Он твой и точка!

      — Может, хватит уже елозить! — не выдержав, пробурчал Мишка и недовольно зыркнул на меня.       — Посмотрел бы я на тебя, окажись ты на моем месте, — ответил я, обхватив голову руками.       Сегодня утром, как раз перед выходом из дома, я получил сообщение от Игнатова с местом и временем встречи. И сейчас, чем ближе был неизбежный поход на обследование, тем сильнее я нервничал. За свое здоровье я не волновался, но причина посещения клиники не давала мне покоя. До сих пор мне казалось, что это все было лишь сном и стоит проснуться, весь этот кошмар закончится.       — Я никогда не окажусь на твоем месте, — поучительным тоном произнес Михаил, — а знаешь почему? Потому что езжу аккуратно!       Тут он был прав. Если бы в тот злополучный день я не спешил, ничего бы не случилось, и жил бы себе и дальше спокойно, готовясь к зачетам. А теперь я и этого нормально делать не мог, потому что все мои мысли были только о предстоящей беременности.       — Так, я, пожалуй, пойду прогуляюсь до туалета, — не выдержав напряжения, шепнул Мишке я, — проветрю немного голову.       Покинув аудиторию, я передумал и решил выйти на улицу подышать свежим воздухом. Спустившись по лестнице и свернув в коридор, ведущий к выходу, я тут же оказался схваченным и прижатыми лицом к стене. В нос ударил горьковатый запах грейпфрута — Юрка! Какого хрена он тут один ошивается? Попробовал высвободиться, но только сильнее был вжат в холодный бетон. Горячее дыхание опалило кожу, и я услышал, как он шумно втянул воздух у мочки уха.       — О-о, кажется, у кого-то скоро течка, — промурлыкал Юрка мне на ухо и слегка сжал ягодицу. — Ты ведь хочешь снова провести ее со мной?       — Отвали! — снова попытался вырваться я.       — Да брось, тебе ведь понравилось, — альфа, проведя языком по шее, оставил влажный след на коже, отчего меня тут же передернуло.       Юрка резко развернул меня лицом к себе и наклонился так, словно собирался поцеловать, но замер в паре сантиметров от губ.       — Не отказывай себе в удовольствии, позови меня.       — Что-то я не пойму тебя, ты ведь привык, что омеги на коленях перед тобой ползают, умоляя их трахнуть, — насмешливо сказал я, — а сейчас ты сам унижаешься передо мной. Неужели уже всех в универе попробовал, и я оказался единственным, кто неплох в постели?       — О-о, как жаль, что я не заснял на камеру, каким страстным ты можешь быть, — плотоядно улыбнулся альфа.       Боже, да это просто счастье, что Юрка этого не сделал, иначе бы уже весь универ пересмотрел, и не по одному разу.       — Ну так что, детка, мы договорились? — наигранно ласково проговорил альфа, положив руку мне на грудь, затем медленно скользнул ею вниз и, остановившись в паху, через плотную ткань слегка сжал член.       — Знаешь, — тоже наигранно-соблазнительно улыбнулся я, — пошел на хуй!       Если бы я не стоял у стены, то уже сидел бы на полу на заднице. Мне прилетело настолько неожиданно, что я сначала даже не понял, что именно произошло.       — Еще раз пошлешь меня туда, где должен быть сам, я тебя урою! — прорычал Юрка и, плюнув мне под ноги, направился в сторону выхода.       Рассеченная губа начала саднить, а рот все сильнее наполнялся кровью. Похоже, мне все же придется прогуляться до уборной.       — Господи, ты вроде в туалет собирался сходить, — в ужасе смотря на мою припухшую губу, спросил Мишка. — Что опять с тобой приключилось?       — Ничего, — буркнул я, садясь на свое место.       — Как это ничего? Ты себя видел? — не отставал омега, продолжая пялиться на ссадину. — Кто это сделал?       — Юрка, — ответил я и, заметив недоумение в глазах друга, поспешил объяснить: — Я отказался провести с ним предстоящую течку, послав его.       — Не понимаю, чего ты от него бегаешь, он ведь красавчик? — облокотившись на одну руку, вопросительно смотря на меня, спросил Мишка.       — Ага, а еще отбитый на голову придурок.       — Да ты должен радоваться, что на тебя вообще кто-то запал.       — То есть? — неверяще уставился я на друга. — Ты хочешь сказать, что на меня может запасть только отшибленный на голову?       — Нет, конечно, — поспешил оправдаться Мишка, — но…       — Но?       — Блин, Женя, ну кто в здравом уме обратит на тебя внимание? — помедлив, с надрывом в голосе сказал Михаил. — Ты своим видом отпугиваешь всех в радиусе ста метров.       — Ну спасибо! — все же обиделся я и, отвернувшись, достал телефон, чтобы вбить в навигацию адрес клиники и узнать, где она находится.       — И не надо обижаться, — буркнул омега, — ты очень даже симпатичный, но только когда выглядишь, как человек. Боже, Жень, ну верни ты себе прежний образ и увидишь, что сразу будет все по-другому.       — Извини, но нет, — запихнув в рюкзак учебник и тетрадь, ответил я, — и если тебе так невмоготу находиться рядом со мной… я тебя не держу.       Бросив последний взгляд на ошарашенного моими словами Мишку, подхватил рюкзак и направился к выходу.       На душе было погано, достали вечные приставания альфы, его насмешки и выделывания перед друзьями. Еще и Михаил последнее время все чаще стал упрекать меня за внешний вид. Но все это было только цветочками по сравнению с Игнатовым, его желанием стать отцом и предстоящим осмотром.       Кто бы знал, как я ненавидел походы к омежьему врачу, с тех пор как побывал у того впервые в шестнадцать. Папочка так обрадовался моей первой течке, что тут же записал меня к специалисту. Тот по новомодной программе для подростков должен был посвятить меня в «прелести» сексуальной жизни. Настолько стыдно, как тогда, мне никогда еще не было. Я краснел и бледнел, прятал глаза и заикаясь отвечал на вопросы врача. А когда выяснилось, что мне предстоял еще и осмотр на кресле, у меня случилась истерика. После этого папочка еще долго не заикался о врачах.       Добровольно я побежал туда только один раз — после проведенной с Юркой течки. Зная о его беспорядочных связях, боялся подцепить какую-нибудь заразу. К тому же я не был на сто процентов уверен, что Юрка был один. Он вполне мог позвать какого-нибудь дружка-бету с собой, пусть даже и на один раз. И залететь из-за этого в восемнадцать мне совсем не хотелось. Но слава богу, у этого придурка хватило ума нацепить резинку. Тогда мне повезло, но кто бы мог подумать, что через полгода я «добровольно» решусь на такое.       Однако сейчас было не время раскисать. Нужно было срочно собраться, не хватало еще, чтобы я снова попал в какое-нибудь ДТП. Частная клиника, которую выбрал Игнатов, находилась практически на другом конце города. И я чуть было вновь не опоздал, повезло, что дороги оказались практически пустыми.       — Добрый день, молодой человек, — омега средних лет, протянул мне руку, — я доктор Райский. Итак, я думаю мы начнем с общего осмотра, раздевайтесь за ширмой и устраивайтесь на стуле.       Это было просто охуеть как здорово! Я прям всю жизнь мечтал пощеголять с голой задницей перед Игнатовым, который намеревался весь прием провести в кабинете. Он что, лично хотел убедиться, что я вполне нормальный здоровый омега и что мои причиндалы при мне? Бросив злобный взгляд в сторону Игнатова, который, на удивление, тактично отвернулся, прошел к креслу.       — Очень хорошо, здесь все в порядке, — сообщил Райский, ощупав мои яйца и член. — Половой жизнью живете?       — Э-э, не регулярно, — не зная что ответить сказал я.       — Насколько не регулярно? — решил уточнить доктор.       — Один раз провел течку с альфой, — бросив быстрый взгляд на Игнатова, ответил я и заметил удивление на его лице.       О, это удивление мне знакомо, также на меня смотрел Мишка, после того как узнал, про нас с Юркой.       — Как давно это было? — спросил Райский, что-то записывая в медкарту.       — Полгода назад, — ответил я, поглядывая на Игнатова, — после этого проверялся — здоров, — поспешил уточнить я, избавляя доктора от последующих расспросов.       — Хорошо, — довольно улыбнулся Райский и взял со столика подготовленный инструмент. — Я буду осторожен.       Господи, да за что мне это?       Еще примерно час мы провели в клинике, где у меня взяли всевозможные анализы, ощупали и осмотрели с головы до ног.       — Пойдем перекусим, — предложил омега, когда закончились мои мучения, — здесь рядом есть неплохой ресторанчик. Все равно еще около часа результатов дожидаться.       Я согласился, надеясь на то, что раз он предложил, то и сам заплатит за обед. Однако все же заказал себе одно из самых дешевых блюд, вдруг все же самому придется платить.       — Ты с кем-то встречался? — как бы между прочим спросил Игнатов.       — Нет, — коротко ответил я, надеясь, что он поймет мое нежелание говорить об этом.       — Просто ты сказал доктору, что ты… ну…       — Послушай, это вышло случайно, понятно, — перебил его я. — Можно подумать, ты до замужества ни с кем не… спал?       — Мой муж — единственный мужчина в моей жизни! — гордо ответил Игнатов.       — И откуда ты такой правильный взялся? — еле слышно буркнул я.       — Что, прости, я не расслышал?       — Ничего, — ответил я и вернулся к еде.       — Ладно, это не страшно, — чересчур аккуратно вытерев рот салфеткой, сказал омега. — От нынешней молодежи я ничего другого и не ожидал. Самое главное ты не… Не постоянно спишь с кем попало.       Хах, интересно, что бы он сказал о Мишке, который ни одну течку не провел в одиночестве, начиная с семнадцати лет. Только вот с отношениями ему не везет, вечно на каких-нибудь придурков западает.       — И разумеется, если ты вдруг с кем-то начнешь встречаться и у вас дойдет до… постели, я против не буду, это твоя личная жизнь и вмешиваться в нее не имею право, — затараторил Игнатов, — но, пожалуйста, не переусердствуйте, чтобы не навредить ребенку и конечно не забывайте о предохранении.       — Можешь не переживать по этому поводу, я пока не планирую вступать с кем-либо в отношения, — успокоил я омегу. — У меня и без этого проблем выше крыши.       Вернувшись в клинику, мы еще около двадцати минут проторчали в коридоре, так как не все анализы были готовы. Доктор Райский ничего нового не сообщил, я и так знал, что здоров и без проблем могу выносить и родить этого ребенка.       — Итак, молодой человек, — закончив с обсуждением моего здоровья, начал доктор, — до начала течки можете вести обычный образ жизни. Однако от курения и употребления алкоголя придется отказаться. У вас есть какие-нибудь вопросы?       — Мне бы хотелось знать, как все будет проходить?       — Конечно, я и сам собирался все объяснить, — начал Райский. — В первый же день, как только почувствуете начало, сразу звоните мне и с вещами приезжаете в клинику. После оплодотворения, о котором я расскажу вам в день его проведения, вам придется провести здесь не меньше трех дней, так как в том состоянии, в каком вы будете, отпустить вас не имеем права. После окончания течки можете сразу же вернуться домой.       — У меня примерно в это время должны начаться зачеты, смогу я получить какую-нибудь справку, если мне придется один или несколько пропустить?       — Боюсь, вам придется пропустить все зачеты. Из-за волнения что-то может пойти не так, а этого мы допустить не можем, так как ваши, как и наши услуги хорошо оплачиваются клиентом, — серьезно сказал Райский. — И, разумеется, вы получите справку, и на зачеты и на предстоящие экзамены.       — А что может пойти не так? — задумавшись над его словами, спросил я, чтобы знать на будущее и меньше нервничать по любому поводу.       — Ну во-первых, могут быть проблемы с зачатием, — все также серьёзно смотря на меня, ответил доктор, — а во-вторых, может случиться выкидыш. А это очень серьезно, молодой человек, из-за этого у вас могут начаться проблемы со здоровьем.       Прекрасно! Еще и этих проблем мне не хватало.       Выслушав парочку дополнительных рекомендаций врача, мы с Игнатовым отправились на встречу с его адвокатом. Этот омега с каждым разом начинал бесить меня все сильнее и сильнее. Он был чересчур правильным. Правильным во всем: и в общении, и во время еды в ресторане, и на дороге. Плетясь за Игнатовым и матеря его всеми известными мне словами, я сто раз пожалел, что не спросил адрес офиса.       