Fractures-the last Chapter/Трещины-Последний чемпион

Заклинание сталкивается с телом, заставляя участника отлететь назад, удариться и покатиться по земле. Смех срывается с потрескавшихся губ, когда Деннис вскакивает на ноги и подходит к своему товарищу по команде Маркусу, который принимает «пятюню». — Отлично сработано, — говорит Деннис. — За твое здоровье, приятель, - улыбается Маркус, похлопывая его по плечу. — Эй, разве это не та девушка, которая тебе нравится? Обернувшись, Деннис замечает одну из немногих девушек Дурмстранга, наблюдающую за происходящим со стороны, прижимая к груди пару книг. Она краснеет, когда ее ловят, и обращает взгляд вверх, на тех, кто практикует свои навыки владения метлой. — Поговори с ней, — советует Маркус, толкая Денниса в ее сторону. — Нет, ее это не интересует, — Деннис качает головой. — Но это не так, поговори с ней, — говорит Гермиона со своего места на поваленном дереве. — Ты думаешь? — спрашивает Деннис, отряхивая мантию. — Да, — фыркает Гермиона с улыбкой. — Не прихорашивайся, это слишком очевидно. — Что будет, если она не говорит по-английски? — Деннис нервничает. — Тогда научись говорить на ее языке! Вздохнув, Деннис беспокойно теребит свою мантию, приходя к решению, он кивает, отворачиваясь от своих ухмыляющихся товарищей по команде. Расправив плечи, он подходит к девушке, которая сильно краснеет, он нервно улыбается. Подперев голову рукой, Гермиона наблюдает за первой неловкой встречей, робкими улыбками, небольшим недопониманием. Вскоре Деннис разражается смехом, вытаскивая девушку из ее раковины. Улыбаясь про себя, Гермиона наблюдает, как перед ней расцветает юная любовь. — Ну, кто это если не мой любимый чемпион, — произносит самодовольный голос. Обернувшись, Гермиона видит, что её давняя подруга стоит рядом, она принимает крепкие объятия темноволосой ведьмы. Хихикая, когда рука блуждает возле ее задницы, она отталкивает Аврора игривым шлепком по плечу. — Рэйвен, ты просто загляденье, - Гермиона сияет. — И это говоришь ты, — усмехается Рейвен. — Как это было, жить по максимуму в эти дни? — Не очень, изредка наслаждаюсь спокойными днями. — Где ты брала книги? — Белла присылала мне книги. — И как у вас с Беллой? — Рейвен подмигивает, сверкая белыми зубами. — Ты совсем не изменилась, — говорит Гермиона и улыбается. — Зачем, когда я уже такая идеальная? — Рейвен хихикает, ее взгляд блуждает по проходящей мимо ведьме. — Ты снова вызвалась добровольцем? — спрашивает Гермиона, прислоняясь к дереву. — Ну, я могла бы остаться дома, выслеживать незаконных существ, проводить время в комнатах, где пахнет мочой, или проводить время здесь, тараща глаза на прекрасных представителей человеческой расы. Качая головой, Гермиона складывает руки на груди, оглядывая лагерь, пока люди занимаются своими обычными обязанностями. Она никогда не понимала, насколько скучной может быть работа победителя Чемпионата и добровольца, по правде говоря, она думала, что у нее будет много дел. Снова сосредоточившись на ведьме перед ней, Гермиона не может смириться с тем, насколько Рейвен похожа на Беллу. Убирая волосы с глаз, Рейвен улыбается проходящему мимо Аврору, одному из ее коллег. На левой руке Рэйвен на удивление нет обручального кольца, что вызывает у девушки хмурый взгляд. Гермиона ничего не слышала от Тонкс, Энди или Беллы о разводе Рэйвен. Возможно, она потеряла кольцо, это вероятно, учитывая работу ведьм. — Не могу поверить, что прошло пять лет, — Рейвен выдыхает, оглядываясь по сторонам. — Казалось, что только вчера был последний чемпионат. — Расскажи мне об этом, — предлагает Гермиона. — Ты говорила со своим отцом? — Не в течение последних четырех лет, — пожимает плечами Рейвен. — Скатертью ему дорога, тратить мое время на этого типа. В этом году его здесь не будет, надеюсь, он понял намек. — Мы не можем помочь тем, кто является семьей, — говорит Гермиона. — Как поживает муж? — О, с ним все в порядке, в данный момент он в отъезде. А что насчет того, что Дора, встречаясь с Люпином, не предвидела этого? — На самом деле, она охотилась за ним целую вечность. — Да, не думала, что они сделают это официально или что-то в этом роде. Особенно после реакции Беллы. — Какой