Неправильные / Wrong

– ну, что, пойдешь сегодня? – куда? – так наши же опять выступают. – вот как? не знал – ты где витаешь в последнее время? Пошлииии отвлечешься как раз.. – пойду - прекращает Чонгук все вопросы одним ответом. – оо!! как круто! Оторвёмся с тобой – да ты и в тот раз неплохо «оторвался». У меня до сих пор спина ноет – цц так ты.. – так что моя очередь отрываться – какой же ты мелочный – ага, всегда пожалуйста Chernobyl - Unaverage Gang Чонгук заходит внутрь. Ищет глазами Юнги, но звук знакомого трека врывается и заставляет остановиться. Чонгук прислушивается. «что-то очень знакомое» «такое далекое» «словно из сна» Чонгук стоит, не может пошевелиться. Да он чёртов ванга! В клубе играет та самая песня. Песня из его МАТЬ ЕГО СНА! . . Когда Хосок лапал Чимина. «как такое возможно?» «Хосок - ведьма?» Точно ведьма... Та самая ведьма на сцене вытворяет что-то невероятное. Играя своим телом, путая сознание людей. Фантазии Чонгуку во сне явно не хватило, те движения не сравнятся с тем, как он танцует сейчас. Хосок не танцует. Хосок живёт. Выжигая сердца окружающих. Первый же удар бита отдаёт по вам беспощадным нокаутом и вы теряете связь с реальностью. С каждым новым ударом Хосок отдаляется от всех. Погружая тебя самого в полное одиночество. Давая понять, что здесь только он имеет власть над всеми, при этом совершенно не претендуя на неё. Ему просто всё равно на вас. Именно это чувствуешь, смотря на него. Его взгляд – и вы во власти. С каждым новым ударом бита пропасть между вами становится невыносимой, но Хосок лишь в очередной раз преподносит, что он вне досягаемости, чтобы вы не сделали - не пробьете в нём брешь. Поворот – и вы повержены. Сценический костюм тело прикрывает минимально. Верх сделан из лоскутов сетчатой ткани, скрепленными маленькими ремешками. Низ практически целый. Разорванные части джинс вверх от колен поднимаются по бедрам. Из всего образа полноценным можно выбрать только рукава, и те прикреплены на тех же ремешках, открывая вид на оголенные плечи. Одеждой это назвать тяжело, как и Хосока одетым. Хосок растворяется в сияющих софитах. Каждая линия его тела мерцает, словно в лунном свете. Холодные синие оттенки только облагораживают его песочную кожу. Все невольно приковывает взгляд. Каждая деталь. Каждый изгиб. Каждый прогиб в спине. В моменте Хосок меняет танец. Парящие движения испаряются. Куда делась лживая изящность, граничащая с хрупкостью? Всё ложь... Сцена под его ногами, словно тонкий лёд. Первый же массивный шаг, и ты веришь, что лёд под его ногами вдребезги разверзается, открывая миру ледяные воды. Вот только тонет не он, а ты в нём.. Ты захлебываешься ледяной волной. Выхода нет и не будет. Его безмолвие заставляет вас молить... Хочешь внимания - получи в ответ его насмешку. В какой-то момент ты поверишь в его покорность, но это будет его игра. Всё, мираж. . Попробуй почувствовать обманчивую свободу лишь для того, чтобы с новой силой ощутить его власть над собой. Почувствуй, как подгибаются колени в подчинении перед ним. Хосок не дарит тепло. Хосок сжигает, испепеляя своим безмолвием. Такой его танец. Такой язык его тела. Таков и он. Но как бы Хосок вам не показывал своё место. Вы не послушаете свой разум, потому что... Он манящий, желанный. .. Ты не хочешь быть на его месте. Ты хочешь его себе! Ты хочешь хоть на миг побыть подле него... Лишь на мгновение... Музыка затихает и становиться слышно, как он отчаянно дышит Чонгук задыхается. Задыхается от одиночества, которое сковывает все внутренности. Чонгук задыхается в эмоциях... Чонгуку срочно надо подышать. «отвлекся блять..»

