Часть 14
6 июня 2022 г., 16:22
Примечания:
Вот и подошла к концу эта работа. Спасибо всем, кто был со мной все это время и так же, как и я, радовался и переживал за моих любимых мальчишек.
И да, мы с ними не прощаемся, новая встреча произойдет уже скоро в новой работе)))
— Ты счастлив? — спросил Борис, кивнув в сторону малыша у меня на руках, когда мы прогуливались по парку.
— Очень! — ответил я. — Но мне тебя не хватает…
— Я не думаю, что Егор захотел бы делить тебя со мной.
— Но ведь вы оба мои истинные, — возразил я, — поэтому и друг к другу должны что-то чувствовать.
— Хм, возможно ты прав, — согласился со мной Борис, — но что, если судьба послала тебе Егора, потому что я…
— Погиб? — договорил я за него. — Возможно… Скажи, ты знал тогда, что мы с тобой истинные?
— Я подозревал что-то такое, но до конца уверен не был,— ответил Борис. — Твой аромат был еще слишком слабым, но уже тогда притягательным для меня.
Я остановился и, посмотрев ему в глаза, дотронулся до лица кончиками пальцев.
— Я люблю тебя, — прошептал я и, привстав на цыпочки, прижался к его губам.
— Я пришел попрощаться, — сказал Борис, поглаживая меня между лопаток.
— Что? Неужели мы больше не увидимся? — с досадой спросил я. — Но я не хочу этого. Ты мне нужен.
— У тебя теперь есть семья, и я буду лишним.
— Нет, пожалуйста, не уходи от меня насовсем, — взмолился я, стирая с лица катившиеся слезы.
— Хорошо, — согласился он, — когда я тебе буду очень нужен, мы увидимся вновь…
Сказав это, Борис прижался к моим губам в последнем поцелуе и постепенно растворился в воздухе…
— Малыш, в какую коробку сложить вещи из этого шкафа? — спросил Егор, вырвав меня из дремоты.
— Что? А… да не важно куда, в любую положи, — устало ответил я, протирев глаза ладонями.
— Может, все же отдохнешь, пока сокровище спит?
— Нет, я в порядке, сейчас умоюсь прохладной водой и помогу тебе дальше, — ответил я, поднявшись с кресла и поковылял в сторону ванной, смутно вспомнив приснившийся сон.
Н-да, не так я себе представлял появление ребенка в доме. Мне казалось, что все будет так, как показывали в фильмах: счастливые отцы, блещущие красотой омеги, вечно улыбающиеся дети. А на деле все было полной противоположностью. Нет, Егор, конечно же, бы счастлив, да и я тоже, но то, как я сейчас выглядел… И как Чернов меня еще терпит?
Умыв лицо прохладной водой, взглянул на себя в зеркало: покрасневшие от усталости глаза и темные круги под ними, всклоченные волосы и напяленная наизнанку футболка. Красавчик блять!
А через неделю у Мишки свадьба, и вот как я туда пойду в таком виде?
А как же все здорово начиналось…
Первые несколько недель малыш практически все время спал, и даже приходилось будить его, чтобы покормить.
Но потом, его как будто подменили. Днем он спал от силы полчаса, а потом орал так, что я боялся, соседи не выдержат и вызовут полицию.
Пришедший патронажный медбрат объяснил, что это все из-за коликов, которые мучают младенцев первые несколько месяца. Посоветовал почаще выкладывать малыша на живот, а если не поможет, купить в аптеке специальные капли.
И почему-то именно у нас случилось так, что не помогло ни то, ни другое.
Понимая, что Влад кричал так громко из-за мучивших его болей, я плакал вместе с ним. И что самое ужасное — я ничем не мог помочь своему сокровищу.
Папочка, придя к нам в гости и узнав о нашей проблеме, показал мне, как делать массажик, который он делал мне, и после него стало немного легче. Однако намного лучше со сном у малыша не стало, и было за счастье, когда я мог по ночам поспать полтора часа подряд. Вот отсюда и был весь мой охуенный внешний вид, с которым мне придется идти к другу на одно из самых важных событий в его жизни.
Вернувшись в гостиную, я нашел полупустую коробку и продолжил набивать ее оставшимся барахлом.
Квартира уже мало чем напоминала мою прежнюю: кругом были составленны коробки, валялись мешки, у стен стояла кое-какая разобранная мебель, которую заберут родители. Слава богу, у меня было не особо много вещей, так что перевезем все за один раз.
