Двенадцать

Я так и не смог заставить себя ещё раз встретиться лицом к лицу со своими страхами. Кто знает, быть может, Люпин действительно был прав и не стоило мне копаться в этом. По крайней мере, так я хотел думать, покидая наше летнее убежище утром первого сентября. Не знаю уж каким чудом, но Герми уговорила родителей отпустить её в школу. Сдаётся мне, не последнюю роль в этом сыграл и Люпин, они с мистером Грейнджером неплохо сдружились за лето. Было видно, что Герми и сама сомневается в необходимости возвращаться в Хогвартс, особенно сейчас, когда её родители поняли, что Англия — не самое безопасное место для волшебников и тех, кто знает о магии. Возможно, надави она чуть сильнее, и ей бы даже удалось заставить родителей задуматься о переезде в другую страну. В Хогвартс мы возвращались поездом, я окончательно перестал понимать логику Дамблдора. Он спустя столько лет собрал этот орден, всё лето ошивавшийся в доме Блэка, чтобы противостоять людям Тёмного лорда, относительно безнаказанно хозяйничающим в магической Британии… однако он настоял на том, чтобы мы поехали в школу на поезде. Где логика? В этот раз нам пришлось потесниться, в купе мы ехали аж всемером. К нам с Гарри, Герми, Роном и Джинни присоединились Люпин и Блэк. По правде сказать, даже просто ехать в одном купе с Роном мне было неприятно. Он сидел напротив меня, рядом с Блэком, и то и дело кидал на нас с друзьями презрительные взгляды. Спасибо хоть, что всю дорогу молчал. Джинни сидела с нашей стороны у окна и, казалось, была ещё тише, чем обычно. Летом я редко её видел, Блэк говорил, что она ходит за матерью хвостиком, помогая ей с уборкой по мере своих сил. Я пытался было поговорить с Джинни во время наших нечастых встреч, но разговор как-то не клеился. Впрочем, что она могла мне сказать? И что я мог сказать ей? И всё же… мне было чисто по-человечески жаль Джинни. Наверное, потому, что я понимал её лучше, чем кто-либо другой, вот только выразить это в словах у меня не получалось, не мастер я говорить, да и не хотелось мне расстраивать её ещё больше. Я и сам чувствовал себя достаточно паршиво. Настолько, что за всё лето ни разу не взял в руки ни единой книги по зельеварению. Зачем? Здравый смысл, конечно, твердил мне, что опускать лапки ещё рано, и всё же я не видел особого смысла готовить что-то по бумажке — так любой дурак сможет, а я хотел надеяться, что дураком не являюсь. Хоть иногда и вёл себя на редкость по-дурацки, да. И первые два месяца учёбы прошли для меня соответствующе — по-дурацки. На уроках я не мог толком ни на чём сосредоточиться. Спасибо преподавателям, что меня особенно не дёргали. Пожалуй, я был единственным, с кого вообще ничего не спрашивали. Наверное, дело рук Дамблдора. Впрочем, я особо не наглел и всегда сдавал домашнее задание вместе с остальными, а на практических уроках по-прежнему делал вид, что ещё что-то могу. Даже на зельях. На праздничный ужин по случаю Хэллоуина мы с Гарри и Герми по традиции тащились в довольно мрачном настроении, полушутя-полусерьёзно делая ставки на то, как всё пройдёт в этом году. Рон вместе с новыми демонстративно «лучшими» друзьями убежал раньше нас, а Джинни даже не вышла из спальни девочек, ей снова нездоровилось, но это уже давно никого не удивляло. К концу праздничного пира я почти расслабился, уверовав в то, что в этом году неожиданностей не будет. И зря. Когда Дамблдор поднялся на ноги, собираясь толкнуть завершающую праздничный пир речь, двери в большой зал с оглушительным стуком распахнулись. Справа от меня раздался вымученный стон Гарри, вероятно, он тоже успел расслабиться. Герми слева испуганно вскрикнула. Ещё бы… картина, представшая перед нами, заставила напрячься и меня. Какой-то тип вкатился в зал, толкая перед собой Джинни Уизли