Быть как ты

      Тихий всхлип из уцелевшей кабинки разбудил Гермиону. Она не помнит, как уснула на холодном полу, и теперь всё тело жутко болит. Горло саднит, и девушка хрипло кашляет. Миртл выглядывает из-за стены и прозрачными глазами впивается в Гриффиндорку.       — Я думала, что ты умерла, даже придумала, где выделю тебе личный угол, — призрак ученицы вздохнул, — но ты, к сожалению, всё ещё теплая.       Грейнджер медленно поднимается на ноги, и колени тут же подкашиваются. Гермиона падает, хватаясь за раковину рядом с собой, но она не успевает спасти её от удара. Холодный кафель острым углом впивается в ладони девушки, оставляя на них красные следы — порезы. Гермиона стискивает зубы и предпринимает ещё одну попытку встать.       — Уже уходишь? — Миртл подлетела ближе, чтобы рассмотреть свою гостью. — Я буду скучать.       Грейнджер упирается руками в стены и бредёт вдоль коридора. Хогвартс спит, как и портреты, висящие по обе стороны от студентки. Гермиона резко отталкивается от стен и хватается за голову, в которой неожиданно появляется звон. Он доносится отовсюду и ниоткуда одновременно. Руки закрывают уши, но писк, разрывающий перепонки, продолжает усиливаться.       Превозмогая боль и извилистый путь, Гермиона всё же доходит до полной дамы и произносит пароль. Женщина с картины недоверчиво посмотрела на отличницу, но путь открыла. «Я посплю только часик», — думает Гермиона, когда укладывается в свою холодную постель.       Глаза резко распахиваются — Грейнджер что-то вытягивает из липкого, страшного сна. Она сгибается пополам, стараясь не упасть с кровати, и, когда глаза начинают фокусироваться на объектах, подтягивает к себе часы.       — Чёрт! — крикнула Гермиона.       Первый урок по ЗОТИ только что подошёл к концу, и если она поспешит, то вполне успеет к началу второго. Гермиона быстро натягивает свежую одежду, обувает ботинки и берёт пергамент, покоившийся в тумбочке.

