Игра на равных

      Драко Малфой вальяжно развалился на кровати, закинув ноги в идеально начищенной обуви на заправленную постель, и подложил согнутую руку под голову.       Летом мать говорила, что после окончания школы Драко нужно попробовать устроиться работать в Министерство. Она упоминала, что Бруствер обещал помочь, Драко понимал, что решение министра может сто раз поменяться. Возможно, всё это было сказано, чтобы уговорить его наконец покинуть Малфой-мэнор и доучиться. Поэтому, как ни прискорбно, Драко сделал вывод, что если он не возьмет всё в свои руки, то быть ему где-то на задворках типографии, неподалёку от Пэнси.       После войны Драко смутно представлял, как жить дальше. С нежностью он вспоминал годы до восстания Тёмного Лорда. Его семью уважали, несмотря на то, что Малфои были оппозицией к действующей власти. Это придавало Малфоям значимости в определенных кругах. Драко вспоминал, что в его окружении только и говорили, что Волан-Де-Морт вот-вот наберется сил и придёт к власти, но он сам не очень-то в это верил. Во всяком случае, ему казалось, что это будет не скоро. Когда Драко был ребёнком, он думал, что вот придёт Тёмный Лорд к власти, и тогда всё будет по другому!       Сейчас же это казалось горькой насмешкой, ведь сразу же после восстания Лорда жизнь круто изменилась и потеряла свою неспешную прелесть, наполнившись невнятным ужасом, страхом и неуверенностью в завтрашнем дне. Уже в пятнадцать лет Драко закралась в голову мысль, что до было лучше, чем после. Оказалось, что Волан-Де-Морту наплевать, сколько у Малфоев денег и какой статус в обществе они занимают. Он использовал их семью для своих целей, не заботясь о том, что у них могут быть свои взгляды и желания. Он был бессмертен — а их жизни его не волновали.       Драко поморщился, отгоняя эти непрошенные воспоминания. Весь этот ужас совпал с взрослением и осознанием того, что выбора у него не может быть. Нет, выбор был — смерть. Но умирать не хотелось.       Драко почти ни о чем не жалел. Его мать жива. Отца, конечно, жаль, но если бы он не умер в первый же год в Азкабане, то всё равно не вышел бы оттуда до самой смерти.       После войны Драко обнаружил, что из всех прежних его оплотов жизни остался только один — деньги. Их состояние, конечно, потерпело ощутимые убытки, но в целом, это было восполняемо. «Старые» деньги поддерживали их род в течение многих поколений, справятся они с этим и теперь.       А вот уважение, статус, власть — всё это разрушилось, несмотря на то, что их семью оправдали. И Драко чувствовал, что должен восстановить их положение в магическом обществе, как единственный потомок Малфоев.       Исчезнуть на год после войны было хорошим началом кампании, которую Драко окрестил про себя «Восстановление репутации Малфоев». Вынужденное затворничество было необходимо, чтобы осознать, как жить дальше. Нарцисса пыталась вернуть сына к «светской» жизни, ей было невыносимо видеть, что он целыми днями лежит на кровати, не проявляя интереса к окружающему миру. В конце концов она даже уговорила сына обратиться за помощью к специалисту. Врач был сквибом и работал и с волшебниками, и с маглами. Конечно, мать пошла на это, как на крайнюю меру, но неожиданно для самой себя оказалась довольна результатом. Врач поставил Драко диагноз «Депрессия средней тяжести» и прописал антидепрессанты, уверяя, что это поможет. И это действительно помогло. Мысли о том, что ему нет места в этом новом мире, постепенно испарились. В какой-то момент мать начала готовить Драко к тому, что нужно закончить обучение в Хогвартсе. Драко отказывался, потому что идея, что он начнёт восстановление своей репутации со стен школы, где некогда она и была разрушена, угнетала.       И вот Драко здесь. Обязанности старосты не доставляли ему проблем, ведь у него была Аннэт Фоул. Учёба и раньше давалась легко.       Только магловедение выбивалось из этой хорошо выстроенной кампании по восстановлению репутации в магическом обществе. Был бы другой преподаватель, возможно, Драко отнесся бы к этому предмету более лояльно, хотя и без интереса. Но тут так звёзды совпали, что трудно было вести себя, как надлежало.       