и прижимая кончик волшебной палочки к её шее. Присмотревшись как следует, я узнал этого мерзавца… и это было самым поганым — Том Риддл собственной персоной. Не удержавшись, я бросил злобный взгляд на Дамблдора, но тому явно было не до моих упрёков — старик заметно побледнел, застыв статуей самому себе. Его напряжённый взгляд не сходил с лица незваного гостя. Или, быть может, с его волшебной палочки. Краем уха я отметил, что Рон было чего-то забормотал, но близнецы под моим предупреждающим взглядом быстро его заткнули. Я вздохнул с облегчением и снова уставился на… даже не знаю, что он такое. Привидением Риддла было довольно сложно назвать, особенно если учитывать, что Джинни, пребывающую в полуобморочном состоянии, ему буквально приходилось тащить на себе. Нет, точно не привидение. — Ты меня узнал, старик, — с явным удовольствием в голосе заговорил Риддл, в свою очередь таращась на Дамблдора. Казалось, больше никто в этом зале его не интересовал. — Здравствуй, Том, — в более чем спокойном голосе Дамблдора я всё же отметил некоторую обречённость. — Зачем ты пришёл? — Мне кое-что нужно, — голос Риддла же напротив буквально сочился самодовольством и уверенностью в… безнаказанности? Наверное, да. — Кое-что, принадлежащее тебе. И ты мне это отдашь, иначе девчонка умрёт. — Отпусти её, и мы всё обсудим. Думаю, теперь уже не я один отметил неуверенность Дамблдора. Ещё немного и начнётся паника. — Нашёл дурака. Чтобы я ещё хоть раз тебе поверил! — злобно выпалил Риддл, на мгновение выходя из себя. Он отвёл взгляд от Дамблдора, вероятно, чтобы успокоиться после этой вспышки гнева, и осмотрел зал, лишь на мгновение остановившись взглядом то ли на мне, то ли на Гарри, после чего снова повернулся к своему собеседнику. — В отличие от своей дефектной версии я не настолько терпелив и не намерен препираться с тобой до самого утра. Мне нужна твоя палочка, отдай её, и я уйду. — Как я могу тебе верить? — Тебе придётся поверить моему слову. Впрочем… — Риддл прищурился, изучающе вглядываясь в лицо Дамблдора, — ты ведь неплохо изучил меня, Альбус. Ты знаешь, что я не сторонник террора, я не хочу лишних жертв. Мне просто нужно то, за чем я сюда пришёл. Поверь, я в своём уме и отвечаю за свои слова… опять же, в отличие от моей дефектной версии. — Ты прав, я неплохо тебя изучил, — Дамблдор смотрел на него хмуро. — И я уверен, что ты не остановишься ни перед чем. Том досадливо поморщился, словно Дамблдор не оправдал его ожиданий. — Думай, что хочешь, старик, но бросать авады направо и налево я не намерен. Просто отдай мне палочку, и я уйду. — Зачем она тебе, Том? Я начинал злиться, не понимая, почему Дамблдор медлит. Ни за что не поверю, что у него нет запасной палочки. Глядишь, Риддл бы и правда ушёл. Хотя, конечно, я не особенно-то в это и верил. Злость начала сменяться беспокойством, я бы даже сказал — иррациональным, каким-то животным страхом. Липкий и навязчивый — он расползался по телу, грудь словно сдавило невидимой цепью, даже дышать стало трудно. — Дементоры, — пискнула сбоку от меня Герми, она поняла всё быстрее остальных. Риддл словно услышал её, но к нам не повернулся, лишь склонил голову на бок, будто прислушиваясь к чему-то. — Мои друзья волнуются, — проговорил он мгновение спустя. — Боюсь, Альбус, что если ты продолжишь тянуть время, даже я не смогу их остановить… — Зачем тебе моя палочка, Том? — повысил голос Дамблдор, он тоже напряжённо вслушивался в противоестественную тишину, накрывшую зал. — Главный и самый могущественный дар Смерти станет завершающим штрихом в плане Тёмного лорда, — Риддл довольно ухмыльнулся, а потом добавил уже менее пафосно: — Точнее будет сказать — в моём плане, этот старый дурак мне больше не нужен. Сказать, что Дамблдор изменился в лице — было бы явным