Сборник остывшей картошки.

      Серо-зелённая комната без обоев, два алюминиевых табурета, передатчик. Это всё, что было в комнате, не считая человека. От смерти его отделяло всего ничего - скажи правду и будь свободен от этой грязной комнаты, от всей Мясной Коробки. Ему нужно лишь сказать, заложить фундамент для других героев, что всех спасут. Но он не увидит спасения, его некому спасать, о нём никто не вспомнит. Не кому будет вспоминать, все будут заняты самоспасением, а потом окажется, что заложил фундамент вовсе не этот он, а кто-то другой.       Только теперь Август не был уверен, что хочет открыть всем глаза. А зачем, если тебя никто не вспомнит и всем будет плевать? Ведь потом, после спасения людей Куба, найдётся новая проблема, новый герой будет также сидеть в каком-нибудь брошенном секторе и его героизм никто не вспомнит. Только отметят, что кто-то всех спас, а кто - какая к чёрту разница?       Последние возможные зацепки, выводившие внутренние власти на личность Августа давно были уничтожены, но стоит ему только попытаться рассказать людям правду и больше зацепок не понадобится, оправданий для казни тоже не понадобится - его убьют. Он сам одел на горло петлю, взяв на себя роль освободителя, и властям осталось лишь дождаться повода, чтоб выпнуть из под его ног спасительную табуретку.       Август, ссутулившись, сидел на табурете, а напротив него, всё на таком же табурете стоял передатчик. Герой смертельно устал, вторые сутки без сна, всё позади, но спать уже не нужно.       Не в силах сидеть на горячем табурете, Август встал и начал бесцельно ходить по грязной подвальной комнате. Совсем недавно тут была прекрасная мастерская. Здесь чинили почти всё, от механических имплантов, до тостеров и обогревателей, но теперь тут было пусто.       Проведя ладонью по тёплому бетону стены, будущий герой зацепил неровность - сюда, в припадке благой ярости, он швырнул чей-то чайник, принесённый на починку. А как хорошо всё начиналось! Правительство щедрилось - поощряло малый бизнес, обещало льготы и пенсии, за участие в эксперименте. А потом Куб Нового Мира стал Мясной Коробкой, снаружи будто началась война и подопытные резко стали никому не нужны.       Вентиляции уже давно перестали работать так, как надо, трупы больше не вывозились, внутренняя полиция стала самыми главными бандитскими образованиями. Снаружи апокалипсис ещё не начался, но он уже не за горами, как поговаривали в улицах-коридорах, а жители Мясной Коробки решили устроить его раньше. 《Скажи людям, что апокалипсис завтра и они устроят его сегодня》 - процитировал про себя Август, автора он не помнил. Но войны снаружи не было, это была ложь. А Мясная Коробка потеряла всякое сообщение с открытым миром не потому что все высшие чины заняты проработкой стратегий, проведением переговоров или чем-то ещё, нет, вовсе нет. Всё было куда проще - эксперимент себя не оправдал, больше в нём не было смысла, а выплачивать льготы и пенсии стало не выгодно.       Август мог всё это рассказать, попытаться успокоить беснующихся людей - всех спасти, но уже не хотел. Зачем? Ему ведь не удастся пожить среди спасшихся и почестей ему не воздадут. Альтруизм, толкавший его на риск, адреналин, кипятящий кровь, вера в людей, заставляющая желать всеобщего блага, нездоровый азарт повстанчества - всё исчезло здесь, в этой комнате, стоило лишь попытаться осмыслить происходящее.       Покачиваясь, едва переставляя ноги, герой вышел из подвала, попав на одну из улиц-коридоров.