Драко повернулся на бок и уставился в пылающий камин. Маглы и маглорожденные — это теперь неотъемлемая часть магического мира. Непреложная истина. Что толку, если он пытается в одностороннем порядке бойкотировать это? Не обращать внимания и жить, как будто это его не касается, возможно. Но тогда не получится работать в Министерстве. А Драко с недавних пор в самых своих смелых мечтах видел себя не меньше, чем министром магии. Не сразу, конечно, он понимал, что должны пройти годы, может, даже десятилетия. Но он поставил себе эту цель и собирался по камешку выстраивать путь к ней. Так чего же он сам тормозит этот процесс?       Разве для репутации не будет хорошо, если он заинтересуется этим магловедением? Будет. Драко не мог не признать это. Министр магии должен быть хорошо осведомлён о жизни маглов, так как ему приходится иметь дела с магловскими министрами. Поэтому напрашивался очевидный вывод — если ты хочешь власти, будь добр следовать правилам игры.       Ну что ж, раз так, то Драко это сделает. И поможет ему на этом этапе Грейнджер. Она будет одним из механизмов, который приведет его замысел в действие.       Взгляд упал на прикроватную тумбу. На ней лежал тот самый опросник, который заполнила Аннэт. Можно начать прямо сейчас. Драко прочитает всё, что там написано, завтра напишет контрольную на отлично. Грейнджер будет довольна. Она решит, что это её заслуга: наставила Малфоя-младшего на путь истинный.       Драко взял листок и принялся читать. Итак, какие средства передвижения у маглов? Ну, тут просто. Поезд, автомобиль, корабль, самолет. С этим понятно. Следующий вопрос: «Совершают ли маглы полёты в космос? Если да, то каким образом? Дополните ответ несколькими подробностями или опровергните утверждение». Так, в космос летают, с 1961 года, на космических кораблях, которые просторечно называются «ракета». Чтобы летательный аппарат «ракета» летел благодаря действию аэродинамических сил, ему нужна космическая скорость. «Космическая» видимо, означает очень быстрая. Дальше. «Система образования маглов». Хм, начальное образование, среднее образование (школьное), последующее и университетское образование…       Вопросы по системе здравоохранения. Да она издевается? Драко нахмурился. Слишком много информации за один день. Но в целом, не сложнее истории магии.       Драко привлёк шорох под дверью. Он неохотно встал и впустил сову, отцепил письмо. Птица тут же улетела.       «Только начинаешь приобщаться к магловскому миру, как непременно что-то отвлекает», — хмыкнул он про себя, разворачивая пергамент.

      «Драко, негодник ты слизеринский!

      Я прочитала столько обидных и безрассудных вещей! Но я закрою на это глаза только потому, что статус студента держит тебя в смиренной скромности. Видимо поэтому желание сыграть второй скрипкой в оркестре вскружило тебе голову.       Не думаю, что мой мракоборец захочет делить меня с кем-либо, он не такой человек. Он собственник и ревнивец. Знаешь, а это так приятно, когда чувствуешь силу, исходящую от него! Уверенность, чувство защищенности.       Твои безумные мысли о совместном концерте меня рассмешили. Жаль, что я не могла ни с кем поделиться этой шуткой, чтобы оценить её вместе по достоинству.       То, как ты просишь у меня адрес и дату нашей встречи, поистине мило. Но, друг мой, если же мы встретимся в интимной обстановке, я опасаюсь, что в этом случае ты сразу же забудешь все свои честолюбивые планы по соблазнению преподавательского состава школы. А это неправильно. Если судить по твоим словам, это тебе очень необходимо. И получится так, что я останусь виноватой в том, что ты не приобрёл нужных связей в Министерстве. Нет, я не возьму на себя такую ответственность, и не проси!       Так вот, я подумала, что лучше будет мне сообщить свой адрес и встретить тебя в моём магломерзком халатике тогда, когда ты уже достигнешь своих целей! Это моё маленькое условие добавит тебе азарта в твоём деле, не так ли? Уверена, что мысль, что после того, как ты совратишь свою гриффиндорскую заучку, тебя буду ждать я, приятно согреет и подхлестнёт.       Но я буду строга! Дело серьёзное, и мне нужны будут доказательства!       Так аппарируй же ко мне, друг мой, привези мне залог твоего успешно завершенного дела, и пусть я буду твоей наградой! Дай мне почувствовать себя средневековой принцессой, к ногам которой храбрый рыцарь привозит плоды своих воинских побед!       А пока примирись, что я останусь верной своему мракоборцу, твоя ревность к которому мне очень даже нравится!              Прощай, я буду ждать твоего ответа — принимаешь ли ты условия игры? Твоё дело судить, не слишком ли дорого я себя оценила, ведь ты так уверен в победе! И единственное, что тебя огорчает, это время, которое ты потратишь на своё дело.

