверь.       Макото почти никак не отреагировал на это. Только приподнял бровь, выражая недоумение. Наверное, за то короткое время, что он общался с Агатой, а особенно с Евой, парень понял, что ждать от этих девиц адекватного поведения не стоит.       — Думаешь, тебе кто-нибудь откроет?       — А вдруг, — отмахнулась Агата, продолжая пытаться выломать двери. Но грубая сила не помогала, поэтому она подключила голосовые связки. — Открывай! — заорала девушка.       Больше всего в этой ситуации Макото удивляло то, что в коридоре по-прежнему было тихо… Ну это если не считать Агаты, конечно. Соседи не высовывались из своих квартир, не спешили обругать слишком громких посетителей. Наверное, в этом доме прекрасная изоляция. Он уважительно покачал головой и даже начал задумываться о переезде, но вовремя вспомнил, что его финансовое положение сильно отличается от его друга.       Для Агаты хорошая звукоизоляция была скорее досадной помехой, чем преимуществом этого здания. Примерно на пятом выкрике горло уже начало саднить. Кулаки тоже слегка побаливали, а голос разума настойчиво намекал, что хирургу вовсе не стоит разбивать руки из-за такой ерунды, как один призрак, подхвативший приступ социофобии. Но чем больше времени проходило, тем отчаяннее Агата ломилась в дверь.       Наконец, примерно на десятом выкрике нерушимая оборона рухнула. Конечно, дверь не слетела с петель, и даже замок не сломался. Просто из двери, как раз в районе глазка, появилась голова Алекса, заставив девушку отшатнуться. А потом эта самая голова, с самым невинным выражением лица спросила:       — Кто там?       К Агате, которая все еще хватала ртом воздух и прижимала руку к колотящемуся сердцу, подлетел Сэм, поддерживая ее, как будто боялся, что она вот-вот упадет.       — Что случилось? — спросил парень так участливо, как будто это не он пару секунд назад смотрел на нее как на сумасшедшую.       — Мне нужно попасть внутрь, — ответила Агата, причем явно не Сэму. — Либо мне кто-то скажет пароль, либо я найду инструменты и взломаю этот чертов замок.       — Какая плохая девочка, — прищелкнул языком Алекс. — А последствий не боишься? Мне кажется, тебе не пойдет тюремная роба, — заметил он, а потом пробежался взглядом по ее фигуре. — Хотя…       — Сэм, не подскажешь, где здесь поблизости можно купить лом? — с самым решительным видом спросила Агата, уже оправившись от шока.       — Эм… — завис Макото.       — Ладно, так и быть, на этот раз спасу тебя от тюрьмы. Пароль – 2539. Можешь чувствовать себя как дома. Только проследи, чтобы Сэмми не начал рыдать, обнимая мои рубашки.       Горделиво фыркнув, девушка встряхнула плечами, освобождаясь от хватки Макото, который до сих пор ее придерживал, и снова подошла к двери.       — Что ты делаешь? — спросил тот. — А как же лом?       — Он отменяется. На меня снизошло озарение, — отозвалась она, набирая код, и с неимоверным удовольствием слушая, как щелкает замок. — Прошу, — приглашающе повела она рукой, улыбаясь так широко, что казалось, еще немного, и щеки просто треснут.       Квартира была… примерно такой, какой она себе ее и представляла — просторной, хорошо обставленной, немного мрачной, педантично-идеальной. Но Алекс смотрелся здесь удивительно гармонично. Хоть и не совсем в том образе, в котором она привыкла его видеть. Ей почему-то казалось, что он должен быть одет в дорогой, идеально сидящий на фигуре костюм, а вовсе не в белую футболку и простые брюки.       — Зачем ты пришла?       — Зачем мы сюда пришли?       Оба вопроса прозвучали в унисон, и на оба у Агаты не было внятного ответа. Конечно, Сэм задавал его и раньше — и когда она только озвучила свою идею, и по пути сюда, и возле двери. Но если от Макото можно было просто отмахнуться, то Алексу нужны были объяснения, причем немедленно.       — Нужно поискать какие-то зацепки, — ответила она Сэму. — Вдруг найдем что-то необычное. Давай ты обыщешь ту часть квартиры, а я эту, — предложила она и, не дожидаясь согласия, ушла в своем направлении.       Путь привел ее в спальню, в которой она смогла ненадолго перевести дух, прислонившись к стене.       — Так зачем ты пришла? — повторил свой вопрос Алекс, просочившись за ней.       — А ты зачем ушел? — парировала она. — Неужели так противно мое общество, что ты предпочел гордое одиночество. Ты ведь даже телевизор включить не можешь!       — Телевизор — зло. Если долго его смотреть, то и отупеть можно.       — Глупая отговорка, — поморщилась девушка. — Ты хоть представляешь что я… — она осеклась на полуслове, опустив голову. — Ты вообще думаешь о ком-нибудь кроме себя? Ты решил устроить себе отпуск от моего общества? Отлично! Но зачем обрывать все связи? Ты подумал обо мне? Осознавал, что теперь я буду вздрагивать от каждого писка монитора в твоей палате, от каждого телефонного звонка, думая, что это новости о тебе?       — Осторожнее. Еще немного, и я подумаю, что небезразличен тебе, — почти безэмоционально протянул Алекс.       — А если так, то ты вернешься? — вскинула голову Агата.       — Нет, — твердо ответил он, но затем немного смягчился. — И это не потому, что ты мне надоела или еще какая-нибудь глупость, что ты успела себе нафантазировать. Просто… мы ведь не знаем, как на тебя влияет мое присутствие. Ты продолжала проваливаться в тот сон и каждую ночь проводила на мосту одна. Вдруг это потому, что я рядом. Может быть, человеку опасно находиться рядом с призраком.       — Прошлой ночью я снова была на мосту, хотя твоей безмозглой задницы рядом не наблюдалось.       — Наверное, нужно больше времени.       — Знаешь, если бы у меня была такая возможность, я бы тебя сейчас ударила, — отчеканила Агата. — Тебе обязательно брать на себя ответственность за все события в этом мире? Сначала ты решил, что создал вирус, хотя оснований для таких выводов было мало. Теперь ты думаешь, что и на мою судьбу как-то влияешь, причем обязательно негативно. Я никак не пойму, это какая-то странная тяга к уничижению или комплекс бога? Почему ты решил, что все, что происходит вокруг, из-за тебя?       Эта вспышка гнева была настолько неожиданной, что даже Алекс не нашел, что ответить, глядя на девушку с нескрываемым удивлением.       — Решил, что как-то влияешь на меня? А с чего ты взял, что это обязательно плохо? Ты не подумал о том, что если уйдешь, может стать только хуже? Говоришь, что рядом с призраком опасно находиться, но забываешь, что я врач и работаю в месте с их наибольшей концентрацией! Ева говорила, что в больнице духов очень много. Но ты ведь особенный, так?       — Возможно, — поджал губы Алекс, продолжая спор из чистого упрямства. Он и сам об этом думал. Все те долгие часы, когда оставался один, без возможности поговорить с кем-то. Но так просто сдаться не мог. — Мы как-то связаны. Даже ты не можешь этого отрицать.       — Вот именно! И ты решил оборвать эту связь в одностороннем порядке, даже не думая о том, что может со мной случиться!       — Я не…       — Идиот! — заключила Агата. — Надеюсь, на этом твои попытки самоуничижения закончатся, и ты начнешь думать головой. А теперь рассказывай, есть в твоей квартире что-то, за что можно зацепиться?       — Еще как есть, — выдал Нильсен после недолгого молчания, в течение которого пробовал смириться с поражением. Получалось плохо. Он не привык проигрывать, пусть даже в таких вещах. — Здесь кто-то побывал.       — Почему ты так решил? — спросила девушка, начав оглядываться.       — Хм… Проще показать, — вздохнул он и начал раздавать указания. — Сдвинь, пожалуйста, вон ту статуэтку на два сантиметра влево. Теперь поверни лампу на тридцать градусов. Отодвинь шторы на десять сантиметров. А еще поменяй эти подушки местами… Хорошо, — кивнул он, когда девушка выполнила все, о чем он просил. — Есть еще несколько мелких деталей, но так тоже пойдет… Посмотри на комнату теперь. Чувствуешь разницу?       — Да… — тихо пробормотала Агата.       После небольших и, казалось бы, незначительных изменений спальня действительно преобразилась, причем сильно. Здесь и раньше царил порядок, но сейчас… Было видно, насколько здесь все идеально подобрано. Настолько, что если сдвинуть какую-то деталь на пару миллиметров, гармония нарушится. Теперь стало понятно, как Алекс узнал, что здесь кто-то был, хотя ни следов взлома, ни обыска не было заметно.       — Может быть, здесь убирались, пока тебя не было? — спросила девушка. Она была почти уверена, что Нильсен не сам размахивал тряпкой, а приглашал людей из службы клининга.       — Нет. Уборку проводят только в моем присутствии. Сюда никто не мог просто так попасть.       — Хм… Как думаешь, что искали?       — В спальне нет совершенно ничего интересного. А вот в моем кабинете могли найти что-то… Но сам я, как ты понимаешь, проверить сохранность документов не могу.       — Вот поэтому пытаться избавиться от меня невероятно глупо, — фыркнула Агата. — Говори, что делать, — бросила она, открыв двери.       И сразу же натолкнулась на Сэма. Точнее, на очень недобрый взгляд, которым он до этого прожигал дверь, а теперь и девушку. Она инстинктивно отшатнулась, чувствуя, как перехватывает дыхание.       — С кем ты разговаривала? — спросил Макото.       — Почему сегодня все меня пугают? — разозлилась она.       — Все — это кто?       — Да так… День сегодня просто ужасный.       — Так с кем ты разговаривала?       — По телефону. Коллега позвонил, нужно было ответить, и…       — Я похож на идиота? — спросил Сэм, делая еще шаг навстречу Агате. — Я слышал все, что ты говорила, и обсуждали вы явно не пациентов. Спектакль разыгран шикарно, не спорю. Но неужели ты правда думаешь, что я поверю в ту чушь про призраков, которую вы мне пытались скормить с подружкой?       Александр говорил, что его друг не из тех, кто может отказать даме. А еще явно подразумевал, что вреда он причинить не сможет в любом случае. Но сейчас Агата начала в этом сомневаться. Милый парень, который был практически воплощением вежливости, вдруг стал напоминать опасного хищника, который вот-вот настигнет жертву. От этой резкой перемены, а еще от презрительного прищура и от явной угрозы в голосе, по коже проходил мороз.       — Нет, я вовсе не… — начала оправдываться девушка, но ее снова перебили.       — Спрошу в последний раз — кто ты такая и что тебе нужно? Советую ответить честно, потому что если ты решилась соврать, беседовать мы будем уже не так мирно.       — А говорили, что женщин не трогаешь, — пробормотала себе под нос Агата, надеясь, что ее не услышат.       — Это смотря каких женщин, — пугающе улыбнулся он. — Лучше не уповать на мое милосердие и рассказать все по-хорошему.       — Ему нужно было стать актером, — протянул Алекс. — Ты посмотри, какой талант пропадает!       Агата не разделяла оптимистичного прогноза Нильсена, особенно после того, как Макото начал действовать. Сделав всего шаг в сторону, он рывком сорвал простынь с кровати, заставив девушку взвизгнуть от неожиданности, а затем одним движением разорвал ее, оставив в руке внушительную полоску ткани.       — Ты ведь примерно уже поняла, чем я на жизнь зарабатываю? — спросил он, начав обматывать кулаки остатками простыни. — Тогда должна осознавать, что я знаю множество способов причинить боль, в том числе так, чтобы не сталось следов.       — Еще и простыню мою испортил, позер! — фыркнул Нильсен.       Агата уже не реагировала на его слова. Она вжалась в стену и замерла, наблюдая, как Макото снова начал приближаться к ней.       — Итак, я даю тебе еще немного времени, чтобы подумать о том, стоит ли мне рассказать, зачем ты сюда пришла. Трех секунд хватит? — ухмыльнулся Сэм одним уголком губ. — Раз. Два…       — Двадцать второе сентября, — вздохнув, вдруг непонятно сказал Александр.       — Что? — нервно переправила Агата, которая уже начала прощаться с жизнью.       — Я непонятно выразился? — спросил Макото продолжая надвигаться на нее.       — Просто назови эту дату, — продолжил подсказывать Нильсен с галерки.       — Черт с тобой! — почти пропищала девушка, зажмурившись, когда Макото уже навис над ней. — Двадцать второе сентября.       