Потерянные воспоминания

      Потратив почти целый день на подготовку к проверочной, Юлий почувствовал себя выжатым. Ни учеба в целом, ни химия в частности его никогда не интересовали, и подобные дни экстренной зубрежки перед контрольными и проверочными дико его изматывали. Виллард в этот выходной тоже заперся у себя и занялся разбором бумажной работы, которая вдохновляла его примерно так же, как химия Юлия, так что увиделись они за день раза три. А на утро, когда Юлий с нецензурным ворчанием поднялся под звонок будильника, Вилларда дома уже не было.       Филипп же пересдачу и вовсе почти проспал. Юлий прождал его минут двадцать около крыльца школы, он давно не бегал так быстро, и Филипп похоже тоже, хотя старательно пытался это скрыть. Судорожно дыша, Юлий все же успевал высказывать ему на бегу все, что хотелось. На несколько секунд особо остро ощутив собственное сердцебиение, Юлий подумал, что сейчас он здесь и упадет, но, к счастью, все обошлось.       – Извините! – выкрикнул он из последних сил, вбегая в класс вслед за Филиппом.       – О, еще двое. Отлично, проходите, – проворчала учительница. – Вас подозрительно мало сегодня, я кажется приглашала на пересдачу гораздо больше человек.       Задыхаясь, Юлий огляделся. Кроме него и Филиппа он увидел только трех своих одноклассников, хотя в итоговой таблице по проверочной примерно половине класса был поставлен незачет. Так или иначе, сейчас это его волновало в последнюю очередь.       – Еще придет кто-нибудь?       – Мы не в курсе, – ответил Филипп, падая за первую попавшуюся парту. Юлий плюхнулся за соседнюю, все еще пытаясь отдышаться.       – Ладно. Вот вам задания. У вас 20 минут.       Юлий посмотрел на свой листок и порадовался, что может сфокусировать зрение и прочитать, что там вообще написано. Возможно, лекарства и правда работали: побегай он так пару лет назад и точно свалился бы на несколько часов. Восстановив дыхание, он принялся за работу.       Когда отведенное на задачи время закончилось, Юлий сдал свою тетрадь и повернулся к Филиппу. Тот еще не закончил, так что Юлий вышел в коридор, чтобы подождать друга там. Он считал, что неплохо справился с работой, и надеялся на хорошую оценку.       Юлий открыл расписание. Из-за этой проверочной никакой другой домашней работы он не делал и теперь решил посмотреть, к чему готовиться.       «Пиздец» – подумал Юлий, когда первыми же двумя уроками увидел физику. Как и предполагал Виллард, она стояла теперь почти каждый день, чтобы нагнать программу. К счастью, после стояли более безобидные предметы, по которым домашней работы либо не было, либо Юлий был уверен, что выкрутится.       Воспоминания об учителе физики также заставили его напрячься. Как бы он ни кичился перед Виллардом, что все в порядке, он не был уверен в реакции собственного организма. Скорее всего, рано или поздно все нормализуется, и он сможет спокойно заниматься с новым учителем, но первое время явно будет непросто…       – Она мне не поверила!       Подошедший к нему Филипп оторвал Юлия от его переживаний. Он последние минут пять судорожно доказывал учительнице что-то, о чем не имел ни малейшего понятия.       – А в остальном как написал? – поинтересовался Юлий.       – Все должно быть верно. А ты?       – Да вроде нормально.       – Отлично! – Филипп широко улыбнулся и со вздохом плюхнулся на скамейку рядом.       – Слушай, а ты физику делал? Что вообще было задано? Я же ушел с конца урока.       – А, – начал вспоминать Филипп. – Ну делать не делал, с химией сидел. А вообще он задал пару задач типа тех, что разбирал. Сказал, будет на уроке вызывать и просить рассказывать.       – Можем попробовать успеть сделать, – Юлий посмотрел на часы. – У нас еще есть время до урока.       – Да похер, – отмахнулся Филипп. – Мы ему на прошлом уроке нормально ответили, он нас не спросит.       – Да, наверное…       – Пошли сразу в класс, – неожиданно предложил Филипп. – Тут душно, и эта старуха недалеко ходит.       – Пошли, может, он уже там.       Филипп вскочил, закинул рюкзак себе на плечо, и пошел по коридору, тут же переключившись на рассказ об очередной компьютерной игре, в которой он всех победил. Ничего необычного.       – На физру идешь? – Юлий попытался перевести тему. Ему было тяжело долго слушать Филиппа.       – Эй! Ты меня не слушаешь! – возмутился тот.       – Да слушаю я тебя. Кстати, Виллард скоро уезжает, правда, еще не знает когда.       – Отлично! Вот тогда я тебе и покажу эту вещь! Я притащу ноут, и заставлю тебя в это поиграть!       – Да, да, – засмеялся Юлий, подходя к кабинету. – Открыто, смотри.       Он осторожно заглянул в класс. Никого из учеников ожидаемо еще не было, Михаил был там один. Он сидел, закинув ноги на учительский стол и положив ноутбук себе на колени. В одной руке у него был стаканчик кофе, другой он быстро печатал что-то на клавиатуре. Выражение его лица было очень сосредоточенным, немного суровым. Юлий замер на несколько секунд, как несколько дней назад, когда впервые увидел Михаила, и в голове не укладывалось, что перед ним учитель физики. И картина, которую Юлий сейчас увидел, еще больше не вписывалась в этот образ.       Филипп завозился за его спиной, и Юлий очнулся. Он постучал в дверь, привлекая к себе внимание. Михаил оторвался от ноутбука, перевел взгляд на Юлия и едва заметно улыбнулся, заметив ребят.       – Доброе утро, – Юлий и Филипп поздоровались почти хором.       – Доброе утро, что-то вы рано. Заходите, заходите.       – А мы проверочную переписывали до первого урока, – сказал Юлий, заходя в класс.       – А, понятно, – Михаил отпил кофе. Он не изменил своего положения ни на миллиметр. – По какому?       – Химия, – слишком брезгливо выдавил Филипп.       Михаил понимающе кивнул и продолжил что-то печатать, не отвлекаясь от разговора:       – Много еще там переписывает?       – Должно было почти полкласса прийти, но всего пятеро с нами пришло.       – Ясно.       Михаил что-то доделал и расслабленно откинулся на стул, закинув руку за голову. Затем он словно сам внезапно осознал, что он учитель в школе, и неторопливо поставил на стол ноутбук и кофе, сел ровно и поправил очки. Юлий тихо посмеялся, отвернувшись, но он буквально чувствовал на себе слегка укоризненный взгляд Михаила. Казалось, что тот насквозь его видит.       Вопреки опасениям Юлия, никаких приступов тревоги в присутствии физика он не чувствовал, точнее ощущения были достаточно слабыми, чтобы не придавать им значения. Он очень надеялся, что и уроки сегодня пройдут спокойно, и его организм ничего не выкинет.       Филипп уже разложил вещи и сел за парту, продолжив свой рассказ, как будто не останавливался: какого персонажа он сделает Юлию, как ему лучше управлять им и еще много советов и подсказок.       – Короче, ты быстро освоишься, – наконец закончил он свою речь. – А еще они недавно анонсировали вторую часть. Правда, еще почти год ждать, но выглядит офигенно! Я тебе сейчас покажу трейлер, будет куча новых монстров и еще тот чувак снова будет, который из деревни, который с ящерами дрался, – Филипп напрягся, пытаясь вспомнить. – Черт, как же его…       – Акайо, – неожиданно подсказал Михаил.       – Да, точно! – обрадовался Филипп, а потом синхронно с Юлием повернулся к учителю.       Юлий почти испугался, представив, что атака информацией об этой игре на его мозг сейчас удвоится. А еще он пытался представить Михаила в образе геймера, такого же как Филипп, и получалось довольно странно, но забавно.       – Вы играли в первую часть? – выдал Филипп. – Видели трейлер?       – Каждый день его вижу, – кивнул Михаил, оторвавшись от ноутбука и отпив кофе. – Я один из команды разработчиков.       – Разработчик? – хором переспросили Юлий и Филипп. – Серьезно?       – Серьезно, – ответил Михаил.       «Он разработчик? Что он в школе тогда забыл? Да еще и учителем физики?» – не понимал Юлий. Конечно, теперь стало ясно, почему Михаил не выглядел и не вел себя как обычный учитель: это не была его основная специализация.       – Вы занимаетесь разработкой игр, но… А почему вы тогда тут? В школе? – робко поинтересовался Юлий.       Михаил не торопился отвечать. Он явно придумывал что-то, подбирал слова, и Юлий, видя, что учителю стало не по себе, уже собирался оправдаться, что влез не в свое дело, но к расспросу подключился и Филипп:       – Да, точно! И почему физика? Не информатика, не курсы по программированию, я не знаю…       – Физика тоже моя специализация в какой-то степени, я с ней много работаю. А в школе я временно, вам ищут постоянного учителя. Попросили заменить пока что.       