реакции? — спрашивает Гермиона. — Она тебе не сказала? — удивленно спросила Рейвен. — Черт, я не удивлена, она была расстроена. Белла услышала о помолвке, набросилась на Люпина и пригрозила отрезать ему яйца. Энди вмешалась, пока Тонкс выводила Люпина из дома. Тетя Белла набросилась на Энди, наговорила какую-то гадость, они поссорились, что-то насчет отношений с оборотнем, что это просто напрашивалось на неприятности. Застонав, Гермиона потирает лицо, она могла себе представить, как отреагировала бы Белла, узнав, что ее племянница выйдет замуж за оборотня. Несмотря на то, что Белла никогда не уделяла Тонкс особого внимания, по какой-то причине Белла считает своим долгом совать свой нос туда, куда этого меньше всего хотят. — Энди заколдовала ее, — добавила Рейвен. — Я могу в это поверить, Энди не такая милый, как все думают. — Она пугает меня, — добавляет Рейвен шепотом. Смеясь, Гермиона качает головой, признавая это в последнюю секунду. — Она меня тоже иногда пугает. — Говоря об этом, у тебя есть что надеть на свадьбу? — говорит Рейвен. — Потому что у меня только черный цвет, и, по-видимому, по мнению Цисси, он не подходит. — Нечего, — Гермиона пожимает плечами. — О, хорошо, ты можешь пойти со мной по магазинам, я не пойду с Цисси, это займет слишком много времени, мы возьмем Энди, она сможет выбрать что-нибудь для нас. — Я не хочу быть подружкой невесты, — ворчит Гермиона. — Она одержима свадьбой; я начала притворяться, что не получаю писем, просто чтобы помешать ей показывать мне фотографии. — Она стала невестой и она прислала мне громовещатель. Я подружка невесты, и я получила громовещатель, потому что не явилась на дегустацию чая… Я не люблю чай. — стонет Рейвен. — В любом случае, в чем разница между чаем "Эрл грей" и "леди грей"? Это просто листья, ты пьешь листья, вот и все. — В "Эрл Грей" есть не только чайные листья, но и лепестки, — хихикая, отвечает Гермиона. — Твои слизняки, вот кто такие любители чая, слизняки. Ты ешь листья. Сумасшедшие британские дети... — Вообще-то, все началось в Китае, — добавляет Гермиона. Закатив глаза, Рейвен пораженно вскидывает руки в воздух, раздраженно отворачиваясь от разговора. Улыбаясь, Гермиона смотрит в сторону школы; ей еще предстоит сделать шаг внутрь, несмотря на предложение одного из профессоров провести для нее личную экскурсию. Сердце замирает, она встает, прищуривается, разглядывая маленькую девочку с церемонии на днях. Она просто стояла там, уставившись на Гермиону, а мимо проходили люди, не обращая на нее никакого внимания. — Что с тобой? Ты как с собакой, которая только что услышала почтальона, — говорит Рэйвен, толкая Гермиону в плечо. Нахмурившись, Гермиона поворачивается к Рейвен. — Та девочка, ты ее видишь? Следуя указательному пальцу Гермионы, Рэйвен поворачивается к школе и обнаруживает, что маленькая девочка исчезла. Расстроенная, Гермиона чувствует, как ее кожу покалывает, осматривая местность в поисках каких-либо признаков ребенка. Замечает открытые двери школы и проходящих мимо учеников. — Горячий Аврор в одиннадцать часов. Хороший глазомер, — говорит Рэйвен, щурясь не на то, что нужно. — Нет, — вздыхает Гермиона. — Не имеет значения, я собираюсь провести себе экскурсию по школе, ты идешь? — Нет, — просто отвечает Рейвен. — Нет, не иду. Это звучит чрезвычайно скучно. — Я найду тебя позже, Рэйвен, — со вздохом выговаривает Гермиона. Идя по полю, Гермиона изо всех сил старается вести себя непринужденно, как будто она никуда не спешит и не хочет привлекать к себе нежелательного внимания. Она сканирует ближайшую территорию в поисках маленькой девочки, но находит лишь открытую местность, должно быть, она пошла в замок; иначе Гермиона заметила бы ее. Скользя пальцами по гладкой стене, Гермиона делает два шага за раз. Большие двери открываются, пропуская ее в школу, и, переступив порог, она останавливается. Две большие лестницы спиралью поднимаются вверх, огибая большую статую. Гигантскую статую, возвышающуюся над всем; она недооценила школу. Она гораздо больше, чем она думала, и встроена в склон горы. Сделав шаг на лестницу, Гермиона чувствует, как страх просачивается сквозь ее тело, но она все равно следует по ступенькам вверх. Ведущий проходит