***

Halsey & Marina and the diamonds savages x gasoline Чонгуку нужна омега. Чонгук берёт омегу. Красивая, изящная, послушная. В каждом движении, в каждом стоне. Идеально. Чонгук вдавливает его в кровать всей своей массой. Совсем не щадит беднягу. Но тому только нравится. Увеличение стонов тому подтверждение. Он лишь крепче жмётся, сильнее сжимает Чонгука, полностью отдавая себя. Ведет руками по предплечьям, обхватывая шею, притягивая к себе, вовлекая в поцелуй. Чонгук на седьмом небе от счастья. Наконец-то всё по-настоящему. Время идёт. Позиции меняются, ночь не прекращается. Всё идеально. Пока не... Всё когда-то заканчивается… Точнее начинается. Чонгук теряет тот самый момент, когда белоснежные изящные руки, поглаживающие его пресс, становятся до боли знакомыми, но другими. Они теряют свой естественный белоснежный цвет, приобретая более насыщенные тона. В свете полумрака руки напротив мерцают золотистым оттенком. Красиво. Вот только. . Перед глазами уже не та омега. . Да и вовсе не омега. Всё начинается с его рук, но сегодня заходит всё гораздо дальше... Чонгук понимает. Если он сейчас прогонит его из мыслей, то всё прекратиться. Знает, потому что проверял. Чонгук теряет драгоценные минуты на раздумья, когда им полностью овладевает иллюзия, поглощая своим новым миром. Он не может вот так всё закончить, не сейчас… Чонгук и не может, потому что перед ним уже Хосок, покорно принимает его. От нетерпения губы Хосока обкусаны до крови. Он постоянно их облизывает между блядскими звуками, которые издает его влажный рот. «безумие. . блядство во всей красе» Чонгук позволяет себе прикоснуться кончиками пальцев до его лица. «настоящий» Чонгук не знает, зачем он это делает. Под пальцами кожа бархатная. Чонгук увеличивает амплитуду толчков. Сам не понимая, хочет он быстрее закончить это безумие или остаться в нём навсегда. Хосок зажмуривает глаза, а его брови взмывают вверх. Всё от наслаждения. «настоящий» В уголках глаз собираются слезы от усиливающихся толчков. Хосок смаргивает их дрожащими ресницами. Его пошлый шёпот окончательно путает сознание. Заковывая в этом моменте, наверное, навечно. В последнем толчке Чонгук хватает его за запястья и тянет на себя, натягивая в последний раз перед тем, как кончить. С губ Хосока срывается жалобный скулеж, переходящие в затихающие всхлипы. Разум Чонгука покидает эту планету. Хосок, падая на простыни, устало улыбается, что-то говоря, но Чонгук уже не слышит. . – Чонгук, ты всегда был хорош, но сегодня было невероятно. Чей-то неприятный голос проникает в сознание своим дребезжанием. Обычно бы Чонгук сказал, что он всегда бесподобен. Но сейчас он слова не может вымолвить. Потому что... Потому что он был не с ним, и перед ним был не он. Каждое движение, каждое прикосновение, каждый поцелуй - всё было с «ним» С Хосоком. Если раньше в фантазии были лишь руки Хосока, то сейчас он был полностью перед ним. Настоящий, во всей своей красе. Чонгук не просто брал иллюзию Хосока. Чонгук отдавал себя настоящего. Чонгуку кажется, он начинает сходить с ума. «Ведьма околдовала меня» «блять» Чонгук в бешенстве. Он даже не может понять, с чего всё началось, в какой момент он стал получать наслаждение от игр разума. Чонгук не просто в бешенстве. Чонгук в ярости. Может, надо избить его так, чтобы точно все мысли из головы вылетели напрочь. Может хоть так получится выбить его из своей головы. «Пусть я буду последним подонком в его глазах! Иначе я сойду с ума...» Пусть он будет безумным… «Пусть я буду безумным в его глазах. Это лучше. Нежели, безумие поглотит меня»

***

Without Me - Halsey «Чем же помочь?» Хосок всё думает, какой найти выход. Мысль озаряет его так внезапно. Когда Хосок после выступления выбегает на улицу быстренько перекурить. Перед ним разворачивается картина. Разъярённый Чонгук нещадно молотит кулаком об стену, разбивая руки в кровь. Хосок предполагает причину его поступку... Хосок видел, как Чонгук смотрел на него во время выступления. Чувствовал, как Чонгук раздевал его одним лишь взглядом. Пожирая каждый милиметр на его теле. Пока Хосок отходит от шока. Лампочка загорается моментально. Да, это оно! То, что нужно. Хосок берёт тактику Чонгука. Не такую агрессивную, но планомерно позволяет видеть себя всюду. Подталкивает Чонгука к самому краю. Маяча перед ним то тут, то там. Castle - Halsey Встреча происходит в просторах коридора. Они просто останавливаются друг напротив друга. Стоят какое-то время молча. Каждый буравит противника взглядом. – давай, давно пора с этим покончить. – говорит Хосок – иди за мной. И Чонгук идёт. Хосок выводит их на задний двор. Чонгук в вопросе поднимает бровь, не понимая почему именно это место выбрал Хосок. – ближайшее время здесь никого не будет. За все это время. Чонгук не проронил ни слова. «Он понимает Хосока уже с полуслова?» – пора... Хосок идет на Чонгука быстрым шагом, насколько позволяет растояние между ними и толкает его грудью. Чонгук бьёт Хосока чётко в челюсть и в этот раз попадает. Хосок не играет дикой кошкой. Он отдаёт себя на растерзание. Чонгук бьет, а у самого ощущение мягкой кожи на кончиках пальцев. С первым же ударом сердце Чонгука пропускает удар, больно вздрагивая. «что за херня!» Ответом Хосок преподносит свой кулак под дых. Чонгук теряет равновесие. Падая, хватает Хосока за руки. Один он не будет валяться по земле. Хосок заваливается на него. А у Чонгука воспоминания бьют ключом. Сейчас в его ладонях руки Хосока зажаты точно так же, как в момент иллюзии, когда он натягивал его на себя последними толчками. «как же было реально, прям как сейчас» Хосок вырывает запястья и бьет уже по лицу. Бинго! И под глаз. Чонгук звереет. Перекатываясь с Хосоком по земле и подвисает, потому что Хосок распластался под ним и смотрит прямо в глаза. Улыбаясь при этом так гадко - сладко, как только он умеет. Чонгуку дурно. И вовсе не от удара. Чонгук берёт себя в руки и снова наносит точечный удар. Губа Хосока лопается до крови, словно он её сгрыз в нетерпении, как тогда... Хосок шипит, собирая пальцами кровь. Чонгук мотает головой, потому что он вместо шипения слышит отчетливый полустон Хосока. Они дерутся не на жизнь, а на смерть. Хосок со спокойной душой получает удары. Выступления позади, а остальное неважно. Он успеет оправиться до новых проектов. Чонгук с неспокойной душой сбивает костяшки в кровь. Не важно, он должен покончить с этим. Чонгук с каждым ударом прощается со своим наваждением. Они наносили друг другу удар за ударом, пока не иссякли силы. Они лежат, распластавшись по земле, перепачканные в кровь друг друга. Они лежат всё на том же заднем дворе. Они лежат подле друг друга в своей излюбленной тишине. Хорошо. Тихо. Спокойно. И каждый думает. «Вот и конец. . .»