Haven for lost souls

Меня рвали, ломали, терзали, Разбивали о скалы сомнений, Имена мои грязью марали, Ткали сети из горьких видений. Над бездной вставал этот вой, Разрывая немое пространство: — Ты никто! Прекрати этот бой! Твое место — в земле иль в изгнанье. Я стоял, как восковая свеча На сквозняке ледяных коридоров. Слезы жгли, словно кромка ножа, Отражаясь в дрожащих ладонях. Мне твердили: сдавайся давай. Твое солнце больше не греет. Ты исчерпал весь свой резерв, Все, что было, давно отгорело. Но в груди, где зияли провалы, Где оставили шрамы ножи, Там незримое что-то вставало, Нечто большее, нечто, что жизнь. Не обрывок. Не жалкая доля. Не подобие прежних высот. А рожденная в лютой неволе Сила, что сквозь гранит прорастет. Я почувствовал, как сквозь боль, Сквозь холодный рассудок и страх Разгорается пламенем роль — Мой незримый, твердый Маяк. Не сломили ни гром, ни слова, Ни проклятья, ни черная зависть. Мои рваные старые платья Стали знаком иного начала. И тогда я улыбался, Не смирением. Нет. Превосходством. Все, что жгло, во мне догорало, Превращаясь в покой, благородство. Я шагнул. Нет. Не назад, Не в болото унынья и тленья. А вперед, где рассветный обряд Обещал мне источник прозренья. И миру сказал: Я живой! Голос эхом прошел по глубинам. Я живой. И пусть разрушен мой дом – Я воздвигну дворец на руинах. Не боюсь ни судов, ни потерь, Ни проклятий, ни взглядов косых. Отворяю невиданну дверь Для себя и для судеб иных. Я не сломаюсь! Звучит этот клич Под мелодию ветра и неба. Я — как Феникс, взлетевший из притч, Возродившийся в пламени света. Пусть обломки лежат позади, Я из них соберу новый парус. Слышишь? Бьется огонь мой в груди. Не сломаюсь. Я здесь был и останусь. До конца. До победного вдоха. Выше страха, преград и оков. Я прошел сквозь оскал всей эпохи, Мой девиз – громче всех голосов. Навсегда. До последнего вздоха. Я останусь свободным. Собой. Я – искра, что не гаснет в эпохе, Слышишь, мир? Я остался живой.