мимо гигантской статуи волшебника в длинных развевающихся одеждах, посох держит лофт к небу, крик о том, что она предполагает победу, покидает его рот. Она сглатывает, замечая крылатое существо, висящее у него за спиной, заостренный клюв, гладкое гибкое тело. — Акурис, — произносит голос, заставляя ее подпрыгнуть. Повернувшись, она обнаруживает, что находится на первом этаже, а рядом с ней стоит высокий долговязый волшебник. Идеально подстриженная борода, коротко подстриженные волосы и выразительные зеленые глаза. — Я не хотел тебя напугать, — он улыбается, обнажая свои желтые зубы, его глаза говорят об обратном. — Я профессор защиты от Темных искусств Агнар Росноут. Покрытая шрамами рука тянется к ней, чтобы пожать ее руку; она соглашается, заставляя свою собственную руку сжать холодную тонкую руку Профессора. Его губы изгибаются, он отпускает ее и складывает свои руки за спиной. — Гермиона Грейнджер, — отвечает Гермиона. — Я знаю, — кивает он. — Ты пропустила экскурсию. — Я следовала за кем-то, — неопределенно отвечает Гермиона. — Надеюсь, это был не призрак, они склонны вводить людей в заблуждение. — Девочка. — Старшая Мать? Боже, она давненько меня не навещала. — Кто? — Ах, прелестный призрак, ведьма из очень давних времен. Она бродит по этим горам, красивое юное привидение. Но только пока не разозлится и не будет убивать за магию. Ее сила достигла беспрецедентных масштабов во времена Мерлина. — Как она умерла? — спрашивает Гермиона. — Была задушена магией. Мы не знаем, кто был ответственен за это, возможно, мы никогда не узнаем, они, должно быть, думали, что за это стоило убить; они сказали, что у Старшей Матери был талант, которым никто другой не мог овладеть. Впрочем, это не имеет значения, — урон улыбнулся. — Я тебе надоедаю. — Вы действительно не надоедаете, — обещает Гермиона. — Я нахожу это увлекательным. — Ну, я надеюсь, что ты видела не её, ради всех нас. — Почему? — Она приходит только во времена судьбы; ее не видели столетиями, со времен восстания Гриндевальда. — Сколько лет Матери? Я видела девочку не старше десяти, — говорит Гермиона. — О нет, — профессор Дьюснаут качает головой. — Старшая Мать выглядела бы не старше тебя. Боюсь, та, кого ты ищешь, очень реальна. — Она прошла этим путем? — Никто не видел. — Это невозможно, — вздыхает Гермиона, поворачиваясь к главному входу. — Может ли быть так, что она прошла мимо вас? — Нет, — он качает головой. — На двери есть заклятие, я знаю всех, кто проходил через нее, именно так я узнал, что ты здесь. Вздохнув, Гермиона разочарованно проводит рукой по волосам. Должно быть, она сходит с ума; нет никаких шансов, что девушка могла исчезнуть так быстро. Если только кто-то не аппарировал вместе с ней, когда Гермиона повернулась, но почему они продолжали бежать? — Не хотите ли совершить экскурсию? — спрашивает Росноут, вытаскивая очки из кармана; он дует на них горячим воздухом. — Я бы не возражал. — Вы уверены? — спрашивает Гермиона. — Небеса, нет, — Росноут улыбается. — Для меня было бы честью показать Чемпиона всему миру. — Не поймите меня неправильно, но вы не совсем такой, каким я вас представляла, — Гермиона улыбается. — Ах, да, — он улыбается в ответ, водружая очки на переносицу, устраняя любой намек на беспокойство. — Я полагаю, что нет. Когда я был моложе, мы переехали в Англию, я ходил в Хогвартс, Хаффлпафф, ты знаешь. Однако, когда мне было восемнадцать, моя мать вернулась домой, я работал, встретил Игракоффа, а остальное, как говорят, уже история. Раньше я был невыразимым, иногда мне этого не хватает. Сюда. Я искренне надеюсь, что вы не видели Старшую Мать, это было бы довольно ужасным испытанием для всех, в конце концов, говорят, что она приходит только во время мести, но кто мы такие, чтобы слушать бабушкины сказки. Кстати, вы должны попробовать Сухой пирог моей жены, он не такой сухой, как звучит. В нем есть изюм, надеюсь, вы любите изюм. Пустой портрет, который вы видите здесь, предназначен для размещения одного из великих Директоров школ; однако он имеет привычку уходить. Эта лестница была проложена здесь для побега во время восстания гоблинов, у нее есть потайной ход, я обычно пользуюсь им, если мне надоедают студенты...

