Как друг

"Венти, тебе на сегодня хватит. Поднимайся, я отвезу тебя домой", – произнес Сяо, приехав за своим лучшим другом, который вновь погрузился в пучину пьяного забытья. Голос его звучал устало, но в нем таилась забота, которую Венти, опьяненный виски и воспоминаниями, едва ли замечал. "Сяо, а помнишь, ведь в этом баре мы с тобой познакомились?" – проговорил Венти, его слова были тягучими и расфокусированными, словно он говорил с миражом. Он смотрел на друга, но его взгляд был направлен куда-то сквозь него, в прошлое. "Да, Венти, помню. А теперь пойдем, нам завтра утром на пары", – Сяо попытался мягко направить Венти к выходу, но тот, казалось, не слышал ни слова. "А потом ты предложил мне встречаться тоже здесь", – продолжал Венти, его слова звучали как обрывки старой, заигранной мелодии. "А позже ты бросил меня в этом же баре, когда появился Итэр", – Сяо попытался прервать этот поток воспоминаний, но Венти, словно не слыша, перебил его: "Венти, не начинай, мы с тобой уже обсуждали это и…" – слова Сяо оборвались, когда Венти резко схватил его и, преодолев сопротивление, прижал к себе в неуклюжем, пьяном поцелуе. "Идиот, ты что творишь?!", – вскрикнул Сяо, оттолкнув Венти с такой силой, что тот едва удержался на ногах. "А раньше тебе нравилось, когда я тебя целовал", – Венти пробормотал это с горькой усмешкой, чувствуя, как земля уходит из-под ног. "Вот именно, раньше. Сейчас у меня есть парень, который, между прочим, твой друг. Так не может дальше продолжаться. Ты должен отпустить это", – в голосе Сяо звучала сталь, смешанная с болью. "Но я верил в нас, желал, чтобы все это оказалось правдой", – прошептал Венти, чувствуя, как последние искры надежды гаснут в его груди. "Я тоже, Венти. Но чувства изменились. Мы стали разными. Я понял, что не чувствую к тебе того же, что чувствую к Итэру", – Сяо говорил это с трудом, словно произнося приговор. "Почему? Чем Итэр лучше меня, скажи?!", – Венти больше не мог сдерживаться. Слезы текли по его щекам, смешиваясь с запахом алкоголя. – "Я помогал тебе, был рядом, когда тебе было плохо! Я всегда поддерживал тебя, любил тебя! Но как только появился Итэр, ты тут же бросил меня! Разве за эти годы я не заслужил хоть каплю твоей любви?!" Его крик эхом разнесся по почти пустому бару. Несколько оставшихся посетителей косо поглядывали на них, ощущая напряжение, витающее в воздухе. "Шш, успокойся, сейчас же, Венти", – Сяо говорил уже с явным раздражением, пытаясь утихомирить друга. "Я говорил тебе, что это ненадолго! Я благодарен тебе за помощь, я дорожу тобой, но пойми, я люблю Итэра, а ты для меня как друг. Поэтому, прошу, давай отпустим…" "Поехали, Венти", – Сяо перебил его, решительно беря его за руку. Венти дорожил Итэром и был по-настоящему рад за своего друга, но неприятное чувство в груди появлялось каждый раз, когда он смотрел на своих счастливых друзей. Он понимал, что должен отпустить Сяо. Тот любил Итэра и был счастлив с ним, а своими чувствами Венти причинял боль и себе, и Сяо. Он понимал, но не мог отпустить. Сяо подтолкнул Венти к машине, его терпение было на исходе. Венти, спотыкаясь, сел на пассажирское сиденье, и мир за окном поплыл перед его глазами. Он видел отражение своего разбитого лица в стекле, и ему казалось, что это отражение принадлежит не ему. "Ты должен понять, Венти", – начал Сяо, заводя машину. – "Мы росли вместе, мы были вместе в самые сложные моменты. Я ценю это. Но это не любовь. Это была дружба, которая… которая стала чем-то большим для тебя, но не для меня". "Дружба…" – Венти прошептал это слово, словно пробуя его на вкус, и оно показалось ему горьким и чужим. – "А ведь раньше тебе нравилось, когда я тебя целовал. Разве это была просто дружба?" "Это было давно, Венти. Мы были другими. Я был молод, я не понимал своих чувств. А потом появился Итэр. Он изменил все. Я понял, что люблю его. А ты… ты для меня друг. Лучший друг. И я не хочу тебя терять из-за этого". "Значит, я для тебя – лишь друг, который должен уйти, чтобы не портить твое счастье с Итэром", – Венти усмехнулся, но эта усмешка была полна боли. – "Я всегда был рядом, когда тебе было плохо. Я поддерживал тебя, любил тебя. Разве я не заслужил хоть каплю твоей любви? Неужели годы нашей дружбы ничего не значат?" "Венти, успокойся. Это не то, что ты думаешь", – Сяо попытался смягчить свои слова, но было слишком поздно. "Шш, успокойся, сейчас же, Венти", – слова Сяо звучали теперь раздраженно. "Я говорил тебе, что это ненадолго! Я благодарен тебе за помощь, я дорожу тобой, но пойми, я люблю Итэра, а ты для меня как друг! Поэтому, прошу, давай отпустим!" – в голосе Сяо звучала невыносимая усталость. "Как друг… тебе легко сказать "отпусти". Поехали, Венти", – слова Сяо были окончательными, как приговор. Венти дорожил Итэром и был по-настоящему рад за своего друга, но неприятное чувство в груди появлялось каждый раз, когда он смотрел на своих счастливых друзей. Венти понимал, что должен отпустить Сяо. Тот любил Итэра и был счастлив с ним, а Венти своими чувствами причинял боль и себе, и Сяо. Он понимал, но не мог отпустить. Дорога домой пролетела в молчании, наполненном невысказанными словами и разбитыми надеждами. Венти смотрел в окно, на мелькающие огни ночного города, и ему казалось, что он видит в них отражение своего собственного сердца – такого же темного, пустого и разбитого. Он знал, что должен отпустить прошлое, отпустить Сяо. Но как отпустить то, что стало частью его самого? Как перестать любить того, кто стал для него всем миром, даже если этот мир был построен на фундаменте неразделенной любви? Он закрыл глаза, пытаясь уснуть, но воспоминания, как назойливые мотыльки, бились о стекло его разума. Он помнил их первую встречу, их первый поцелуй, их первые ссоры и примирения. Все это теперь казалось лишь обрывками сна, которые вот-вот рассеются, оставив после себя лишь холодную реальность. Когда машина остановилась у дома Венти, он вышел, не сказав ни слова. Сяо смотрел ему вслед, и в его глазах читалась смесь сожаления и непонимания. Он хотел бы сказать Венти что-то еще, что-то, что могло бы облегчить его боль, но слова застряли в горле. Венти вошел в свой дом, где его ждала тишина и пустота. Он знал, что завтра ему предстоит встретить Итэра, увидеть его счастливое лицо, его смех, и снова почувствовать тот укол боли в груди. Он знал, что должен отпустить. Но как отпустить то, что живет в каждой клетке его тела, в каждой мысли, в каждом вздохе? Он не знал. И от этого знания ему становилось только хуже.