Под гнётом Дьявола

      Пропажу Снейпа заметили прямо на следующий день. Среди студентов это породило множество слухов. А вот администрация была в панике. Дамблдор пытался послать патронус зельевару, но защитник так и не сдвинулся с места. А это значило, что человека-адресата не существует. То бишь, Снейп мёртв. И это было ужасным известием. Северус Снейп занимал довольно важную роль в планах Дамблдора, и его смерть была катастрофой. Как разбираться со свалившимися проблемами, директор пока не знал. Слишком уж много было завязано на Снейпе. Но для начала нужно было разобраться с Министерством и назначить нового профессора. А значит, надо искать Горация Слизнорта.       Увы, но на этот раз Гарри не отделался. Первые подозрения пали именно на него, так как Дамблдор знал о первом уроке окклюменции, а другие студенты знали о каких-то «дополнительных занятиях» Поттера и Снейпа. И может кто-то и был благодарен ему за пропажу ненавистного всеми, кроме слизеринцев, профессора, но большинство стало бояться парня, а от того и презирать, хоть и доказательств его вины не было.       Гарри подвергся постоянным допросам. Сначала его постоянно расспрашивал Дамблдор, вынося мозг, и Поттер предполагал, что не только своими речами, но и пассивной легиллеменцией. Гарри старался избегать с ним зрительных контактов, а сам врал, что занятие с зельеваром прошло не очень хорошо, но они его закончили, и Гарри ушёл в гостиную. Директор ему почему-то не верил, но и не обвинял в убийстве. Но когда эти расспросы закончились, вздохнуть спокойно Гарри всё равно не дали. Амбридж вызвала авроров, и Поттера потащили на новые допросы. После всего этого ужасно болела голова, а внутри был какой-то бардак, что лишь усиливало депрессию Гарри. Он даже есть чуть ли совсем не перестал, а внешне вновь стал больше походить на инфернала. Снимал стресс он, естественно, лишь по ночам. Так и получалось, день приносил ему страдания, ночь – избавление от них. Ночью Гарри словно становился абсолютно другим человеком.       В очередной день, находясь глубоко в своём сознании, Гарри жаловался туманному другу на свою тяжёлую жизнь. Ведь ему было не только внутренне плохо, но ещё и страшно. Действительно страшно, что его раскроют. — Они меня подозревают, – выдохнул тогда Гарри, следя, как туман скользит вокруг. — Но они ничего не смогут доказать, – заметил тот. — Мои мысли... — Я в состоянии выдать ложные.       Только после этих слов Гарри позволил себе расслабиться, забыть о проблемах, и с улыбкой посмотрел на метающийся туда-сюда дым. Лишь он мог успокоить и вызвать в нём положительные эмоции, и только здесь, внутри своего сознания, Гарри чувствовал счастье и всё чаще улыбался. Похоже, его привязанность к загадочному туману превращалась в слепое обожание.       И плевать, что это даже не человек, плевать, что всё это происходит у него в голове. Он хотел лишь одного – чтобы остальные оставили его в покое. Чтобы его мучения закончились. И чтобы он мог спокойно засыпать и видеться со своим дымчатым другом.       Больше ему ничего не нужно. Только Он.       Медленно, как в замедленной съёмке, Гарри протянул вперёд ладонь и коснулся плотной пелены, чувствуя, как, начиная от кончиков пальцев, по телу пробежало приятное тепло. Рука утонула во мгле, мягкие клубы тумана обвились вокруг него, заползли под одежду и ласково щекотали тело, вызывая лёгкую волнующую дрожь. Он словно обнимал, ластился. И Гарри прижимался к нему сильнее, чувствуя лёгкий, почти незаметный, аромат ландышей. Ему нравилось это взаимодействие между ними. — Дымок, – доверчиво прошептал Гарри, поглаживая клубы кончиками пальцев. — Воробушек, – в том же тоне ответил голос. Гарри счастливо рассмеялся, и тот ласково погладил его по голове, растрёпывая и так непослушные волосы. — Как ты здесь оказался? – решился спросить Гарри, продолжая ласкать клубы дыма. Он давно хотел узнать побольше об этой сущности, но в глубине души всё же побаивался. — А разве это важно? – вопросом на вопрос ответил тот.       Тьма выскользнула из рук Гарри и вновь образовала человеческий силуэт. Клубы дыма собрались в плотную тень, от которой тонко расползались серые, почти чёрные облачка. Сидя на надгробии, Гарри завороженно смотрел на него, чуть приоткрыв рот. Сложно было разглядеть силуэт, но парень отметил не слишком высокий рост и какую-то весьма необычную причёску. А так же в тумане можно было различить кое-что из одежды. Правда этим кое-чем являлся лишь длинный плащ. Но Гарри запоминал каждую деталь, ему было очень интересно узнать о своём друге больше. Тот наблюдал за ним, за его скользящим любопытным взглядом, сложив руки за спиной. — Ты такой загадочный... – севшим голосом проговорил Гарри, не отрывая от того взгляда. Тень склонила голову и хмыкнула, а затем в очередной раз приняла форму тумана и подплыла ближе. — А ты такой забавный... Воробушек... – услышал Гарри завораживающий шёпот прямо на ухо.       