Revelio

      Гарри находит Северуса в их комнате в «Кабаньей голове». Он ждёт на кровати, прислонившись к спинке, вытянув перед собой ноги и скрестив лодыжки. Он не отрывается от романа, делая вид, что читает его, но когда Гарри снимает плащ и вешает его на дверной крючок, Северус вытягивает длинные ноги и немного раздвигает их. Гарри улыбается про себя. Он заползает на кровать и садится на бедра Северуса, забирает книгу из рук, отправляя её на край столика.       Северус выглядит равнодушным, но кладёт руки на колени Гарри, слегка сжимая их. — Руки прочь, — Северус удивлённо приподнимает бровь, но выполняет его просьбу. — Это, должно быть, один из тех дней. — М-м-м. Ты знаешь, чего я хочу.       Северус поднимает руки, согнутые в локтях, над головой, пальцы мягко ложатся на изголовье кровати. Его губы изгибаются в улыбке, ненадолго стирая раздраженное выражение лица.       Гарри обнаруживает, что Северус уже возбужден, когда расстегивает ширинку и высвобождает его член, он не может не провести по нему медленно от основания к вершине. Глаза Северуса закрываются, и он испускает тихий вздох, который Гарри остро чувствует.       Прошло слишком много времени с тех пор, как им удалось избежать суматохи перед окончанием семестра перед каникулами. — Я смотрю, для меня всё готово. — Ты опоздал, — ворчание Северуса вырывается с придыханием, когда Гарри ещё раз поглаживает его. — Скоро нам нужно будет вернуться. Нельзя опаздывать на ужин. — В этом бы не было необходимости, если бы нам не нужно было уйти из замка. — Поттер… — Да? — Мы договорились быть осторожными. — И? Я ведь не собираюсь лапать тебя в коридоре.       Северус открывает рот, собираясь возразить, но Гарри наклоняется и оставляет лёгкий поцелуй на его губах. — Кроме того, — бормочет Гарри, — директриса уже знает. — Ты сказал МакГонагалл? — «Никто ничего не должен говорить МакГонагалл». — Совершенно верно, — соглашается Северус. Гарри выпрямляется, и челка падает ему на глаза. Мышцы предплечья Северуса напрягаются, его рука крепко сжимает изголовье кровати, и Гарри чувствует, что тот хочет убрать волосы с лица Гарри. Может быть, думает о том, чтобы немного потянуть его на себя, может быть, даже направить голову вниз. Гарри очень любит, когда их роли меняются.       Но Северус держит руки на месте, и на лице Гарри медленно появляется улыбка. — Ты такой хороший для меня, — говорит Гарри. Слабый румянец заливает щеки Северуса, его тёмные глаза поблескивают. — Я перепроверил Кодекс для работников Хогвартса. В нём ничего не говорится о том, что профессора могут и что не могут делать за закрытыми дверями, — и Северусу это известно, хотя Гарри предпочитает оставить эту мысль невысказанной.       Он стягивает штаны Северуса ниже бёдер, а затем, держа его член неподвижно, замирает ртом над головкой. — Так, может быть, в следующий раз мы сможем сделать это в твоей комнате? Возможно… после ужина?       Северус пульсирует в его руках. Их взгляды сталкиваются. — Это доставит тебе удовольствие? — Да, — говорит Гарри. — И предостаточно.       Он прикасается губами к головке. Ноги Северуса напрягаются под ним так, как будто он хочет двигаться, покачивать бедрами и толкаться внутрь, но старается сдерживать себя. — Меня бы это тоже порадовало, — говорит Северус. В груди Гарри разливается тепло. На лице появляется широкая улыбка, но вскоре рот Гарри становится слишком занятым для того, чтобы долго улыбаться.       Северус заслужил свою награду.