EROS Station

      — Не отвечает, — с шумным выдохом произносит Соён и отстраняет от уха телефон. — О чем вы говорили? После того, как вы вместе пошли в уборную, он убежал, — этот вопрос заставил Чимина замяться. — Я… — не успев ответить за вопрос, как внезапно завибрировал телефон в руках девушки. — Юнги! — увидев знакомый ник и номер, Соён мигом отвечает и нервно прикусила губу, прижимая телефон к уху. — Юнги, ты чего не отвечаешь? — Пак нервно дрыгает ногой и мнёт пальцы, наблюдая за реакцией девушки. — Вот как… — поникшая девушка опускает глаза, поглядывая на Чимина, который уже весь горит от интереса. — Будешь через пять минут? Ура.       Пак не до конца понимает суть их диалога, поэтому, когда та уже закончила с ним звонок, немедля спрашивает: — Что говорит? — Сказал, что переезжает в новую квартиру, и сейчас заедет проведать, — после этих слов Чимин запускает пальцы в волосы и мычит мучительно, и скрыть свое состояние от сестры не выходит. Та гладит его по голове, думая, что Пак всего-навсего беспокоится о Юнги. Чимин, никак не обращая на поглаживания девушки, берет свой телефон и смотрит на чат с Мином. Юнги заходил в сеть, но не ответил ни на одно сообщение из сорока. Соён вздрагивает и радостно подбегает к двери, когда наконец постучались. Открыв дверь, Соён запрыгивает с объятиями на брата, который с теплой улыбкой обнимает её. Пак, сидящий все это время на диване, замирает и наблюдает на Юнги, грызя губу до ранок. Юнги заходит глубже дома и кидает на Чимина короткий взгляд, не переставая улыбаться. — Может сходим куда-нибудь? В последний раз проведем время вместе, — смотрит Мин на сестру, которая вдруг сменилась в лице. — В смысле последний? Э-эй, не расстраивай меня, — на что Юнги гладит её по голове с улыбкой. — Шучу, каприза такая. Ну, собирайтесь, за мой счет сегодня, — сестра улыбается и убегает в спальню за одеждой, а Чимин продолжает недоумевать всего веселья в лице Юнги. Парень словно не обращает внимания на Чимина, вынимая телефон с кармана, проверяя время. — Юнги… — Мин сразу же поднимает на него пустой взгляд и вопросительно кивает. — Что с тобой? — приближаясь к парню, Пак охватывает ладонями напряженные руки Мина, который на удивление не отстраняется, а спокойно стоит на месте, бегая холодными глазами по молодому лицу. — Я устал, Чимин, очень, — хрипло отвечает парень и опускает взгляд на губы Чимина. — Лучше не трогай меня.       Готовая и нарядная Соён спускается и, захотев выйти к парням, как слышит их тихий разговор и останавливается, прислушиваясь внимательно за стенкой. — Я не могу так, ударь меня или обматери, только не будь безразличен ко мне, — внезапный страх накатил на Пака, хватаясь сильнее за крепкие руки, которые уже стали отдергиваться от Чимина. — Ударить говоришь? — шипит стиснутыми зубами Мин и убирает телефон в карман, резко замахнувшись ногой, ударяя по самые яйца Чимина. Чимин не ожидал удара в это место и простонал от адской боли на всю гостиную, схватившись за пах. Соён аж прикрыла рот рукой от удивления, но влезать пока не стала. — Да… Так лучше, — скуляще выдает Чимин и пытается выпрямиться, но ноющая боль не позволяла. — Ещё? — заметно, что Юнги все это время сдерживался в спутанных эмоциях и сейчас, позволив себе выпустить каплю агрессии в удар, эмоции неконтролируемо выходят. Чимин закусывает губу и выдыхает, кивая быстро, настраиваясь на ещё один удар. Юнги вновь и уже сильнее ударяет меж ног, и Чимин, которого передернуло от боли, валится с грохотом на колени перед Юнги, пытаясь сдержать вопли. Соён прикусывает от волнения палец и выглядывает из угла только макушкой, взволнованно наблюдая за картиной. — Хочу твою морду по полу размазать, — рычит Мин и замахивается кулаком в лицо. Пак от сильного удара падает на пол со сломанным носом, с которого от падения брызнула кровь на ламинат. — Размажь, твоя очередь поступать так, как твоя душа желает, — Юнги кривит губы после его слов и приближается к нему, потянув к себе за воротник грубым хватом. — Ублюдок, какой же ты… — Юнги поджимает губы и осматривает лицо яростными глазами, сдерживая