Неправильные / Wrong

Wrecked - Imagine Dragons – я поцеловал Хосока Вилка в руке Юнги слегка теряет равновесие, но виду он не подаёт. – хм, понятно. И как противно было? – нет, возможно.. Возможно, я. . – хотел этого? – думаю, да. Я бы не сделал этого, если бы не хотел.. Ведь так, Юнги? – думаю так. – я хотел проверить кое-что.. – и как проверил? – проверил. – доволен результатом? – я не знаю... Я уже ничего не понимаю – Чонгук вздыхает, обнимая голову руками. – почему сейчас? – сейчас? – почему поцеловал его именно сейчас? Чонгук молчит. Вертит в руке только ярлычок от чайного пакетика. – я так полагаю, ты кое-что узнал о Хосоке? И тебя это сбило с толку. – да, узнал.. подожди, а ты откуда.. ты тоже знаешь? – знаю. – а почему ты мне сразу не сказал, как узнал. В универе все, что ли, знали, кроме меня? – нет, Чонгук. Я знал уже очень давно. Думаю, в универе, наоборот, никто особо не в курсе. – но все равно, почему ты мне не сказал? – а зачем? Я считаю, что каждому человеку нужная для него информация приходит в свой момент. Да и скажи я тебе раньше. Не думаю, что это изменило бы что-то. Ты был почему-то очень взбешен. Тебе самому нужно было время. – я ему столько наговорил! Ты бы знал.. – я представляю. Но тебе же нужно было выговориться. Ты бы все равно рано или поздно взорвался, а то все в свое время, так ведь? – что-то ты дохуя умный, я смотрю – я всегда таким был – Юнги разводит руками в подтверждающем жесте – ты сказал, что давно знал. Как ты узнал? – я с Хосоком учился в начальной школе – чегооо? – У Чонгука челюсть по полу бегает в недоумении – Постой, а почему вы не общаетесь? Или вы типо не ладили.. – да нет, не было ничего такого. Мы особо и не общались. Просто знали друг друга. Возможно он меня и не помнит... Не знаю. Но я допускаю такое. События того времени, про которые ты узнал, были очень близки к начальной школе. Хосок тогда очень странно себя вел. Иногда казалось, что у него будто провалы в памяти.. Поэтому, когда я его увидел в универе. Сначала я его даже не узнал. Естественно, столько лет прошло, а потом одно за другое и я понял, что это он. Хосок вел себя так, будто не знает меня. Я и не стал лезть. Возможно он и правда не помнит. А если даже специально делает вид, значит ему так комфортно. Опять же, мы не были лучшими друзьями. – я просто в шоке – понимаю. Что будешь делать дальше? – ничего.. – ничего? – да. Буду плыть по течению – хм, не похоже на тебя – да уж

***

Devil Eyes - Hippie Sabotage Чонгуку кажется, что он помешался. Если до этого он просто смотрел на Хосока и знал его расписание, то сейчас он буквально следит за ним. Нет, не кажется. Чонгук реально помешался. После того как поцеловал Хосока. Жизнь Чонгука буквально разделилась на "до" и "после". Но никакая слежка утешения не приносит. У Чонгука уже мозги вскипают и губы огнём горят всякий раз, когда он видит его. Если честно, последние дни Чонгука похожи на перетягивание каната с самим собой. Он сам до конца не поймет, чего же он хочет от Хосока. Просто поговорить или…или еще чего... Он уже не уверен, что ему нравится особенность Хосока «принял и забыл» Иногда ему кажется, лучше бы Хосок подошёл и спросил: «какого чёрта ты меня поцеловал?» Естественно, Чонгук бы не нашёл ответа, но была бы хоть какая-то реакция. Пусть бы лучше Хосок истерил или даже ударил его. Хоть что-то.. Но ничего. Хосок даже не смотрит в его сторону. Уж поверьте, Чонгук достаточно маячил перед ним. Чонгук