Бутылочка

Олимпийские игры были закончены, фигуристы вернулись на родину и были восхвалены всей Россией. Толпы людей встречали чемпионов, они кричали победоносные возгласы, которые потешали гордость спортсменов. Они словно шли по красной дорожке, раньше такое не снилось им даже во снах. Несмотря на ситуацию с допингом все ребята остались довольны олимпиадой. Они покричали, поплакали, но самое главное - получили незабываемые эмоции. Поэтому, в честь такого события, все участники с игр были приглашены в загородный домик, чтобы отметить это событие. Встреча была назначена на шестнадцать часов. И, как ожидалось, во время пришли только самые ответственные: наша чемпионка - Анюта Щербакова, которая пришла аж за двадцать минут до начала. Лиза Туктамышева появилась на пороге дома ровно в шестнадцать часов, она была одета как супермодель, «у всех точно отпадёт челюсть» так назывался ее прикид. Ну и как же без Жени Медведевой, она не была приглашена, но девушка как-то прознала о грандиозной вечеринке и пришла без приглашения с опозданием в пару минут. Все остальные подтягивались на протяжение часа, то пробки, то бабушку через дорогу переводили, то собака уйти не давала, причины были разные, но главное, что они вместе. Марк, Андрей и Женя Семененко были ответственны за алкоголь на вечеринке. Кстати говоря, именно эти зажигалки предложили устроить пир в честь олимпийских игр. Никто не был против, а если и был, то просто набивал себе цену. И, таким образом, на главном столе оказалось не мало различной еды, напитков, закусок, леденцов и тому подобное. Каждый вложил свою лепту, чтобы другому было приятно, по такому закону и жили наши любимые фигуристы. Возле колонки столпилось немало народу. Все просили включить что-то особенное, что грело сердце только ему. Очередь была забита до пяти человек. Был странный разброс песен: кто-то включал медлячок, чтобы романтично покачаться в разные стороны, кто-то просил жестких рок, под который можно было только быстро трясти головой, ну и обычный техно. Саша Трусова сидела за столом, больше похожим на барную стойку, и ждала, когда заиграет ее песня. Она оставила заявку минут десять назад и всё не могла дождаться. Марк подлил ей ещё вина и пошёл разливать его всем остальным. Со стороны показалось бы, что девушка чем-то огорчена или расстроена, но на самом деле она уже была подшофе и просто витала в мыслях. Анна Щербакова сидела на диване в компании Лизы, Жени и Камиллы. Мальчики в это время играли в приставку, а другие девочки либо танцевали, либо крутились вокруг Марка, который заботился о состоянии дома. — Лиза, — Начала Аня, — Как там твой бренд? Кажется, empress wear? — Да, всё неплохо, скоро новая коллекция. Для вас скидка, мои дорогие. — Туктамышева подмигнула всем сидящим и отпила шампанское из своего бокала. Девушки протянули длинное «о» и захлопали в ладоши. — Мы можем быть твоими моделями. — Предложила Камилла. Женя подхватила идею и быстро закивала: — Чур мне что-то изящное и привлекательное. — Пытаешься кого-то соблазнить? — С прищуром посмотрела Лиза, — Неужели нашу Этери Георгиевну? Девушки звонко засмеялись, а Женя слегка покраснела. Она никому не рассказывала, но на самом деле её сердце и душа испытывали сильное влечение к тренеру. Она поняла, что привязывается к женщине всё сильнее, поэтому, после прошлой олимпиады, предприняла решение уехать в Канаду. — Посмотрите, она покраснела. — Произнесла Камилла, прикрывая рот рукой от смеха. — Ну-ка хватит, — Шуточно сказала Женя. — И вообще, давайте во что-нибудь поиграем, а то сидим без дела. Так и началось придумывание игры. Сначала девушки стали играть в дженгу, но недовольные возгласы пьяных парников остановили их игру. Раунды в шахматы и шашки так же проваливались, потому что пьяный мозг не соображал и вообще, по словам Жени - это скучные игры. Затем девушки откапали откуда-то карты таро и стали подходить к каждому расспрашивая о их жизни. — Марк ну давай, что тебя интересует? — Допрашивала парня Камилла. — Ну, я не знаю. — Ответил фигурист. — Как можно не знать? Что у тебя на душе, то и говори. — Валиева не отступала от парня. Он хотел уже что-то сказать, но Аня перебила его. — Девочки, пойдёмте к Саше, а то она сидит одна там. Девушки обернулись и увидели одинокую фигуру рыжеволосой. Они так заигрались, что забыли про их любимую ракету. В душе каждой пробежало беспокойство и обида на себя. Аня взяла колоду в свои руки и подбежала к Саше. Остальные