Вопреки моему ожиданию, что в договоре будет не менее десяти страниц, меня ожидали всего полторы. Договор был составлен четко и довольно-таки понятно и мне не пришлось перечитывать несколько раз, из-за страха лохануться. В нем стояло и все то, что требовал от меня Игнатов, и еще пара добавочных пунктов, которые также были связаны с безопасностью и здоровьем будущего ребенка. В последних значилось, что сразу после родов ребенка заберут, не дав его увидеть (что в принципе мне было и не нужно), и он будет передан будущим родителям. Подписав и еще раз все обговорив на словах, я распрощался с Игнатовым и его адвокатом и наконец-то на сегодня был свободен.       Подъехал к дому, когда уже было около семи. У подъезда стояла знакомая тайто, и, очевидно, заприметив меня, из нее тут же выскочил Мишка.       — Ну как все прошло? Не сильно тебя мучали? — как ни в чем не бывало налетел с расспросами омега.       — Да нормально все, не переживай, — успокоил я друга. — Давно ждешь?       — Где-то минут сорок-пятьдесят, — посмотрев на часы, ответил Михаил. — Я тут нам еды купил, ты наверняка голодный?       — Очень, — усмехнулся я подлизыванию омеги. — Пойдем.       Самым голодным из нас был Орион, который безумно обрадовался моему приходу, да еще и с Мишкой. Обслюнявив нам все, до чего смог дотянуться, Ори счастливый ускакал на кухню.       — Жень, извини меня, — виновато сказал Мишка, стоило после ужина перебраться в гостиную, — я такой дурак! На тебя сейчас столько всего навалилось, а тут еще я вечно по поводу одежды тебя достаю.       — Да ладно, забудь, я не подумав ляпнул, — проговорил я, стискивая друга в объятьях. — Просто, как ты верно подметил, на меня столько навалилось, что иногда мне кажется — я не справлюсь. По крайней мере без твоей поддержки точно.       Просидев в гостиной еще с час, я подробно рассказал любопытному Мишке и про посещение клиники и про адвоката. Даже копию договора пришлось дать почитать, лишь бы омега отстал с расспросами. Я слишком устал сегодня, чтобы спорить с ним.       — Ты останешься? — спросил я Михаила, поднимаясь с дивана. — Мне нужно Ори перед сном выгулять, а то утром меня будет ждать не очень приятный сюрприз.       — Останусь, наверное, что-то не хочется домой тащиться.       Быстро выгуляв Ориона и еле перебирая ногами, мы завалились в кровать, даже зубы почистить перед сном было лень.       — Я сегодня с альфой познакомился, — тихо проговорил Миша, ложась рядом и утыкаясь носом мне в шею. — Он прикольный, веселый и очень красивый.       — Как его зовут? — спросил я, укрывая нас одеялом.       — Глеб, — выпалил омега. — Блин, Женя, он такой классный! Знаешь, куда он меня пригласил на свидание?       — Даже не представляю.       — В цирк! Представляешь, в цирк! — сев по-турецки, восторженно сказал Мишка. — Меня водили в кино, в кафе или сразу предлагали переспать. Но в цирк — никогда, а ты ведь знаешь, как я его люблю.       — Знаю, конечно, и очень надеюсь, что у вас все получится, — искренне радуясь за друга, сказал я.       Таким светящимся от счастья я давно его не видел. Может, наконец-то Миша нашел того, кто влюбится в него по-настоящему и сделает его счастливым?       — Где ты с ним познакомился? — спросил я садясь напротив него.       — В библиотеке.       — В библиотеке? — удивленно спросил я, ожидая услышать — «в кафе» или «гуляя по парку».       — Да, — не замечая моего удивления, закивал омега, — он учится на последнем курсе экономического, по окончании будет работать у отца. У них своя фирма и он будет помогать ему там.       Что-то меня насторожило в его словах, но что именно я не понимал. Но видя довольное личико друга, я быстро отбросил эту мысль и обнял его, покрепче сжимая в объятьях.       — Но ты же не будешь теперь все свободное время проводить только с ним? — с беспокойством спросил я, так как поддержка друга для меня сейчас была очень важна.       — Нет конечно, — успокоил меня Мишка, ложась обратно, — ты же помнишь, что я говорил? Можешь звонить мне хоть в три часа ночи, и я примчусь.       — Спасибо, — прошептал я и, устроившись у него под боком, не заметил, как погрузился в сон.