      Желаю славных выходных!

П.П.»

      «Сучка» — в который раз уже подумал Драко, прочитав письмо от Пэнси. Он медленно свернул письмо, раздумывая. Условие действительно добавляло азарт. Почему бы и нет? Драко не видел преград. А вот Пэнси, кажется, совсем не верила в него! Между строк так и сквозила насмешка. Ну что ж, Драко докажет ей, что слов на ветер не бросает.

***

      На следующий день перед магловедением среди студентов седьмого курса витало напряжение. Наверное, не волновались только маглорождённые, уверенные в своих знаниях. Даже Блейз Забини, обычно наплевательски относившийся к оценкам, перед началом занятия нервно читал какие-то конспекты соседки по парте.       Драко, никогда раньше не испытывавший особых трудностей в учёбе, казался себе единственным здравомыслящим человеком в этой кутерьме вокруг контрольной. Он вчера читал чёртов опросник до полуночи, так что считал себя вполне подготовленным.       Когда контрольная по магловедению была написана и сдана Грейнджер, которая сегодня была в приподнятом настроении, Драко заглянул ей в глаза и осведомился, в силе ли его отработка вечером. Получив утвердительный ответ, он вышел в коридор, где его ждал Забини. — Ну что, как рыбалочка? — насмешливо спросил Блейз.       Драко не ответил, смерив его презрительным взглядом. — Не по силам рыбку выбрали, мистер!       Драко снисходительно улыбнулся. — Сегодня планируется что-то после отбоя? — Разумеется. Пятничные посиделки с огневиски и девочками — визитная карточка факультета Слизерин! — бодро отрапортовал Забини. — Мы вышлем вам официальное приглашение совой, как почётному гостю, сэр! — Я зайду, — натянуто улыбнулся Драко.       Вечером он зашёл в кабинет магловедения. Гермиона сидела за столом, и видимо, проверяла контрольные. — Добрый вечер, мисс! — вкрадчиво произнёс Драко, садясь за стол. — Какую книгу вы приготовили для меня сегодня?              Гермиона подняла голову. — Добрый вечер. Сегодня у тебя последний день отработки, и я не приготовила для тебя книг. — Вот как? — он удивлённо поднял брови. — Может, у вас есть кубки, которые нуждаются в чистке? — И кубков у меня нет, Малфой, — Гермиона явно сдерживала улыбку. — Зато у меня есть твоя контрольная. — И каков мой результат? — Удовлетворительно. — Удовлетворительно?! — с Драко слетело небрежное безразличие. — Именно, Малфой. Но результат для тебя неплох. Видно, что с опросником ты работал.       Нет, она издевается? «Удовлетворительно» после того, как он до полночи читал этот опросник? Он что, зря взял дежурство за Аннэт в воскресенье?       Гермиона достала его контрольную и развернула, по-прежнему стараясь подавить смех. — Держи, — она протянула ему работу, — предлагаю сегодня разобрать твои ошибки.       Драко с неудовольствием взял контрольную и бегло просмотрел её. Пять ошибок из десяти вопросов. Драко поднял голову и согласно кивнул. — Итак, — она забрала назад листок, — вопрос был: «Какой самый быстрый транспорт у маглов?». Что ты ответил? — Ракета.       Гермиона не удержалась и прыснула от смеха. Он терпеливо смотрел на неё. Неужели полукровка Аннэт ошиблась? — Малфой, технически ты прав, — взяла она себя в руки. — Но это неверно. Более того, если ты так скажешь в магловском мире, тебя не поймут. — Почему? — Потому что маглы не летают в космос каждый день. Это что-то вроде научной экспедиции. И ракета не является обычным видом транспорта, это аппарат для научных исследований. Проще сказать, по своим делам маглы на ракете не летают, — Гермиона весело посмотрела на Драко. — Ты не сможешь спросить, когда вылетает ближайшая ракета до Сассекса.       Драко сидел с бесстрастным выражением лица. — Улавливаешь нюанс?       Он неохотно кивнул. — Зачем они… вообще летают в космос? — Чтобы овладеть информацией о ресурсах, понять, как всё это может быть полезным для них.       Малфой, нахмурившись, осторожно задал вопрос: — Например? — Например… На кораблях маглы перевозят нефть через океан, — Гермиона чуть запнулась, как будто обдумывая, как преподнести новую информацию ученику. — Что такое «нефть», я объясню в следующий раз. Так вот! — откашлялась она. — Иногда случается так, что в результате аварии нефть выливается в океан. Это очень плохо для его жителей. И с помощью снимков из космоса можно оценить масштаб бедствия, чтобы как можно скорее его устранить. Так понятнее?       