Окружённый любовью

– Где тебя вообще носит? Предупреждать надо, когда куда-нибудь уходишь. Я же говорила! Над головой взволнованной женщины начали скапливаться небольшие серые облачка, которые кружил слабый, но резкий порыв ветра, а сама она скрестила руки на груди, недовольно смотря на своего ребёнка, поведение и поступки которого часто были слишком опрометчивыми и выходили ему боком, что становилось достаточными причинами для волнения. Даже сейчас у Пепы были небольшие подозрения, что её дитя резко пропало не просто так, и он явно что-то замышляет. – Мам, успокойся. Мне уже никуда нельзя без твоего разрешения? Я просто хотел немного развеяться, чтобы потом с новыми силами приступить к работе. Пока они шли, мальчишка полностью развернулся к матери, медленными, широкими шагами двигаясь вслепую – спиной вперёд. Но долго ждать осознания того, к чему приведут такие шалости, не пришлось, поэтому парень ярко улыбнулся и уже хотел перейти на нормальную ходьбу, но резко споткнулся об подло попавшиеся прямо посреди тропинки камни, из-за чего, собственно, свалился на землю. Явно не ожидая такого, лицедей слегка приподнялся, потирая ушибленную голову. И подняв свой взгляд на ещё больше разгневанную женщину, он нервно хмыкнул, готовясь к молниям или, в лучшем случае, к очередным возмущениям. Тем временем обстановка в густых кустах поодаль всё накалялась. Случайно чуть завалившись на эти кусты, Бруно замер от шороха листьев. От волнения у мужчины перехватило дыхание, а бешеные удары сердца отдавались стуком в висках. Однако Бруно понимал, что бояться стоит точно не ему. Но, всё же, понимая, что его точно заметили и сейчас, возможно, идут в его сторону, он медленно встал. Хоть его и переполняла ревность и злость, он не мог ничего сделать, особенно своему давнему другу. Идти куда-то было уже поздно, поэтому, серьёзно смотря на Агустина, предвидец, как бы пытался его припугнуть, дабы не выдать свой страх. А в мыслях были лишь пустые надежды на внимание племянника… Сам же Агустин испугался не меньше мужчины в кустах. Хоть они и были друзьями, но то, что тому только что довелось увидеть, могло поменять всё. Нельзя было позволить, чтобы он кому-то ещё и рассказал такие новости, из-за чего, Агустин продолжал медленно подходить к Бруно, следя за тем, чтобы он в случае чего не убежал. Было сложно начать разговор, однако мужчина в очках заговорил первый: – Давай спокойно обсудим это? – Взгляд Агустина был прикован к лицу провидца, эмоции которого менялись за считанные секунды. Бруно же заметил, как стремительно направлялся к нему товарищ, держа руки перед собой. Он не собирался убегать, но с целью просто подыграть начинающемуся спектаклю, он попятился назад, выражая своё недовольство. До этого подобные безвыходные, и даже глупые ситуации были основным сюжетом его теленовелл, которые он ставил с большим энтузиазмом, но не надеялся, что похожая история случится в реальной жизни, ещё и так неожиданно. И только стоило Агустину заметить, как Бруно с опаской сторонился его, явно собираясь скрыться с места «преступления», он резко схватил всевидящего за руку, утягивая в свою сторону. – Что нам обсуждать? Я и так всё понял. Убери руку! – Уставшие, отдалённо померкшие глаза сверкнули жгучим отвращением. Резко дёрнув своей рукой, Бруно лишь дожидался той самой фразы, о которой думал с самого начала, что по его расчётам должно помочь осуществиться его плану. О былой дружбе и речи не шло. Конечно, между собственным племянником и другом, который даже не поддержал его в тяжёлое время непринятия себя и своих навязчивых, странных мыслей, выбор был очевиден. Подобное можно считать самым настоящим предательством. – Я понимаю, как это ужасно выглядит, но давай договоримся? Что ты хочешь? Наконец-то… Та самая фраза. Предсказатель прямо сейчас бы улыбнулся, но не стал, чтобы не раскрывать все карты. Он слегка нахмурился, внимательно смотря другу в глаза. – Просто не общайся больше с Камило. И вообще не смей его трогать. – Снова дёрнув своей рукой и наконец, освободив её, Бруно резко развернулся и направился в сторону дома, в то время, пока Агустин безмолвно смотрел ему вслед. Мужчина был несказанно зол на приятеля, но вынесенный «приговор» был справедливым. Немного позднее все Мадригалы вернулись домой – дела сами себя не выполнят. Агустин больше не пересекался с племянником, да и он, в общем, был очень занят. Весь оставшийся день мужчина проработал на кухне, помогая своей жене, по крайней мере, хотя бы стараясь. И когда случайной встречи с Камило не удалось избежать, тот, не задумываясь, проигнорировал мальчишку, продолжая заниматься своей работой дальше. Сам парень не придал этому особого значения, ведь он был погружён в работу не меньше дяди, и ему было явно не до игр с ним. Но когда старший продолжал делать вид, будто совсем не замечает его, даже в свободное время, Камило напрягся. Он не понимал, что случилось с ним, и почему он его избегает. И даже когда он подходил и выяснял причину такого неестественного ему поведения, Агустин лишь какое-то время молча смотрел на него, а после быстро уходил. Последней каплей