И вновь тёплые прикосновения к нежной коже, становившиеся всё приятнее и приятнее. Гарри со стоном запрокинул голову назад, чувствуя скользящую по телу щекочущую дымку. По телу медленно пронеслось неведомое ранее возбуждение. Руки подрагивали. Дыхание участилось. Гарри подставлял под дымок голову, шею, руки, ища ещё больше ласки, а тот не отказывал ему в этом и одаривал своей заботой.       Связь между ними становилась ещё сильнее.       И ничего их не смущало. Ни прохлада, ни само старое кладбище, выглядевшее довольно жутко. Гарри научился не обращать внимание на такое. Теперь это место он считал своим настоящим домом. Испытываемый поначалу, страх полностью ушёл, сменившись на умиротворение. И сами мертвецы уже не вселяли такой ужас, как было до этого. Стена из тумана рассеивалась, пропуская трупы, но дымок тщательно следил, чтобы те не вредили и не пугали Гарри. Со временем, Поттер привык и к ним. А поняв, что страх полностью сошёл на нет, и сами мертвецы потеряли интерес к мальчику. Однако их жуткий вид, зловонный запах, жутковатые хрипы и непонятный шёпот Гарри совсем не нравились, поэтому он попросил свою дымку не пропускать тех слишком часто. Сущность согласилась, и теперь всё время, что Гарри спал и находился внутри своего сознания, они проводили в основном вдвоём. И с каждым разом их отношения всё крепли, взаимодействия стали более частыми, а сам Гарри чувствовал какое-то неведомое и сильное влечение к загадочному туману.       Проснувшись после очередного раза, Гарри остро почувствовал, как между ног было горячо и как-то подозрительно мокро и липко. И вначале его это сильно смутило. В голове поселилось стойкое ощущение, что что-то идёт не так и на своём жизненном пути он свернул куда-то не туда. Однако, сходив в ванную и приведя себя в порядок, Гарри решил проигнорировать этот внутренний звоночек.       Спустившись по лестнице в гостиную, Гарри встретил Рона, который опять присосался, как пиявка. Раздражение вновь завладело сознанием Поттера, в голове вспыхнул огонёк злости, а глаза из зелёных на короткое мгновение стали полностью чёрными. Уизли последнее время не отставал и, наконец, терпение Гарри лопнуло. Он решил, что пора избавиться и от второго предателя, потому что пока тот жив, Гарри в покое не оставят. Парень даже не замечал за собой изменений, считая, что всё как обычно. Вот только он сильно ошибался. Тьма слишком глубоко въелась в его душу. Всё чаще Гарри завладевали отрицательные эмоции.       Злость, бешенство, раздражение, жажда убийства...       Но Гарри оставался слеп ко всему этому. Именно поэтому с каждым новым убийством он чувствовал себя не так плохо, как было с предыдущим. И именно поэтому он так быстро решился на убийство Рона.       И даже знал, как это сделать... — Слушай, Рон, – вечером того же дня Гарри напустил на себя максимально обеспокоенный вид и обратился к Уизли. — Кажется, я знаю, где может быть Гермиона. — Откуда? – с удивлением и надеждой спросил рыжий, повернувшись к Гарри. — Неважно, главное, что есть знание. Мы должны ей помочь. — Может лучше тогда рассказать директору? – с сомнением промолвил Рон, всё таки полным идиотом он не был. — Не думаю, что это хорошая мысль, – покачал головой Поттер и придал своему голосу ещё больше волнения. — Мы не можем ждать, времени в обрез, можем не успеть, директора нет сегодня в школе, а другие профессора не будут слушать нас. Помнишь, как на первом курсе? Мы должны сделать всё сами. — Ладно, – нехотя согласился тот, всё же проникнувшись. — Ну и где она может быть? — В лесу, – ответил Гарри, внимательно следя за реакцией бывшего друга. — Что?! – тот аж побледнел. — Скажи, что ты шутишь... — Увы, но если ты не хочешь, то я пойду без тебя. — Нет-нет, я с тобой! – поспешно высказал Рон. — Гермиона же наша подруга. Мы её не оставим. — Вот и славно. Я рад, что ты такой хороший друг, – Гарри натянул улыбку, в которой Рон так и не заметил подвоха. — Отправимся ночью, чтобы нас никто не видел. Рон кивнул и с задумчивым видом отправился сидеть в уголок гостиной. Гарри прищуренно посмотрел ему вслед. В этот раз у него не было ни малейших сомнений. — Какая... Тонкая... Манипуляция... – заметил голос, заставив Гарри самодовольно хмыкнуть. Однако тот быстро сдулся, когда тень добавил: — Но можно... Было... И лучше... Стало немного обидно. Гарри всеми силами пытался доказать тени, что он многого стоит, старался, как мог, понравиться. И его глубоко задевало, если все эти попытки не оценивались по достоинству. — Тоже мне знаток, – обиженно прошептал себе под нос Гарри. — Я не... Хотел... Обижать...       