Драко кивнул. Гермиона прочистила горло. — Итак, самый быстрый транспорт маглов — это самолет. Самый многочисленный и повседневный — автомобиль. Если у магла есть свой собственный самолет — это очень богатый магл, — снова улыбнулась она. — Скорее всего, будь ты маглом, у тебя был бы личный самолёт.       Драко неопределенно хмыкнул. Тем временем Гермиона продолжала: — Много ошибок ты сделал в общих вопросах о здравоохранении. Операция — это не когда режут маглов, а когда лечат.       Драко снова кивнул. Аннэт же писала это, с досадой подумал он. — Мне продолжать?       Гермиона ждала его реакции. Драко перевел взгляд на неё. — Да, пожалуйста.       Грейнджер посмотрела на него так, как будто пыталась понять, какие эмоции скрываются под этой бесстрастной маской. Ничего не рассмотрев, она продолжила объяснять ошибки.       Драко слушал её внимательно, не перебивал, но и не проявлял интереса. Контрольная показала, что всё не так просто, как могло показаться вначале. Какой-то мелкий нюанс — и вот ты уже сморозил ерунду. Ему нужно в этом разобраться. Как будущему политику, Драко важно вытянуть свои знания на достаточный уровень. Даже если пройдёт десяток лет, какая-нибудь журналистка вроде Риты Скитер может вытащить на Мерлинов свет информацию о том, как он плохо изучал магловедение в школе. Это может поставить крест на его предвыборной кампании. Мир, где маглорождённые являются потенциальными избирателями, не потерпит министра, так явно игнорировавшего магловедение после войны. — Вот и всё, ошибки мы разобрали, — подытожила Гермиона спустя четверть часа. — В целом, я ожидала худшего. Ты приятно удивил, что попытался подготовиться. Но, конечно, я понимаю, что времени у тебя было мало. — Мисс Грейнджер, я хочу вас попросить в очередной раз о помощи.       Гермиона так заметно напряглась, как будто ожидала от него чего-то непростительного. Драко склонил голову на бок и ухмыльнулся уголком рта. — Вы не могли бы позаниматься со мной индивидуально? — Тебе достаточно посещать мои занятия и хоть немного слушать то, что я объясняю. Этого вполне хватит, чтобы получить «удовлетворительно» на итоговом экзамене, — пожала она плечами. — А если я хочу «Превосходно» и углубленный курс? — хитро прищурился Драко.       Гермиона недоверчиво хмыкнула. — Серьёзно, мисс Грейнджер! Если вы не согласитесь, клянусь Салазаром, я буду опаздывать на каждое ваше занятие, чтобы вы мне назначили дисциплинарное наказание!       Гермиона рассмеялась: — Я просто сниму баллы с твоего факультета. — Тогда… Тогда я специально буду писать контрольные на «Тролль», что бы вы не отвертелись от моей отработки!       Гермиона красноречиво посмотрела на Драко. — Звучит, как угроза. — Ни в коем случае.       Грейнджер задумалась, перебирая пергаменты на своём столе. Драко терпеливо ждал решения. Она не могла ему отказать! — Я соглашусь в том случае, если ты мне честно скажешь, зачем тебе это? — Грейнджер сложила руки на груди и с подозрением посмотрела на него.       Драко отвёл глаза и сказал: — Это интересно. — Малфой, не надо лгать! — Гермиона разозлилась. — Вторая попытка. — Вы считаете, что я не могу заинтересоваться тем, о чём мало что знаю? — Я считаю, что это не первопричина. — Хорошо. «Удовлетворительно» подпортит общую картину моего аттестата. — Уже похоже на правду, но этого тоже мало.       Драко картинно вздохнул и нехотя сказал: — В будущем нам всем так или иначе придется контактировать с магловским миром. Я подумал, а почему бы и нет? Ну и не хочу, чтобы о моей семье продолжали говорить, якобы мы игнорируем исход войны. — Тебя так волнует, что о тебе говорят? — Лично про меня — нет. Но это бросает тень на мою мать.       Гермиона нахмурилась, собрала контрольные в стопку и отложила на край стола. Взглянула в окно, как будто намереваясь увидеть там что-то, что поможет ей принять решение. — Хорошо, я согласна позаниматься с тобой индивидуально. Выбирай, понедельник или пятница?       Драко сделал паузу, прежде чем ответить. — Пятница. — Отлично. Восемь вечера тебя устроит? — Договорились, мисс Грейнджер, — Драко согласно кивнул, как равной.       У дверей Драко обернулся и перехватил задумчивый взгляд Гермионы. Кажется, она уже пожалела о своём решении.