На переезд я согласился сразу, как только Егор, выждав неделю, предложил мне снова жить вместе.
У него я еще не был, и меня, конечно же, распирало любопытство — в каком доме нам предстоит жить?
Но все же я старался не думать о том, каким бы он мог быть, помня, что все мои представления о жизни Егора рассыпались в прах.
Однако мои мысли стали частенько возвращаться к новому дому, особенно после того, как Чернов сказал, что я сам могу обустроить детскую.
И от мысли о том, что я, как Мишка, тоже смогу пройтись по магазинам и выбрать для Влада то, что мне понравится, у меня по спине пробегал радостный табун мурашек. Пока что я только однажды с папулей смог вырваться из дома, чтобы купить одежду и ванночку для купания. У нас еще даже коляски не было, так как с орущим младенцем не особо-то походишь по магазинам.
— Жень, иди отдохни, — сказал Егор, обняв меня, — ты же на ходу засыпаешь.
— Хорошо, — согласился я, понимая, что в таком состоянии я все равно дальше этой коробки не продвинусь.
— Я сам все соберу, тут осталось-то совсем немного, — поцеловав в висок, проговорил он. — Иди, а то сокровище проснется, и опять не сможешь как следует отдохнуть.
Добравшись до кровати и осторожно пристроившись рядом с малышом, я даже не заметил, как погрузился в сон.
***
Застегнув ремни в переноске, я поцеловал малыша в носик и уселся рядом. — Как думаешь, он не испугается? — обеспокоенно спросил я Егора, волнуясь, что малыш начнет кричать, а я не смогу успокоить его. — Не переживай, мы в любое время сможем остановиться, — ответил он и, подмигнув сидевшему на переднем сиденье Ори, выехал со стоянки. Бросив последний взгляд на дом, с которым у меня было связано столько разных воспоминаний, улыбнулся и перевел все внимание на Влада, который, не понимая, что происходит, огромными синими глазками смотрел на меня. Вопреки моим опасениям, поездка прошла спокойно. Малыш уснул почти сразу и, как оказалось, я задремал вместе с ним. — Родной, приехали, — сквозь сон услышал я тихий голос Егора. — Что? Я уснул, что ли? — виновато спросил я. — Да, ты так устаешь, что это и не удивительно, — ласково сказал он и помог мне выйти из машины. Я застыл на месте, рассматривая наше новое жилище. Как я и предполагал, дом оказался двухэтажным, но не таким огромным, как в моих представлениях. Построенный на современный лад: с плоской крышей, панорамными окнами, и отделанный белоснежным кирпичом, он сразу же мне понравился. Небольшой сад перед входом, с подъездной дорожкой к гаражу, был засажен всевозможными цветами и кустарниками. Ори довольный носился из стороны в сторону, весело лая и иногда подбегая к Егору, чтобы полизать руки. — Нравится? — достав переноску со спящим Владом, спросил Егор. — Очень! — ответил я, продолжая с восхищением рассматривать сад. — Пойдем?! — позвал он, взяв меня за руку, переплетая пальцы, и повел в сторону входа. — На первом этаже находятся гостиная, кухня, столовая и мой кабинет, — объяснил Егор, стоило нам оказаться внутри, — сверху четыре спальни — одна наша, две гостевых и, одна будет переделана в детскую. — Тут так красиво! — мечтательно произнес я, покрутившись вокруг своей оси, рассматривая помещение. — Я очень рад, что тебе здесь нравится, — сказал Егор, обняв и поцеловав меня. — Как же я счастлив, малыш, что теперь вы всегда будете рядом со мной. — Я тоже очень-очень счастлив, — прошептал я и, привстав на цыпочки, прижался щекой к его щеке. — Малыш, выходи за меня, — тихо сказал Егор, щекоча кожу на шее своим дыханием. Я замер в его объятьях, и только бешено бьющееся сердце выдавало мое волнение. — Прости, что делаю тебе предложение посреди гостиной, а не во время романтического ужина в ресторане, — виновато проговорил Егор и достал маленькую коробочку, в которой оказалось плетеное кольцо. — Знаешь, — сказал я, не отрывая взгляда от украшения, — к черту романтику, я согласен! Подхватив под ягодицы, Егор закружил меня, целуя и нашептывая разные нежности.***