На это Гарри фыркнул, сел на диван и уставился в камин. В голове вновь отовсюду раздавался какой-то неразличимый шёпот, сводящий с ума. Приложив пальцы к вискам, Гарри закрыл глаза, пытаясь избавиться от боли, но от этого шёпот стал только громче. Всё стихло только через полчаса, когда Гарри был уже на грани, чтобы сорваться и начать идти убивать всех, лишь бы как-то сбросить стресс. Пару глубоких вдохов позволили утихомирить воспылавший в груди огонь, но несмотря на это, всё равно хотелось свернуть кому-нибудь шею. Гарри косо взглянул в сторону задремавшего в кресле Рона. Хорошо, что час расплаты так близок, а то сегодня ночью он бы не сдержался и перебил бы всех в собственной спальне.       Примерно в половине первого Гарри разбудил Уизли, и оба в мантии-невидимке отправились в Запретный лес. А уже в самом лесу сняли мантию и зашагали спокойно. Рон был настолько бледен и напуган, что Гарри приходилось несколько раз останавливаться, дабы тот мог постоять и немного прийти в себя. И как бы не хотелось этого делать, но Поттеру пришлось ещё и успокаивать рыжика, повторяя постоянно, что это всё ради Гермионы. Рон стойко держался, а Гарри вёл его в самую глубь тёмного леса. С каждым новым шагом в груди зарождалось какое-то странное чувство предвкушения и эйфории. Он буквально чувствовал сладкий запах скорой смерти, который наполнял его силой.       Рон вдруг заметил огромную паутину, услышал какое-то шуршание и остановился, как вкопанный, его затрясло, на лбу выступила испарина, бледность увеличилась, отчего яркие рыжие волосы стали ещё контрастнее. — Г-Гарри п-пошли о-отсюд-да! – выдавил он, пятясь назад.       Гарри встал на месте и медленно развернулся. На его лице застыла безумная улыбка, а глаза потемнели, в мгновение ока став абсолютно чёрными.       Поздно. Они зашли слишком далеко. — Шорох, я принёс тебе ужин, – странным жутким голосом протянул Гарри.       Не успел Рон сделать и шагу, как позади него спрыгнул громадный паук, со всех сторон показались огромные лапы других акромантулов. Множество глаз заблестело во тьме между деревьями этого жуткого леса. Паук, с которым первый раз встретился Гарри и которому в остальные приходы дал кличку «Шорох», поднял лапы и, прижав бедного парня к земле, зашипел и приготовился сомкнуть челюсти на голове истошно кричащего от ужаса человека. — Гарри, за что?! Я не виноват! Я же ничего не сделал! – со слезами и воем выкрикивал Уизли, когда понял, что обычные вопли его не спасут. — Остановись, – приказал Гарри пауку, и тот замер, а затем Поттер обратился к Рону. — Ты сделал. Ты предал меня один раз, когда меня выбрали участником Турнира... И если я простил тебя в тот раз, то второе предательство не прощу! Оставив меня одного летом, бросив на произвол судьбы в самый тяжёлый для меня период времени, ты поспособствовал этим метаморфозам, которые произошли со мной. Я тебе больше не тот дурачок-Поттер. Мне плевать на всех и вся, больше у меня нет друзей, мне некем дорожить, и я убью любого, кто будет мешать мне нормально жить!       Ужас на лице Рона сменился полным отчаянием. Он, всхлипывая и хрипя, попытался сказать что-то ещё, но не мог выдавить и слова. — Передавай привет Гермионе, – ухмыльнулся Гарри, глядя на бывшего друга взглядом маньяка. — Убейте его.       И в следующий миг пауки, следуя команде, кинулись на закричавшего Рона, голос к которому стремительно вернулся, правда, ненадолго. Акромантулов было очень много и каждый желал попробовать человеченки. Пауки быстро растерзали несчастное тело. Убедившись, что те начали с удовольствием жрать принесённый ужин, Гарри, развернувшись, отправился прочь. И на этот раз не чувствовал ничего. Ни дрожи в теле, ни страха. Лишь полную уверенность в себе. — Кто же... Будет... Следующей... Мишенью? — Амбридж, – невозмутимо ответил Гарри, продолжая двигаться вперёд, к выходу из леса.       Не так давно эта женщина вновь наказала его, причём буквально ни за что, тем самым попав в чёрный список Гарри Поттера. Поэтому у него уже давно родился план, как избавиться от этой мрази. Но сначала нужно было избавиться от Рона, что он уже сделал.       А значит скоро придёт час отвечать за свои поступки и Долорес Амбридж.