***

      Закончив с дежурством, Драко держал путь в гостиную Слизерина. Ещё было сравнительно рано, и он предвкушал вечер в компании однокурсников.       Вдруг впереди показалась высокая фигура в тёмной мантии. Алестер Миран стремительно шёл по коридору, на ходу освещая тёмные ниши палочкой, выискивая припозднившихся студентов. — Добрый вечер, профессор, — Драко решил обозначить своё присутствие раньше, чем его заметят. — Добрый вечер, мистер… — преподаватель прищурился, силясь вспомнить фамилию студента перед ним. Немудрено, первый год в Хогвартсе, не успел запомнить всех выдающихся личностей. — Малфой, — подсказал ему Драко. — Точно, мистер Малфой, — с живым интересом осмотрел его профессор Миран, как будто видел в первый раз. А между тем, его занятия Драко посещал исправно и пару раз даже нарвался на похвалу. — На дежурстве, правильно я понимаю?       Драко кивнул. — Можно посмотреть ваше назначение?       Малфой достал пергамент из кармана мантии и протянул профессору. Тот, едва взглянув на него, удовлетворённо кивнул. — Не обижайтесь, простая формальность.       Драко пожал плечами, собираясь продолжить путь. Но профессор медлил, как будто хотел что-то сказать и никак не мог решиться. А развернуться и уйти Драко не мог, это было слишком грубо. — Мистер Малфой, я давно хочу с вами поговорить, но никак не могу выкроить время.       Драко удивлённо вскинул брови. — В самом деле?       «Ну говори уже», — он нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Да, но это долгий разговор, а сейчас мы оба на дежурстве. Загляните ко мне в понедельник после занятий. — Хорошо, — Драко это не понравилось. В голове он сканировал последние дни на предмет своих нарушений, но не мог вспомнить ничего подходящего. Всю неделю он был тих и скромен, как Долгопупс на уроках зельеварения в былые времена.       Зайдя в гостиную Слизерина, Драко застал там всего несколько своих однокурсников. — Доброй ночи, — протянул он, садясь на диван. — А где все? — Ты бы ещё позже пришел, тогда бы вообще никого не было, — зевнул Блейз и кивнул на початую бутылку огневиски на журнальном столике. — Поддержите ваш факультет, мистер староста.        Бокал наполнился золотистой жидкостью. Драко пригубил виски и посмотрел на Блейза, который в окружении девчонок сидел на диване, и все они что-то увлеченно рассматривали.       Драко присмотрелся: в руках Забини держал небольшую книжку в чёрном кожаном переплёте. Точно такая же была у Гестии Кэрроу, которая жалась к Блейзу, с обожанием глядя на него. — Забини, — Драко сделал ещё один глоток из бокала, — я надеюсь, это не относится к тёмной магии? — Что? А-а, нет, — Блейз стряхнул с себя руку Гестии и подсел к Драко, держа книжку в руках. — Сегодня по поручению Слизнорта я ходил в Хогсмид, зашёл в Дэрвиш и Бэнгз. Там была презентация этой штуки. Я взял две, себе и Гестии, — с этими словами он открыл книжку и продемонстрировал чистые страницы: — Аймаг! — Что это за «Аймаг»? — Сейчас, сейчас, — Забини достал маленькое перо из чехольчика сбоку книжки, нашёл страничку, озаглавленную как «Гестия Кэрроу», немного подумав, написал «Пойдешь завтра в Хогсмид со мной?».       