преуменьшением. Его лицо побледнело так, что сравнялось цветом с его бородой, тонкие губы задрожали, что борода затрясла. Он словно хотел сказать что-то, но не мог найти слов. — Я бы с удовольствием поболтал с тобой хоть до зимнего солнцестояния, — не слишком логично продолжил Риддл, перехватывая Джинни поудобнее и бросая взгляд на наручные часы, — но мои друзья не отличаются терпением. Ты же не хочешь, чтобы кто-то из студентов пострадал? Я заметил, что темнота за его спиной всколыхнулась. — Как вам удалось переманить на свою сторону дементоров, Том? — продолжал тянуть время Дамблдор. Уж лучше б молчал, право слово. Впрочем… возможно, у него был какой-то план, я не знаю. Единственное, чего мне в этот момент хотелось, чтобы он прекратил препираться и отдал свою чёртову палочку Риддлу! — Я и сам своего рода дементор, Альбус, — весело проговорил не к ночи упомянутый Риддл. — Волдеморт использует тебя… — начал было Дамблдор. — Это я, слышишь, я использую его! — выкрикнул Риддл, вновь выходя из себя. Да, с самоконтролем у него явно проблемы, это я заметил ещё в нашу прошлую встречу. Отчего-то эта его вспышка гнева заставила меня немного успокоиться и подавить свой собственный гнев. Но страх всё ещё не давал мне дышать полной грудью, хотя это скорее работа дементоров, а не моего собственного сознания. — Так будет не всегда, Том. Волдеморт гораздо мудрее и опытнее тебя, и как только он поймёт… — Он всё равно что мёртв, старик, — сквозь зубы процедил Риддл, обрывая Дамблдора на полуслове. — Сегодня у него состоялось последнее свидание с дементором. Дорогу молодым, как говорится... Таким удивлённым я Дамблдора ещё никогда не видел, он разве что челюсть на стол не уронил, стоял и хлопал глазами. А живая тьма за спиной Риддла меж тем подступала всё ближе. — Достаточно, — словно бы опомнился Риддл, зябко передёрнув плечами, видимо настолько близкое соседство с дементорами не доставляло удовольствия и ему. — Я действительно не смогу удержать их, если ты промедлишь ещё хоть минуту, — он оттолкнул Джинни, и она плавно опустилась на пол, удерживаемая от жёсткого падения лишь его магией. — Твою палочку, — напомнил Риддл, вновь переводя взгляд на Дамблдора. — И мы уходим. К чести Дамблдора, больше он не медлил. Даже дураку было ясно, что дементоры сделают с детьми, если он продолжит тянуть время. Его волшебная палочка, переброшенная через преподавательский стол, с глухим стуком ударилась об пол и покатилась вперёд. — Хорошо, Том, — в голосе Дамблдора слышалась теперь уже даже не скрываемая обречённость. — Хорошо, — мягко повторил за ним Риддл, призывая палочку поверженного без боя соперника к себе. — Больше мы вас не побеспокоим. И он действительно покинул зал, нисколько не опасаясь возможных заклинаний в спину. Да и чего ему было бояться с такими-то друзьями. Двери за ним захлопнулись, и зал погрузился в тишину, теперь уже не казавшуюся такой противоестественной. Не знаю, сколько мы так просидели. Лично я, потеряв счёт времени, во все глаза пялился на Дамблдора, разом постаревшего на несколько десятков лет. Он, словно не доверяя своим ногам, опустился на стул и безучастно уставился в тарелку. Спустя некоторое время я краем сознания отметил, что дышать стало легче. Это словно бы вывело меня из оцепенения. Вероятно, дементоры действительно ушли следом за Риддлом. Успели ли они к этому времени покинуть замок? И как вообще в него попали? Я пытался думать, но мысли путались, застревая в густом киселе, наполнившем мою черепушку. Даже просто крутить головой было сложно — я хотел повернуться к друзьям, удостовериться, что с ними всё хорошо, но не мог. Где-то недалеко раздался громкий стук и сдавленная ругань знакомых голосов — кто-то вскочил из-за стола, ощутимо приложившись при этом чем-то