всё думает. «неужели он и правда забыл?» «а может, не понравилось..» «всё было настолько плохо?» Чонгук, конечно, был пьян, но губами то шевелил.. А быть может, Хосоку конкретно Чонгук не нравится? Но ведь ему показалось, что Хосоку понравился его "подарок". Да и как вообще Чонгук может не нравится? Он же лучший! Все его хотят! Ведь так? А...? Чонгуку кажется, ещё чуть-чуть и он реально свихнется. Чонгук теряется в своих эмоциях непонимания, переходящее в негодование, злость и обиду. Ведь... Чонгуку показалось, что поцелуй был очень чувственный. Возможно, Чонгуку надо ещё кое-что проверить... Сам не зная, на что именно, но Чонгук уже начинает терять какую-либо надежду. Но когда они в очередной раз пересекаются в столовой. Чонгук взгляд не может отвести от него. Впрочем, ничего нового. Финалом становится, когда их глаза встречаются, и Хосок не отводит взгляд в сторону, как это обычно бывает. А напротив, смотрит пристально, тянется пальцами к своим губам, возможно, даже неосознанно. Его взгляд при этом совсем неутешительный для Чонгука. Он даже не знает, как описать его. В эту же секунду Чонгук отчётливо почувствовал усилившийся запах Хосока. Насыщенные феромоны бергамота, от которых в горле Чонгука воздуху совершенно не остается места. При этом, Чонгук сам не замечает, как распространяет свою терпкость имбиря, чувствует лишь Хосока. Не разобрать уже, чей запах был ответным на другой. Чонгук был готов в эту же секунду сорваться со своего места и вцепиться в губы Хосока. Уже далеко не таким наивным и трепетным поцелуем. Чонгук даже в какой-то момент жалеет, что не использовал по полной ту возможность. Чонгук окончательно едет крышей, в непонимании происходящего. Ведь что-то происходит? Нет, Чонгуку определенно надо ещё кое-что проверить.. Иначе он свихнется... И он проверит. Скоро ему представится идеальная возможность. Вечеринка в пентхаусе у Кая.

***

Особняк представлял собой огромное здание. С обширной областью пространства и приличным наличием комнат. Предоставленная верхняя часть дома для веселья таила в себе особое очарование. Пентхаус был невероятен. Дневной вид из окна окрыляет, а ночной позволяет проникнуться откровенным желанием оптических иллюзий, которые создает архитектурная подсветка здания на плоскостях и подставках, фактурами и зеркалами, острыми и закругленными линиями стен и винтовой лестницей.

***

There Are No Friends - Rodionis – ты пришёл? Хосок стоит у окна в пол оборота. Любуясь видом из панорамного окна. Огни ночного города завораживают. Комната погружена в полумрак, освещаясь лишь небольшим отблеском проникающего света. Хосока практически не видно. – смотря кого ты ждал. – Чонгук.. какого? – а-а-а всё же не меня ждал – звучит как-то разочарованно. Его голос, слегка расслабленный от выпитого. – уходи сейчас же – нервный голос Хосока сквозит грубостью. – кажется, намечается что-то интересное. Теперь я не уверен, что стоит уходить. – черт, вот вообще не сейчас. Всё это.. Чонгук ставит полупустой бокал куда-то в сторону. Хосок не видит, слышит только аккуратное соприкосновение стекла с чем-то твёрдым. Какое-то время их разделяет тишина. У них так много тишины. Хосок так и не оборачивается. Стоит, замерев, у окна. Практически спиной к Чонгуку. Ждёт чего-то. . ждёт когда за Чонгуком закроется дверь.. с той стороны. Ждёт, когда эта гребаная не пойми откуда взявшаяся пауза исчезнет. Вот только в следующее мгновение у Хосока земля уходит из-под