На диване напротив у Гестии такая же книжечка замерцала зелёным светом и издала звук ухающей совы. Девушка поспешно открыла её, прочитала и подняла счастливые глаза на Забини. Затем она, хихикая с подружками, склонилась над книжкой и что-то написала маленьким пером.       Чёрная обложка в руках Блейза осветилась зелёным, и раздалось совиное уханье. Он, бросив нежный взгляд на Гестию, открыл книжечку и под своей надписью увидел ответ: «Конечно!» — и нарисованное сердечко, которое билось, как будто в припадке. — Фу, Блейз, избавь меня от ваших розовых соплей, — поморщился Драко, когда увидел, что Забини намеревается писать ответ. — Ты лучше скажи, это протеевы чары? — Да, улучшенные. Можно вписать имя человека на страничку и отправлять ему короткие сообщения. Если, конечно, у него тоже есть Аймаг. Его изобрел Стиви Джебс, знаешь его? Нет? Помнишь благотворительный приём у Розье, еще до войны? Там странный такой мужичок показывал свои изобретения. С ним Дэрвиш и Бэнгз заключили контракт на приобретение у него всяких магических штук.       Драко взял в руки книжечку и повертел. Неплохое магическое изобретение, удобнее, чем записка, быстрее, чем сова. Блейз тем временем продолжал: — Джебс клянется Мерлином, что, если через год такая штука не будет у каждого волшебника, то он окончательно уйдет из магического мира в магловский, и изобретёт такой Аймаг для маглов!       Драко фыркнул: — По нём Святой Мунго плачет. Что маглы будут делать с протеевыми чарами? — Он говорит, что Аймаг для маглов будет работать без магии! — закатил глаза Блейз. — К драклам этого Джебса. Покажи, что эта штука еще умеет. — Вот это зеркальце на обложке сзади, — Забини перевернул Аймаг, — может делать маленькие колдографии. Они остаются на страницах книжки. Качество не очень, сам видишь. — Тут он продемонстрировал маленькую подвижную фотографию Гестии, которая посылала воздушный поцелуй.       Блейз положил Аймаг в карман и отлевитировал к себе на колени Гэстию, что было встречено довольным визгом и объятиями.       Малфой закатил глаза и отсалютовал вновь наполненным бокалом остальным. И вдруг увидел Асторию, сидевшую с грустным видом в тёмном углу гостиной.       Она села отдельно от всех, чтобы привлечь его внимание и заставить почувствовать себя последней скотиной. Чтобы Драко испытал укол совести за то, что всю неделю толком с ней не перебросился даже парой фраз. Вот только тут её ждет разочарование: скотиной он себя не чувствовал. Драко ей ничего не обещал.       Почему они все так любят усложнять? Ну перепихнулись, получили удовольствие, разбежались. Ей правда нужны с ним отношения? Но Драко не готов.       Астория поймала его взгляд, её глаза предательски блеснули, и она отвернулась. Вся её поза выражала крайнюю степень страданий.       Насколько проще было бы, если она сидела бы здесь со всеми, болтала и смеялась. Возможно, тогда он бы они провели несколько приятных минут наедине чуть позже. Но сейчас об этом не могло быть и речи: Драко чувствовал, стоит подойти к ней, его ждут реки слёз и упрёков. Мерлин, он ненавидел выяснения отношений.       Поэтому он решил не смотреть больше в её сторону сегодня.