Михаил допил кофе и встал, чтобы выкинуть стаканчик. Юлий мысленно ему сочувствовал, прекрасно понимая, что теперь Филипп от него не отвяжется. Возможно даже начнет учить физику.       – А можно посмотреть, как вы это делаете?       – Что именно? – не понял Михаил. – Код пишу?       – Ну да.       – Пятьдесят процентов времени гуглишь, пятьдесят – материшься, – абсолютно серьезно сказал Михаил.       Юлий рассмеялся, и Михаил тут же обернулся на него, улыбнувшись в ответ. Филипп тоже похихикал, конечно, но такой ответ его очевидно не устроил, так что он решил продолжить:       – А как это выглядит? Можно посмотреть?       – Я не могу показывать рабочий код, – кажется, Михаил уже жалел, что рассказал о своей работе. – Если тебе интересно, как это работает, могу подсказать, что почитать и посмотреть.       – Да! – тут же откликнулся Филипп.       Он обрадованный подбежал к Михаилу, чтобы дать свои контакты. Времени до урока оставалось немного, поэтому стали собираться остальные ученики. К Юлию подошли ребята, которые тоже переписывали химию с утра, и стали спрашивать, как и что он написал. Остаток переменной Юлий обсуждал проверочную, а рядом Филипп вдохновенно пересматривал трейлер.       Прозвенел звонок на урок, и все мгновенно расселись по местам: Михаила побаивались. Юлий, наконец отвлекшийся от обсуждения химии, заметил в классе Реко, они переглянулись и улыбнулись друг другу. Бросив быстрый взгляд на Эрика и Томаса, он убедился, что те выглядят как обычно и не вызывают у него беспокойства или подозрений. Это хорошо.       – Начнем с проверки домашнего задания, – Юлий совсем забыл об этой проблеме. – Как я и говорил, будем разбирать все задачи, каждую кто-то один решит у доски. Кто справился с первым заданием, и у него по нему нет вопросов?       «Отлично, сейчас вызовет кого-то у кого нет вопросов. Будем считать, что у меня есть вопросы» – подумал Юлий. Несколько человек робко подняли руки, оглядываясь.       – Это все? – приподняв бровь уточнил Михаил. – Хорошо, а кто пытался решить хоть одну задачу?       Пока Юлий боролся с совестью, еще несколько человек подняли руки, включая Филиппа. Юлий честно промолчал, уже жалея об этом.       – Ага, – Михаил внимательно оглядел класс, и Юлий стал подозревать, что он хорошо помнит кого и как зовут. – Тогда первую задачу пойдет решать Браун. Вперед.       Михаил сел за учительский стол, повернувшись боком, чтобы видеть и доску, и класс. Все притихли: Браун был из числа тех, кто не делал домашнее задание. Он очень грустно и неторопливо встал и поплелся к доске. В задаче он понимал практически ничего, но Михаил постоянно направлял его сам или позволял кому-то из класса подсказывать ему, и а итоге с заданием расправились достаточно быстро, а Браун получил три дополнительных задачи к следующему уроку.       – Вот черт, – выдохнул Филипп. – А я только решил, что у него выгоднее ничего не делать. Нифига, к доске вызовет, еще и дополнительную домашку задаст. А ты чего не сказал, типа ты решал, но не смог?       – Да я протормозил что-то. Походу попал теперь…       Михаил отправил Брауна на место и что-то записал в планшете. Потом снова обратился к классу:       – Так, теперь вторая задача. Эйкен, выходи к доске.       «Черт, как чувствовал» – подумал про себя Юлий, замечая многозначительный взгляд Филиппа. Он не успел даже прочитать эту задачу, слушая объяснения первой. Когда Юлий подошел к доске и взял мел, Михаил внезапно обратился к классу:       – У кого нет вопросов, можете пока открыть двадцатый параграф, почитать про импульс. Юлий, пиши на той стороне доски.       – Хорошо.       Юлий взял учебник со стола и стал записывать «дано» для задачи. Класс зашептался, кто обсуждал задачу, кто импульс. Михаил подошел к Юлию, взял тряпку и стал стирать предыдущее задание.       – На прошлом уроке что-то послушал? – тихо спросил он у Юлия.       – Да, – растерянно отозвался Юлий. – Я слушал, как вы примеры разбирали.       