ног... Чонгук, оставив бокал на прикроватной тумбочке, делает пару шагов в сторону, не то к двери, не то в сторону Хосока. Он просто замирает посреди этой комнаты. На него будто снисходит озарение, осознание. Великое открытие! Он не хочет уходить. Он просто не может уйти! почему? Просто потому, что он здесь... Хосок. Здесь и сейчас. Никогда ответ не казался Чонгуку таким простым. Задачка, которая казалась непосильной сложности, оказалась уровнем для глупцов. Взгляд цепляется на полу призрачный силуэт Хосока. Тот всё так же стоит у окна не шелохнувшись. Его шелковистые волосы будто сотканы из пепла, а некогда загорелая кожа цвета солнца сейчас приобрела прозрачность лунной глади. . Его запах кружит голову. Изящность Хосока притягивает. Шаги внезапно стали беззвучны. Чонгук заразился от Хосока кошачьими повадками? Он всё ближе, а тот так и стоит, не шелохнувшись. Они сейчас в разных параллельных? Хосок не в мире Чонгука? Почему он не реагирует? Чонгук сейчас проверит. .. Чонгук сам не знает, что делает. Чонгук просто знает... Знает, чего хочет. Чонгук буквально толкается, на самом деле легко касается. Губами утопая в его шее. Целуя по росту волос. Хватаясь руками за окно, прижимая Хосока к холодному стеклу. Вжимаясь в Хосока всем своим телом. У Хосока нет земли под ногами. У Хосока есть касание губ по шее. Хосок замирает еще больше. Никаких действий. Никаких мыслей. Или их слишком много... «как такое возможно?» «когда это стало возможным?» Он ведь и мечтать не мог. . Чонгук погружается всем лицом в россыпь этого пепла. Чонгук, словно кошка, ластится из стороны в сторону. «точно заразился» Руки уже давно на теле Хосока. Пальцы цепляются за твёрдую грудь, губы касаются мочки уха. Чонгуку кажется, он сейчас умрёт от этой передозировки. Передозировки Хосоком. Никогда такого не было. У него что-то с дыханием. Чонгука начинает потряхивать от всего происходящего, но всё, что происходит – только с его стороны. Хосок всё так же стоит неподвижной статуей. У Чонгука и правда что-то не то с дыханием. Хосок даже не допускает мысли, что сотворяет с Чонгуком в эту самую минуту. Когда Чонгук вновь касается его уха. С молящим всхлипом, переполненным надеждой. Дыша при этом так загнанно, как в последний раз в своей жизни. Хосок отмирает. «Нет сил» «Больше нет.» «Пора заканчивать со всем этим.» Хосок всё сделал, что мог… со своей стороны. Ограждал, как мог. Предупреждал, предостерегал, просил и умолял... Но если Чонгук выбирает именно этот путь. Непрестанно умоляя его своими ладонями по телу. Губами по коже. Дыханием по сердцу. Значит таков его выбор. Хосок разворачивается, прекращает этот беспредел со своей шеей и волосами. Прекращает своими губами. Врываясь в рот Чонгука, на полных правах. Овладевая его языком. Властно, даже чуточку грубо. Хосок уверен, теперь он имеет право. Время замирать приходит к Чонгуку. Кажется, теперь он и вовсе не дышит. Его никогда так не целовали. Никто не смел кидаться на него с таким напором. В него. Он: Да, всегда. Он же альфа. Вот только Хосок тоже альфа. Как он мог забыть... Чонгук, и не забывал. И ему, кажется, нравится.. Нет, ему определенно – нравится! Мечтал ли, хотел ли? Чонгук пока не знает. Или пока что не готов признаться себе. А чего он ожидал? Сам пришёл, сам начал. Хосок ведь предупреждал, говорил уходить. Хосок ещё в самом начале предупреждал. Теперь никто не уйдёт. Хосок слишком долго ждал. Вернее, совсем не ждал... За стенами этой комнаты