***

      Гермиона не могла дождаться вечера. Сегодня они встретятся с Гарри, Джинни и Роном! Как бы ни злилась иногда Гермиона на Рона, но сегодня все её обиды улетели куда-то и осталась только радость от предвкушения встречи. Может, она была и не права, когда обвиняла Рона в невнимательности к ней! Ему же наверняка нелегко на учебе. К тому же, Рон — это Рон. Давно пора понять, что он не изменится и принять его таким, какой он есть.       Хорошо, что Гермиона не написала ему письмо и не высказала претензии! Всё-таки иногда полезно остыть и переосмыслить происходящее.       Готовясь ко встрече, Гермиона надела повседневное чёрное платье, которое ей нравилось. Оно было простым, но облегало фигуру и подчёркивало каштановый цвет волос. Гермиона немного поколдовала над причёской. Рону нравились её распущенные волосы, и сегодня она уложила их с особой тщательностью. Краситься Гермиона не любила, но всё-таки сегодня она встречалась со своим парнем, которого не видела больше месяца, поэтому нанесла косметические чары на лицо.       Гермиона осталась довольна своим внешним видом и, взглянув на часы, накинула мантию и направилась в Хогсмид.       Едва она переступила порог бара, как к ней бросилась Джинни, и стиснула в крепких объятиях с радостными возгласами. — Джинни, дорогая, наконец-то я могу поздравить тебя лично! — обнимала её Гермиона в ответ, высматривая остальных. В баре было на редкость многолюдно и шумно. — Спасибо, — та поцеловала Гермиону в щёку. — Пойдём!       И они направились к столику в центре паба. При их приближении Гарри встал и тоже обнял её. Как он изменился за этот месяц! Стал как будто выше, сильнее, увереннее. Учёба точно благотворно на него подействовала, это видно! Возникла неловкость, как будто это не тот Гарри, которого Гермиона знала с одиннадцати лет. Но, заглянув ему в глаза, она отбросила эти мысли. — Гарри, поздравляю тебя! Я так рада за вас двоих! — воскликнула Гермиона, оглядываясь по сторонам, стараясь разглядеть среди многочисленных посетителей Рона. — Ты о чём? — зелёные глаза за очками непонимающе смотрели на неё. — Ты разве не знаешь?.. — Гермиона даже потеряла дар речи. Неужели Джинни не сказала ему?              Она неловко оглянулась на подругу. Но в следующий момент глаза Гарри снова заискрились смехом, а Джинни сказала: — Он шутит! Я рассказала ему ещё вчера! — Гермиона!       Она обернулась. От бара шёл Рон, держа в руках бутылку огневиски и два бокала. — Рон! Я так соскучилась! — первым её порывом было броситься ему на шею. — Я тоже безумно скучал! — Рон аккуратно поставил два бокала и бутылку на стол, заключил её в объятья и поцеловал в щёку. Гермиону слегка расстроило такое дежурное приветствие. Но она не подала виду.       Они сели за стол. Для Джинни был заказан тыквенный сок, а Гермиона пила сливочное пиво. — Представляешь, Гермиона, мы встретились в Норе, Джинни сразу утащила Гарри в их спальню. Через пять минут Гарри, растрёпанный и бледный выбегает из комнаты, хватает стакан с водой, выпивает, и обратно в спальню. Ну, я подумал, плохо дело, — ухмыльнулся Рон и разлил по бокалам виски. — А потом они выходят вместе, такие загадочные! — Да, и тебе пришлось объяснять два раза, чтобы ты наконец понял, что произошло, — ехидно сказала Джинни, посмотрев на Гермиону. — Он никак не мог взять в толк, как у нас с Гарри мог получиться ребёнок, если они уехали больше месяца назад. — Я просто не мог поверить, что в таком юном возрасте стану дядей! Ребята, за вас! — и Рон поднял бокал огневиски.       Гермиона с беспокойством посмотрела на Рона. Джинни наклонилась к ней и прошептала: — Дорвался! У них там запрещён алкоголь, вот он и расслабляется.       Гермиона кивнула. Радость от встречи немного померкла. Но стоит ли так реагировать? Всем им нужно расслабляться время от времени. И она включилась в беседу о последних новостях, постоянно осаживая Рона, когда тот собирался подлить себе ещё виски.       