обо что-то. Пусть и не без труда, но я смог повернуть голову в ту сторону — близнецы Уизли уже подбежали к лежавшей на полу сестре. Признаться, я как-то и забыл о Джинни. Немного кольнула совесть, и это окончательно смыло остатки подозрительного контроля, в котором я увяз с приходом Риддла. Или же с его уходом? Чёрт его разберёт. Преподаватели тоже начали вскакивать со своих мест. К Джинни уже бежали Снейп и мадам Помфри, Макгонагалл немного отстала от них, а вот Дамблдор так и не поднялся из-за стола, он словно бы вообще не замечал происходящего в зале. — Гарри, ты как? Голос Герми окончательно заставил меня вернуться в реальность. Действительно, из нас троих именно на Гарри дементоры оказывали наиболее сильное влияние. Повернувшись к другу, я не мог не отметить, что выглядел он паршиво. Побледнел, казалось, даже сильнее Дамблдора, а взгляд его до сих пор был отсутствующим, неживым. К нам подошёл Люпин, быстро оценив ситуацию, он крепко сжал плечо Гарри, привлекая его внимание к себе. — Помнишь, чему мы тебя учили? — Люпин пытался ободряюще улыбаться, но кривой оскал, перекосивший его лицо, сложно было принять за улыбку. Однако это помогло, Гарри немного пришёл в себя, задрал голову и попытался улыбнуться в ответ. Тоже безрезультатно. — Ты молодец, — похвалил его Люпин. — Вы все молодцы. Герми судорожно вздохнула и почему-то вцепилась в мою руку. Впрочем, я был даже рад этому, оказалось, что ощущение её тёплой ладошки на моих ледяных пальцах не многим меньше шоколада придаёт сил после встречи с дементорами. — Не испугалась? — зачем-то спросил я, поворачиваясь к ней. Герми нервно рассмеялась и покачала головой. Не знаю уж, лукавила она или нет, но выглядела определённо лучше, чем Гарри. Тот тем временем сжал мою вторую руку своей ледяной ладонью. Не один я похолодел от ужаса. — Давайте, — мягко проговорил Люпин, — на столе ещё осталось немало шоколада, разбирайте. Я попрошу Северуса передать вам через домовиков чего-то более действенного. — Как вы думаете, они ушли? — как-то слишком уж спокойно, я бы даже сказал — задумчиво, спросила Герми, прислушиваясь к чему-то. Люпин с явным сомнением посмотрел на выход из зала. — Думаю, да, — после недолгой паузы произнёс он, но уверенности в его голосе не наблюдалось. Я перевёл взгляд на Джинни, вокруг которой уже суетилась добрая половина преподавателей, закрывая её от наших глаз. В черепушке запоздало заскреблись мысли. Я ведь даже почти не удивился, увидев Джинни в «объятиях» Риддла. Думаю, и Снейп не удивился, и Дамблдор. Бедная Джинни, как будто Риддл недостаточно поиздевался на ней тогда, на первом курсе. Удостоверившись, что мы, пусть и без особой охоты, но всё же налегли на шоколад, Люпин отошёл. Зал наполнялся пока ещё робкими и тихими голосами, но уровень шума увеличивался с каждой секундой, преподавателям определённо что-то нужно было сделать с этим, иначе взрыв неминуем. Не хотелось бы мне находиться здесь, когда все окончательно придут в себя и заголосят разом, голова и так нещадно болела. К счастью, Макгонагалл, взявшая бразды правления, заговорила усиленным магией голосом, призывая старост собрать всех и сопроводить до спален. — Это значит, что они ушли? — с надеждой в голосе спросил Гарри у вновь подошедшего к нам Люпина. — Домовики считают, что да, — ответил тот, по его лицу сложно было что-то прочитать. — А где… что… почему… — я нахмурился и замолчал, раздосадовано отметив, что мысль о Бинки мне пришла в голову только сейчас. — Не знаю, — чуть запоздало ответил на так и не высказанные мной вопросы Люпин. — Что-то не так, они и сами ничего не понимают. — Но Бинки в порядке? — мне резко стало плевать на конспирацию, я обязан был удостовериться, что с нашим маленьким другом всё хорошо. Передо мной в воздухе