стал случай после ужина. Тогда как раз и Долорес ушла к своему возлюбленному – Мариано, что помогло уже нормально поговорить с дядей, без лишних свидетелей. Выследив его, когда несговорчивый родственник направился в свою спальню, Камило резко подбежал к нему и затолкал в свою комнату, даже не дав ему вымолвить и слова. К счастью, этого никто не заметил, и мальчишка, наконец, схватил мужчину за плечи, прижимая его к стене. – Почему ты со мной не разговариваешь? – Юноша смотрел дяде в глаза, стараясь уловить мельчайшие изменения в его эмоциях. Камило очень умело мог управлять собственными эмоциями, поэтому его развитая проницательность никогда не подводила в подобных ситуациях. Немного неуверенно положив руку ему на щеку, мужчина настороженно оглянулся, чтобы убедиться, что в комнате кроме них никого нет, а дверь наглухо закрыта. Только после этого он решился ответить на вопрос младшего Мадригала. – Понимаешь… – Мужчина замолк, нервно сглотнув от волнения. Его голос был настолько тихим, что парень почувствовал нарастающее напряжение. – За нами всё время, проведённое там – в лесу, наблюдал Бруно. Он сказал, что никому не расскажет, если мы с тобой перестанем общаться. Ты же и сам понимаешь, какой скандал будет, если кто-то узнает об этом. – Так вот оно что. – Тихо хихикнул лицедей. Следом, подняв голову, мальчишка посмотрел на родственника, своей самодовольной ухмылкой показывая, что его это явно не волнует. И даже не предупредив его о своих намерениях, Камило мигом удалился из комнаты, стремительно направляясь к комнате Бруно. От такой резкости, Агустин как вкопанный продолжал стоять на месте, но потом, по привычке поправив свой галстук, быстро вышел, пока его здесь никто не обнаружил. Камило ловко проскочил по коридору, оставшись незамеченным, прямиком к комнате прорицателя. Что за гадкий мальчишка. Даже не постучавшись, парень бесцеремонно ворвался в комнату мужчины. После возвращения Бруно в семью, Касита позаботилась о более подходящей для него комнате, которая полностью отражала его нутро. Помещение было не особо большим, но очень уютным: привычные ему вещи остались на своих местах, что и создавало такую атмосферу, а полумрак окутывал мягкой вуалью. Заметив своего родственника, лежащего в гамаке, Камило тихо подкрался к нему, рассматривая лицо дяди. Бруно же спокойно спал, никого не трогая, но и это не остановило наглого мальчишку. Он аккуратно забрался на гамак, усаживаясь сверху, на дядю, после чего сразу же начал выполнять короткие, лëгкие движения тазом на его паховой зоне. Однако и этого хватило, чтобы недоумевающий мужчина проснулся, направив сонный, шокированный взгляд на племянника. Он явно не ожидал его здесь увидеть, особенно в таком положении. – Камило, что ты делаешь? – Мужчина впал в ступор при виде парня в таком положении, отчего не сразу смог что-либо сделать в ответ. – Агустин мне всё рассказал. – Юный Мадригал продолжал дразнить Бруно, зная, что он точно оценит это. Подросток расплылся в хитрой улыбке, кладя свою руку дяде на грудь, чтобы того точно хватил удар. Лицедей медленно спустился к его лицу, наблюдая за меняющимися эмоциями родственника, что выглядело довольно забавно. Мужчина нахмурился, тут же хватая этого оборванца за талию, желая убрать с себя, но Камило лишь приблизился к его уху и сладко простонал, всем телом прижимаясь к старшему. Медленно переместившись к губам всевидящего, он легонько поцеловал их, а после уже с довольным лицом уставился на смущённое лицо Бруно, который, в свою очередь, явно сдерживал себя. – Какой же ты извращенец. – Парень надменно усмехнулся, потянув одну руку к голове мужчины. Сжав его волосы, мальчишка с силой натянул тëмные пряди, приподнимая голову родственника. – Не стыдно, хотеть собственного племянника? Медленно выпрямившись, а затем нащупав рукой возбуждённую плоть, мальчишка в наглую уселся на неё, начиная легонько тереться и наблюдать за ожидаемой реакцией Бруно. – Если ты хоть кому-нибудь наплетёшь про то, что видел сегодня на той поляне, я всем расскажу, что ты до меня домогался. Как думаешь, кому больше поверят? Чувствуя с каждым движением, как возбуждëнная часть тела всё больше начинает твердеть и пульсировать, младший неожиданно остановился, понимая, что он сильно увлёкся. Но только он хотел слезть с дяди и этого неудобного гамака, как резко почувствовал его руки на своих бёдрах. Всё бы ничего, если бы они не начали медленно стягивать с паренька штаны, что он просто не мог позволить, ибо Камило хотел просто возбудить Бруно и спокойно уйти, без всего этого. Лицедей попытался убрать крепкие руки со своих бёдер, но когда у него это не получилось, а всевидящий продолжил сильнее наглеть, тот не выдержал и дал ему сильную пощёчину. И пока сам родственник замер, пытаясь переварить, что только что произошло, парнишка успел резко выскользнуть из его рук и быстро подбежать к двери. – Какой позор. Даже нормально себя в руках держать не можешь. Ты мерзок. – Произнеся это, Камило резко выбежал из комнаты, захлопнув за собой дверь, а мужчина так и остался сидеть, слыша в повисшей тишине собственное бешеное сердцебиение.