подошли следом. Они встали втроём перед сидящей девушкой. — Саша, у нас есть волшебные карты. Ты задаёшь любой вопрос, а мы с их помощью отвечаем на него. — Бодро объяснила Щербакова. Трусова подняла взгляд на троих. Она обсмотрела их долю секунды, а потом засмеялась. — Вы серьёзно в это верите? — Ну Саша, давай вопрос! — Нервно воскликнула Камилла. Девочка, кажется, была самая заинтересованная в картах таро. Она подбегала ко всем и заставляла задать вопрос. Женя и Лиза лучше всего разбирались в этом деле. Они наизусть знали расшифровку всех карт в колоде, а их, на секунду, семьдесят шесть. У Ани возникло несколько вопрос к девочкам, но она не стала их озвучивать. Саша тем временем вздохнула и закатила глаза: — Ну допустим, спроси там что-нибудь про любовь. Все девушки переглянулись и в из глазах заиграл азарт и интерес. Аня перемешала карты, задавая внутренне вопрос про Сашину любовь, но так же в голове витал вопрос о том, любит ли её саму Саша. Не для кого не было секретом о том, что Аня по уши влюблена в Трусову. Каждая тренировка состояла из занятий, естественно, и рассматриванием Саши. Это заметили уже все, даже тренеры, кроме самой королевы квадов. И так, карты размешаны и Аня аккуратно высовывает одну карту, затем ещё одну и ещё. Первой оказалась карта шута, на ней был изображён парень, стоящий на краю обрыва, держащий палку с мешком вещей на конце и смотрящий куда-то наверх. — Это шут, — Начала Лиза, — Он означает какое-то новое начало. Подталкивает забыть о рациональности или правилах и добиться своих целей играючи. Следующей картой была пара влюблённых. Это были два голых человека, они стояли напротив друг друга, а между ними, словно бог, парила женщина с крыльями и венком цветов на голове. Жена издала протяженное «у» и стала объяснять: — Влюблённые. Карта означает глубокие любовные переживания и неизбежность принятия решения. Она сигнал к тому, что нужно доверять своим чувствам и сердцу. Третьей картой была колесница. В центре была колесница, в которой сидел мужчина, он держал длинную палку. Внизу, подле колесницы, сидели два сфинкса, один чёрный с белыми полосками на немесе, другой противоположный. Женя и Лиза неистово заулыбались. — Колесница. — Сказал Лиза. — Она означает движение вперёд. — Подхватила Женя. — Ты должна держать поводья твердой рукой и контролировать происходящее. — Продолжала Туктамышева, размахивая руками от перевозбуждение. — Да, и нужно сохранять уверенность, чтобы двигаться в правильном направлении. — Закончила Медведева. Теперь они в ожидании реакции смотрели на Сашу, которая смотрела на них в ответ с полным непониманием. Обстановку разрядила чихнувшая Аня. — Будь здорова. — Всё, что произнесла Саша. Щербакова лишь кивнула и опустила голову, улыбаясь. Девочки ещё пытались что-то объяснить Камилле, а потом у них с Трусовой завязался спор. Одна утверждала, что всё это ерунда и неправда, вторые говорили, что это чистой воды правда и у них самих очень часто сбывались предсказания. Их разгоряченный спор становится всё громче, привлекая других в комнате. Со стороны это выглядело, как диалог двух стен, которые упёрлись и не хотят двигаться. Аня пыталась перенять чью-то сторону, но не могла определиться с внутренними чувствами. Она не понимала, верит ли таро или нет. Конечно, карт так много и это логично, что они хоть как-то могут попасть в описание жизненной ситуации. Но ведь есть карты, которые обозначают что-то определённое, что-то одно, и она точно не может попасть под общее представление. — Эй, вы, ведьмы, — С конца комнаты послышался голос Жени Тарасовой, — У нас бутылочка пустая, давайте играть с нами? Разъярённый спор тут же прекратился и взгляд с «я хочу, что бы ты приняла мою точку зрения» сменился на «так так, что же такое интересное сейчас будет». Девочки быстро спохватились и подошли к дивану, на котором уже расположились Марк (большая мама), Майя, Тарасова и Морозов. Остальные отказались от игры и продолжили заниматься своими делами. На столе расположилась пустая бутылка от шампанского. Все ребята уселись вокруг, кто-то успел сесть на мягкий диван, а кому-то пришлось сидеть на корточках. — Правила просты. Человек, на которого указывает бутылочка, должен либо снять элемент одежды, — Начал Морозов, но Женя Тарасова его пнула и сказала что-то типо «тут же дети», имея в виду пятнадцатилетнюю Камиллу. — Точнее, он должен ответить на каверзный вопрос от того, кто закрутил бутылочку, либо