Михаил кивнул и хотел вернуться за стол, но потом вспомнил про доску и сперва закончил ее прибирать. Юлий, с одной стороны, был удивлен, что Михаил подумал о том, что ему было нехорошо и он вряд ли внимательно слушал урок. С другой стороны, его всегда напрягала суета вокруг его здоровья.       Юлий закончил писать «дано», отложил учебник и тоскливо посмотрел на доску. Он помнил, что начинать надо с чертежа, поэтому зарисовал то, что было описано в задаче. Теперь нужно было выбрать ось и расставить силы, что Юлий и пытался сделать. Получалось не очень.       – Какие силы действуют на тело? – включился в процесс Михаил.       – Сила трения.       – Хорошо, отметь ее, – Юлий нарисовал стрелку и подписал ее. – Правильно, еще какие силы тут есть?       – Эм… – на силе трения фантазия у Юлия закончилась, но он все же выдавил из себя еще одну идею: – Сила тяжести?       – Правильно, отметь ее. Еще?       Тут Юлий совсем завис. Он указал на чертеже новую стрелку и обернулся на Михаила. Тот все еще ждал от него ответа.       Он стоял в метре от Михаила и глядя на его лицо, Юлий почувствовал, как его передернуло и поспешно вернул взгляд на доску. Было неловко, и он очень наделся, что если Михаил что-то заметил, то списал это на нервозность замявшегося у доски школьника. Очень не хотелось, чтобы Михаил считал его одним из тех, кто обсуждает его шрам.       – У кого есть предположения? – пока Юлий успокаивался, Михаил обратился к классу. – Реко?       – Сила реакции опоры, – ответила поднявшая руку Реко.       – Верно. Юлий, отметь ее на рисунке. Куда направлено ускорение?       – Сюда? – спросил Юлий, проставив на чертеже новую стрелку.       – Да, верно.       Очевидно, на этом Михаил закончил свою помощь, и Юлий снова остался с задачей один на один. Он проставил оси, написал основное уравнение, которое теперь нужно было переписать в проекциях на оси. Михаил молча наблюдал за ходом его решения, и Юлий подумал, что, значит, он все делает правильно. Однако, когда он дописал второе уравнение, Михаил все же вмешался в процесс:       – Нет, не совсем. Посмотри внимательнее на силу тяжести.       Юлий смотрел внимательнее, но это не помогало. Одноклассники пытались подсказывать ему, но тоже не угадывали.       – Проблемы с косинусами и синусами, да? Давайте еще раз разберем, – Михаил поднялся и подошел к доске рядом с Юлием.       Он кратко расписал, как проецировать силы на оси, когда они находятся под углом, и как вписывать это в уравнения, а затем продолжил на примере чертежа Юлия. Михаил стоял достаточно близко, и Юлий не почувствовал никаких признаков приближающегося приступа.       Просто вдруг потемнело перед глазами, словно выключили свет. Звуки класса, голос Михаила, все это исчезло, и в ушах появился знакомый густой шум, сквозь который Юлий слышал истошные крики. Он чувствовал запах гари и крови, чувствовал будто задыхается, а к горлу подкатила тошнота.       Все закончилось так же внезапно, как и началось. Юлий резко вернулся в реальность, пытаясь вдохнуть. Он отчетливо понимал, что это странное состояние продлилось от силы пару секунд, но с удивлением обнаружил на своем локте крепкую хватку Михаила.       – Что с тобой? – обеспокоенно спросил он, заметив, что Юлий очнулся. – Плохо?       – Н-нет, – заикнувшись ответил Юлий. – Просто… Голова закружилась.       Где-то фоном в его голове снова прозвучал женский крик, и Юлий тяжело сглотнул. Он заметил, что класс записывает что-то и на него особо никто не смотрит, что было к лучшему. Михаил медленно отпустил его локоть.       «Я выглядел настолько паршиво, что ему пришлось ловить меня? На первом уроке меня трясло, на втором я почти упал в обморок прямо у доски. Интересно, насколько немощным я выгляжу в его глазах?» – подумал Юлий.       Он стал подставлять в уравнения числа, но Михаил не садился на место, хоть и отошел немного от него. Юлий все еще боролся с тошнотой, проклиная свое больное состояние и чувствуя на себе внимательный взгляд учителя. Он закончил расчеты, написал ответ и посмотрел на Михаила.       – Хорошо, – кивнул тот. – Все верно, садись на место. Тебе тоже три дополнительные задачи к новому домашнему заданию.       Юлий положил мел и пошел к своей парте. По дороге он осматривал одноклассников, но похоже его близкое к отключке состояние заметил только Михаил. Спокойный и сонный Филипп подтвердил эту теорию.       