Загадки Сент Мартина

      – Итак, герр Штайнер, все бумаги готовы, осталось только подписать. Господин граф обещал подойти к семи часам.       Низенький, полный, чем-то похожий на кота адвокат откинулся на спинку кресла, вытянув пухлые ножки и с наслаждением затягиваясь сигарой.       – Вы ведь не откажетесь поужинать с нами? Дорогая, – обратился господин Штайнер к своей супруге. – Распорядись, чтобы ужин подали в половине восьмого. Надеюсь, его сиятельство тоже составит нам компанию.       – Благодарю вас, Я с превеликим удовольствием. Насчёт господина графа не уверен.       По правде говоря, нотариус очень надеялся, что его не только пригласят отужинать, но и предложат переночевать. Возвращаться в город в темноте ужасно не хотелось.       – Неужели, он и правда настолько необщителен, как о нём рассказывают? Я слышал, он много путешествует, уверена, господин граф должен быть очень интересным собеседником, – заметила госпожа Штайнер, собирая на поднос пустые кофейные чашки.       – Он – очень умный человек, истинный аристократ, древнейшего рода, но настоящий затворник. Заставить его говорить –подвиг. Слова не вытянешь. Но если уж удаётся разговорить этого упрямца, его можно слушать часами, хоть до рассвета. Его сиятельство просто кладезь знаний. Особенно история, он в ней прекрасно разбирается. А какая у него огромная библиотека!       – Вот бы моим сорванцам такого учителя, да, дорогая? Вы ведь знаете, я совсем недавно приступил к работе и уже столкнулся с огромными трудностями. Учитель литературы и истории совершенно не справляется, он и двух слов связать не может. Я проэкзаменовал мальчиков, это просто катастрофа! Чудовищные провалы!       Эдгар Штайнер оседлал своего любимого конька.       – Мне кажется, его сиятельство не очень любит детей, – заметил адвокат и смущённо посмотрел на симпатичную молодую супругу господина Штайнера.        Госпожа Штайнер была еще совсем молодая женщина лет двадцати –двадцати двух, тонкая и хрупкая, с кудрявыми каштановыми волосами и смеющимися карими глазами. Её чуть вздёрнутый нос и щёки были обсыпаны веснушками, отчего она казалась совсем ещё девочкой. Магда всегда была готова улыбаться, смеяться и шутить, со всеми была ласкова и приветлива. Чтобы она ни делала, она делала это легко, быстро и весело. Влюблённый в неё муж уверял, что даже пальцы у неё весёлые, когда наблюдал, как её маленькие руки вяжут или вышивают.       – О, я совсем не хотел вас расстраивать, - спохватился адвокат, заметив, как посерьёзнело маленькое личико Магды.       – Ну что вы, это не имеет никакого значения. Каждому своё. Просто я не представляю, как можно не любить детей?       – Моя жена обожает малышей. Да и я тоже люблю детей, иначе бы никогда не согласился стать директором школы.       – Вашим подопечным невероятно повезло, – едва сдерживая гримасу отвращения, поспешил согласиться адвокат.       – Конечно. Только, боюсь, они этого пока не понимают. Эдгар очень строг с бедными мальчиками. Я пытаюсь его убедить быть с ними поласковее. Они ведь ещё совсем дети, а уже вынуждены надолго расставаться со своими семьями. Мне кажется, многие из них очень тоскуют, хоть и не показывают этого. А их матери, мне кажется, если бы выпороли моего сына, я бы просто умерла. Если б я была директором…       – Дисциплина пошла бы прахом! Ты бы их всех разбаловала. Нет уж, предоставь воспитание мальчиков мужчинам!       – Наших сыновей я не позволю и пальцем тронуть!       – Тогда пусть будут дочери, – рассмеялся Эдгар. – Подумай только, Люси, это теперь наш дом! Сколько места! А какой сад! Это место просто создано для большой семьи. Наши дети будут здесь счастливы. Я надеюсь, нам со временем удастся выкупить у господина графа эту усадьбу.       По лицу адвоката скользнула тень. Он совсем не разделял восторга господина Штайнера. У этого дома была отвратительная репутация. Новоиспечённый директор школы был адвокату глубоко не симпатичен, но вот его молодая супруга… Он с восхищением проводил глазами, выпорхнувшую за дверь хрупкую фигурку. Ему показалось, что как только она ушла, комната сразу стала мрачной и холодной, и вся длинная история этого дома со всеми его кровавыми историями, мрачными эпизодами и загадками навалилась на него. Что почувствует эта милая, жизнерадостная женщина, когда местные кумушки расскажут ей все сказки про это место? Сможет ли она оставаться такой же живой и беззаботной, услышав обо всех ужасах, которые приписывают дому? А уж так ли и приписывают?       