пройти с этим человеком в комнату и заняться чем-то интересным. — Вова многозначно ухмыльнулся и поиграл бровями. Тарасова вновь цокнула, но было уже поздно, потому что бутылка вертелось с невероятной скоростью. Все затаило дыхание, потому что, зная Морозова, вопрос мог быть поистине постыдным и неприятным. Какое было облегчение, когда крутящийся предмет остановился на том, кто его закрутил. — И, что теперь, гений? — Съязвила Женя Тарасова, на что получила смешок от девчат. — Я перекручу заново. — Ответил парень. — Нет, уж, — Женя отобрала бутылку, — Теперь я. Вращение было не сильным. Словно Тарасова специально хотела попасть на определенного человека, но в итоге бутылочка остановилась на Саше Трусовой. Некоторые переглянулись и у них появилась ухмылка на лицах. Саша не совсем поняла их причину, поэтому внимательно стала смотреть на Тарасову, которая формулировала свой каверзный вопрос. Взгляд Трусовой переместился на Аню, которая успела занять диван возле Жени. Она выглядела сегодня так красиво. Её бордовое платье аккуратно подчёркивало талию. Декольте было не сильно открытым, но достаточным для удовлетворения любопытного глаза. Длина платья была чуть выше колена, открывая вид на тонкие ноги. — Скажи ка нам, — Начала Тарасова, — Есть ли в этой комнате тот, кто тебе не безразличен? «Да, чёрт возьми, есть!» ответила бы Саша, но она не знала, как на это отреагирует Аня. Может она вообще гомофобка, а Трусова будет лезть к ней со своей любовью. Поэтому Саша обернулась, ища подходящего кандидата для ответа. Взгляд пал на Глеба Смолкина. — Допустим есть. — Кратко ответила Саша. Девушка могла поклясться, что видела огорчённый вздох Ани Щербаковой, но списала это всё на банальную усталость. Ведь, как никак, она победила на олимпийских играх. На это заявление все отреагировали по-разному. Тарасова и Морозов стали выглядывать в комнате на того, кого смотрела Саша. Лиза, Женя и Майя переглядывались между собой и слегка улыбались. Камилла, кажется, вообще уснула, время было уже позднее и она устала. — Теперь я кручу. — Сказала Трусова, беря бутылку в свои руки. Она поставила её на центр стола и вложила все силы в эту стеклянную вещь. Бутылочка закрутилась и все ждали, на ком же она остановится. Прошла точно минула, пока движение на столе затихло. Саша внимательно следила за остановкой горлышка, и, когда она поняла, куда показывает бутылка, то сглотнула ком в горле. Проследя глазами за траекторией бутылки она столкнулась с пронзительными карие глазами. Сердце Ани сделало кульбит и одновременно остановилось. Она не знала, что сейчас спросит Саша, и, честно говоря, она боялась того, что может спросить Трусова. Зная её характер, девушка не потерпит неправды, да и Аня сама плохо врёт, все сразу узнают всё. Саша думала, что можно спросить у Ани, но чтобы это было не слишком постыдно. Ответ пришёл, когда девушка вновь заглядывала на платье подруги. — Какое самое откровенное платье у тебя есть? В глазах Щербаковой пролетела благодарность за такой вопрос и она собиралась ответить на него, пока не вмешался Морозов. — Это что за дела, Саша? Ты спроси ещё у неё любимый цвет. Мы тут по-взрослому играем, так что либо вопрос пожёстче, либо идите в комнату. «Черт возьми» пролетело в двух головах одновременно. Приходилось выбирать из двух зол, поэтому Саша посчитала комнату наименьшей из них. Девушка встала за ноги и протянула руку Ане. Та неохотно и даже немного нервно приняла её. Они прошли в небольшую комнатку, видимо кладовка, и закрыли дверь. Саша встала к противоположной от Ани стене и не знала, как начать разговор. Было довольно тесно, между их телами было около двух сантиметров. Щербакова отчего-то тяжело дышала. — Ты в порядке? — Осторожно спросила Саша. — Да, всё хорошо. — «Всё ни черта не хорошо» про себя добавила Аня. — Я решила, что это меньшее из двух зол. — Добавила Трусова, пожимая плечами. — Спасибо. Они постояли ещё пару минут. Щербакова не могла перестать думать о расстоянии между их телами. Ситуация самая странная на свете, она и любовь её жизни находятся в непозволительно близком расположении. Сейчас на ум пришли карты таро, которые выпали Саше. Весь этот момент и в правду был похож на шута. Аня почему-то вспомнила колесницу, которая уверяла в том, что нужно сохранять спокойствие и двигаться вперёд. Это была трактовка для Трусовой. Видимо, она кого-то любит, кого-то, кто находится сейчас на вечеринке, и набирается смелости, чтобы подойти и