слова и шумно дыша. — Какой? — Чимин прикусывает лопнувшую губу и кокетливо улыбается. — Юнги, вижу я, как ты любишь меня, хоть ты убьешь меня тут голыми руками. Соён стояла в шоках от произнесенных слов Пака и присела на корточки, хмуро бегая по полу глазами, вслушиваясь дальше. — Помолчи, не видишь ты нихрена, понятно? Потому что ты дальше своего члена не видишь, ты… Сука такая! — удар прилетел прямо в щеку, и ещё удар, и ещё. Кровь Чимин сплевывает и с какой-то надеждой отползает от Юнги, который тут же его ловит и оседлает живот, оставляя удары на посиневших щеках. — Юнги! — все-таки решила вмешаться Соён пока не поздно. — Перестань! Ты его убьешь! — сестра со всей силы тянет парня от Чимина и толкает к стене, жалостно рассматривая валяющегося Чимина с избитым лицом. — За что ты его так?.. — Тебе рассказать? — рыкнул громко и яростно Мин, чуть ли не плеваясь от злости. — Или наш Чимин расскажет? — Чимин с диким трудом приподнимается на руках и смотрит на Юнги исподлобья, не издавая ни звука. — Отвечай, блять, — грубо выдал Юнги и пнул его в ногу. — Хватит! — выдала громко Соён. — Иди проветрись, — сестра выталкивает рассерженного брата во двор и оставляет дверь открытой, подбегая к окровавленному парню. Пак шипит от боли и пытается прийти в себя, видя размытость перед глазами. — Черт… Тебе в больницу надо. — Нормально, — хрипло шепчет Пак и на удивление крепко встает на ноги, вытирая горячую, капающую обильными каплями на пол кровь с щек и носа. — Пойдем, есть перекись у меня, обработаю, — Соён ведет парня в спальню, придерживая.

***

      Юнги просидел на ступеньке так до самого вечера, вырывая травинки и пиная камушки, размышляя над случившимся. Юнги за столько времени уже успокоил в себе злость, а лишь думал, как дальше ему поступать. Через некоторое время слышится звук открывающейся двери за спиной и тихие шаги. Это была сестра, которая спустилась и села на ту же ступеньку, где Юнги просидел весь день. — Мне Чимин всё рассказал, — после этих слов Юнги замирает и переводит на неё уставшие глаза. — Соён… — Вы могли об этом сказать еще пару месяцев назад, зачем… Так тянули, — девушка замолкает и опускает глаза, поджимая пухлые губы. — Прости меня, Соён. Я хотел тебе об этом сказать, но я, блять, не мог. Я пойму если ты не простишь меня, но я мучался с этими мыслями и влюбился как придурок, — хрипло выдает Мин и приманивает к себе взгляд девушки. — Я подумаю, прощу ли тебя, но Чимина никогда, — прикусив губу, Соён вздыхает. — Он сидит ждёт тебя, а я… Прогуляюсь, — девушка поднялась с места. — Соён, прости меня, я люблю тебя, — со всей грустью и искренностью произносит Мин и хватается за её нежную руку. Та грустно улыбается и провела рукой по лохматым волосам Юнги, молча направляясь вперед. Ей нужно проветриться и собрать мысли в одну кучу. Юнги тяжко вздыхает и встает на ноги, поправляя штаны и разминая отсидевший зад, заходя в теплый дом с полумраком. Разглядев сидящего Чимина на диване, Пак был опечален, сломанный изнутри, с жалким видом и пластырями после избиения. Юнги вздыхает и осмеливается сделать шаг к нему. Услышав знакомые шаги, Чимин поднимает голову с лохматыми волосами. — Юнги, — парень подскочил с места и хотел подойти, как Юнги это не позволил, надавив на его грудь рукой. — Не надо, сядь, — тихо просит Мин и Пак слушается, садясь подле него со стеклянным взглядом. Юнги осматривает свои покалеченные пальцы и поглядывает на Пака, которому только и остается нервничать от напряженного молчания. — Значит рассказал всё? Чимин кивает и поправляет лохматые волосы, всё также до беления сминая пальцы. — Всю правду сказал, — Юнги аккуратно кивает. Облегчение от раскрывшийся правды хоть и было, но последствия оставляли паршивый осадок. — Она меня не простит, как и ты, я понимаю, что поступил как полный идиот, — хрипло произносит Пак и опускает виноватый взгляд. — Прости меня… — Ты должен извиняться перед Соён, ей больнее, — Юнги не думал на данный момент о себе, и даже пожалел, что поддался в принципе Паку и чувствам к нему. Не было бы глупого поведения, сейчас все было бы