Когда ты перестанешь мне сниться

По щекам Юнги уже начинают стекать слёзы, хотя он не издаёт ни звука и не шевелится, просто смотрит Намджуну вслед. А Тэхён совершенно перестаёт соображать, что происходит, потому что происходит какой-то полный абсурд. Единственным способом защититься от него кажется просто спрятать лицо в ладони и сделать вид, что тебя здесь нет, как сделал бы трёхлетний ребёнок, играющий в прятки, считающий, что если не видит он — то не видят и его. Но, как и трёхлетнего ребёнка, стоящего посреди комнаты с закрытыми глазами, его быстро находят и куда-то тянут. Это Чимин, ведущий его за руку в сторону спален и бросающий на ходу: — Юнги, успокойся. Посиди здесь. Мы всё исправим. Тэхён не придаёт значения этой фразе, он ожидает, что Чимин приведёт его в их спальню, чтобы потребовать либо объяснений, либо горячего примирительного секса. Но Чимин открывает совсем другую дверь, и подходит к кровати Чонгука, который всё ещё один в спальне, но усердно делает вид, что крепко спит. — Эй, ангелочек, вставай. Я знаю, что ты не спишь, — Чонгук неохотно открывает глаза, с опаской глядя на Чимина. У него нет двух вариантов, как у Тэхёна, у него всего один вариант — сейчас будут разборки. Но Чимин его удивляет. — Нужно спасать Юнги, вы ужасно его подставили. Намджун подумал, что это Юнги с Тэхёном буянили на кухне среди ночи. Ваш секрет не стоит того, чтобы они поссорились. А никому, кроме тебя, Намджун теперь не поверит. Пока Чонгук переваривает эту информацию, Тэхён аккуратно разворачивает Чимина к себе. — Прости. — Не стоит. Ты ничего мне не обещал. — Откуда ты всё знаешь? — У меня есть глаза, Ви. Я вижу, как ты смотришь на Гука. Я видел, как он смотрел на тебя, когда мы уходили из гардероба. А, ну и ещё Юнги мне давно разболтал, что ты в него безнадёжно влюблён, примерно на второй день нашего знакомства. — Да чтоб его! Язык без костей! Пусть помучается там хоть полчасика, а? — А Намджун? — Да ладно… Шучу я, конечно. Гук? — И что от меня нужно? — притворно-сонно ворчит Чонгук. — Всего лишь признаться, что ты меня любишь. Что мы встречаемся. Что мы тайком трахаемся по ночам на кухне, — смеётся Тэхён. — Мы не трахались на кухне! — громко возмущается Чонгук. — А не на кухне, значит, уже трахались? — не менее громко возмущается Чимин. — Спасать Юнги. Нам нужно поскорее спасать Юнги, — цепляется Тэхён за свой единственный спасательный круг. — Пойдём! *** — Что это, Ви? — Чонгук удивлённо вытаскивает из бумажного пакетика мягкое разноцветное нечто. — Желейные червячки? Ты притащил мне ворох желейных червей? Как ребёнку? — Бейбик, ты обесцениваешь мои романтические порывы! Ты же сам жаловался, что я за тобой не слишком бегал, я пытаюсь исправиться, вообще-то! — Червяками? — Не только. Но тебе же не угодишь! Когда я принёс тебе анальные шарики, ты отлупил меня ими по голове! — Это тоже был романтический порыв, по-твоему? И говори потише, Ви! — шипит на него Чонгук. — Мы в гостиной вообще-то. — И кого ты стесняешься? — Всех! — тихо огрызается Чонгук. — Все и так знают, что мы трахаемся, мой сладкий, — смеётся Тэхён, падая рядом с ним на диван. — Твой имидж ангела окончательно разрушен, смирись. А червяки клёвые, их можно есть вдвоём. В смысле, одновременно, — Тэхён зажимает в губах жёлто-розового червячка, движением головы предлагая Чонгуку сделать тоже самое с другого конца. Перетягивание червяка заканчивается страстным поцелуем, и Тэхён убеждается, что как бы ни ворчал Гук, идея с червяками была отличная. — Ммм? Вкусно. — Вкусно, но вредно. — ТЫ вкусный, — довольно тянет Тэхён, утыкаясь лицом в его шею, безбожно растягивая вырез футболки, чтобы добраться губами до ключиц, плеча, груди. — И вредный тоже. Прямо как желейный червяк. — Ты худший романтик в мире, — с придыханием отвечает Чонгук. — А вот и нет, не угадал. Я правда пытаюсь исправиться. Пойдём со мной, — поднимается с дивана Тэхён и тянет Гука за руки в сторону спальни. — Что на этот раз, Ви? Стринги? Вибратор? Чем ты там мне ещё угрожал? — Нет и нет. Закрой глаза. Чонгук послушно закрывает глаза, но стоит ему войти в спальню, он и без помощи зрения понимает, что сделал Тэхён. Комната пахнет розами и тёплым воском. Как в том сне, которого Чонгук не видел, но так ясно представлял себе после чтения дневника. Он тронут настолько, что даже не знает, что сказать, просто молча открывает глаза. — Романтично? Червяки были только чтобы отвлечь тебя, пока Юнги с Намджуном зажигали свечи. — А… они…? — Все ушли, никого нет, мой стеснительный бейбик. Только мы. Чонгук вжимается в его объятия и шепчет куда-то в шею Тэхёна: — Это очень романтично, Ви. Спасибо. — Сны становятся явью. Мы вместе, и даже охрана уже есть, а этот сон мне хотелось исполнить специально для тебя. — Что там было ещё? Во сне. Напомни. — Вот это, — Тэхён мягко скользит языком по его губам, а потом накрывает своим ртом, раздвигает, нежно прикусывает и тут же ласкает, выцеловывает, вылизывает от уголков до пухлых серединок, и Чонгук стонет прямо в поцелуй. — А ещё? — Вот это, — ладони Тэхёна скользят под футболку Чонгука, моментально находя самые чувствительные точки, хотя самому Гуку кажется, что в руках Тэхёна он весь — одна сплошная эрогенная зона. Он прогибается навстречу тёплым рукам, послушно выскальзывает из футболки, которую Тэхён тянет вверх, и сам тоже нетерпеливо срывает с него одежду, абсолютно всю, и отступает на полшага, любуясь, глухо постанывая, закусывая от нетерпения губу. Тэхён нежно ухмыляется — его стеснительный бейбик превращается в дикого тигрёнка, когда хочет секса. Точнее, когда хочет любви. Чонгук опускается на колени и облизывает губы так, что по телу Тэхёна пробегает дрожь. — А это было во сне? — невинно вскидывает глаза Чонгук. Когда он так смотрит снизу вверх, Тэхён готов согласиться с чем угодно, лишь бы горячие губки поскорее сотворили свою магию, но почему-то ему совсем не хочется врать. — Нет, Гуки, во сне было другое, — он вдруг тоже опускается на колени, чтобы их лица оказались на одном уровне. — Будешь моим парнем? Я имею в виду… для меня всё это очень серьёзно… в смысле, важно… ну, то есть, не просто секс… в общем… я люблю тебя и… — Ви, я ведь уже даже прилюдно признался, что мы встречаемся, — смеётся Чонгук над его неожиданным волнением. — Только чтобы выручить Юнги, — полувопросительно возражает Тэхён. — Не только. Ещё потому, что для меня это тоже серьёзно, в смысле, важно, — поддразнивает его Чонгук и утыкается лбом в его висок, выдыхая в самое ухо, — в смысле, я тоже люблю тебя, дурачок.