цветы со стеклянными глазами

— Зайди в квартиру! — раздаётся громкий голос снизу.  — Мне тепло! — бурчаще доносится сверху. Леви допивает уже остывший кофе, в очередной раз покрываясь мурашками из-за весеннего прохладного ветерка, и заходит в квартиру. Закрывает балкон и идёт в коридор, чтобы открыть входную дверь, за которой уже слышатся громкие шаркающие шаги.  — Ты куда без футболки на балкон выскочил? — с порога.  — Здравствуй, Эрвин. — ехидно улыбается Леви, быстро целует его в щёку и забирает пакет из холодных рук, — У самого руки ледяные.  — Они у меня всегда такие. — Эрвин снимает с себя лёгкую куртку и вешает на крючок, начиная разуваться, — Ты же заболеешь.  — С чего бы? — хмыкает Леви, унося пакет на кухню, и тут же возвращается обратно, останавливаясь в дверном проёме, — Я ведь сказал, что мне не холодно. Тем более погода хорошая.  — Да у тебя иммунитет… — начинает Эрвин, ставя кроссовки в угол, — Слабее некуда.  — Кто бы говорил. — улыбается Леви, упираясь плечом в дверной косяк, и сразу меняет тему, — Я кофе только что заварил, будешь?  — Конечно. — кивает Эрвин, шагая в спальню.  — А ужинать?  — Только кофе. Леви вновь возвращается на кухню, чтобы налить кофе. Достаёт кружку для Эрвина и с другого конца столешницы берёт свою. Напевая песню себе под нос, тянется за сахаром, которая стоит на самой высокой полке, куда её как обычно поставил Эрвин — сам Леви кофе с сахаром не любит, а вот Эрвин две ложки кладёт, а то и больше.  — Кстати, — раздаётся голос из спальни. В ответ раздаётся короткое «что?» из кухни, — я зеркало заказал, которое тебе понравилось.  — Дорогое? — задумчиво спрашивает Леви, вставая на носочки, всё ещё делая бессмысленные попытки достать белую сахарницу с голубыми цветочками. В итоге сдаётся и, цокая губами, тянется к турке, громко возмущаясь, — Эрвин, сам свой сахар доставай! Опять на самую высокую полку поставил, я не дотягиваюсь.  — На стул встань. — раздаётся уже из ванной в унисон со звуком льющейся воды, — Недорогое, оно по скидке на этой неделе.  — Делать мне нечего. — бурчит в ответ Леви, — Сам достанешь.  — Кстати, в пакете небольшой подарок. — раздаётся голос уже ближе. Эрвин заходит на кухню в домашней одежде и берёт пакет, переставляя его с пола на стул, — Но это уж ты сам смотри.  — Интригант. — ухмыляется Леви и ставит две кружки на стол, — Сахар достань. Эрвин молча поднимается со стула, на который только сел, и, проходя мимо Леви, быстро целует его в макушку.  — Маленький мой. — улыбается, доставая сахарницу, и наблюдает за тем, как Леви, смущаясь, прикрывает лицо ладонями как будто случайно.  — А ты, я смотрю, высокий. — Леви, поджимая губы, тянется к хрустящему целлофановому пакету из супермаркета и открывает его, доставая продукты. Ставит их на стол и Эрвин сразу же убирает всё по местам, — Ну и где подарок? Он поднимает голову и Эрвин готов поклясться, что выглядит Леви сейчас, как маленький ребёнок, у которого отобрали последний кусочек шоколадки — губы поджаты, брови приподняты, а глаза моментально становятся такими расстроенными, что его даже жалко становится.  — На самом дне. — с теплотой в голосе говорит Эрвин и приподнимает уголки губ, открывая полку, чтобы положить в неё упаковку чая.  — Только попробуй поставить её на самый верх! — раздаётся злобное рычание за спиной. Вот тебе и расстроенный ребёнок.  — Да я и не ду…  — Ставь. На. Самую. Нижнюю. — с каждым словом голос всё строже и строже, — А лучше вообще на столешнице оставь. Эрвин ставит чай рядом с подставкой для ножей и, разворачиваясь, упирается руками в столешницу и смотрит на Леви, пытающегося найти подарок.  — Там коробка как из-под чая размером. — поясняет Эрвин, наклоняя голову к плечу, — Ищи-ищи.  — Слушай, — вдруг спрашивает Леви, поднимая взгляд на него, — а сегодня разве какой-то празник? Зачем подарок?  — Сегодня всемирный день хомяка. — смеётся Эрвин, складывая руки на груди, — Я тебе просто так подарок сделать не могу?  — Просто неожиданно. — хмыкает Леви и, вновь опуская взгляд в пакет, договаривает уже намного тише, — И приятно. Леви достаёт коробку, которую так долго искал в нескольких, кажется, тысячах, пакетиков с растворимым кофе, которые Эрвин покупает себе на работу. Коробка полностью белая, никакого намека на её содержимое даже нет.  — Ну, ты смотри, а я пойду руки ещё раз помою, — хихикает Эрвин и быстрым шагом удаляется. Леви только слышит, как громко хлопает дверь ванной комнаты, и принимается распаковывать подарок. Аккуратно отдирает скотч и медленно поднимает крышку, закрывая глаза, чтобы сохранить интригу. Открывает глаза и не верит им же, потому несколько раз сильно жмурится. Эрвин впервые в жизни слышит своё имя, произнесённое одновременно с удивлением, злостью и любовью. Он выходит из ванной комнаты и замирает в дверях, смотря на смеющегося покрасневшего Леви.  — Ты серьёзно? Плюшевая, блять, ромашка? — сквозь смех спрашивает Леви, прикрывая лицо ладонью, а другой рукой держит довольно большую игрушечную ромашку со смешной мордашкой.  — Ну, — прыскает со смеху Эрвин, закидывая волосы назад, — у тебя ведь аллергия. Тем более, цветы вянут быстро. А этот не завянет.  — Действительно… — задумчиво произносит Леви, рассматривая толстые белые лепестки, — ещё и аллергии не будет. Леви широко улыбается и смотрит на Эрвина, прижимая к себе цветок.  — Спасибо, — смущённо и тихо, — Мне приятно.  — Я куп… — Эрвин начинает говорить, но его тут же резко обнимают, крепко сжимая руки на поясе. Он аккуратно обнимает Леви за плечи и целует в макушку, улыбаясь, — …Купил бы тебе целый букет из таких цветов, но ухватил последний.  — Дурак, — хихикает Леви, сильнее прижимаясь к нему. — Мне вообще никаких ромашек не нужно! Главное, что есть ты.  — Ну, не выкидывать же её теперь?  — Да ты с ума сошел! — Леви резко отпрыгивает от него, словно он схватился за огненную ручку чайника, и сжимает в руках мягкий стебель цветка, — Это лучший цветок в моей жизни! Эрвин смеётся, а Леви шагает в сторону комнаты, внимательно смотря в стеклянные глаза ромашки, как будто пытается от неё что-то узнать.  — Эрвин, — зовёт Леви уже из спальни и слышит шаги из коридора, — у нас есть небольшая проблема. Эрвин заходит в комнату и видит, что Леви смотрит на кровать, заставленную игрушками. Эрвин прыскает со смеху, а Леви складывает руки на груди и серьёзно смотрит на всё сборище плюшевой животности, что уже несколько лет живёт на их кровати.  — Мне кажется, — Леви поворачивается в сторону Эрвина и усмехается, — что скоро нам будет негде спать.  — Давай половину выкинем? — предлагает Эрвин и тут же видит, как глаза Леви округляются до размера самой большой монеты, как сам он глотает воздух, не находя слов на такое заявление.  — Я тебя скорее выкину, Эрвин! — в шутку грозится Леви, поджимая губы, — Во-первых, каждую из них мне подарил ты и каждой из них я дорожу. Во-вторых, они стоят денег. В-третьих, я для них полку куплю.  — Я тебе полку на день рождения подарю. — смеётся Эрвин, прижимая его к себе, и слышит недовольный вздох, — Шучу.  — Шутник. — Леви бурчит и обнимает его, кладя голову на его грудь, — Там кофе уже льдом покрылся.  — Ладно-ладно, — усмехается Эрвин и, когда Леви поднимает голову, быстро целует в холодный нос и отпускает его из объятий, — Пойдём. Леви кладёт ромашку на кровать и шагает вслед за Эрвином на кухню.  — Пойдём на балкон? — спрашивает Леви, уже касаясь стеклянной двери.  — Холодно. — отвечает Эрвин, беря остывшую кружку в руки, — Ты заболеешь.  — Не заболею. — Леви всё же открывает дверь и выходит на балкон, вдыхая прохладный вечерний воздух.  — Ну хотя бы футболку! — раздаётся из квартиры.  — Неа. — отвечает он, заваливаясь на старое красное кресло, которое рука не поднимается выкинуть. Эрвин выходит на балкон и приносит кофе, о котором Леви, видимо, забыл.  — Прох…  — Сам оденься. — фырчит Леви и берёт свою кружку из его рук, — Спасибо. Сядешь?  — Не хочу. — отмахивается Эрвин, делая глоток кофе, и опирается на перила, смотря на шумные деревья, залитые апельсиновым светом заходящего солнца, — Спасибо за кофе, вкусный очень.  — Самому нравится. — ухмыляется Леви, ставит ноги на кресло и обнимает их руками. Около минуты молча смотрит на Эрвина, который подпирает щеку кулаком и рассматривает улицу, — Устал?  — По мне видно?  — Угу, — Леви кладёт голову на колени и делает глоток, — Сильно видно. Допивай и ложись спать.  — Рано ещё, — Эрвин оборачивается к нему и поправляет волосы, — Да и я документы домой приволок, заполнить нужно.  — Я могу тебе помочь?  — Нечем, — Эрвин разводит руками и отрывается от перил, закидывая руки за голову и подтягиваясь, — Так что, пойду работать. Быстрее сделаю — быстрее закончу.  — Оставь кружку, — окликивает Леви, когда Эрвин заходит в квартиру, — я помою. Ты где работать будешь?  — Я уже помыл. — раздаётся глухо за спиной, — На кухне буду, тут светлее. Леви заходит в квартиру, закрывая балконную дверь. Сразу подходит к раковине и моет кружку, напевая какую-то мелодию себе под нос.  — Сам-то спать не собираешься? — спрашивает Эрвин, садясь за стол с довольно-таки толстой стопкой документов.  — Вообще, в сон клонит, — признаётся Леви, упираясь мокрыми руками в столешницу, — но не знаю. Без тебя не хочу засыпать.  — Ну, мне около часа сидеть точно, — Эрвин осматривает стопку и переводит взгляд на Леви, — Так что иди.  — Постой. — резко произносит Леви, хмуря брови, и убирает руки за спину, — Тебе разве завтра на работу?  — Завтра какой день недели…? — измученно спрашивает Эрвин, хватаясь руками за голову, — Голова уже не варит, извини.  — Завтра среда. Ты выходной, а я работаю, — улыбается Леви, подходя к нему, — Так что, складывай всю эту гадость обратно. Спать пойдём.  — Как можно было забыть? — вслух думает Эрвин, поднимаясь из-за стола.  — Заработался ты, Эрвин. — Леви берет стопку документов и кладёт в пакет, из которого Эрвин их и достал, — Спать пошли. Эрвин прислушивается к его совету и кладёт пакет с документами на стул, чтобы потом не потерять. Медленно шагает в сторону спальни, по пути снимая с себя широкую футболку с эмблемой фирмы на груди. Леви, закрыв шторы, идёт вслед за ним. Эрвин аккуратно переставляет игрушки на пол, а Леви быстро надевает пижамные штаны и расправляет кровать, когда она полностью освобождается от плюшевых войск кошек и собак.  — Окна надо помыть, — вслух думает Леви, садясь на кровать, и смотрит в окно.  — Завтра помою, — отвечает Эрвин и ложится, тянется к нему и касается его руки.  — Даже не думай, — бурчит Леви, заваливаясь назад. Сразу же оказывается в теплых объятьях, поэтому прижимается к Эрвину ближе, прижимая руки на груди, — Опять разводы будут. Я сам.  — Это было всего один раз!  — Не «всего», — передразнивает Леви, приподнимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза, — Я же говорю, что сам помою, значит сам помою.  — Как хочешь, — улыбается Эрвин, целуя его в лоб, — Спи. Завтра вставать рано.  — Да это всё ты со своими окнами, — бурчит, закрывая глаза, и закидывает одну ногу на ноги Эрвина. Он всегда так засыпает, оправдывая это тем, что так удобнее, — Сам спи. Эрвин тихо хихикает, нежно обнимая его. Леви всегда начинает бурчать, когда спать хочет, делает это неосознанно, поэтому Эрвин и не обижается. Он одной рукой невесомо поглаживает плечо, а другой перебирает пряди тёмных волос. Леви жмётся к нему, как кот, и горячо дышит в грудь.  — Я тебя люблю, — уже сквозь сон роняет Леви, убирая одну руку от груди и закидывает её на плечо Эрвина.  — И я тебя люблю, — Эрвин целует его в макушку и сам через несколько минут засыпает. Вечером следующего дня Леви возвращается с работы с букетом игрушечных цветов. Пять плюшевых смешных ромашек, перевязанных красной ленточкой. Эрвин смеётся, когда встречает очень серьёзного Леви в коридоре, прижимающего к себе букет, на что тот тычет им в него.  — Со всемирным днём рок-н-ролла, Эрвин! — произносит Леви и, не сдержавшись, начинает смеяться.