Философ городского типа.

***

Я ещё немного времени пробыл с Лисой и Титом, ибо уходить вот так было как минимум не вежливо. Но думаю, если бы я и ушёл, они бы не обиделись. Идти домой предстояло достаточно долго, и я подумывал сесть на автобус или вызвать такси. Но мне хотелось пойти и подумать. Подумать обо всём, что случилось со мной за последнее время. Сначала в моей жизни появились тётя Алиса и Вася. Тётя Алиса хорошая женщина, очень добрая. На днях она кормила меня свежими пирожками. Я очень редко ел домашнюю выпечку, ибо мама не умеет её готовить, а бабушки у меня нет. Единственный раз, когда мама что-то готовила из выпечки — это мой седьмой день рождения. Мама приготовила красивый торт с пиратскими флажками, корабликами и леденцами в виде обитателей этих кораблей. Я до сих пор хорошо помню тот торт и думаю, что его мама тоже купила. Тётя Алиса же очень милая и порядочная женщина. Тем не менее, она не похожа на мамаш, аля домохозяйка-жду-мужа-с-работы-и-даю-по-зову. Она была волевой, но в тоже время не строгой. Когда Вася, к примеру, был увлечён игрой (а я сидел рядом с ним и пытался вжиться в процесс), зайдя тётя Алиса не шугала нас есть или что-то типо. Она просто заглядывала, ждала пока мы освободимся, и только после этого просила нас о чём-то. В общем, она супер понимающая. Я даже не злюсь на неё за сегодня, хотя любой другой подросток наверно бранил её за то, что она не поверила мне на слово. Я могу её понять. Она ведь, как никак, тоже мать. Вася тоже очень классный. Пусть он и не разбирается в той музыке, которую слушаю я. Пусть не смотрит те же фильмы, аниме и сериалы. Он другой, и это нормально. Я бы даже удивился и наверное заскучал, если бы наши интересы полностью совпали. Ведь всегда интереснее узнавать о новом, что-то новое. Копаться в старом — не всегда залог успеха. Казалось бы, я просто супер зануда и выпендриваюсь, потому что дети в 14 слушают Моргенштерна и Инстасамку, а я плыву по дому со своей Мондрус, засыпаю под «колыбельную сыночку» и на всю квартиру готов орать Пугачёву, пока никого нет дома. В общем, всё как всегда. К слову, о людях и нормальности. Тит. Вот о ком мне хотелось бы хорошенечко поразмыслить. Я его совсем не знаю, но он правда кажется мне интересным. Он вроде не альбинос, но впервые увидев его в магазине, я подумал именно об этом. Надо как-нибудь спросить. Он в принципе персона очень интересная (и не только из-за цвета волос). Вот бывают такие люди, которые привлекают к себе внимание, и подсознательно ты хочешь узнать об этих людях как можно больше. Вот, Тит именно такой. Но в нём было что-то ещё… Что-то, что привлекает меня. Возможно, причина этому — его инвалидность? Вполне может быть. Я никогда раньше не встречал людей с подобными недугами. Обычно, такие дети как он растут без отца, потому что отец никогда не позволил бы сыну красить волосы в яркие цвета (тем более в белый!)

***

У меня был отец. Почму был? Потому что его, очевидно, сейчас уже нет. Я почти ничего о нём не знаю. Он был у меня лет до двух, а потом резко пропал. Ну, для меня он пропал, а для мамы тогда он ушёл. Я ещё был слишком маленьким, чтобы осознавать уход другого человека, по этому все люди, которые появлялись в моей жизни в тот период времени не уходили, а именно пропадали. Так пропал и отец. Единственное, что я помню, так это то, что он собирал со мной крупное LEGO, а я всё время пытался засунуть детальки себе в рот. Мама говорит, что он любил приговаривать мне какие-нибудь успокоения, вместо жёсткого «не трогай» или «не бери в рот всякую хрень», что обычно говорят отцы в таких случаях (ну я на самом деле не знаю, как говорят отцы, просто видел такое в русских сериалах). Он меня любил. Любил, пока я был маленьким несмышлёным карапузом, а потом видимо, разлюбил. Ушёл один раз, и не вернулся. Мама до сих пор не знает, что с ним. Она ему больше никогда не писала и не звонила. Да и на улицах они, как в романтических комедиях на телеканале «Домашний», не пересекались.

