Haven for lost souls

Вокруг — лишь тьма, лишь эхо боли, стоны, Где крик звучит, как реквием из снов. Там души — в язвах, в ранах, в стаи воронов, Лишь клочья мыслей, прах былых основ. По мертвым улицам скользят виденья, Где жизнь кипела — пыль, да пустота. Разум — в осколках, в пепле растворенье, И мчит над городом слепая темнота. Бредут безмолвно — с выжженной душою, Глаза как бездна — злоба, боль, провал. Их не лечили — смеялись над судьбою, А мир их — склеп, где разум умирал. Сердца — в золе, в пыли, в огне расплаты, Здесь не живут — здесь стонут сквозь века. Любовь погибла — как солдат солдаты, И лишь отчаянье рыдает издалека. Ползут, как тени, вслед за светом призрачным, Где мрак в глазах — и холод, и обман. Они несут проклятие с дыханьем жутким, Шепча в затылок: «Стань одним из нас…» А в небесах — сытые, гордые, надменные, Кто лгал с пеленок, сея страх и бред. Они — в дворцах, в законах погребенные, Куют нам крест — на сердце ставят след. Им мало криков, боли и расправы, Им сладок стон, им музыка — наш вой. Они плетут аккорды вечной травмы В торжественный и лживый гимн людской. Указ за указом — цепи, плети, клейма, Шрамы на душах, разум — в тисках. Все ниже взгляд, и холодней подлейма, Все выше стены, колокол… и страх. Но в этой мгле, в безумии и крике Рождается вдруг голос — как заря: Он шепчет: «Встань. Гори. Не гнись в тупике. Ты — человек. А не чья-то тень и прах.»