появилась записка, медленно и плавно она опустилась в тарелку. Как-то даже торжественно, знаете… как на похоронах. Я тряхнул головой, отбрасывая несвоевременные мысли, и развернул клочок бумаги. «Нас усыпили чем-то, никогда ещё не сталкивался с такой магией. Старейшина говорит, что эти чары ему известны. Всё будет хорошо». Но это «всё будет хорошо» почему-то совсем не принесло мне облегчения, хотя я и рад был тому, что с домовиками всё в порядке. — Как они попали в школу? — вновь задала интересный вопрос Герми. — И где гарантии, что это не произойдёт снова? Люпин печально и как-то устало вздохнул. — Можете идти? — спросил он вместо ответа. — Сегодня, по-видимому, я заменяю вашего декана. Минерва должна остаться здесь. Кажется, Альбусу понадобится помощь… Покидая зал следом за Люпиным и остальными гриффиндорцами я бросил взгляд на Дамблдора, он так и не поднялся с места. Неплохо дедушку накрыло. Неужели это всё из-за потери палочки? Или просто он вдруг внезапно осознал, что Хогвартс — не непреступная крепость, как ему могло казаться. Что ж… лучше раньше, чем позже. Стоит ли говорить, что уснуть в эту ночь удалось мало кому. Мы так и просидели до самого утра в общей гостиной, которая, оказывается, не была рассчитана на такое количество людей. В спальни не ушёл никто. Пуфики, кресла и диваны уступили девчонкам, все остальные устраивались кто где. Мы с Гарри опустились на пол у ног Герми, занявшей кресло у стены. Люпин остался с нами, устроившись у выхода из гостиной и не выпуская из рук палочку. Рон в нашей башне так и не появился, впрочем, как и близнецы с Джинни. Вероятно, малышку Джинни снова отправили в больничное крыло, а братьям разрешили её сопровождать. Что же всё-таки произошло сегодня? Как бы я хотел обсудить это всё со Снейпом, но, подозреваю, что он, точно так же, как и Люпин, сейчас охранял покой своих подопечных. Покой. Я нервно хмыкнул, прикрыл глаза и откинулся на кресло Герми, прижавшись головой к её ноге. Покой нам только снится. *** Следующее утро никак нельзя было назвать спокойным. И хотя преподаватели изо всех сил старались делать вид, что накануне ничего такого страшного не произошло и всё хорошо — получалось плохо. Немалого шуму наделали и газеты. Многие студенты выписывали «Ежедневный Пророк», поэтому новость о том, что связь с Азкабаном потеряна, разлетелась по школе ещё до окончания завтрака. Гриффиндорцы испуганно перешёптывались, строя догадки — одна другой бредовее — буквально на пустом месте, поскольку особыми подробностями читателей «пророк» не порадовал. Да и за столами остальных факультетов царило нервное оживление. Мне даже без амулета хватило мозгов связать эту новость с ночным визитом Тома Риддла. Он действительно контролировал дементоров. Не только тех, что пришли с ним, но и тех, что этой ночью устроили переворот в Азкабане. Как он там вчера сказал? «Я и сам своего рода дементор». Судя по всему, для него это было не сложно. И Тёмный лорд. Упоминание о нём всю ночь не давало мне покоя. Я бы решил, что Риддл просто красуется перед Дамблдором, но что-то говорило мне… что всё серьёзно. Тёмного лорда больше нет? Или… да здравствует новый Тёмный лорд? Немножко дохленький и дементорообразный, хотя и выглядит как обычный человек, подросток. Что он вообще такое? Стоило бы устроить Снейпу допрос с пристрастием, иначе эти вопросы не дадут мне нормально спать по ночам. Хотя я и так не сказать, что очень хорошо сплю. Проблемы со сном начались ещё у Блэка дома, после визита к боггарту. Об этом тоже стоило бы подумать, но мне почему-то совсем не хотелось. Уроки прошли как обычно — бестолково. И нам не до учёбы, и преподавателям не до нас. После уроков, не обнаружив Снейпа у себя, мы решили не задерживаться в лаборатории, а сразу направились к Люпину. К