***

      Беллатриса измеряет шагами кафедру, пока её студенты выписывают заклинания из учебника. Последняя парта пуста — ведьма хмурится и проводит руками по угольно-чёрным кудрям. Малфой изредка поглядывает на свою тётю, а затем туда, где сидит Грейнджер. Его нижняя губа дрожит, и слизеринец чувствует всем телом неладное.       Ко второму уроку Гермиона и правда успела. Запыхавшись, она врывается в кабинет, придерживая края длинной чёрной мантии. Глаза Блэк расширяются, когда она видит свою студентку на месте.       — А сейчас мы испробуем на практике всё то, что вы прочли в учебнике на первом занятии, — Беллатриса делает недвусмысленный акцент на последних двух словах, и это не проносится мимо ушей Гермионы. — Делимся на пары, и никакой самодеятельности. Грейнджер, — рявкает Белла, подзывая ученицу к себе, и девушка вздрагивает. — Я вижу, вам наскучили мои занятия, — произносит профессор, когда Гермиона остановилась у её стола. — Я могу дать вам перерыв, если тяга к знаниям пропала так внезапно.       Гермиона держится. Она моргает чаще обычного, прогоняя тоску, нахлынувшую на её.       — Что вы молчите? Нечего сказать? — Беллатриса продолжает язвить и не сводить тёмного взгляда с девушки.       — Извините, профессор, — Гермиона опустила голову, — я могу обещать, что такого больше никогда не повторится.       Уизли следит за разговором и довольно улыбается, пока Поттер мучает свою волшебную палочку сложным заклинанием. Рон разворачивается лицом к Пэнси, и девушка ехидно подмигивает волшебнику.       — Я могу идти? — тихо спрашивает Гермиона, переминаясь с ноги на ногу.       — Нет. Доставайте палочку и повторяйте.       Беллатриса на своём примере показала, как нужно взмахнуть палочкой, и теперь выжидающе смотрит, как это должна повторить Гермиона. Волшебница медленно достала свою палочку и в точности повторила движения преподавателя.       — Неплохо, — оценила Блэк, — а теперь вместе со словами.       Яркая искра неожиданно вылетела из кончика палочки Гермионы и тут же испепелила цветок, стоявший на подоконнике Беллатрисы. Ведьма с сожалением посмотрела на теперь мёртвое растение и попросила девушку не направлять на неё кончик.       — У кого-нибудь ещё получилось выполнить заклинание? — спросила Белла, и увидела толпу отрицательно махающих голов. — Поздравляю, у тебя отлично получилось, — уже тише произнесла Беллатриса, поглядев на груду земли на полу.       Гермиона, всё ещё стоявшая в немом шоке от случившегося, нашла в себе смелость пошевелиться.       — Извините меня, я не хотела, — девушка заглянула за плечо профессора.       — Не стоит беспокойств, — отмахнулась Белла, — надеюсь, вы не забыли, какое заклинание накладывает на создателя щит.       Грейнджер повезло, что она устояла на ногах. Беллатриса выпустила из чёрного кончика волшебной палочки яркое красное пламя, но оно быстро ударилось о поверхность серебристого щита. На лице Блэк появилась самодовольная ухмылка, и она обошла стороной свою ученицу. Гермиона нахмурилась, убирая с лица выбившиеся пряди волос, и посчитала, что профессор так наказывает её за прогул.       Блэк вновь произносит заклинание нарочно громко, чтобы девушка успела вызвать защиту, но вместо этого Гермиона выпустила ответное проклятие, и два огня слились воедино. Руки ведьмы будто пронзил электрический заряд, и её палочка заметно завибрировала. Зелёный и красный огни встретились между их телами, конкурируя друг с другом.       Белла удивлённо смотрит, как Гермиона морщится, но держит напор. Беллатриса нажимает на рукоять, и зелёный свет заполняет собой небольшой отрезок красного пламени Грейнджер. Поттер удивленно открыл рот, застыв в одной позе, а Пэнси и Драко сделали несколько шагов назад.       — Достаточно, — произносит Белла, и волшебницы одновременно взмахивают палочками.       Магия рассоединяется, оставляя после себя запах пороха и серый дым.       — Пять очков Гриффиндору. За отличную реакцию и выносливость, — Белла улыбнулась удивлённой Гермионе.       — Только пять? — волшебница спросила так, чтобы только Блэк услышала вопрос.       — Не зазнавайтесь, Грейнджер.

