Вечерние посиделки

      Ёнджун жадно впивается в губы Бомгю, нависая над ним на диване. Младший покорно ложится на спину и тянет руки к старшему, желая притянуть ближе. Ёнджун всё настойчивее целует, отставляя влажные следы и на губах, и на скулах, и на лбу, и на подбородке. Затем он переходит к шее, нетерпеливо проводя языком по всей коже, от чего Бомгю вздрагивает и зарывается пальцами в волосы Ёнджуна, закрывая глаза от нарастающего удовольствия.       Старший задирает футболку, открывая себе вид на соски младшего, которые тоже не оставляет без внимания, оттягивая и прикусывая их. Бомгю приглушённо мычит и слегка дрожит, закусывая нижнюю губу. Ёнджун тем временем скользит губами по его животу, но, остановившись перед застёжкой брюк, поднял взгляд на Бомгю. Тот уверенно кивнул и даже сам расстегнул ширинку, моментально сняв брюки с нижним бельём и откинув их на пол. Бомгю закинул ноги вверх и отвёл взгляд в сторону, скромно приглашая войти в него.       Ёнджун тут же обхватил руками ягодицы и прильнул губами к его анусу, от чего у Бомгю побежали мурашки по всему телу. Затем Ёнджун долго и мучительно растягивал Бомгю, посылая младшему волну неописуемых ощущений, постепенно вставлял пальцы и специально доходил до простаты, задерживаясь на ней, и дразнил каждый раз, когда вынимал пальцы. Бомгю на это мог лишь вопить и постанывать, не зная куда себя деть, он закрыл лицо локтями, краснея от смущения и стесняясь собственного голоса.       Когда Ёнджун закончил с подготовкой, то опять поднялся к Бомгю и, убрав руки с его лица, увидел, что на глаза младшего проступили слёзы, словно сияющие бриллианты. Ёнджун взял лицо Бомгю в руки и большими пальцами стёр слезинки, наклонившись к нему и соприкоснувшись лбами, закрыл глаза и младший вместе с ним. Ёнджун трепетно поглаживал скулы Бомгю, улыбаясь, а он обвил руками шею и, не говоря ни слова, уверено поцеловал старшего. Поцелуй оказался нежным, заботливым, а старший приложил максимум усилий, чтобы донести до младшего через него всю решимость намерений.       Отстранившись, Ёнджун напоследок чмокнул младшего в нос, на что Бомгю хихикнул. Старший снял с себя джинсовку и выкинул куда подальше, та же участь постигла и майку, затем он расстегнул молнию джинсов и скинул их на пол вместе с боксерами. А младший избавился от кардигана и футболки, почувствовав неприятный холодок.       Пододвинув Бомгю поближе к себе, Ёнджун начал медленно входить в него. Младший жмурится от дискомфорта, но всё равно впускает старшего, стараясь хорошо расслабиться, ведь у него нет причин бояться. Когда Ёнджун полностью вошёл, удерживая Бомгю под коленями, оба протяжно вздохнули. Бомгю опять не знает куда деть руки, поэтому хватается за подлокотник дивана, задрав их за голову.       Ёнджун неторопливыми движениями осваивается внутри Бомгю, задевая его простату, от чего младший негромко вскрикивает и закатывает глаза от возбуждения, которое во всю сочится из его члена. Через пару тройку таких аккуратных движений Ёнджун наклонился к лицу Бомгю, оперевшись руками по бокам, и начал прибавлять темп. Бомгю не выдерживает и обнимает Ёнджуна, вонзаясь ногтями в его спину.       Ёнджуну пришлось прижаться ближе, чтобы младшему было удобнее за него держаться и прятать своё лицо в плечо старшего. Бомгю больше не мог сдерживать возгласы и стоны, так и льющиеся с его уст. Он плавится под Ёнджуном и растворяется в нём, и совершенно не контролирует издаваемые звуки. Бомгю чувствует себя волшебно, как и Ёнджун собственно. Продолжая вдалбливаться в младшего, он осознает, что становится зависим от этих ощущений. Ёнджун с наслаждением ловит моменты, когда Бомгю сжимает его и молит, чтобы тот как можно быстрее кончил в него.       