счастью, он как раз обнаружился на месте. Но оно и понятно, до полнолуния оставалось около недели, в это время Люпин старался взваливать на себя как можно меньше. Несмотря на наложенные чары от подслушивания, Люпин не торопился подтверждать или опровергать мои подозрения относительно Тёмного лорда. Он вообще старательно переводил тему на что-то более нейтральное. Настолько старательно, что даже Герми посмотрела на него укоризненно. Казалось, её взгляд устыдил Люпина, он даже извинился и предложил нам ещё чаю. Мы сдались. Можно было бы попытаться выцепить Блэка. Думаю, он прискакал бы сразу, как только Гарри связался бы с ним. Вот только я не был уверен, что из Блэка нам удастся вытянуть больше информации, чем из Люпина. При всей своей неосведомлённости в делах Ордена Снейп всё равно оставался самым полезным источником информации. Впрочем, возможно, он откровенничал с нами именно потому, что ничего особенно секретного сболтнуть не мог. В общем, надоедать Блэку мы не стали. Держу пари, ему там сейчас и так не сладко приходится, наверняка Орден активизировался. Не мог же Дамблдор просто замять это безобразное происшествие. Со Снейпом нам удалось встретиться только через пару дней — в субботу. Даже зелье для Люпина пришлось варить мне, поскольку Снейп не вылезал из больничного крыла, куда кроме него и Уизли больше никого не пускали. По правде сказать, готовку зелья я на себя взял более чем добровольно, просто нужно было чем-то руки и голову занять, а по вечерам мы так и ошивались в покоях Снейпа. Зелье, к счастью, у меня получилось нормально. Не идеально, но сойдёт, о чём мне очень деликатно намекнул Люпин. Но я был рад и этому, поскольку в моём состоянии могло получиться и гораздо, гораздо хуже. Как я уже сказал, Снейп заявился к себе лишь под вечер субботы. Быть может, конечно, он и возвращался на ночь, но мы всегда уходили до отбоя и не могли этого знать, ведь в его спальню у нас доступа не было. Оглядев нашу компанию очень усталым и не особенно довольным взглядом, он обречённо вздохнул и бросил в воздух дополнительные чары, наверняка от подслушивания. — Как вы? — мягко спросила Герми, глядя на него с состраданием. — Лучше, чем ваша подруга, — отмахнулся он, опускаясь на свой любимый стул. — И опережая дальнейшие расспросы — мисс Уизли стабильна. В плохом состоянии, но стабильна. — Она приходила в себя? — моментально переключилась на более важную тему Герми. — Альбус считает, что ей будет лучше некоторое время провести в магической коме. Герми нахмурилась, но ничего не сказала, продолжая сверлить Снейпа выжидательным взглядом. — И в данном случае я с ним согласен, — Снейп, казалось, и не замечал нас, он словно бы размышлял вслух, напрочь забыв о нашем существовании. — Неизвестно, что ещё Том может выкинуть. Я навострил уши, обращаясь в слух. — Мне удалось извлечь из её воспоминаний много… — Снейп замолчал, а на его лице появилось какое-то обречённое выражение, — очень и очень много интересного. Я не из тех, кто занимается самобичеванием в подобных случаях, но… но мы здорово облажались. Герми побледнела, её глаза расширились, а рот приоткрылся, словно она собиралась задать следующий вопрос, но так и не решилась заговорить. И слава богу, не хотелось бы спугнуть Снейпа в его откровенности. — Мисс Уизли не просто шпионила для врага, но и пустила его в школу. Альбус тоже хорош, — меж тем продолжал Снейп, внезапно распаляясь. — Он должен был знать, какие вещи хранятся в замке! Да он и знал, но не придавал значения. «Шкаф столько лет был сломан, мой мальчик, я даже не подозревал что кому-то — и уж тем более мисс Уизли — удастся его починить», — издевательски копируя манеру речи Дамблдора проговорил Снейп. — Не подозревал он… Снейп выдохся и угрюмо замолчал. Вот как, значит. Не