Джинни и Гарри радостно делились планами насчёт будущего их ребёнка. Они спорили, стоит ли покупать детскую метлу в полгода или всё-таки подождать первого дня рождения. Джинни считала, что ребёнок должен сначала научиться ходить, иначе будет лениться и постоянно требовать метлу. Гарри же не поддерживал эти соображения, но вмешался Рон и сказал, что на правах дяди подарит метлу племяннику, когда тот родится.       Что это будет мальчик, никто не сомневался, потому как миссис Уизли сказала, что чувствует пол ребёнка даже на таком небольшом сроке. Поэтому следующим предметом спора будущих родителей было имя: Гарри предлагал назвать его Альбусом, в честь Дамблдора, тогда как Джинни настаивала, что первого ребенка нужно называть по деду, нужно только определиться, Джеймс или Артур.       На роль крестных кандидатуры были выбраны однозначно: Гермиона и Рон.       Потом беседа переключилась на другие темы. Рон, яростно жестикулируя, рассказывал, как на учебное занятие им привели албанского тролля, который выработал иммунитет к основным видам поражающей магии. Разглагольствуя о своей находчивости в победе над троллем, Рон не забывал сделать глоток из своего бокала с огневиски.       К их столику то и дело подходили знакомые, чтобы поздороваться, но больше всего, конечно же, все стремились засвидетельствовать своё почтение Гарри.       Тут двери бара распахнулись и зашла Лаванда Браун, а за ней Падма Патил. Они неуверенно остановились, обводя глазами переполненный бар. — О-о! Встреча выпускников! — Рон отсалютовал им бокалом. — Девушки, приглашаем вас за наш столик!       Джинни бросила недовольный взгляд на Рона, Гермиона в замешательстве посмотрела на Гарри, который в свою очередь, буравил взглядом друга. Девушки подошли к их столику. Рон засуетился, наколдовал им стулья, налил виски, сыпал шутками, от которых Лаванда заливалась смехом. Обстановка за столом накалялась. В этот момент какой-то рослый мракоборец из Министерства подошёл к Гарри, пожал ему руку, и они отошли в сторону поговорить.       Патил заметила взгляд Гермионы и извиняющимся тоном сказала: — В других барах нет мест, все как с ума сошли. Мы подождём, пока освободится столик, и сразу пересядем. — Ну что вы, девушки! Такой замечательный вечер, не надо никуда пере… саживаться, — заплетающимся языком проговорил Рон. — Давайте лучше выпьем за моего друга Гарри Поттера, который скоро сделает меня дядюшкой! — Рон! — угрожающе сказала Джинни. — Мне кажется, тебе уже хватит! — Сестрёнка, я так рад!.. Я так счастлив, да! — Рон икнул и уронил голову на руки, сложенные на столе. В этот момент вернулся Гарри. — Чёрт, Рон! — Поттер потряс его за плечо, но тот не реагировал. — Отключился, — прокомментировала Джинни со вздохом.       Гарри с беспомощным видом посмотрел на Гермиону. — Гарри, Джинни, я, наверное, пойду, — выдавила она. Ей действительно хотелось скорее уйти отсюда. За соседними столиками на них уже косились. — Нет, Гермиона, подожди! Давайте все вместе аппарируем на Гриммо и приведём Рона в чувство.       Патил потянула Лаванду за освободившийся столик у окна, и они ушли. Гермиона смотрела куда-то в сторону. — Нет, думаю, не стоит. — Гермиона, — Джинни тоже попыталась её успокоить. — Он перебрал, но ты же знаешь, что это редкость. — Всё нормально, Джинни, я очень была рада с вами встретиться.       Гарри и Джинни переглянулись. — Может, я тебя провожу? — неуверенно предложил Гарри. — Не надо, берите Рона и отправляйтесь на Гриммо. Ещё даже не стемнело, со мной ничего не случится. Я же преподаватель, помнишь? — улыбнулась Гермиона. — Гермиона… Я ему голову оторву! — обречённо пробормотал Гарри. — Не знаю, что на него нашло! — Всё в порядке, — в который раз повторила Гермиона. Скоро это будет звучать, как мантра.       Джинни подошла к ней и прошептала: — Мне жаль, что всё так получилось. Я пришлю тебе сову завтра, — она кинула уничтожающий взгляд на спящего Рона.       Гермиона кивнула, они попрощались и она, наскоро накинув мантию, поспешила покинуть бар.       Джинни с Гарри занялись Роном, которого нужно было привести в чувство, чтобы аппарировать. В какой-то момент Джинни окинула зал взглядом и заметила высокую фигуру со светлыми волосами, выходящую из бара. Ей показалось, что это мог быть Драко Малфой, но она выбросила это из головы, как информацию, не стоящую внимания.