Парень остановился так резко, как будто его выключили. Даже взгляд стал не таким пугающим. Агата этого, конечно, не видела. Она изо всех сил готовилась к чему-то нехорошему, ругая себя так, как никогда даже Еву не обкладывала. Это ж нужно было быть такой идиоткой, чтобы прийти в квартиру с совершенно незнакомым мужчиной. Поверила, что он безопасен просто потому, что Алекс так сказал. Даже его визитка не смутила! И сейчас девушка уже предвкушала, что скоро поплатится за собственную глупость. Хорошо если только разбитым лицом, а не чем-то похуже…       Но удара не последовало ни через две секунды, ни через пять, ни через десять. Устав ждать, Агата приоткрыла один глаз, чтобы увидеть почти ту же картину — пугающего Макото прямо перед собой. Только теперь во взгляде помимо угрозы скользил еще и легкий интерес, который ему почти удалось скрыть. Почти…       — Почему ты назвала эту дату? — спросил он, заставив девушку покоситься на Александра.       — Именно в этот день три года назад его побили какие-то гопники, отобрав телефон. Причем случилось это через сутки после того, как этот кретин выиграл чемпионат по боксу. Вот говорил я ему, нужно было в каратэ идти, как раз его стихия…       — Эм… — немного замялась девушка, думая о том, какая тактика будет более действенной — продолжать строить из себя дурочку, нарвавшись на побои, или же попытаться убедить Макото в том, что его друг теперь в виде призрака разгуливает. Хуже было то, что второй вариант тоже не исключал пытки.       — Да не бойся, не тронет он тебя, — попытался успокоить ее Нильсен. — Он умеет только мое постельное белье портить, — с обидой в голосе добавил он.       Подумав о том, что в бестелесном состоянии очень легко об этом говорить, Агата все же махнула рукой на последствия, раз уж их все равно не получится избежать, и повторила рассказ Александра. Но угрозы во взгляде стало не меньше, а больше.       — Как ты об этом узнала? Только Алекс знал эту историю… Ты ведь была знакома с ним до аварии, верно? Это ты к ней руку приложила?       — Нет! — воскликнула Агата, снова сжимаясь под тяжелым взглядом.       — Не переживай, — слегка улыбнулся он, снова вызывая волны дрожи. — В полицию я не пойду. Лучше разберусь с тобой сам…       — Стой! — девушка отскочила в бок, выставляя перед собой руку. — Да, мне рассказал Александр, но сделал он это только что! Я знаю, это звучит безумно.       — Еще как, — согласился Сэм.       — Просто… Загни за спиной пальцы. Он сейчас как раз сзади. Вот увидишь, я скажу сколько именно ты загнул.       — А это даже интересно, — усмехнулся Макото, заводя руку за спину.       — Он загнул три пальца, — сообщил Нильсен, а потом досадливо прищелкнул языком. — Какое предсказуемое число, Сэмми.       — Три!       — То есть сообщники у тебя тоже есть, — кивнул он своим мыслям. — Непонятно правда, как ты здесь камеры установила, но учитывая, что ты знаешь код двери, все возможно. При этом твои сообщники еще сюда не ворвались, значит, они далеко. Сколько у нас с тобой времени, пока они едут?       — Да нет у меня сообщников! — взвыла девушка. — А я думала, что это я недоверчивая. Черт бы тебя побрал, Нильсен. Нужно было продолжать прикидываться ветошью, он все равно не поверит!       — Ладно, — вздохнул он. — Передай ему кое-что, только слово в слово, — предупредил Александр.       Выслушав призрака, Агата на пару мгновений даже забыла о собственном страхе, скорчив скептическую гримасу. Но Сэм и угроза расправы, которая никуда не делась, быстро привели ее в чувство.       — Прежде чем ты начнешь меня калечить, выслушай, пожалуйста…       — Я весь во внимании, — махнул рукой Макото, как бы позволяя продолжить.       — Алекс просил тебе передать, — почти через силу сказала она, а потом сделала глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и выпалила на одном дыхании. — «Сладкий, прекращай строить из себя идиота и включай мозги! Ты, конечно, красавчик, но на одной внешности далеко не уедешь. Ты так тупишь, что я уже жалею, что позволял тебе списывать в школе. Еще немного, и я решу, что слишком хорош для тебя».       