такая уж и неожиданность, что в школу Риддла пустила именно Джинни. Не просто же так он заявился в большой зал, прикрываясь ею как щитом. Хотя этот щит ему был и не нужен, с ручными дементорами-то за спиной. Получается, Риддл контролировал Джинни всё это время, с её первого курса. И теперь Дамблдор опасается, что… а что, собственно? Что может сделать девчонка, если её роль во всём этом раскрыта? Посадить Джинни под замок и всё… И тут мне в голову запоздало закралась ошеломляющая мысль. — Наш таинственный вор — это Джинни? — озвучил её я, на мгновение забывшись. К счастью, Снейп настолько задолбался в последние дни, что мой неосторожный вопрос не вывел его из этого подобия транса. Он тяжело вздохнул и кивнул, всё ещё глядя куда-то сквозь нас. — И она нашла всё, что им было нужно. Не знаю точно, чем нам это грозит, но Альбус… — Снейп было замолчал, но потом нехотя продолжил: — Альбус обеспокоен. Мягко говоря. — А Тёмный лорд? – я снова не удержался от глупого вопроса. — Какой из них? — Снейп наконец сфокусировал взгляд на мне и невесело усмехнулся, подтверждая мои подозрения. — Виват новый Тёмный лорд? Сбоку, где сидел Гарри, что-то грохнуло, но я неотрывно следил за выражением лица Снейпа. Мы с друзьями мои подозрения не обсуждали, вообще старались говорить по минимуму, даже здесь. Отчего-то это место без Снейпа не казалось мне таким уж защищённым и надёжным как в его присутствии. Да и остальным, судя по всему, тоже. — Похоже на то, — прервал мои размышления Снейп. — Я последние дни много общался с Молли, она в своём горе… чуть более многословна, чем стоило бы. Орден считает, что Волдеморт действительно мёртв. Всё указывает на это. Я поймал себя на том, что испытываю некоторое облегчение. Очень и очень преждевременное облегчение. Да, старый Тёмный лорд откинул копыта… что, кстати говоря, ещё не факт, но новый-то никуда не делся. И сдаётся мне… — Судя по той информации, которой сейчас располагает Орден, молодой Риддл пойдёт куда дальше своей взрослой ипостаси, — завершил мою мысль Снейп. Уж не знаю, так совпало или он действительно читал мои мысли. Я давно привык к тому, что он может незаметно копаться в моей голове. С каждым таким эпизодом даже просто замечать постороннее присутствие становилось всё сложнее, Снейп был настоящим мастером легилименции. — Насколько в школе безопасно, сэр? Я не мог не фыркнуть, услышав этот вопрос от Герми. Снейп лишь вздохнул, даже не потрудившись пробурчать что-то и так очевидное нам всем. — По крайней мере, Альбус избавился от шкафа, — когда молчание стало совсем уж тягостным заговорил он. — Этот путь перекрыт, но Риддл знает школу не хуже тех же Уизли. Думаю, если ему понадобится ещё раз попасть сюда… он найдёт лазейку. — Тогда почему Дамблдор просто не отправит всех по домам? — в голосе Герми звучало возмущение. Мы со Снейпом не сговариваясь вздохнули. Мне даже показалось, что получилось у нас как-то похоже, синхронно. И судя по его насмешливому взгляду, так показалось не только мне. — Альбус не станет ничего делать, пока не убедится, что это оправданно. Ну или не поймёт, что бездействие причинит больше вреда, чем неоправданное действие. Герми рассерженно фыркнула, но удержалась от комментариев. — А мне-то что теперь делать? Слабый и какой растерянный голос Гарри застал меня врасплох. Да и Снейпа тоже, мы переглянулись и уставились на Гарри. Он действительно выглядел растерянным, я бы даже сказал… нет, не могу подобрать подходящего определения. — Если Волдеморт всё… — Гарри на мгновение замолчал, с надеждой глядя на Снейпа, — значит, пророчество это глупое и всё остальное… мне можно уехать? Вот оно что. Теперь уже на Снейпа уставились мы все, включая стремительно повеселевшую Герми. Действительно, до меня внезапно и крайне запоздало