После третьей задачи, Михаил начал разбирать импульс, как и было запланировано. За оставшиеся полтора урока у доски побывало еще человек шесть, включая Филиппа. Юлия Михаил почти не трогал, задал какой-то вопрос лишь однажды. Несколько раз от голоса Михаила Юлия начинало трясти, так что к концу второго урока у него снова был тремор. К счастью, на такой случай с собой были лекарства. Куда же он без таблеток?       В конце второго урока Михаил задал домашнюю работу, предупредил, что устроит по сегодняшнему материалу небольшую проверочную, и отпустил на пять минут раньше. Все тут же стали собираться, несколько человек Михаил попросил подойти и стал что-то обсуждать с ними.       К Филиппу подбежал взволнованный Нейт, его друг, и куда-то спешно увел, не успев ничего толком объяснить. Юлий посмотрел, какой урок следующий, собрал вещи и решил сходить поесть в столовую.       – Юлий, – позвал его Михаил. – Ты тоже задержись, пожалуйста.       Юлий выругался про себя и подумал, что таблетку лучше выпить сейчас. Он был на сто процентов уверен, что знает, о чем пойдет речь, и не хотел этого разговора.       Максимально незаметно закинув в рот препарат от тремора, Юлий запил его водой, которая была у него с собой всегда, и подошел к первым партам.       Михаил сидел за столом, рядом с ним была Мила, отличница, которая всегда участвовала во всех олимпиадах. В классе остались только они втроем.       – Хорошо, оставь мне все это или скинь на почту, если тебе нужны записи, – сказал ей Михаил. – Ты молодец, что так занимаешься. Я думаю, что у тебя получится все сдать, – он улыбнулся девушке. – Я посмотрю и потом мы с тобой все это обсудим и проработаем, я тебе помогу.       – Спасибо большое! – Мила широко улыбнулась, сунула учителю стопку каких-то листочков и радостно выпорхнула из класса. – До свидания!       – До свидания, – в никуда ответил Михаил, записал что-то в планшете и отложил полученные листочки в сторону.       Юлий нервничал и ждал. Он очень не любил рассказывать о своем состоянии, а Михаил очевидно хочет узнать у него именно о нем. Они остались наедине, и Михаил снял очки и поднял на него взгляд.       – Как ты себя чувствуешь, Юлий?       Юлию захотелось рассмеяться. В который раз уже он слышит от него этот вопрос?       – Я в порядке. Правда.       – Ты уверен, что тебе не нужно ко врачу? – настаивал Михаил. – Если такое состояние у тебя давно, то…       – Такое состояние у меня всегда, – тут же огрызнулся Юлий. – Извините.       Он совсем не хотел грубить Михаилу, но разговоры о его самочувствии всегда выводили Юлия из себя. Он постарался объяснить:       – Дело в том, что… Я не совсем здоров, – Юлий буквально выдавливал это из себя. – И иногда мне… Становится нехорошо. Это нормально.       Михаил не отвечал некоторое время. Он явно заметил, что Юлию неприятно обсуждать свое самочувствие, и теперь тщательно обдумывал, что и как лучше сказать.       – Я понял тебя, – наконец ответил он. – Если что, то выходи из класса, или сразу говори мне, если нужна будет помощь. Хорошо?       – Хорошо, – слишком быстро кивнул Юлий, обрадованный тем, что разговор подошел к концу.       Юлий хотел поскорее уйти, но Михаил посмотрел на почти заживший фингал под его глазом. Этого еще не хватало…       – Иди, а то опоздаешь на следующий урок, – закончил разговор Михаил и стал изучать оставленные Милой листочки.       – Ага, – рассеянно согласился Юлий, он был удивлен, что его так легко отпустили. – До свидания.       – До свидания, – ответил Михаил, не поднимая головы.       Юлий выдохнул только когда оказался за дверью кабинета. Тремор постепенно проходил, таблетки действовали быстро. Его подбешивало подобное внимание к своему здоровью, но очевидно, он сам виноват, что сразу не поставил нового учителя в известность о своей болезни. Все преподаватели были в курсе, чтобы сразу помочь, в случае чего.       Некстати в голове всплыл выразительный голос Кершнера с вопросом, бывают ли у Юлия приступы агрессии? Юлий чертыхнулся и заставил себя успокоиться. Он проверил, сколько у него еще есть времени, и пошел в столовую, как и собирался.