***

      Гермиона ждёт, когда осенний холодный закат накроет собой Хогвартс. Филч медленно расхаживает по едва освещённым коридорам на пару со своей кошкой. Он напевает песенку ей на ухо, поглаживая загривок животному, и продолжает патрулировать школу.       Лёгкими тихими шагами Грейнджер пробирается к секретному выходу, что находится позади туалета для мальчиков. Девушка быстро перебегает от одного укрытия к другому, выслушивая по дороге от портретов, какая она непослушная девчонка. Но сейчас ею движет невидимая ранее храбрость. Гермиона подумала, что ничего не потеряет, если её сегодня застукают ночью не в постели.       Аргус свернул в крыло Слизерина, и волшебница в очередной раз проскочила мимо кабинета. Она дошла до женского туалета, осмотрелась и быстро побежала дальше. Гермиона узнала об этом проходе ещё на пятом курсе и частенько им пользовалась, когда по ночам ей хотелось прогуляться под звёздами. Грейнджер подбегает к двери, ведущей в чулан, шепчет пароль, и перед ней открывается проход в тёмный коридор.       — Люмос, — тихо произносит волшебница и продолжает путь.       Туннель ведёт прямиком к саду профессора Стебль, который она очень кстати не запирает на ночь. Гермиона крадучись спешит на выход, чтобы, наконец, вдохнуть свежего воздуха. От едкого запах плесени и влаги девушка чихает, затем замирает и прислушивается. За Гермионой следует только её собственная тень, и девушка расслабляется.       Длинный душный коридор позади, и волшебница позволяет себе набрать полные лёгкие чистого ночного воздуха. Она улыбается полумесяцу, что так ярко освещает ей дорогу, и тушит огонёк на кончике палочки.       Сад открыт, и сразу на входе её встречает ядовитый плющ. Он резко выпускает толстый стебель вперёд, пытаясь ухватить волшебницу за шею, но Гермиона произносит успокаивающее заклинание, и растение никнет.       — Оно должно быть где-то здесь… — шепчет Грейнджер сама себе, разглядывая разнообразные растения в горшках.       Несколько шагов вперёд — вглубь длинной теплицы, — и Гермиона запинается о корень, торчащий из земли. Девушка успевает выставить руки вперёд, чтобы не свалиться в грядку с крапивой, и цепляется за край стола.       «Почти упала», — думает волшебница, отряхивая ладони от земли.       Растения, как живые существа, самого разного окраса и формы, будто оживились, когда Гермиона кралась по их территории. Девушка старается не отвлекаться на пустяки, но каждый цветок, каждый корень так и норовили задержать её здесь как можно дольше.       — То, что надо, — радостно произносит Гермиона, протягивая руки к небольшому глиняному горшку.       Росток мяты, пересаженный недавно отдельно от своих сородичей, чуть согнулся от неловких прикосновений человека, но когда девушка заговорила с ним, зелёный стебель выпрямился. Гермиона чувствует себя немного неуютно, пока несёт украденный саженец обратно в Хогвартс.       Узкий и длинный коридор позади, и волшебница вновь оказывается в свете тусклых факелов. Филч уснул, сидя на стуле, напротив Выручай-комнаты. Его храп разносится на несколько этажей, и теперь Гермиона уверена на все сто процентов, что угроза миновала.       До чёрной двери самого тёмного и загадочного кабинета Хогвартса всего пара метров. Ручка с лёгкостью поворачивается по часовой оси, и дверь поддаётся, издав жалобный скрип. Гермиона внутри, держит саженец на уровне груди и оглядывается по сторонам.       Вокруг никого, и волшебница позволяет себе смелее пройтись вглубь кабинета. Острый угол деревянного стола больно ударяет девушку в ногу, и Гермиона приглушённо шипит на него. Через метр от случившего на волшебницу напал стул, оказавшийся внезапно посреди прохода.       — Мерлин, — шепчет Гермиона и колдует Люмос.       На подоконнике, где день назад стоял пышный зелёный цветок, сейчас только сажа и резкие мазки от искр проклятия. Шаги послышались за спиной девушки, и Гермиона не придумала ничего лучше, как быстро спрятаться под преподавательский стол, притянув к себе растение.       — Здесь нам точно никто не помешает, — в голосе Беллатрисы слышно раздражение. — Альбус, ты знаешь, что не в силах меня остановить.       Дамблдор шуршит плотной мантией, усаживаясь на ближайший стол. Узкая полоска света, тянущаяся из коридора, освещает небольшой кусочек кабинета.       — Знаю. Именно за этим я и позвал тебя поговорить, — мужчина сложил руки на колени. — У меня есть план, но он безумный.       — Нет ничего безумнее приближающейся войны, — отвечает Блэк и смотрит на волшебника.       — Том Реддл не умер тогда только по одной причине — это крестражи. Вероятно, даже не один. Уничтожение каждого из них приведёт к окончательной его смерти.       Беллатриса сделала несколько шагов в сторону, раздумывая над тем, что сказал Альбус. Гермиона замерла под столом, прикрывая рот рукой, чтобы ничем не выдать здесь своё присутствие. Она слушает, как размеренные шаги доносятся из стороны в сторону, а Дамблдор тихо дышит и ждёт ответа.       — Где мне их искать?       — В этом и заключается проблема, Беллатриса. Я не знаю, но у меня есть догадка насчёт одного из них.       — Говори же, — Блэк развернулась к мужчине спиной, облокотившись о стол руками.       — Он там, где две скалы воссоединяются вместе. Где волны мёртвого моря бьют чёрные камни. И где отвесная скала прячет тёмный проход.       Брови Беллатрисы взмыли вверх, когда она услышала сказанное.       — А есть что-нибудь точнее этих сказок, Альбус? Может быть, хотя бы часть света? — Гермиона слышит, как Белла начинает злиться. — На кону тысячи жизней. Как мне найти это место?       Дамблдор лишь пожал плечами. Казалось, это совсем не волнует мужчину. Он только поправил очки, сдвинув их ближе на переносицу, и откашлялся.       — Это всё, что мне известно, — вздохнул старик, — а сейчас мне пора. Ты хотела услышать мои догадки — я рассказал тебе о них.       Блэк в ярости: красная вена на шее вздулась от невозможности разрушить всё вокруг. Но Альбус вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь, и Белла сразу же выпустила поток искр в грифельную доску. Деревянный осколки с шумом разлетелись по кабинету. Гермиона, сидящая под столом, чувствует, что из-за нахлынувшего волнения у неё кружится голова. Она вновь стала свидетельницей того, что не следовало слушать другим людям.       — Чёртов старик, — говорит Блэк, разрушая скамью перед собой.       Беллатриса стучит ладонью по столу и быстрыми, резкими движениями пропадает из кабинета. Дверь захлопнулась так же громко, как громко разлетелась деревянная скамья студентов. Гермиона посидела под столом пару минут, прислушалась и поняла, что теперь она точно находится одна.       Грейнджер быстро ставит цветочный горшок на искалеченный подоконник и бежит к выходу. К её счастью, она больше никого не встретила этим странным вечером. Оставшуюся часть ночи Гермиона не могла спать. Она думала лишь о том, куда хочет отправиться Беллатриса и что находится в том месте: в скале, где море.