Если до этого у Агаты и были шансы на то, что она уйдет отсюда не побитой, то после этой тирады они испарились. Остался только один вопрос — почему она продолжает слушаться чокнутого Нильсена, который изо всех сил загоняет ее в могилу, как будто ему там одному скучно. Может это его коварный план — отправить Агату в кому посредством Сэма. Тогда точно будет у них гармония и полное взаимопонимание!       — Алекс… — почти неслышно прошептал Макото, а затем тряхнул головой. — Бред!       — Гм… И еще кое-что, — немного смущенно начала девушка, бросая странные взгляды куда-то в сторону. — «Сэмми, тебя в последнее время на ринге сильно по голове били? Соображай быстрее. И перестань с такой страстью смотреть на Агату, иначе я решу, что ты собираешься мне изменить. Ни на минуту тебя одного оставить нельзя! Вот знал же, что все красавчики ветреные, но не думал, что пока я валяюсь на больничной койке, ты начнешь заглядываться на моего врача».       Выпалив это, Агата резко присела и закрыла голову руками, как будто верила, что это поможет в борьбе с маньяком, в ловушку которого она сама себя загнала.       — Вот же черт, — прошептал Макото.       Услышав изумленный голос, девушка открыла глаза и повернула голову, увидев, что Сэм отошел на пару шагов. Он стоял посреди комнаты с таким обескураженным видом, как будто действительно увидел призрака, не обращая внимания, что ткань на кулаках начала разматываться, медленно падая на пол.       — Этого не может быть…       — Это была моя реплика, — обиженно буркнула Агата.       — Этого не может быть, — повторил Макото. — Он валяется в коме и все равно продолжает доставать меня своими гейскими шутками!

***

      Александр смотрел на Агату, Агата смотрела на Сэма, Сэм внимательно оглядывал пространство, как будто пытался найти нечто незримое. Не хватало только Евы, которая в очередной раз будет заигрывать с потолком. А на этом потолке было что рассматривать. В отличие стандартного белого в квартире Агаты, у Алекса в гостиной было множество подвесных ламп, которые вместе представляли почти инсталляцию. В общем, очень много целей, на которых Скай могла бы проверить собственную меткость!       — Вам не кажется, что драматическая пауза так затянулась, что уже становится похожей на интимную? — нарушил тишину Нильсен.       Агата вздрогнула и перевела на него взгляд, злобно прищурившись. Но ничего не сказала. Видимо, еще работала привычка не вести с ним диалог, пока рядом находятся посторонние.       — Он что-то сказал? — догадался Сэм.       — Что мы слишком долго молчим, — кивнула Агата.       — Ммм… Прости.       — За что? — без особого любопытства спросила девушка.       — За угрозы. Сильно испугалась?       — Конечно, сильно! — возмущенно воскликнула она. — Пульс до сих пор зашкаливает! — для наглядности девушка приложила пальцы к запястью и покачала головой. — Я так с вами аритмию заработаю! А потом умру раньше времени от сердечного приступа! И составлю компанию твоему ненормальному другу! И вообще…       — Ладно, ладно, я понял, — перебил ее парень. — Прости.       — Ты бы правда меня ударил?       — Нет, — лаконично ответил Сэм.       Комната снова погрузилась в молчание, но на этот раз даже Алекс его почему-то не прерывал. Агата подумала бы, что он просто выжидает нужный момент, чтобы ляпнуть что-то особенно неуместное, если бы не взгляды, которые он украдкой бросал на нее. На самом деле, до него только сейчас дошло, насколько сильно она испугалась, и он мысленно обкладывал себя матом сразу на двух языках. Он уже забыл… а может просто не успел вспомнить, насколько его друг может быть пугающим для тех, кто плохо его знает. Но он снова думал только о себе. Идиот!       — Знаешь, Алекс сказал, что в квартире кто-то был, — как только разговор ушел в сторону от ее страданий, Агата снова перешла на безэмоциональный тон, а вот Сэм после этих слов сразу напрягся.       — Что? Кто здесь был? Давно? Следов взлома нет… Что-нибудь взяли?       — Это мы узнаем, когда обыщем квартиру и поймем, чего не хватает.       — Как мы это поймем?       — У нас есть отличный проводник, который знает эту квартиру лучше, чем кто бы то ни было, — кивнула девушка в сторону Нильсена.       — Угу, — кивнул Алекс. — Покажу, расскажу, а еще буду за вами приглядывать. Точнее, за Сэмми. Уверен, если его не контролировать, он не в сейф залезет, а в ящик с моим нижним бельем. Еще и алтарь там соорудит. За ним нужен глаз да глаз.       — Он снова сказал что-то неприличное? — спросил Сэм, заметив, как фыркнула Агата, закатив глаза.       — Что ты, он воплощение невинности, — отмахнулась она, поднимаясь. — Итак, где здесь кабинет?       Рабочее место Александра ничем не отличалось от остальной квартиры. Здесь все было так же лаконично, слегка мрачно, и нереалистично-идеально. Рай для перфекциониста. Пожалуй, из общей атмосферы выбивалась только рамка с фотографией на столе. Это вообще было единственное фото, которое она увидела в этом доме. На нем Алекс с Сэмом стояли рядом, обняв друг друга за плечи. Казалось, в нем нет ничего необычного, если не считать эмоций. Они так искренне улыбались, что хотелось тоже засмеяться вместе с ними.       — Отодвинь вот те книжные полки, — скомандовала Агата, оторвавшись от фотографии. — За ними сейф. Пароль — 69554. Я проверю потайную полку в столе.       — Черт, — выругался сквозь зубы Сэм. — Он и правда здесь… Все никак не могу привыкнуть.       — Я вообще удивлена, что тебя убедили не факты и даже не экстрасенсорные способности, а какие-то шутки, — буркнула девушка.       Макото пожал плечами, не отреагировав на подначку, и начал взламывать сейф Александра. Точнее, просто открывать. Вряд ли можно назвать взломом, если получено согласие владельца… Правда владелец лежит в коме, что несколько усложняет юридическую сторону вопроса. Все же хорошо, что этот парень не был юристом или полицейским…       — Сейф пуст, — констатировал Сэм через пару минут. — Точнее, здесь только банковские карты, облигации и прочая ерунда. А вот рабочих документов нет.       — Тайник тоже пуст. Ни паспорта, ни прав, ничего… При этом на месте аварии их тоже не обнаружили, иначе Алекс не был бы неопознанным. Где же они тогда? — взглянула девушка на Нильсена.       — Не смотри на меня так. Я не знаю. Последние дни перед аварией выпали из памяти, и возвращаться не собираются.       — Это как раз нормально при таких травмах, — успокоила она его. — Но найти ответы на вопросы будет сложнее. Кто забрал твои документы? Как ты вообще оказался на Хаттон Кросс?       — Хм… Кажется, с последним вопросом могу помочь я, — вклинился Сэм. — Перед аварией Алекс собирался улетать из страны. Собственно, поэтому я так долго его и искал. Заподозрил неладное уже через сутки, когда он на звонки перестал отвечать, но даже не подумал, что он еще в Британии. Пришлось немного поездить по миру, выслеживая его…       — И куда он собирался лететь?       — В Индию.       И без того серьезное выражение лица Агаты превратилось в по-настоящему озабоченное. Она взглянула на Нильсена, который хмурился так же, как и она. Если бы он решил слетать в Швецию, Францию, Германию… да хоть на Мальдивы, никаких проблем бы не было. Но Индия — страна, с которой началось распространение вируса. Именно там был нулевой пациент, хотя найти его все также пока не могли. И то, что Алекс собирался отправиться туда, говорило о многом…       — Над чем конкретно ты работал? — задала Агата вопрос, который нужно было озвучить очень давно.       Ответить Нильсен не успел. Только начал собираться с мыслями о том, как рассказать, что в ситуации, когда вирус уже начал распространяться, он не сможет помочь, когда раздался телефонный звонок.       — Алло, — моментально ответила на вызов девушка. Она всегда так делала, когда звонили из больницы, а после того, как там оказался Александр, особенно.       — Агата, я знаю, что до твоей смены еще несколько часов, но тебе нужно приехать, — раздался в трубке голос Рэйчел. — Всех врачей собирают, будут выдавать новые инструкции.       — Что-то случилось, — обеспокоенно спросила она.       — Случилось, — вздохнула администратор. — Тот, самый первый пациент, который поступил к нам с новыми симптомами, умер ночью. У нас здесь… — начала она, но сразу же остановилась. — Мне еще десяток звонков нужно сделать. Приезжай, это лучше увидеть лично.