очень громко. Очень весело, очень пьяно, очень развратно. Всё «очень» но не слишком, потому что «слишком» осталось только в этой комнате. Слишком много поцелуев. Слишком много вздохов. Слишком много шуршания летящей одежды. А следом, слишком мало одежды. В глазах напротив, слишком много похоти Слишком много шёпота. Чонгук не в курсе, как его переместили на кровать. Он не знает, когда его раздели. Или он сам разделся? На кровати он один. Хосок той самой грацией кошки отходит от двери. «закрывал?» Хосок на взгляд, вопрос ответом шепчет: «да» «Он слышит его мысли?» Хосок почему-то ещё не раздет. В эту же секунду тонкие пальцы легко справляются с маленькими пуговками. «он определенно слышит его мысли» Хосок скидывает со своих плеч шелковистую ткань цвета неба. Неотрывно смотря в глаза Чонгука. Серьёзно так. Охватывая всё больше своим напряжением. Он сегодня такой... Каким Чонгук его никогда не видел. Будто бы его, Чонгука, посвящают во что-то тайное. Чонгуку открывают что-то сокровенное. Рубашка так красиво струится по его телу. «какой долгий момент» Чонгука накурили? Хосок от двери двигается бесконечно долго. Каждый шаг медленно превращается в прелюдию. Хосок не просто перемещается. Он словно танцует. Никакой стриптиз не нужен. Он и так присутствует в каждом его движении. Во всём Хосоке. Он насквозь пропитан изяществом. Хосок опирается коленом о кровать, предоставляя возможность Чонгуку взять под контроль свои брюки. Своё тело. Чонгук быстро соображает. Говорить ничего не надо. Он хочет сорвать этот ремень, но выходит как-то очень трепетно. Пальцы подрагивают от нежности. Он расстегивает пряжку и касается пальцами пирамидальной мышцы, ведя вверх по телу. Следом, повторяя путь губами. Смотрит снизу на Хосока и замирает. . «какой же он красивый» Хосок, запрокинув голову вверх, сглатывает, слишком жадно. Запах бергамота заполонил все пространство. Аж голова идет кругом, как от хорошего алкоголя. Чонгук подхватывает зубами собачку на молнии и резко срывает её вниз. С губ Хосока срывается вздох. Чонгуку хочется словить его своими губами. В момент он избавляется от его брюк. Сил уже нет от этой замедленной съёмки, но, кажется, сегодня никто не будет нажимать на ускорение, а тем более на перемотку. Куда им теперь-то спешить? Чонгук оставляет поцелуй поверх боксеров. Мгновение и они летят куда-то в сторону. Чонгук поднимается на кровати, становясь на колени обхватывая, пальцами хрупкую шею Хосока, тянет, прижимая к себе. Припадая к его губам, целует и опрокидывает их на кровать. Хосок упирается о грудь Чонгука, оглаживает его всего. Слегка отстраняясь, целует в кадык и разворачивается спиной. Становясь на колени, заводит руку за спину, касается твердых мышц Чонгука позади себя. Ведёт рукой вниз, мимолетно накрывая член. Другой рукой проводит по своему телу. Касается своих ягодиц, доставая что-то.. Чонгук не успевает разглядеть, что именно промелькнуло в темноте. «всё это время там что-то было?» «с ума сойти... » Хосок берёт руку Чонгука, кладёт её на свои бёдра, становясь на локти, прогибаясь в спине. «с ума сойти... » – давай, – шепчет на полу выдохе Чонгуку хочется сказать: «так сразу?» Но он лишь оглаживает бедра, ведет вверх по спине, перемещая руки на грудь, поднимая Хосока на себя. «ближе» Прижимаясь полностью к его телу, выцеловывая шею по новой. Чонгук впервые замечает за собой такую нежность к партнеру. «откуда она?» Одной рукой обхватывает шею Хосока, другою заводит