— Горько! Горько! — кричали со всех сторон гости, отчего у меня уже начала раскалываться голова. Сколько раз за сегодня вся эта толпа заставляла Мишку целоваться со своими новоиспеченными мужьями, мне кажется, уже и не сосчитать. И он, бедный, с усталой улыбкой на губах, поднимался, придерживая живот, и повисал на шее то одного, то другого супруга. Но надо отдать должное Юрке и Теме, раскошелились их семьи на славу. Зал был украшен просто великолепно — повсюду букеты из белых роз и синих гортензий, банты и шарики в виде сердец. На столе дорогущая еда и выпивка, и все оформлено так же красиво — сразу видно, что работали профессионалы. Но, что мне было непонятно — зачем приглашать столько гостей? Я понимаю родственники, близкие друзья. Но как оказалось, здесь было до хрена коллег и знакомых по работе родителей, большинство из которых знал и Егор. И первое, что приходило на ум — эти семейки любят повыпендриваться и, кажется, Юрка это качество унаследовал от отцов. Не в силах и дальше выдерживать весь этот шум, я поднялся с места и на трясущихся ногах вышел на улицу. Поглубже вдохнул морозный воздух и, прислонившись спиной к стене, похлопал по карманам. Отыскав в куртке оставшиеся с прошлого года сигареты, прикурил и затянулся поглубже. Медленно выпуская дым, почувствовал, как стало немного полегче. — Все хорошо, малыш? — раздался сбоку взволнованный голос Егора. — Я не хочу так, — с мольбой в голосе ответил я, смотря в его серо-зеленые глаза. — Что ты не хочешь? — непонимающе переспросил он, обняв меня. — Такой свадьбы не хочу, — дрожащим голосом ответил я, после новой затяжки, — пожалуйста. — Конечно, малыш, все будет только так, как ты захочешь, — ласково сказал Егор, поцеловав в шею. — Спасибо! — сказал я, бросив окурок на землю и раздавливая его носком ботинка, — прости, что сорвался. — Не страшно, — ответил он, проведя кончиками пальцев по скуле, — но постарайся не слишком часто срываться, ладно? Грустно улыбнувшись, кивнул и уперся затылком в шершавую стену. — Может, хочешь зайти? — Не особо, — ответил я, — у меня от этого шума голова разболелась. Я вообще не любитель таких праздников и вечеринок. — М-м-м, я знаю отличное лекарство от головной боли, — лукаво улыбнулся Егор и втянул меня в неторопливый поцелуй. А он не шутил, когда говорил, что может где угодно заняться сексом. Правда на этот раз дело обошлось только минетом, но от крышесносного оргазма головная боль и правда моментально исчезла, как и последние силы на продолжение празднования Мишкиной свадьбы. — Ты такой красивый! — в который раз за сегодня восхитился я другом, одетым в белоснежный костюм, — как же я рад за тебя! — Боже, я такой счастливый! — с блеском в глазах сказал он, — но блять, как же я устал! — Понимаю, — ответил я, зевнув, — но для тебя вечер еще не скоро кончится. — Как жаль, что вы уже уезжаете… — с досадой в голосе проговорил Мишка и стиснул меня в объятиях, — но с малышом особо не погуляешь. Я тебе завтра позвоню, как проснусь, — пообещал он и поцеловал меня в щеку, — отдыхайте. Забрав уже орущего Влада у папули, мы наконец-то вырвались из шумного помещения и поспешили домой.***
— Стой спокойно! — скомандовал папа, обходя меня вокруг. — Ну вот этот, по-моему, очень даже неплохо на тебе сидит. — Да какой неплохо, он висит, как мешок! — возразил я, смотря на себя в зеркало. — Питаться лучше надо, и не будет ничего висеть, — буркнул он и пошел в сторону другой вешалки, — выглядишь, как скелет. — Да мне и поесть-то некогда, сокровище кричит весь день, — попробовал оправдаться я. — Он спит только в коляске, когда мы гуляем. — Вот и бери с собой, хотя бы бутерброды, — строго сказал папуля, протягивая очередной костюм, — ты тоже особо спокойным не был, но я вот даже поправился немного. А ты превратил себя в черт-те что — кожа да кости. Так Егор быстро сбежит от тебя. — Не сбежит, — обиделся я, расстегивая рубаху и осматривая себя в зеркало. А папа все же был прав — я действительно