***
Веки словно придавили камнями и, как ни старайся, Нил никак не мог распахнуть глаза. Джостен лежал пару минут, вслушиваясь во внутренние ощущения и окружающую тишину. Его тело лежало на боку на тёплом одеяле, в комнате было ужасно душно, а от пота к нему прилипала одежда. Нил сделал пару глубоких вдохов и поднялся на локтях. Суставы слегка хрустнули, от чего по спине пробежала дрожь, а когда парень потянулся, разминая затёкшие мышцы, в глазах потемнело от удовольствия. Огромными трудами Нил открыл глаза. Сквозь тонкие щели в жалюзи пробивалось утреннее солнце, а в воздухе летала пыль. Нил поднялся, ступая босыми ногами на жёсткий ковёр и запуская руку в волосы. Громкий звон разбитой тарелки из другой комнаты, и характерное раздражённое «Ники!» вынудили Нила подскочить от неожиданности и дёрнуться в поисках пути для отступления, но он вовремя понял, что никакой опасности нет. Дёрнув ручку двери, десятый номер оказался в коридоре, а оттуда прямо на кухне, где во всю кипела жизнь. Лисы пытались приготовить завтрак и попутно не уничтожить кухню. — Блять, Элисон, ты чего пальцы растопырила?! — выкрикнул Аарон, держа в руке мокрые листья салата. — Подай мне тарелку! — Да пожалуйста! Нил зашёлся кашлем, и Лисы неловко замерли, оборачиваясь на него. В эту же секунду в кухню вошли Ваймак и Эбби, таща за собой три огромных пакета с продуктами и бутылками. — Доброе утро. — Доброе утро, Эбби, — хрипло выдаёт Нил. — Ну и как спалось, перевязанным в бинты? — дерзко спрашивает Ваймак. — У вас в комнате будто племя аборигенов живёт. — Эй! Нил молча развернулся. — Я могу сходить в душ? — Конечно. — Я с тобой! Все Лисы уставились на Кевина, подскочившего с места за кухонным столом. Мэтт перестал чистить картошку, Дэн оторвалась от мытья посуды, Аарон и Элисон застыли с тарелкой и зеленью в руках, а Ники едва не упал со стула, куда был благополучно сослан за порчу и без того скромного имущества Ваймака. — То есть, — замялся Дэй, неловко оглядывая ребят, — тебе же нужна помощь, да? Раны, всё такое. Один не сможешь. Нил почесал затылок, глядя на Кевина из-под волос. — Эмм, конечно… Да… Пойдём. Дэй скрылся в ванной, громко хлопнув дверью, а Нил смотрел ему в след. Ники достал из бумажного подноса свой Bubble Tea, вставил трубочку и принялся громко сёрбать, переводя взгляд от одного к другому. Ваймак кашлянул, оборачиваясь на Дэн. — Что у вас с завтраком-то?***
— Извини, — тихо шепнул Кевин, стоило Нилу зайти в ванную комнату, закрыв за собою дверь. — Не стоило, наверное. Они теперь чего-нибудь не того подумают. — «Чего-нибудь не того?» Нил устало вздохнул. Кевин поднялся с края раковины, открывая ему проход к душевой кабинке. Джостен сконфуженно замер на пороге, хватаясь за края белой футболки Дэя, всё никак не решаясь её снять. — Помочь? — Я сам. Увы и ах, но видимо сегодня просто был не его день. Грудь была обвязана очень плотно, а руки, где бинты были затянуты на несколько узлов, не могли нормально двигаться. Дэй аккуратно приподнял руки Нила, стягивая свою вещь, и бросил её в стиральную машинку в другом углу комнаты. На полочке он успешно нашёл острые ножницы и стеклянную баночку каких-то духов. Сбрызнув остриё лезвий, он осторожно поддел низ бинта на руке, принимаясь медленно разрезать его вдоль. С грудью оказалось сложнее — Эбби не пожалела марли, поэтому где не где, но ножницы застревали, не в состоянии разрезать плотные слои. Нил не двигался — позволял Кевину делать свою работу, глядя ему куда-то в макушку. — Всё. Дэй вернул все вещи на свои места, а изрезанную марлю в мусорное ведро. Нил отвернулся и полностью обнажился, скидывая штаны и бельё. Кевин шуршал вещами где-то позади, пока Нил смотрел на ручки регулировки температуры и напора воды. Второй номер взял из держателя лейку, настроил и смочил водой чистое полотенце. Он не хотел тревожить раны Нила, поэтому принялся оттирать кровь, что вытекла ночью, мокрым полотенцем. Холодная ткань едва-едва задевала свежие швы, и Джостен легонько вздрагивал. Когда пришло время повернуться к нему лицом, Нил не спешил. Ему было до того стыдно смотреть на Кевина, видеть в его глазах жалость и абсолютно незаслуженную нежность, заботу, ласку. — Нил… Кевин