хорошо. — Я извинился, но я знаю, что она меня не простит. Я не заслуживаю этого, — голос дрогнул и Чимин именно сейчас расплачивается за своё вранье и утаении правды. Юнги молчит и продолжает рассматривать пальцы. — Надеюсь, это будет тебе уроком, — произносит парень и пожимает губы. — И ни с кем так больше не поступишь. — Я усвоил урок. Юнги, прости, я тебе сделал так больно, — голос Чимина подрагивает, подавляя противный спазм в горле. — Я тебе тоже. Ты нёс мне моральную боль, я тебе физическую, — Юнги хмыкает. Но Чимину было не до улыбок. Сейчас он теряет близких людей, потерял Соён, с которой безжалостно поступил, и Юнги, которого впутал в это и ухудшил отношения с сестрой. Чимин смотрел в пол и краем глазом уловил, как Юнги медленно встает и идет к нему тихими шагами, садясь осторожно рядом. — Я не знаю что будет дальше, но быть с тобой я больше не могу, — Чимин от услышанного поднял влажный взгляд на Юнги, на котором уже ломалась каменная маска и безразличие. — Не могу. — Я понимаю, милый, — Юнги шумно вздыхает от ласкового прозвища и качает головой. — Я перееду сегодня и соберу свои вещи, будем меньше пересекаться. Забудь адрес моей работы, — Чимин тяжело сглатывает и слушает, быстро рассматривая лицо Мина мокрыми глазами. — И с сестрой тоже не связывайся. Позвонишь ей — ноги проломлю. А лучше езжай обратно к себе в город. Юнги больно говорить это, а Чимину больно слушать. У обоих почти одинаково разрывается сердце, но оба осознают, что так, возможно, будет лучше. — Хорошо, сегодня меня уже не будет, — подавляет в себе все возможные эмоции Чимин и упираясь о свои колени, резко встает. Юнги нервно наблюдает, как Пак хотел уже сделать шаг, как резко произносит: — Чимин, — на отклик Пак молниеносно оборачивается и сталкивается с внезапным поцелуем. Прощальным, горячим и любовным. Сердце словно обволокли теплыми объятьями, тревожность рукой сняло и слабая боль на лице, кажется, пропала. Юнги, оставаясь с таким же каменным лицом, медленно отстраняется от желанных губ, обжигая перегаром губы Чимина, прикрывая глаза. Пак резво тянет того к себе за затылок и вновь прижимает к своим губам, уже настырнее целуя до влажных звуков, слушая томные стоны Юнги. Посасывая и облизывая пересохшие губы, Юнги вгрызается в уста Чимина и надавливает сильно на грудь, повалив на диван, после чего нависает над Паком. Стон от давления тела с губ Чимина слетел прямо в поцелуй, и Юнги её тут же ловит ртом, продолжая выцеловывать губы так, как будто это делает в последний раз. Хотя, так оно и есть. Юнги коленями грубо разводит ноги Паку в разные стороны и упирается пахом в жесткую ширинку, заставляя Чимина ерзать под собой и сбиваться с дыхания. Парни были жутко возбуждены от одного пошлого поцелуя, трясь ширинками джинс и вжимаясь всем телом друг к другу, ощущая горячую кожу сквозь одежду. Пак закусывает губу от наполняющих ощущений и хватает того за крепкую поясницу, надавливая сильнее, делая трение более приятным, попутно с наслаждением вслушиваясь в сбитые стоны Мина у уха, который пытался за что-нибудь схватиться и двигаться самостоятельно. От более чувствительного трения Юнги быстро доходит до оргазма с шумным и низким стоном, кусая того за шею с удовлетворенным вздохом. Чимин выгибается от укусов и поддается резко бедрами, со сладким стоном кончая в штаны с дрожью, ища слепо губами горячие уста Юнги, и, сливаясь в поцелуе, парни так пролежали ещё не долго, разрывая поцелуй, который продлился меньше тридцати секунд. Ничего не сказав, Юнги направился в ванную, из которой вышел спустя две минуты. Идя спокойными шагами, Юнги останавливается у дивана с Чимином и с трудом произносит: — Я подвезу тебя до аэропорта. Собирай вещи, — холодно отрезав, Юнги шумит ключами от машины и выходит из дома с шумным хлопком двери. Чимин провожает разочарованными глазами Юнги и закрывает глаза с тяжелым вздохом, осознав, что это десятиминутное удовольствие не повлияло на их решение. Он уйдет из жизни Юнги и Соён, оставаясь только неудачным человеком в их жизни, который принес им только боль. Чимину остается только уехать.