начало доходить, что несмотря на непонятность ситуации, всё это должно было пойти на пользу как минимум Гарри. Вот только… Дамблдор не станет ничего делать, пока не убедится, что это оправданно. И кислое выражение физиономии Снейпа лишь подтвердило мою догадку. Гарри вздохнул и обречённо пробормотал: — Ладно, проехали, это было бы слишком круто и неправдоподобно. Снейп усмехнулся, как-то даже по-доброму и немного печально. Я судорожно заскрипел мозгам, пытаясь выстроить в голове список вопросов, которые следовало бы успеть задать, пока он окончательно не пришёл в себя и не выпер нас. — При всём моём уважении, сэр, но как вы не догадались, что Джинни кто-то управляет? — и вновь Герми меня опередила. — Он не оставлял ей поверхностных воспоминаний. Для того, чтобы даже просто заподозрить что-то неладное и понять где копать, я должен был как минимум поймать мисс Уизли на месте преступления. Получается, легилименция всё же не всесильна. — Если в дело вмешивается другой легилимент, — продемонстрировал на мне всесильность легилименции Снейп. — Но если карту и мантию украла Джинни, то почему поисковое зелье не сработало? — пробормотал Гарри, словно ни к кому конкретно не обращаясь. — Кстати, об этом… — Снейп поморщился и захлопал себя по мантии, вероятно вспоминая, в каком из, должно быть, миллиона карманов у него лежит искомое. — Вот, держите, это ваше, — он наконец извлёк из кармана… карту Блэка! — Признаться, если бы мне пришло в голову проверить зельем и её, то всё могло бы сложиться иначе, поскольку она всё это время была в замке. — Где вы её нашли? — Гарри с видимым благоговением, едва ли дыхание не затаив, принял из его рук дорогую сердцу вещицу. — В тайнике Джинни Уизли. К сожалению, мантии-невидимки там не было, настолько ценные вещи Джинни сразу выносила из замка и передавала людям Тёмного лорда. А вот карту решила оставить себе, для… её работодателей этот кусок бумаги особой ценности не представлял. — А мантия им зачем? И мой амулет? И остальные побрякушки? — я снова предпринял попытку пораскинуть мозгами. — У Альбуса на этот счёт есть какие-то догадки, но как вы понимаете, со мной он ими не делится. Могу лишь сказать, что расслабляться рано. — Мне показалось, он… — я попытался сформулировать свою мысль как можно тактичнее, но не особо преуспел в этом. — Визит Риддла несколько расстроил директора. Или потеря палочки? — Полагаю, и то и другое, — Снейп невесело усмехнулся. — Его палочка тоже была весьма ценным артефактом, а… визит Риддла показал, что Альбус не так хорошо контролирует ситуацию, как ему бы того хотелось. — И непонятно чего ожидать дальше, — подытожила Герми, когда Снейп замолчал, погрузившись в раздумья. — Если дальнейшие действия старого Тёмного лорда Орден ещё мог предугадать… Снейп снова усмехнулся, на этот раз как-то даже презрительно, на мой взгляд. Герми растерянно замолкла. — Как показала практика, ни черта они предугадать не могут, — Снейп поморщился, потом тряхнул головой и уставился на нас, словно в первый раз увидел. — Понятно, проваливаем, — пробормотал я, поднимаясь на ноги. Мы и так многое узнали сегодня, глупо было бы и дальше испытывать терпение Снейпа. Сейчас он окончательно придёт в себя и сам нас выставит. Гарри и Герми тоже поднялись на ноги, и мы, дождавшись снисходительного кивка Снейпа, покинули его кабинет. Направляясь в нашу башню, я периодически поглядывал на Гарри, но мне никак не удавалось понять по его лицу, о чём же он думает. Наверное, нам действительно стоило вызвать Блэка. Быть может, теперь крёстному Гарри удалось бы надавить на сильных мира сего и отправить крестника настолько далеко от Англии, насколько хватило бы финансов. Ну или к Малфоям. Хотя что-то мне подсказывало, что так дела у взрослых не делаются. А жаль.