уткнулся холодным носом ему в затылок, целуя выступающие позвонки. — Пожалуйста, прекрати. Я так скучал по тебе. Джостен всхлипывает, оборачиваясь, и быстро, чтобы не передумать, обнимает Кевина. Нападающий запускает руку в мягкие волосы инсайда. — Ты тоже, я знаю. Ты так напугал меня. Я, когда подумал, что ты у Рико, то сердце едва не остановилось. — Извини… — Ты за вчера извинился больше, чем за всю свою жизнь. Мне нужно вымыть тебя, так что давай, отцепляйся. Нил усмехнулся, отстраняясь. С грудью было сложнее, ведь там ран было больше. Стоило Дэю закончить, как он включил лейку, опрокидывая голову Нила назад. Пуская тёплые струйки воды по волосам, они шагнули в кабинку, закрывая дверь, чтобы не залить водой пол и стены. Шампуни Ваймака обычные, не такие супер дорогие, как у Кевина, Элисон или Ники, но выбирать не приходится. Теперь Нил прилип к нему, словно жучок к листочку. Спортивные штаны и футболка Ваймака на Кевине уже давно промокли, прилипая к телу. Они общими усилиями смыли воду с волос десятого номера и встали на месте, глядя друг на друга в запотевшей кабинке. Дэй поднял руку, касаясь резанных ран на груди и нежно чертя контуры старых шрамов. — Было очень больно? Ответа не требовалось, ведь Кевин его знал — Рико всегда делает больно. Зная свободолюбивую натуру Нила и страсть Рико подчинять, он с лёгкостью мог предположить, что больно было очень. — Хочешь я… — Дэй сглатывает, подходя немного ближе. — …Сделаю приятно? Нил молчит, смотря в пол, и думает о своём. Совсем недавно Рико сунул свой член между ног Веснински, но сейчас Джостен хотел быть с Дэем, ведь, чёрт, как он скучал. Ответом Кевину послужил короткий кивок и, наконец, поднятые голубые глаза, смотрящие на него прямо. Кевин не сделает того, что ему будет неприятно. И Кевин не станет его заставлять. А ещё Кевин остановится, если его попросить. Размещая свои руки на лице нападающего, Дэй поддаётся вперёд, мягко вовлекая его в поцелуй. Нил отвечает охотно, прижимаясь к холодному и мокрому от воды телу. Они не спешат — некуда. Кевин запускает свой язык по привычному маршруту, терзая шею Нила, а сам рыжик просто откидывает голову на стеклянную дверцу кабинки, открывая больший простор для действий. Дэй отстранился чтобы стянуть липкую футболку, и она падает с мокрым чавком. Красивый. Если красота — это грех, то Кевин Дэй был самым большим грешником. — Я могу?... — Да. Второй номер кончиками пальцев касается члена Нила, а потом легко сжимает его, слушая тихие вздохи. — Ты такой восхитительный, — шепчет Дэй, утыкаясь носом в местечко за ушком. — Невероятный… Джостен демонстрирует небывалую до этого настойчивость — сам тянется вперёд, приспуская тяжёлые от воды штаны Кевина. Он что-то мычит, пока Нил старается неумело повторить движения старшего лиса, обхватывая возбуждённую плоть руками. — Позволь мне. Брюнет хватает Нила за запястья, целуя раны от наручников, и кладёт их себе на шею. Джостен отдаёт ему полный контроль и едва не расплывается лужицей, когда Кевин потёрся своим членом о член Нила, окольцовывая их пальцами. Он надрачивает не спеша, постепенно увеличивая силу. Десятый номер мычит, стараясь не издавать слишком громких звуков, ведь дом тренера не отличался хорошей звукоизоляцией, а все остальные Лисы были буквально за стенкой. Ещё он не мог вспомнить, закрыл ли дверь на шпингалет, но кому это сейчас интересно?.. — Кевин, — шипит он, когда Дэй укусил его за мочку уха, шепча что-то на французском. — Я знаю, я тоже скоро… Он делает пару быстрых движений, и Нил шумно втягивает воздух, пока его тело бьётся в мелкой дрожи оргазма. Закатывая глаза под веки, он крепче вжимается затылком в стекло, испуская хриплые вздохи — остатки подавлённого громкого стона. Он излился прямо на живот Кевину, хватая его за плечи. Второй обрушивает на него волну поцелуев. — Порядок? — Д-да…***
Дэн любезно положила в его тарелку картошки, пока Нил привыкал к ощущению перчаток на ладонях. Эбби настояла, что они всё таки необходимы, когда заново перевязывала его после душа. Вся команда собралась за обеденным столом, звеня тарелками и стаканами, и Нил мог бы к этому привыкнуть. — Подай соль, — попросила Рене Аарона. — А где Эндрю?