Адвокат задумался. Он вел дела уже около пятнадцати лет, приступил сразу после похорон старого графа. Если подумать, за всё это время он видел своего клиента, кажется, не более десяти раз. Нынешний граф фон Кролок жил в основном во Франции, и их общение происходило посредством писем. Сколько же раз за это время сдавалось поместье? Каждый раз арендаторы спешно покидали это место. Сами или в гробу. Никто не прожил в доме больше трёх лет. Чего только здесь не случалось: первый арендатор покончил с собой, пропали две служанки (ну эти, небось, нашли себе женихов, да и сбежали), в прудике в саду утонул ребёнок, два, ещё совсем не старых и внешне очень здоровых, господина неожиданно скоропостижно скончались, ещё чей-то слуга свалился с крыши и разбился насмерть, одного из арендаторов бросила жена, просто в один день исчезла, словно испарилась. Бедняга не вынес позора и спился. Хотя местные жители поговаривали, что увёл её совсем не молодой любовник, и стоило поискать тело на дне озера. Последнее семейство продержалось дольше других, но и они после появления на свет трёх мёртворожденных младенцев покинули зловещее место.        Если уж разбираться, то его предшественник тоже окончил свой земной путь при очень странных обстоятельствах. Правда, не здесь. Он упал с лошади, возвращаясь из малого замка, незадолго до кончины старого графа. Старики до сих пор любят вспомнить шёпотом у камина за кружкой пива, как из тумана появился храпящий, взмыленный конь, волочивший запутавшееся в стремени, изуродованное до неузнаваемости тело.        О самом графе и о его предках каких только слухов не ходило. Род его проклят. Предков его сожгли в собственном замке за колдовство. В его развалинах теперь живут призраки и вампиры. Поговаривают, что его сиятельство и сам вампир. Ну, вампир, не вампир, а хозяином он был неплохим, да и человеком, наверное, тоже. Гимназию, где директором стал господин Штайнер, отремонтировали на его деньги. Так же он частично оплачивал обучение двух или трёх мальчиков, оставшихся сиротами. Тем не менее, несмотря на все добрые дела, местное население графа побаивались. Развалины и малый замок старались обходить стороной. К вечеру люди торопились разойтись по домам. Даже деревенские юноши и девушки не гуляли, обнявшись, тёплыми летними вечерами. А если кто засиживался в гостях или таверне до темноты, то уж оставался там до утра. Чеснок в каждом доме был в изобилии.       – Господин Штайнер, – осторожно начал адвокат, – Возможно до вас доходили пугающие слухи об этом поместье…       – О, да, – жизнерадостно подтвердил молодой директор, – Чего только я в школе не наслушался! И призрак сумасшедшей, и какой-то там уродливый горбун или горбатый вампир, и висельник. Кстати, мои ученики убеждены, что вампиры живут в малом замке, а здешних обитателей беспокоит только привидение безумной леди. Какая прелесть! Что за старый дом без фамильного привидения!        Госпожа Штайнер вновь появилась в кабинете.       – Дорогая, как ты относишься к тому, что с нами будет жить ещё и привидение?       Магда ласково улыбнулась мужу.       – Уверена, мы с ним подружимся. Я приложу все усилия. При первой же встрече, будь добр, спроси у него о его распорядке дня или ночи. Мне ни в коем случае не хотелось бы побеспокоить его во время отдыха или отрывать от важных дел. В конце концов, оно поселилось здесь задолго до нас.       Часы пробили семь, когда раздался стук копыт. Господин Граф приехал верхом. Он полностью подтвердил всё рассказанное о нём адвокатом, едва ли промолвив несколько фраз: поздоровался, вежливо поинтересовался, как прошёл переезд, и не утомилась ли госпожа Штайнер в дороге, влетел в кабинет, поставил подпись, выразил надежду, что супруги будут счастливы в их новом доме, пожелал доброй ночи и откланялся. Напоследок он бросил на госпожу Штайнер такой долгий и пронзительный взгляд, что она залилась краской и опустила глаза. Впоследствии супруги с удивлением обнаружили, что толком не рассмотрели и совсем не запомнили, как выглядит их таинственный гость.