Их пылающие тела трутся между собой, смешивая их запахи и пот. Парни чувствуют, как вот-вот наступит долгожданная разрядка. И ровно спустя секунду после этой мысли Ёнджун вонзается в Бомгю настолько глубоко, насколько позволяет организм, пригвождая парня к дивану всем своим весом. Бомгю рвёт глотку от настигшего оргазма, эйфории и ощущения наполненности. Ещё через каких-то пару секунд Ёнджун с рваным дыханием отстраняется от Бомгю, оценивая его состояние.       Младший тоже прерывисто дышит, волосы прилипли ко лбу и шее, глаза затуманено смотрят на Ёнджуна. Ему не понравилась прохлада, что вновь кольнула его, стоило старшему отстраниться, поэтому он тут же притянул Ёнджуна обратно, крепко обняв. Ёнджун не смел сопротивляться и тоже обнял в ответ, целуя в щёку. Бомгю снова начинает плакать, чувствуя близость и нужность.

***

      Ёнджун резко вскакивает в постели, оглядывается по сторонам, убеждаясь, что находится в своей комнате и своей квартире.       «Это был сон?», — первое, что пришло в голову парню, после пробуждения.       Наконец придя в себя, Ёнджун продрал глаза и потёр переносицу.       «Всего лишь сон, но слишком уж реалистичный и чувствовалось всё, как взаправду. Даже сейчас чувствую…», — не успел парень погрузиться в свои раздумья, как его внимание привлек традиционный утренний стояк.       «Как всегда вовремя…», — Ёнджун недовольно поплёлся в ванную.       Закрыв дверь ванной комнаты и сбросив пижаму на кафельный пол, парень встал под душ и включил холодную воду, чтобы остудить и голову, и тело. После сна тело кажется каким-то вязким и ватным, будто он действительно занимался с кем-то сексом. Благо эрекция довольно быстро спала, и Ёнджун переключил воду на горячую, чтобы вымыть голову и собраться на работу. Намыливая волосы шампунем, парень вернулся к привычным рассуждениям.       «Этот сон… Почему в нём был Бомгю? Почему всё происходящее настолько отчётливо отпечаталось в моей голове, что теперь мне кажется, что это не сон, а воспоминание? Одна сказка и сразу грязные фантазии поплыли? Хотя это было уже неделю назад. И то я сбежал, когда понял, что у меня встал от чтения этих сказок. Я не думал, что раз он читает подобного жанра литературу, то и пишет соответствующее… Я всего на всего хотел быть вежливым и похвалить то, что у него хорошо вышло, но я никак не ожидал возбудиться и выбежать из квартиры, не объяснив свой уход. Он, наверное, расстроен, раз теперь избегает меня. После того вечера я его ни разу не видел.», — Ёнджун смыл остатки шампуня, и, выйдя из душевой кабины, обернул полотенцем нижнюю часть тела.       Одевшись в деловой костюм и уложив волосы, Ёнджун взял небольшой плоский чемоданчик и вышел из квартиры. Стоило ему закрыть дверь и повернуть голову в сторону соседней квартиры, он столкнулся взглядом с Бомгю.       — О, хён. Доброе утро, — поздоровался Бомгю, повседневно улыбаясь.       — Доброе, а ты чего так рано? — Ёнджун удивился, что смог-таки застать юношу.       — Мне сегодня к первой паре, поэтому встал пораньше.       — Ах, да. Ты же ещё учишься…       — Ничего страшного, хён. Хорошего дня, — Бомгю поспешил к лифту, который тут же закрылся, когда юноша переступил его порог, на прощание помахав старшему.       «Почему ты снова оправдываешься? Это по поводу того, что у меня память короткая или того случая с золушкой? Или просто непрямым текстом просишь сделать вид, что опять ничего не было?», — Ёнджун смотрел на закрытые двери лифта, гадая как реагировать в такой ситуации.       — Извините, это вы недавно переехали? — раздался голос неподалёку.       Вернувшись в реальность, Ёнджун обернулся на голос. Перед ним стоит парень немного ниже его ростом, с тёмными волосами, закрывающими уши, и разведённой чёлкой, одет простенько, но со вкусом: ярко-синий джемпер, белые джинсы и серебряная цепочка на шее.       — Да, — коротко отозвался Ёнджун.       «И почему всех так волнует факт моего переезда? И что ещё важнее откуда они об этом узнают?»       — Я Кан Тэхён, живу в конце коридора, мне двадцать один, рад знакомству, — Тэхён слегка поклонился.       — Чхве Ёнджун, двадцать четыре года, взаимно, — Ёнджун поклонился в ответ.       — Ёнджун-хённим, я хочу предупредить тебя, — голос Тэхёна прозвучал настораживающе.       — О чём? — смутился Ёнджун, будто пропустил новость, что у всех на слуху.       — Не общайся с Чхве Бомгю, — отчеканил Тэхён.       У Ёнджуна глаза на лоб полезли, и он непонимающе изогнул бровь, требуя тем самым объяснения.       — Он извращенец, — прошептал Тэхён, подойдя чуть ближе и загородив рот рукой, – пишет гейские фанфики, используя своё имя и того, кто ему приглянулся. Обычно берёт какую-нибудь существующую сказку и переделывает её под свои больные фантазии.       — Ну, я не сказал бы, что больные, — попытался возразить Ёнджун, но Тэхён его перебил.       — То есть, он уже и на тебя глаз успел положить? — Тэхён отошёл на пару шагов, ахнув от испуга.       — Нет-нет! Бомгю-я ничего такого мне не сделал. Он очень добродушный и безобидный человек, — Ёнджун замахал руками.       — Но фанфик уже написал, я прав? — настаивал на своём Тэхён.       — Да, — неуверенно согласился Ёнджун.       — Тогда тем более необходимо оборвать все связи с ним! Неизвестно, когда он начнёт приставать к тебе, Ёнджун-хённим. Возможно, пока ему будет хватать того, что он воплощает свои фантазии на бумаге и дрочит по ночам, представляя тебя с собой. Но в какой-то момент Чхве Бомгю может наброситься на тебя или вообще изнасиловать.       «Не то, чтобы меня это смущало. Я сам-то демисексуал*. И я просто был в шоке от прочитанного, но там не было ничего такого, чего стоило бы бояться. Или это были цветочки? В любом случае, ты — Кан Техён, намного больше мне не нравишься, раз так открыто обвиняешь человека без доказательств»       — Я вижу, что ты не веришь мне, Ёнджун-хённим, да? Однако я не из воздуха это всё взял, я сам был его очередной жертвой, — увидев сомнения в глазах Ёнджуна, Тэхён решил подлить масла в огонь.       — Он написал про меня с ним красную шапочку, где я был волком, а он красной шапочкой. Могу отправить, у меня сохранилась переписка с ним. Как ты записан в KakaoTalk?       — Вот, — протягивает Ёнджун свой телефон, показывая контакт.       — Можешь пролистать до постельной сцены на природе. И сам убедишься, — переслал что-то Тэхён, – помимо этого, я лично застал его за мастурбацией с секс-игрушкой в заднице, а в его стонах было моё имя.       На этих словах лицо Ёнджуна скривилось.       — Ёнджун-хённим, я только хочу, чтобы ты не повторял моего опыта, поэтому прошу не общайся и даже не здоровайся с Чхве Бомгю, обходи его квартиру стороной или по возможности переезжай в другое место.       — Спасибо за беспокойство. Я обязательно подумаю над твоими словами, Тэхён-а. А сейчас я извиняюсь, но мне нужно бежать на работу.       — Да-да, конечно. Извини, что так вдруг подошёл и завёл разговор.       — Ничего, до свидания, — попрощался Ёнджун, заходя в лифт, что только что приехал.       — До встречи.       «Вот что-что, а с тобой следующих встреч мне не хочется. Ненавижу таких категоричных гомофобов, что бесятся при виде радуги и орут на всю страну, что с такими людьми дел не надо иметь. По сути это личная жизнь Бомгю, которая меня не касается. Он лишь попросил меня читать свои рукописи, а не участвовать в их воплощении в реальность. Но что меня напрягает, так это слова Тэхёна о том, что тот его очередная жертва. Откуда он знает, что Бомгю до него и с другими людьми поступал так же? И действительно ли он заходил дальше эротических сказок? Домогался ли вживую кого-либо? И как Тэхён смог застать его за мастурбацией, если только не знал код от квартиры и зашёл в самый неподходящий момент? Или пацан возбудился за их декламацией и отошёл в другую комнату по-быстрому снять пар? Я это никак не проверю, только если не спрошу лично у Бомгю», — Ёнджун облокотился спиной о железную стенку лифта, уставившись в потолок.       Когда на панели загорелась цифра первого этажа, двери открылись, а Ёнджун вышел из лифта и зашагал к двери подъезда.       По дороге до автобусной остановки, парень решил зайти в ближайшую кафешку за кофе. Но только он собирался взяться за ручку двери, как из кафе вышел хорошо знакомый паренёк.       — Ой, хён. Извини, что путаюсь под ногами, — беззаботно пролепетал Бомгю, торопливо удаляясь от Ёнджуна.       Тот и рот открыть не успел, а младшего уже и след простыл.       «И вот снова ты за своё. За что ты извиняешься?», — он застыл в дверях, ловя взглядом далёкий силуэт Бомгю.       Ёнджун зашёл-таки в кафе, поджав губы и досадно вздохнув. Он подошёл к стойке, за которой стоял бариста высокого роста с тёмными коротко постриженными волосами, лезущими на лоб, этот парень злобно стрелял глазами сквозь окна заведения.       — Американо со льдом, пожалуйста, — попросил Ёнджун.       Бариста лишь кивнул и принялся выполнять заказ, переводя взгляд на приборы под рукой.       — Прошу прощения, что лезу не своё дело, но… Вы знакомы с человеком, который только что вышел? — не отрывая глаз от своего занятия, поинтересовался бариста у Ёнджуна.       — Вы про парня с длинными волосами? Да, я его знаю, — Ёнджун повернул голову в сторону окна, мысленно представляя силуэт Бомгю на горизонте.       — Просто приятели или, — продолжил бариста свои неуместными вопросы, параллельно готовя кофе, но оборвал себя на полуслове.       — А какое это имеет к вам отношение? — не сдержался Ёнджун.       После этого вопроса, парень за стойкой поднял на него взгляд и осуждающе выплюнул:       — Такое, что вы общаетесь с на голову больным человеком, который будет моститься к вам и не отлипать, как банный лист. Мы с ним ходили в одну старшую школу и в день выпускного он…       — Субин-щи, правильно? Отдайте, пожалуйста, мой кофе, — Ёнджун прочитал имя на бейджике парня, предполагая, что они с ним ровесники.       — Он признался мне в романтических чувствах, а когда я отверг его, он в этот же день чуть ли не спрыгнул со школьной крыши, — Субин поставил на стойку готовый американо, быстро закончив рассказ.       Ёнджун на мгновение остолбенел от услышанного, но забрал заказ и сразу расплатился, приложив карту к терминалу. И хотел развернуться, чтобы как можно скорее уйти.       — На самом деле я мог бы закрыть на это глаза и забыть этот инцидент, если бы после этого не наткнулся на тетрадь с незамысловатой новеллой, когда приносил его вещи в больницу.       «В больницу?..», — Ёнджун застыл и встал спиной к Субину, позабыв как дышать.       — Сюжет был похож на рапунцель за исключением нескольких деталей: главные герои оба парни, которые носили моё с Чхве Бомгю имена, а в конце истории была постельная сцена, включающая… Фетиши, — Субин сквозь зубы процедил последнее слово, с пассивным отвращением разъясняя свою позицию.       Ёнджун всё так же стоял спиной к собеседнику, сжимая кулаки с чемоданчиком и кофе, однако, переварив полученную информацию, сразу покинул кафе, жалея, что вообще в него зашёл.       «Вижу, ты прославился на весь район, Бомгю? Правда не совсем, как писатель, к сожалению», — Ёнджун был крайне зол, что чуть ли не каждый человек начинает лезть к нему, стоит тому на виду у всех поговорить с Бомгю хоть немного.       «Однако кое-что не сходится в его рассказе. Если Бомгю не прыгал с крыши, то почему Субин навещал его в больнице после признания? А если спрыгнул, то насколько серьёзными были его травмы? Как долго он восстанавливался? И дело здесь не только в физических травмах», — Ёнджун остыл, глотнув кофе и дойдя до автобусной остановки.       Нужный автобус пришёл, как по первому зову. Ёнджун сразу сел на него и уставился в окно, отключая мозг от всех возможных мыслей.

***

      Пары в университете пролетели незаметно. Бомгю сидел в университетской столовой и не отрывал глаз от телефона, всматриваясь в их с Ёнджуном переписку, где он попросил старшего встретиться с ним после занятий, потому что хотел поговорить, на что тот согласился без всяких расспросов. Контактами они успели обменяться ещё при первой встрече, чтобы быть на связи в случае чего, раз собирались проводить вместе каждый вечер.       «Зря я всё это затеял. Не надо было изначально впутывать хёна во все эти истории. Мало того, что я напоролся на старых знакомых, которые меня на дух не переносят, высока вероятность, что они наговорили хёну гадостей из-за меня, раз мы вышли в одно время», — Бомгю обеспокоенно вздыхал.       «Я наивно думал, что наконец-то могу рассчитывать на что-то, но реакция хёна… Думал, что лучшем решением будет не беспокоить его какое-то время, но растерялся, увидев хёна в костюме… Хён слишком добрый, чтобы отказать мне в просьбах, интересно как бы он смотрелся, если бы…», — Бомгю мечтательно расплывался в конце каждой мысли, тая быстрее клубничного мороженого, которое они в тот вечер не доели.       Вырвать из фантазий его смогло только уведомление на погасшем экране телефона с сообщением от Ёнджуна, что он на месте. Бомгю широко улыбнулся, прочитав это, и накинул шоппер, стремительно покидая столовую.       Подходя к воротам университета, Бомгю замечает, что Ёнджун оказался не один. Он столкнулся с юношей примерно одного с Бомгю роста, с волнистыми удлинёнными волосами каштаново оттенка, одетого в чёрную куртку поверх чёрной футболки с английской надписью и простенькие джинсы с дырами на коленях. Бомгю инстинктивно спрятался за одной из кирпичных колон, сжав лямку шоппера. Он был достаточно близко, чтобы услышать их разговор.       — Извините, я был слишком не внимательным, — студент собирал на асфальте рассыпанные бумаги.       — Ничего страшного, я задумался о своём и встал, как истукан, — отмахивался Ёнджун, помогая подбирать бумаги.       — Держи… Хюнин-а, верно? — Ёнджун протягивает, судя по виду, распечатанный конспект лекций студенту, подписанный именем Хюнин Кай.       — Благодарю.       — А подскажи, занятия в этом университете закончились?       — Да, все расходятся по домам, а если кто-то и остаётся, то скорее всего занимается клубной деятельностью. А для чего интересуетесь? Ждёте кого-то? — полюбопытствовал Кай.       — Да, жду… Друга. Мы договорились встретиться.       — А! Он ваш хубэ, я правильно понимаю? Вы тоже учились в этом университете?       — Нет, не совсем так… Мы с ним соседи. Его зовут Чхве Бомгю, может быть ты его знаешь, — Ёнджуну стало неловко от того, что он не знает, как объяснить его заинтересованность в университете, который он не заканчивал.       — Бомгю-хён? Я его знаю. К сожалению или к счастью, — лицо Кая помрачнело, как дождевые тучи.       — Почему к сожалению?       — Просто мы разошлись не очень хорошо.       «Только не это!..» — Пронеслось в голове у Бомгю, желая поравняться с землёй от стыда, и закрыл лицо ладонями.       — Вы подрались или поругались? — предпринял попытку Ёнджун, надеясь на что угодно, кроме…       — Наши вкусы и интересы не совпали. Бомгю-хён просил меня давать комментарии по поводу его творчества, но оно мне, мягко говоря, не понравилось.       «Есть хоть один человек в этой округе, который не скажет мне, что знает Бомгю, как писателя эротических сказок?», — устало жаловался Ёнджун, которому надоело слушать это третий раз за сегодня.       — Он писал… Даже не знаю, как это обозвать… Что-то типа рассказов эротического характера. Если я правильно помню, то история происходила в подводном царстве, чем напомнила мне русалочку, однако главная героиня была… Мужского пола… И влюблённость была к своему полу… А концовка… Брр… — Кай поморщился, словно проглотил кислейший лимон в мире.       — В общем, это не тот человек, с которым, — не успел он договорить, как его перебили.       — Слушай, это не повод, так относиться к нему. Что такого он сделал тебе, что ты его ненавидишь? — Ёнджун вскипел похлеще чайника, но сдержался, чтобы не накричать на студента.       — Я не ненавижу его. Поймите меня правильно, хён. Просто мне как гетеросексуалу неприятно читать яойные истории, тем более с использованием своего имени. Когда читаешь что-то со своим участием, кажется, что ты это делаешь наяву…       — Но он же не распускал руки в реальной жизни?! — Ёнджун не отставал от своего, становясь от каждой фразы лишь злее.       — Руки не распускал, но один поцелуй всё-таки украл, — заключил Кай, выйдя из этой холодной перепалки победителем.       Ёнджун не знал, чем возразить, молча открывая и закрывая рот.       — В любом случае, я не держу на него зла, но и общаться с ним не могу.       На этих словах Бомгю согнулся в три погибели, обхватив себя за колени и спрятав в них лицо.       — Пожалуй я пойду. Хорошего вам вечера, — Кай слегка поклонился на прощание и ушёл, понимая, что оставил о себе не самое лучшее впечатление.       Ёнджун молча смотрел на уходящего Кая, но в какой-то момент взгляд зацепился за сгорбившегося на асфальте Бомгю за колонной. Старший тихо подошёл, присел рядом и обратил на себя внимание, аккуратно положив руку на плечо младшего, от чего тот сразу поднял голову.       — Хён?.. Хён, я, — Бомгю дрожащем и виноватым голосом хотел начать объясняться, готовясь расплакаться.       — Бомгю-я, не надо здесь сидеть, простудишься, поехали лучше домой. Мы мороженное с того раза не доели, будет обидно, если оно пропадёт. И к слову, мне больше всего нравится мятное, но от клубничного тоже не откажусь, — Ёнджун улыбнулся, заверяя тем самым, что ему не требуются какие-либо объяснения прямо сейчас.       Глаза Бомгю вновь засияли, не веря услышанному, а на лице появилась новая улыбка, что сияла гораздо ярче, чем когда-либо.       Ёнджун не знал, чему мог верить из того, что сегодня услышал, посему продолжал поддерживать эту нехитрую сказку для Бомгю, что грела его израненную душу.