за два с половиной месяца превратился в скелета. Может и правда с бутербродами ходить на прогулку? Только вот когда мне готовить их? — Ну, что там с другим костюмом? — спросил родитель, отдергивая штору в примерочной. — Учти, это самый маленький размер, не подойдет этот, пойдешь под венец в футболке и джинсах. Выйдя из примерочной, я медленно покружился вокруг своей оси. — Ну этот вроде более-менее на тебе смотрится, — задумчиво произнес он. — Что скажешь? — Пожалуй этот действительно лучше всех, что я за сегодня примерил, — устало согласился я, проведя рукой по талии, — и пошив мне нравится. Давай купим его и поедем домой, лучше мы вряд ли что-то найдем. А то Егор с ума сойдет, если Влад начнет орать без конца. — Ничего, не сойдет, — ответил на это папуля, — зато на себе испытает, как у тебя проходит день, больше ценить тебя станет. — Да он и так меня ценит, — сказал я, — куда уж больше? — Да я знаю это, но не будет лишним иной раз напомнить, что не только он устает на работе. — Пап, да Егор ни разу ничего подобного не говорил, — возразил я, — наоборот, приходя домой, он забирал у меня сокровище и отправлял отдохнуть пару часов. — И ты еще думал, встречаться ли тебе с ним? — удивленно проговорил папуля. — Чуть счастье свое не проворонил. Ладно, я тоже уже прилично устал, так что давай возьмем вот эту бабочку к костюму и понравившиеся тебе туфли, и поскорей вернемся домой.***
Сегодня, по прошествии двух с половиной месяцев после родов, я, как и требовалось, пришел на контроль. — Все выглядит просто замечательно, — довольно проговорил Райский, убрав инструменты, — никаких воспалений не видно, все отлично зажило, и вы можете спокойно снова начинать жить половой жизнь. Только первое время все же советую на радостях не переусердствовать в постели. — Скажите, неужели Игнатов действительно испугался мужа и поэтому не забрал ребёнка? — спросил я, опустившись на стул перед доктором. — Мне пару раз довелось встречаться с Игнатовым, и могу сказать — иногда он действительно может быть неадекватным. Я не знаю, что именно у них произошло, но Валерий даже не приехал посмотреть на ребенка. Просто позвонил и сообщил, что забирать не намерен, и никакие уговоры с нашей стороны не помогли. Но мы не могли сообщить вам об этом до того, пока Игнатов не подписал отказную, так как он еще мог передумать. Вот и получилось, что обо всем вы узнали только в день выписки. — И часто у вас так бывает, что клиент не забирает ребенка? — полюбопытствовал я. — Нет, но несколько раз было и, к сожалению, не всегда дитя забирал суррогатный отец, и его приходилось отправлять в дом малютки, — вздохнув, сказал Райский. — Какой ужас, — неверяще проговорил я, — бедные малыши. — Ну в вашем случае… Если бы вы не забрали, забрал бы Чернов. Кстати, как вы справляетесь? — Нормально, — ответил я. — Правда я совсем не высыпаюсь, но это ерунда, главное, наше сокровище с нами. — О, я очень рад, что вы без подготовки смогли так быстро освоиться в роли родителей, — добродушно улыбаясь, сказал Райский, — некоторым требуется не один месяц, чтобы свыкнуться с тем, что они вынуждены стать отцами. Кому-то даже приходится посещать психолога. — Ну, может, все дело в том, что он мой, мой родной, а не Игнатова? — предположил я. — Да, это вполне может объяснить ваши светящиеся счастьем глаза, когда вы говорите о малыше, — посмеиваясь, сказал доктор. — Ну что же, жду вас через полгода. Теперь ваши посещения будет оплачивать Чернов, он мне уже сообщил об этом, — сказал Райский, проводив до двери. — Всего вам хорошего, и надеюсь, в скором времени вы придете за вторым. — Только, когда как следует отдохну после первого, — отшутился я.***
