Пять лет спустя

Глава пятнадцатая — К которой читатель шёл почти год, а Асканио и Руэль — пять

Асканио с нежностью двенадцатилетнего ребёнка прижимался к обнажённой груди Руэля. Парни лежали на одной кровати в комнате Асканио. Оставшись наедине сначала их разговор не клеился, потом они изумлялись от того, как их судьбы неожиданно сошлись и, в конце концов, они разделись и улеглись в постель. Руэль с жаром осыпал поцелуями худое тело Асканио, иной раз, страшась прикоснуться к нему неосторожным движением и сломать — настолько оно казалось ему хрупким. В глазах Асканио всё окружающее заплыло бледной дымкой. Руэль потянулся рукой к ночнику, чтобы выключить свет.       — Нет, не трожь… — прошептал Асканио и остановил его руку своей.       — Но почему? — Руэль прижался пылающими губами к его щёке.       — В темноте я не буду видеть тебя…я хочу смотреть в твои глаза…       — В темноте всё будет смотреться ещё возбуждающе, обещаю. И оставив на щеке своего любовника очередной поцелуй, Руэль потушил свет. Комната погрузилась во мрак.       — О да, как ты прекрасен. — Простонал Асканио, не отводя глаз от переливающейся в лунном свете груди Руэля.       «Каждый раз, как в первый раз!»       — Я сплю, Руэль? — спросил Асканио, когда Руэль снова принялся вкушать его шею и ключицы.       — Мне тоже кажется, что всё это сон, Асканио… Ах, как ты приятно пахнешь! Я так долго искал тебя.       — Разве? — Юноша посмотрел ему в глаза.       — Конечно! Я перерыл весь интернет, все соц.сети, чтобы как-то связаться с тобой… — Асканио стыдливо отвёл взгляд, ведь он ни разу за пять лет не предпринял ответной попытки найти Руэля, — Но твоё имя… Мне стыдно в этом признаться и я предчувствую, что сильно обижу тебя этим… Но, я забыл тогда твоё имя. И Руэль, до этого напоминавший голодного льва, обмяк в объятиях одеяла и Асканио.       «Всё прямо как у меня!»       — Знаешь, Руэль…у меня…было всё в точности, как ты и сказал.       — Правда? — Хватка Руэля снова окрепла после этих слов, и Асканио почувствовал боль в запястьях.       — Д-… — Поцелуй заглушил ответ юноши. Чаще от таких неожиданных поцелуев ощетиниваешься мурашками, а Асканио расслабился и целиком отдался во власть своего любовника. Асканио был вжат лицом в подушку, нижняя часть его тела подымалась перед Руэлем.       — Ого, ты так волнуешься! Кровать вибрирует от того, как ты дрожишь.       — Хмф. — Хмыкнул Асканио в подушку и сразу застонал, после того, как длинные пальцы (до этого гладившие его по ягодицам) проникли в самое уязвимое место.       — Ого, сразу видно, что ты не оставляешь это место без должного внимания. — Особым голосом сказал Руэль, нагибаясь к Асканио, чтобы своим дыханием обжечь ему ухо. Если бы не темнота и подушка, то Руэль увидел, как сильно его любимый покраснел. — Наверное, в этом нету смысла. Хотя, всё же я нажму на волшебную кнопочку. Указательный палец вошёл за средним. Тык.       — Оах! — Лицо Асканио вынырнуло из подушки, — Руэль! Тык.       — Мгха!       — Такое чувство, будто ты пытаешься откусить мне палец. — С некоторой долей насмешливости сказал Руэль.       — Не смешно! — Тык. — Мха-а! Не мучь меня!       — Нет-нет, мы только начали. — Руэль укусил Асканио за плечо и с особым усилием нажал на простату.       — Ну пожалуйста, Руэль.       — Уважительнее, Асканио, уважительнее. Тык.       — Мхах! Прошу вас, господин, м-м-м, пожалуйста, возьмите меня! И Руэль вздрогнул даже не от того, что Асканио ему сказал, а каким тоном он это произнёс. На него посмотрели глаза полные любви, нежности и слёз. Ладони Асканио скрипом скользнули по оконному стеклу прямо над кроватью юноши. Руэль намеренно отдёрнул портьеру и приподнял своего возлюбленного, чтобы тот упёрся руками в окно.       — Нет, Руэль! Соседи могут увидеть нас!       — Но разве это не прекрасно? — шепнул тот на ухо.       — Но ведь… Но…       — Цыц! — И крепкая ладонь Руэля зажала рот Асканио.       — Мх… Луна отбрасывала на морскую гладь свои серебристые лучи. Асканио не отводил взор от этого величественного пейзажа. Но его глаза с дрожью закатились, когда Руэль перешёл от закусок к главному блюду. Асканио боялся многого: как бы на стоны и скрип кровати не сбежалась вся семья; как бы неожиданно не открылось окно, в которое он уперся и как бы кто из соседей не вышел на балкон подышать свежим воздухом. Но уже спустя минуту блаженства нашему герою было наплевать на всё и на всех. Он запрокинул голову и посмотрел в глаза Руэлю, всем взглядом ему хотелось сказать: «Я буду твоим!». Даже нет! Его взгляд говорил: «Я уже твой! Просто возьми меня!». За нежные русые волосы Асканио можно было очень кстати хорошо схватиться, худощавая спина так и манила, чтобы её поцеловали, а плечи юноши так и просили, чтобы на них оставили красный след от укуса. Руэль пребывал в таком же блаженстве, что и Асканио, и будь его воля, он бы точно так же как и его любовник — обмяк и нежился бы как котёнок. Но Руэлю всем сердцем хотелось показать свою силу и страсть, своё вожделение, чтобы у его возлюбленного ещё больше снесло крышу и тем самым они входили в некий «любовный транс», когда сознание затуманивается, сердца бьются как одно, а сладостное напряжение накапливается в них, чтобы по достижению пика — жарко выплеснуться. Руэль ощущал, как с каждым толчком Асканио всё увереннее толкает его в ответ. И это осознание, что им обоим ещё никогда не было так приятно, как сейчас, заставляло Руэля трепетать в душе.       — Ай! — Неожиданно отпрянул он, смотря на руку, — Асканио, ты укусил меня! — И Руэль густо покраснел, когда понял, что произнёс это тоном десятилетнего ребёнка.       — Ах, ой, прости, я укусил тебя за палец. М-м-мх. — Асканио задрожал, упершись в подоконник, когда Руэль вышел из него. — Мне кажется, что мы ещё не закончили.       — Да, точно. И хотел было Руэль снова взяться за талию юноши, как тот неожиданно нырнул вниз.       — Ты куда? Чт- Асканио! Ты серьёзно? Не трожь… О-ох… На этот раз уже Руэль упёрся руками в подоконник, после того, как Асканио решил ему продемонстрировать, как умеет есть мороженное на палочке. А что он думал? На море все любят кушать мороженное!       — Ой, как тут всё «естественно». — Не без насмешки сказал Асканио, поглаживая подстриженный куст Руэля, — А ты не только рыцарь, но и неплохой садовник. Юноша не позволил ничего возразить, и снова заглотнул член Руэля, от чего у последнего закружилось в голове.       «Какой вкус… Какой размер… Разве мог я когда либо о таком мечтать?.. Мог! Ведь я был знаком с Руэлем!» Неожиданно Асканио подавился после того, как Руэля, точно после электрического разряда, оторвало от окна. Парень прижал к себе кашляющего юношу, а сам вжался спиной в стену от испуга.       — Что такое, Руэль?! — откашливаясь, прохрипел Асканио, — Я же, может, стараюсь сделать тебе приятно!       — Тихо ты! Там во двор вышла Алиса. И только откашлявшись Асканио снова подавился (на этот раз не членом, а воздухом).       — Что?!       — Да, она вышла покурить, и мне очень не хотелось, чтобы она увидела нас.       — Так она не видела тебя?       — Нет. Асканио слегка приподнялся и выглянул в окно: и правда — на крыльце стояла Алиса и потягивала горький сигаретный дым. Присмотревшись, Асканио увидел на её щеках сверкавшие в лунном свете слезы.       — Алиса… — жалобно шепнул Асканио, зная, что каждая слезинка это лишь малая часть той большой обиды на него.       — Что Алиса?       — А! А? Да так…ничего. Из темноты на Асканио смотрел пристальный взгляд Руэля.       — Что Алиса? — Повторил он.       — Говорю же — ничего! Давай лучше продолжим.       — Нет, ты ответишь! — гневно крикнул Руэль, прижимая Асканио к кровати.       — Руэль!       — На протяжении всего ужина я замечал, как она смотрела на тебя! Когда час назад мы спускались на кухню, я видел, каким взглядом она сверлила тебя. Две недели назад, когда я вернулся в гостиницу, то застал Алису в слезах, а когда спросил «Что случилось?» получил ответ: «Мне разбили сердце». Уж не удивительная ли это череда совпадений, Асканио? Нет, я бы ни в коем случае тебя не заподозрил, но услышав, каким тоном ты произнёс только что её имя… Асканио заплакал. Хватка Руэля жалобно ослабла — парень сжалился.       — Руэль, пожалуйста, ты же поверишь всему, что я тебе расскажу?       — Ну, конечно же, да.       — Если тебе покажется, что то, что я тебе сейчас расскажу вымысел — пожалуйста, всеми силами отгони эти подозрения. Мне незачем тебе врать. И Асканио рассказал всё: как пять лет назад он полетел с родителями в Грецию на лечение травмы позвоночника; как он стал опекаемым сестрой Алисой; как стремительно возрастали их чувства; как они впервые переспали; как две недели назад встретил её в гостинице «Графиня де Монсоро»— и вообще всё, о чём мы до этого более детально поведали читателю.       — И в доказательство моих слов. Не прикрывая обнажённое тело, Асканио встал с кровати и подошёл к полке, взял с неё толстую книгу в бежевом переплёте из плотной ткани и дал её Руэлю. Подсвечивая ему телефоном, он сказал:       — Открой титульную страницу, Руэль. Руэль открыл и тут же побелел. Вытирая со лба холодные капли пота, он прочитал:       — «Люблю тебя. Помни меня. Твоя Алиса.» — И его взгляд замер на бордовом помадном отпечатке губ сестры.       — Вот видишь. — Прижался к нему Асканио и тоже посмотрел на отпечаток.       — Так ты не девственник?!       — Да… Разве сейчас это так важно?       — Но у меня в голове не укладывается! Алиса мне ничего не говорила, даже не вспоминала.       — Не все женщины умеют хранить тайны, а те немногие, которые умеют, хранят их лучше надгробного памятника.       — А ты неплохо продвинулся в познании женщин, Асканио.       — У меня было достаточно времени, чтобы изучить этих странных существ и осознать, что они не для меня. — И Асканио приподнялся, чтобы слиться с Руэлем в поцелуе.       — Но нельзя же этот инцидент вот так оставлять? — они снова легли на подушки, с каждой секундой возвращая себе потерянное во время рассказа возбуждение.       — Мы займемся этим завтра, Руэль, а сейчас... — Асканио снова поцеловал его, раздвигая ноги. — А сейчас возьми меня. И белоснежный потолок комнаты Асканио вновь начал отражать звонкие стоны и завывания. Юноша прижимался к Руэлю всем телом, отдавая в его руки всего себя. Руэль целовал, кусал, шлёпал и оставлял на теле Асканио красные засосы. У его любовника были острые коготки, которыми он полосовал его мускулистую спину, но всё это было сущим пустяком по сравнению с тем великим блаженством, которого они достигли и которое жарким пламенем выплеснулось наружу.       — Мгх, я люблю тебя, Руэль!       — И я тебя, Асканио. В обнимку наши герои погрузились в сон…