***

      Обычно профессор Блэк не позволяет кому-то опаздывать на свои уроки, но сегодня в правиле появилось исключение. Скучающие студенты водят пальцами по уже целым партам и переговариваются друг с другом, пока преподавательский стол пустует. Гермиона беспокоится. Может ли ночное происшествие как-то серьёзно отразиться на здоровье ведьмы?       Дверь распахивается, и металлическая ручка звонко ударяется о противоположную стену.       — Страница сто двадцать, — рявкнула Белла.       В руках женщина несёт несколько больших книг и с усилием выкладывает их на стол. Пыль, скопившаяся между страниц, облачком вылетает из них, оседая рядом. Блэк резко остановилась, её рука замерла на полпути к палочке, а тёмные глаза сверлят маленький росточек мяты на подоконнике.       Гермиона резко опустила голову, стараясь не улыбаться. Она прислушивается к каждому шороху в классе. Блэк до сих пор не спалила растение, а значит, есть вероятность того, что она оставит его у себя. Беллатриса опустила руки и подошла ближе к новому обитателю своего класса. Она прикоснулась к его листикам, и запах мяты разошёлся вокруг неё. Она улыбнулась краем губ, задержав пальцы на ростке.       На этом занятии не было дуэлей и практики. Все два урока у шестого курса Беллатриса просидела молча, вчитываясь в старые сборники и книги о тёмных искусствах. Она иногда поглядывает на зелёное пятно на подоконнике и скрывает улыбающиеся глаза за страницами книг.       Когда Блэк отпускает всех с последнего занятия, Гермиона немного задерживается в дверях, поправляя мантию. Девушка смотрит на преподавательский стол, скользит по ветхой обложке и встречается с чёрным взглядом Беллы. Глаза ведьмы ехидно смотрят на волшебницу, и Гермиона чувствует, что её раскрыли.