***

Я не люблю говорить об отце. Когда бабушка была жива, рассказывала, что он бил мать ещё до моего рождения. И после, но побои происходили значительно реже. Если я помог маме своим рождением, я готов и потерпеть ещё немного. И пусть маме теперь не угрожают побои, я чувствую, что нужен ей. Нужен, как никогда раньше. И почему же я чувствую это? Не знаю. Следующий человек, что занял мои мысли — Лиса. Она очень красивая девочка, если не считать её коротких волос. Наверное, будь черты лица чуть более мужскими, я бы спутал её с мальчиком, стоя возле доски в свой первый школьный день. И нет, я не ярый противник коротких волос, ведь как-никак у меня они тоже короткие. Просто я считаю, что девочки должны выглядеть как девочки, а не как их жалкое подобие. Вот были же у нас в классе Лена, Ксюша… Да хоть Арина Токорева! Все с длинными косами до пола, и все утончённые такие, красивые. А Лиса, она… Она как будто и вовсе не девочка. Именно это меня и озадачивало. У неё имя такое красивое — Василиса… А в своей группе в вк она переделала это прекрасное имя на какого-то Василия. Странная она всё-таки. Пока я был с головой погружён в свои мысли, не заметил, как почти дошёл до дома. Уже виднелась крыша большого синего здания, не далеко от которого я и жил. Первый его этаж был весь исписан какими-то граффити и надписями. Я поднял голову выше, на самую его крышу. Там большими чёрными буквами было написано «ЦОЙ ЖИВ!». Я ещё раз осмотрел дом и ещё раз надпись. Она была явно очень старая, а дом выглядел почти новым. Опустив взгляд на граффити на первом этаже я заметил, как кто-то тут играл в виселицу. Слов я разглядеть не смог, так как они писались на стене которая не попадала в мой угол обзора, но видимо тот, кто играл в эту игру продул, ибо человечек был нарисован полностью. Я прошёл около большой лужи во дворе и запнулся о вмятину в бетоне, она была сделана чьим-то кроссовком. Я внутренне посетовал и на себя (потому что не смотрел под ноги), и на человека (который, собственно, сделал эту вмятину). Дойдя до подъезда я поднялся по лестнице и хотел было набрать номер квартиры, как заметил на порядком облупившейся зелёной краске нацарапанную надпись: «Коля пидор» Причём буква «п» в последнем слове была очень не аккуратно нарисована, и в место нужного слова я первый раз прочитал «гидор». Что уж сказать, эстетика очередного русского города. Зайдя в подъезд я начал подниматься на лифте, нажал кнопку девятого этажа сразу после какой-то маленькой девочки, что жила на втором. В тот момент когда малышка в припрыжку выскакала из лифта, мой телефон ухукнул, издав звук то ли твиттера, то ли чего-то ещё. Это оказалась аська… Я и забыл как скачал её несколько дней назад. Сообщение было от контакта «Вася Ермак». Я сразу понял кто именно мне пишет, быстро открыл сообщение. Вася Ермак С тобой всё в порядке? Извини, что так получилось. У меня и в мыслях не было того, что у тебя могла быть паническая атака. Ещё раз прости. Я пытаюсь всегда за всем уследить, а за тобой вот не получилось. Ещё раз прости. Ари М. Да ничего, правда Вася Ермак Ты до дома нормально добрался? Ари М. Да всё путём Вася Ермак С тобой это случалось раньше? Ари М. Что «это»? Вася Ермак Паническая атака. У тебя случалась раньше паническая атака? Или это первый раз? Ари М. Нет, это первый раз. (Это был не первый раз. И я это прекрасно знаю. Я не хочу казаться слабаком перед Лисой… Она, как-никак, девочка. Я поговорю с мамой об этом. Может поговорю.) Лифт уже доехал до пункта назначения. Я вышел из него и железные ставни за мной задвинулись. Мне в детстве всегда было страшно, что меня придавят эти железяки. Казалось лифт — это огромный кит. А железные двери — зубы. Помедлишь хоть чуть-чуть, и кит проглотит тебя, оставив навсегда томится в своём животе (то есть, в кабине лифта). Я уже вырос, но такие ассоциации остались. Я прокрутил ключ в замочной скважине, тот подозрительно скрипнул и поддался. Как только я открыл дверь, меня встретил Вася с тарелкой супа в руках. Видимо, он шёл на кухню, чтобы отнести тарелку. Он улыбнулся мне, поприветствовал и пошёл относить тарелку. Пока разувался, заприметил тётю Алису с усердием малевавшую красную помаду на свои губы. — Куда идёте? — Мне было правда интересно. Я никогда не видел, чтобы мама когда-нибудь красилась на столько ярко. — На свидание иду… — Она уложила последний слой губной помады и издав причмок начала кружится перед зеркалом. — Ну, как тебе? — Очень хорошо выглядите. Вася высунулся из своей комнаты: — А дядя Саша что? — О дяде Саше мы больше не говорим! — А мне он нравился… — Ну извини, родной. Дядя Саша… Не очень хороший человек. — Ну, ладно. Вася со скучающим видом зашёл обратно в комнату. Видимо, опять играет во что-то. После, повернувшись ко мне тётя Алиса проговорила: — Ари, сколько раз говорить, не называй на «вы»! Говори просто Алиса. Что, сложно что-ли? Когда ты меня так называешь, я чувствую, что я старая! Ты что, считаешь меня старой? — Не, конечно нет! Не сличаю вас… — Я запнулся. — Тебя старой. — Вот и отлично! — Она лучезарно улыбнулась мне в ответ. Хоть Вася и её приёмный сын, улыбки у них очень похожи. — А где мама? — Маша? Она работает допоздна. Не думаю, что придёт сегодня. — Опять? — Моё настроение резко испортилось. — Ну ты это, не переживай, Ари. Она же, как-никак, для тебя всё это делает! Вот когда всё нормализуется, когда мама твоя определится с работой, то вы обязательно хорошо заживёте. — А кем работает мама? Алиса, — я немного потупился, ещё не привык, — та не знаешь? Она потупилась. Перестала крутиться перед зеркалом и как будто о чём-то задумалась. После быстро прихватила куртку с вешалки. — Нет дорогой, не знаю. — Алиса чмокнула меня в щёку так, что у меня остался след от красной губной помады. — Ну всё, побежала. Суп в холодильнике, можешь съесть бутерброд, если захочешь. Если что, по всем вопросам обращайся к Васе, он всё скажет. Не скучайте! И захлопнула за собой дверь.