— Ты правда обещаешь, что у нас не будет такой свадьбы, как у Мишки? — спросил я, просматривая меню для заказа. — И мы после ресторана не отправимся праздновать куда-нибудь еще? — Ты у меня уже раз десять об этом спросил, — усмехнулся Егор, — если я пообещал, что все будет так, как ты захочешь, так и будет. Если хочешь, можем прямо сейчас поехать в ЗАГС расписаться, а в выходные отметим это в ресторане. И позовем только родителей и Мишу с мужьями. — И дедушек, — подумав, добавил я. — И дедушек, — улыбнувшись, согласился Егор. — И ты правда согласен пойти на это? — Почему нет? Это будет весело, поженимся втайне от всех. — Нет, тогда Мишка обидится, — покачал я головой. — Ну можем позвать его с собой, будет нашим свидетелем, — улыбнулся Егор, обняв меня. — Ну так что? Я неверяще взглянул на него, стараясь понять, шутил ли он, или же действительно готов был пойти на это. — Хм, а давай! — ответил я и, подойдя к шкафу, достал недавно приобретенный костюм. Егор, усмехнувшись, последовал моему примеру. — Сейчас только Мишке позвоню. Через полчаса мы подъехали к зданию ЗАГСа, но я все же сомневался, что нас распишут по первому нашему требованию. Встретившись с хитро улыбающимся Мишкой, мы вошли внутрь. — Я сейчас, — сказал Егор, достав наши паспорта, и направился к сидевшему в кабинете с открытой дверью молодому мужчине. — Как думаешь, у него получится? — спросил я Михаила, покачивая переноску со спящим Владом. — Ну, Егор, наверное, знает, что делает, иначе бы вряд ли предложил такое, — пожал плечами друг. — Ну что, пойдем! — вернувшись, позвал нас Егор, подняв переноску и взяв меня за руку. Уже войдя в двери небольшого торжественного зала, я вдруг вспомнил, что колец-то у нас еще не было. — А… — решил я сказать об этом будущему супругу. — Ни о чем не волнуйся, — прервал меня Егор, улыбнувшись одним уголком губ. Встав перед столом, с другой стороны которого стоял все тот же молодой мужчина, Егор поставил переноску со своей стороны, а Мишка встал с моей. — … Перед началом регистрации прошу вас еще раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным? — продолжил регистратор после короткой вступительной речи, — прошу ответить вас, Тихонов Евгений Денисович. — Да, — ответил я с бешено бьющимся сердцем, до сих пор не веря, что все это происходит на самом деле. — Прошу ответить вас, Чернов Егор Степанович. — Да, — ответил Егор и, улыбнувшись, посмотрел на меня. — С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетеля, ваш брак регистрируется. Подойдите к столу регистрации и своими подписями скрепите ваш семейный союз. Расписавшись дрожащей рукой, заметил, что Егор был совершенно спокоен, неужели он совсем не волновался или просто очень хорошо умел скрывать это? — А теперь прошу вас в знак любви и преданности друг другу обменяться обручальными кольцами. — Откуда они у тебя? — прошептал я, когда Егор достал из кармана коробочку с кольцами. Ничего не ответив, он только обворожительно улыбнулся и надел мне на палец кольцо. Мои руки продолжали дрожать, по полной выдавая мое волнение, и мне казалось, что я даже не сразу смог надеть Егору кольцо. — … Объявляю вас законными супругами! Можете скрепить ваш союз поцелуем! Взяв меня за руку, Егор сделал шаг ко мне и, чуть склонившись, прижался к губам в нежном поцелуе. Сбоку сверкнула вспышка, Миша, конечно, не мог не сфотографировать нас на память. Нужно будет поблагодарить его за это. — Ну вот, малыш, теперь ты Чернов Евгений Денисович, — прошептал Егор, разорвав поцелуй, — ты счастлив? — Ты даже представить себе не можешь, насколько, — так же тихо ответил я. — Поздравляю вас! — сказал регистратор, пожав нам руки. — И всего вам хорошего! Взглянув на переноску с удивленно смотрящим на нас Владом, регистратор улыбнулся и вышел из зала. — Боже, как я рад за вас! — стискивая меня в объятьях, протараторил Миша. — Поздравляю! — Спасибо! — прошептал я, обняв друга в ответ и ощутив, как по щекам потекли слезы. — Как тебе удалось договориться о срочной регистрации брака? — спросил я Егора во время поездки домой. — Ну, деньги могут многое, — многозначительно улыбнулся он. — Что? — неверяще посмотрел я на него. — Малыш, я не давал взятку, если ты об этом подумал, — усмехнулся он моей реакции, — просто заплатил за ускоренный процесс, и надо сказать, не каждый может себе это позволить. Приличную сумму пришлось отвалить. — Могли бы и подождать, — буркнул я. — Жень, эти деньги я откладывал на свадьбу, но раз ты ее не хочешь, я заплатил их за регистрацию, — объяснил Егор. Вернувшись домой, я сразу залез в ванну, чтобы немного привести себя в порядок. Вдруг нам повезет, и малыш будет спать хорошо, и тогда у нас, как у всех новоиспеченных супругов, будет первая брачная ночь…***