сзади. Без проверки он не может. Проталкивает два пальца. «и правда готов» Хосок теряет равновесие, чтобы окончательно не свалиться опирается на локти. – давай! я готов, правда. Чонгук проникает осторожно. С ума сойти, как узко. Дыхание перехватывает, в глазах темнеет. «не сорваться» «не покалечить» По комнате разносится стон. Чей – не разобрать. Чонгук всё так же аккуратно раскачивает их, проникая всё глубже, с каждым толчком выбивая все мысли из головы. – давай же.. – вторит в шепоте Хосок – не сломаешь. Чонгук увереннее набирает темп, губами проводит по лопаткам. Чонгуку кажется, что его ломают. Ломают изнутри. Всё и так на пределе. Как-то по другому. Чонгук не может сказать, что именно. Такой спектр эмоций. Аж плакать хочется. Хосок неумолимо извивается под ним. Видно, просит большего. Выгибаясь в пояснице так, что кажется еще чуть-чуть и та сломается. Глубже, жёстче, но не в этот раз. .. Для Чонгука и так всё «слишком». Слишком хорошо. «с ума сойти» Кажется, Чонгука уже в сотый раз повторяет про себя, или в слух. . Их запахи так невероятно соединяются. «сочетаются» Едва уловимый легкий лимонный оттенок теряется в насыщенном соперничестве бергамота и имбиря. Какой-то изысканный чай получается... На периферии Чонгук слышит, как кто-то пытается открыть дверь. Дверную ручку дергают. Раз, два, три. «не сегодня, чувак» – звучит в голове Следом слышен стук. «какой настойчивый!» Чонгук думает, что на месте того человека он бы тоже был настойчив. Да нет, он бы нахрен вышиб эту дверь. «ты опоздал!» По комнате разносится оглушающе громкий стон. Стон Хосока. Больше Чонгук не следит за событиями за дверью. «не сегодня» превращается в «теперь никогда» Чонгуку совершенно не нравится их позиция. Он хочет видеть Хосока. Чонгук боится упустить любую маленькую деталь. Он помнит, каково это было во сне. Чонгук разворачивает его к себе. Хосок в недоумении позволяет переместить себя. «Позволяет» Чонгук отчетливо это понимает, что несмотря на позицию здесь, только Хосок дозволяет что-либо. Он и не против. Каждый в чем-то подчиняется. «Нет! Ни один сон не сравнится с этим Хосоком» Чонгук отчаянно вжимается в него всем телом. Врывается к нему с новым поцелуем, закидывая его стройные ноги к себе на талию. Хосок с каждым толчком сильнее прижимает его ногами к себе. Между ними ни малейшего пространства. Всё как надо. Все на своих местах. Хосок невероятно отзывчивый. Как же он реагирует на каждое прикосновение Чонгука. Чонгук подвисает с того, какой Хосок, раскрепощенный в своих движениях, ни на секунду не прекращает двигаться под ним, извиваясь изящной кошкой. У Чонгука не проходит ощущение, что его ломают изнутри. Чонгук взрывается внутри мелкими частичками. Но он только и может, что спускаться поцелуями от самого сердца Хосока, ведя губами по ребрам вниз. Чонгуку бы рычать в победном стоне, но он только и может, что шептать в неверие на повторе его имя. Чонгуку бы вколачиваться быстрыми толчками в его тело, но он только может окутывать своей медленной нежностью. Глубоко проникая, с особой осторожностью. Чонгуку разорвать бы зубами его хрупкое тело, но он ловит с губ Хосока каждый вздох, срывающийся в падении. Глаза Чонгука, наполненные желанием, могли бы быть застелены плотной пеленой дикой похоти, но ему важнее видеть любое изменение в лице Хосока. Собирать губами кристальные слезы с его ресниц. Чонгук только и может, что жадно впитывать в себя Хосока целиком. Возможно, Чонгук и