сказать ему. Это точно не Аня, девушка была расстроена таким стечением обстоятельств, но не могла с этим ничего поделать. Саша слушала дыхание Щербаковой и гадала, о чём та думает. Девушка невольно начинает снова пялиться на неё, на ее декольте в платье, на выпирающую грудь. Наверно, ее очень приятно трогать, проносится в голове Саши. Это вгоняет её в краску и желание выйти отсюда увеличивается. Тогда Трусова подходит к двери и дёргает за ручку, но дверь не поддаётся. Саша дёргает ещё пару раз, а затем стучит по двери: — Эй, откройте! Аня протиснулась к двери и зачем-то тоже подёргала ручку. Убедившись в том, что дверь и в правду заперта, посмотрела на Сашу испуганными глазами. Трусова смотрела в ответ, совершенно не понимая, что надо сказать. Рыжеволосая отошла и опустилась по стене вниз. Она вздохнула и прислонила ладонь ко лбу. Аня повторила действие Саши и сейчас они находились еще ближе, чем прежде. — Они нас заперли, поверить не могу. — Начала Саша, она была явно возмущена. — Они откроют, если мы будем тихо сидеть. — Саша вопросительно посмотрела на Аню, не понимая, зачем им сидеть тихо. — Ну, они закрыли нас, ожидая, что мы будем греметь и всячески просить нас выпустить, а так мы не дадим им никакого шоу и нас откроют. Трусова в очередной раз убедилась в мудрости Ани. Она кивнула и стала рассматривать свои ботинки. Щербакова решила, что она бессмертная и начала разговор. — На кого-то ты смотрела, когда отвечала на вопрос Жени. Саша задумалась стоит ли отвечать на ее вопрос. И как вообще ответить? — На… На Глеба, да. Аня сразу увидела ложь. Обычно, когда Трусова говорит, она поднимает голову и отвечает, пристально глядя человеку в глаза. А сейчас девушка еле пробубнила ответ, при этом ковыряя шнурки на своих кроссовках. — Я знаю, что это неправда. — Аня чувствовала, что сейчас упадёт в обморок из-за беспокойства и быстро бьющегося сердца, но она не могла ничего поделать. Её язык давно перестал слушаться и начал говорить то, что на уме. Саша резко вздохнула и медленно подняла глаза. Кажется, с неё сошёл третий пот, пока она пыталась придумать ответ. Мысли хаотично блуждали, стараясь как можно быстрее что-то придумать. — Это правда. — Единственный ответ, на который способна в данный момент Саша. Аня тихо засмеялась. Её улыбка вызвала такое тёплое жжение в груди Трусовой, что та даже приложила руку к этому месту, пытаясь согреть холодные руки. — Саша, наберись смелости сказать это человеку, если ты продолжишь так бегать от него, то он может просто уйти. — Аня искренне хотела помочь Трусовой. Она любила девушку и желала всей душой, чтобы та была счастлива, пусть и не с ней, зато с человеком, которого она любит. Саша обдумывала сказанное. Несомненно Щербакова права. Права на все сто. Но сказать ей об этом прямо сейчас, казалось задачей невозможной. Делать первый шаг - это, обычно, задача мужчин, а как быть в однополой паре? Кто должен проявлять инициативу? Аня была милым ангелом, который достоин быть с человеком, имеющим смелость сделать первый шаг. Саша так хотела быть с девушкой рядом с ней. Целовать её, помогать ей, касаться там, где ей будет приятно. Эти мысли глубоко утянули Сашу и она решила, что сейчас самое время. — Аня, — девушка резко подняла на неё взгляд. — Я надеюсь, что мы останемся друзьями в случае отказа, но… — Саша вздохнула, пытаясь привести мысли в порядок и утихомирить трясущиеся руки, — Короче, я люблю тебя. Трусова смотрела в глаза Щербаковой и следила за эмоциями девушки. Аня же видела настоящую правду, та самую, которую всегда говорит Саша. Щербакова резко сократила расстояние между ними и впилась в столь желанные губы. Это был тот ответ, на который почти и не надеялась Саша. Они вдвоём чувствовали неистовую бурю бабочек в животах, которые щекотали внутренности своими крылышками. Саша положила руку на затылок Ани и углубила поцелуй, беря на себя инициативу. Они вдвоём старались быть нежными, но они так долго ждали этого, что обычные инстинкты и страсть брали верх. Трусова стала останавливаться, а затем и вовсе разорвала поцелуй. Она смотрела Ане в глаза, ища что-то похожее на обман или шутку. Щербакова взяла её лицо в свои руки и стала медленно поглаживать кожу своими пальцами. — Я тоже люблю тебя, Саша. Они обнялись так крепко, как раньше никогда не обнимались. На другом конце двери ребята ожидали приезда мчс, чтобы открыть заклинившую дверь, даже не представляя о том, как много сделали заржавевшие петли.