— Пап… эм… мы приглашаем вас в ресторан «Лотос» в субботу в пять, — сообщил я родителю, — чтобы отпраздновать нашу… эм… свадьбу. — Постой, сынок, а в ЗАГС когда? — спросил папуля? — Эм, ну… мы уже расписались, — еле слышно ответил я и зажмурился, приготовясь к тому, что сейчас получу как следует. — Что? Как это вы уже расписались?! А о нас ты не подумал?! — заверещал он в трубку, и мне пришлось держать телефон на расстоянии вытянутой руки, чтобы не оглохнуть. — Ты думаешь, нам не хотелось присутствовать при вашей регистрации?! А о дедушках ты подумал?! — Пап, ну прости, просто…— попытался оправдаться я. — Что прости? Такое событие бывает раз в жизни, Женя, и каждому родителю хочется увидеть, как его ребенок женится, а ты лишил нас этого удовольствия! — Прости… — уже начав рыдать и жалеть о своем необдуманном поступке, проговорил я, — пожалуйста, прости… — Жень, Женечка, успокойся, — уже более мягче сказал папа, — все, родной, не плачь, надеюсь, когда вы найдете третьего, то хоть тогда не распишетесь в тайне. — Третьего? — сквозь слезы улыбнулся я. — Я не очень-то верю, что мы его найдем, но если вдруг так случится, то обещаю, что на этот раз мы вас позовем. — Спасибо, и за приглашение в ресторан тоже, — сказал папуля, — я передам приглашение дедушкам. — Спасибо, пап, — поблагодарил я, радуясь, что буря миновала, — тогда до субботы! — До субботы, сынок, — ответил он и отключился. Завалившись на постель рядом с Владом, я подумал о том, что если бы папуля был рядом при разговоре, то я обязательно бы получил подзатыльник. Поцеловал малыша в носик и пообещал себе, что я никогда не буду ругать своего сына, что бы он ни делал. Слишком уж тяжело он мне достался, чтобы лишний раз по пустякам злиться на него.***
Стоя перед зеркалом и поправляя костюм, я волновался не только по поводу празднования, но и от того, что впервые увижусь с родителями Егора. Я очень переживал, что не понравлюсь им со своей бандитской внешностью. — Как думаешь, может, мне снять все эти колечки? — спросил я Егора, наблюдавшего за мной. — Женечка, не волнуйся, ты им понравишься, — усмехнулся он и, подойдя, обнял меня, успокаивающе поглаживая по спине. — Поверь мне, родители очень хотят с тобой познакомиться. Я отсылал им наши фото, и они знают, как ты выглядишь. — Боже, я так волнуюсь, — пробормотал я, — у меня не только руки, но и ноги трясутся. — Ну все, малыш, давай успокойся и поедем, а то опоздаем, — чмокнув в кончик носа, сказал Егор, — нехорошо будет заставлять гостей ждать. Егор оказался полной копией своих родителей-близнецов и от отца-альфы не взял ничего, ну разве что рост. Ну и конечно, я как всегда зря переживал и волновался. Его родители приняли меня тепло и сразу стали называть сыном. А как они были рады внуку… И я снова ошибся, считая, что если люди при деньгах, то они непременно должны быть все из себя, как Игнатов например. Но нет, родители Егора оказались такими же простыми, как и мои, и сразу нашли общий язык. Папочки обсуждали моду, новые, недавно испробованные удачные рецепты и другие омежьи темы. Отцы, конечно, болтали о работе и политике. И так душевно и по-семейному тепло проходил наш вечер, что хотелось кричать на весь мир о том, какой же я все-таки счастливый омега! — А папочки-то ваши, как быстро спелись, — отметил Мишка, когда мы с ним оказались в туалете, — а мой, как увидел счастливых родителей Юры и Темы, так еще сильнее замкнулся в себе, — тяжело вздохнув, добавил он. — Не переживай, вот родишь и будет ему чем заняться, — подбодрил я друга, — ты только позволь ему побольше с внуком нянчиться. — Да я с радостью, лишь бы он снова выпивать не начал, — грустно улыбнулся Миша, — пусть хоть к нам переезжает. — Не переживай, все наладится, — обнял я Мишку. — Ладно, давай вернемся к гостям, а то подумают, что мы сбежали.***