хотел бы утонуть в полном безумие, но не этой ночью. . Чонгук словно помешался на Хосоковой кожи. Его лицо вечно спрятано, обдавая её горячим шёпотом, которое не разобрать в полуночном бреду. Не разобрать, потому что его заглушают надрывные стоны вперемешку со сдавленными всхлипами Хосока. Чонгук этой ночью только и может, что рассыпать поцелуи по телу Хосока. Соприкосновение мокрой кожи. Создает симфонию их тел. У Хосока всё тело горит. Не от боли - от россыпи Чонгуковых прикосновений, таких нежных, но болезненно обжигающих. Ему кажется, что завтра его тело будет покрыто ожогами. Хосок боится, что ожоги доберутся и до сердца. Хосок задыхается в страхе от своих эмоций. От власти Чонгука, которую он имеет сейчас над ним. Не просто над его телом, а над мыслями, которыми он полностью заполонил его сознание своей обжигающей нежностью. Они уже все мокрые. Тело Хосока переливается бриллиантами. Собрать бы их по одной кончиками пальцев, как тогда хотел Чонгук. Но не сейчас. Не время. Дыхание учащается, стоны увеличиваются. Никакого стеснения. Наслаждение в полную силу. Брови Хосока заламываются, предвещая «скоро». Его бёдра непрерывно дрожат от напряжения. Чонгук тянется к его члену, накрывает его. В это же мгновение Хосок открывает глаза, будто отвлекаясь. – не трогай! Давай сильнее, пожалуйста.. От этой мольбы в голосе Чонгука бросает в дрожь. Он, как самый настоящий джентльмен, не может ослушаться просьбы. Сам уже на пределе. Хосок сильнее вцепляется в волосы Чонгука, спускаясь по спине полосами, полностью украшая ее. Хосок изливается. Без рук. «с ума сойти» Хосок кончал красиво. Лучше, чем всё, что когда-либо мог себе представить Чонгук в этом мире. «с ума сойти» Пальцы Хосока всё так же напряженно продирают его спину. Это, наверное, единственные следы, которые он оставил на теле Чонгука за эту ночь. Чонгук кончает. На пике, впиваясь зубами в такую желанную шею Хосока. Зализывая широкими мазками языка. Наверное, это первая грубость, которую Чонгук позволил себе за сегодня. Первая отметина, которая свидетельствуют о его предательстве собственным принципам. Они падают на кровать, не разрывая объятий, полностью расслабляясь. Простыни поглощают их своей мягкостью. Хосок зарывается в волосы Чонгука, понемногу массируя их. Постепенно сон обволакивает, замедляя движение пальцев. Последнее, что он слышит. Перед тем, как полностью отключиться. – с ума сойти... Хосок согласен. На рассвете Чонгук замечает, что у Хосока другой цвет волос – пепельный. Это была не просто игра лунного света. Хосок перекрасился.

***

Wrecked - Imagine Dragons Всё постепенно возвращается на круги своя. Универ, учеба. У каждого своя жизнь. Свои предметы, свои заботы. Чонгук с каменным выражением лица. Хосок с вечно непроницаемым. Хосок ничего и не ждал. Хосок никому ничего и не обещал. Всё как обычно. Единственное, что и склокам пришёл конец. На самом деле давно уже. Чонгук больше не цепляется. Хосок больше не подначивает. Наступила долгожданная тишина. Раз лишь они пересекаются в пустом коридоре. У всех уже закончились занятия. Они идут мимо друг друга, как ни в чем не бывало. Уже практически пройдя мимо Хосока, Чонгук вдруг задевает его плечом, да так, что у Хосока всё валится из рук. Но падает всё из рук лишь из-за фразы, которую Чонгук бросает полушепотом, разворачиваясь вполоборота, чтобы посмотреть на реакцию Хосока. – Давай повторим «с ума сойти... » Проносится голосом Чонгука, в мыслях Хосока.