Завалившись вчера спать после празднования, ни за что бы не подумал, что с утра меня разбудит телефон с орущим в трубку Мишкой. — Женька, я рожаю, что делать? — Так, ты, главное, успокойся, — вскочил я с постели. — Ты засекал, как часто у тебя схватки и насколько сильные? — Нет, — чуть не плача, проговорил Миша, — я так боюсь. — Эй-эй, никаких боюсь! — возразил я. — Где твои драгоценные? — Спят еще, — проскулил он. — Ну так буди, пусть везут тебя в клинику, — скомандовал я, — Райскому не забудь позвонить. И как выйдете, сообщи, я тоже приеду, обещал ведь. — Что случилось? — спросил сонный Егор. — У Миши роды начались, я обещал, что буду с ним, — ответил я, возвратясь в постель и пытаясь успокоить хнычущего Влада, — но не знаю, как теперь это сделать. — Поезжай, мы справимся, — улыбнулся Егор, — я думаю, папа еще не разучился с детьми обращаться. Вспомнив, что его родители, по причине того, что жили в другом городе, остались у нас, облегченно выдохнул. Такой толпой-то они наверняка справятся. Быстро покормив сына и позавтракав, дождался Мишиного звонка и, взяв байк, помчался поддерживать друга. — Вот так, давай еще раз… умничка! — проговорил Райский, поглаживая друга по ноге. Миша, схватив мою руку, сжал ее до боли, пытаясь вытолкнуть малыша. — Умничка, — повторил доктор, — а теперь дышим часто-часто… Я обтер лицо друга влажным полотенцем и погладил по руке. — Ну что, молодой человек, будете перерезать пуповину? — обратился ко мне Райский. — Эм, да… — неуверенно ответил я. Доктор подал мне специальные ножницы и показал место, в котором я должен был перерезать. Это оказалось не так уж и просто сделать, но слава богу, я справился с первого раза. Вернув инструмент, услышал коротенький писк, и малыша тут же положили на грудь счастливому Мишке. — Поздравляю, — погладил я друга по волосам и поцеловал в висок, — ты молодец, быстро справился. — Посмотри, какой он красивый... — сказал Миша, весь светясь от счастья. — Конечно, красивый, — подтвердил я, вспомнив, как сам все не мог налюбоваться на свое сокровище, — для каждого родителя его ребёнок самый красивый на свете. — Ты прав, — сказал он, проведя кончиками пальцев по влажным волосикам, — и Влад тоже красивый, — поспешил добавить он. — Конечно, — улыбнувшись, ответил я, чтобы Миша не подумал, что я обиделся, — спасибо. Когда Мишку отвезли в палату, к нам присоединились счастливые отцы и его не менее счастливый папа. И я с чистой совестью мог наконец-то вернуться домой, где меня ждало мое счастье…***
Несколько лет спустя… — Ну что, ты готов? — Неть, — насупился Влад, не желая покидать машину. — Ну ты же знаешь, папе нужно учиться, — сказал я, отстегивая ремни и вынимая из детского кресла мое чудо. — Ну и цто, я серавно не хотю в садик, — обиженно проговорил Влад. — Ну сегодня опять придет Кирилл, — сказал я улыбаясь, — дядя Миша сообщил, что он уже выздоровел. — Ну холосо, я пойду, — согласился сынуля, услышав о лучшем друге. Отведя Влада в группу, решил спросить у Мишки, скоро ли он привезет Кирилла, и подождать ли мне их. Выйдя с территории сада и проходя мимо кустов сирени, застыл на месте. В нос ударил обалденный аромат кофе с корицей. Сердце тут же замерло, а затем пустилось галопом, отдавая громким буханьем в ушах. По телу волной прокатилась приятная дрожь, поднимая дыбом все волоски на теле. «Не может быть…» — пронеслось у меня в голове, и я медленно повернулся в сторону аромата. Сбоку на дорожке, с телефоном у уха, стоял симпатичный молодой альфа и так же обалдевше смотрел на меня. Первым придя в себя и убрав телефон, он улыбнулся и сделал шаг в мою сторону. — Привет…