~~~~~ Трещины ~~~~~

Ее ногти впиваются в плюшевое сиденье, с губ срывается вздох, она стискивает зубы. Слышится шепот ругательств от темной ведьмы, держащей ее, руки поддерживают ее дрожащее тело. — Гермиона... Она вздрагивает от этого голоса, ее спина выгибается дугой, язык лижет между лопатками, когда чья-то рука опускается вниз. От обжигающего темпа у нее подкашиваются ноги, стул сдвигается, а вид спальни Беллы расплывается. пальцы легко проскальзывают между ее складками, ногти Беллы царапают ее спину. Она оставила профессора Дьюснаута наедине с его бреднями, экскурсия по школе была интересной, но даже ей в конце концов наскучила. Белла нашла ее разговаривающей с Гарри, утаскивающим ее под предлогом необходимости увидеть Риддла. Гермиона не упомянула, что Риддл на самом деле исчез другим путем; она не стала жаловаться, когда ведьма привела ее в квартиру Беллы. Она также не жаловалась, когда Белла поцеловала ее до бесчувствия, и не спросила, что вызвало такое внезапное настроение. Стул скрипит, она боится, что он может сломаться под толчками Беллы, так ведьма любит свой фаллоимитатор, любит играть в игры. Любит слышать, как Гермиона умоляет о завершении, как две крепкие руки толкают и тянут ее глубже. Гермиона склонилась над стулом, из комнаты Беллы открывается прекрасный вид на горы, и на ум приходит история Старшей Матери. Пока пощечина не шлепает ее по щеке, заставляя ее ахнуть, рука, запутавшаяся в ее волосах, тянет ее назад. — Если бы мир мог сейчас увидеть своего чемпиона, — Шепчет Белла. С губ Гермионы срывается стон, она припадает на локти, стул перемещается по полу, ей жаль соседа Ли, она надеется, что Белла наложила заглушающие чары. Палец скользит по ее клитору, она дергается, ее внутренние стенки сжимаются, срывая стон с губ Беллы. Они зачаровали фаллоимитатор, как всегда, Белла смогла испытать все так же сильно, как и Гермиона. — Давай, детка, — выдыхает Белла. — Давай же. — Белла, —- выдыхает Гермиона, так близкая к забвению. — Кончай за мной, любимая, — шепчет Белла, покусывая ее за ухо. — Я с тобой. Она мгновенно ломается; судорожный вздох объявляет, что Белла идет с ней. Оба падают в шезлонг, цепляясь друг за друга во время спуска с высоты. Один поцелуй в основание ее спины, когда Белла медленно соскальзывает с ее тела. Покрывало накрывает их обоих, Белла поднимает ее вверх, притягивая в объятия, сильная рука обнимает ее. Иногда она смеется про себя; мир думает, что она какой-то страшный невозможный герой, за исключением того, что она ищет безопасности в крепко держащей ее ведьме. — Все в порядке? — тихо спрашивает Белла. — Мхм, — отвечает Гермиона, прижимаясь к мягкости. — Я... Она замолкает, ее голос слегка срывается; она почти сказала это и почувствовала, как ведьма мгновенно напряглась. Облизывая губы, она потягивается, притворяясь, что зевает, игнорируя, как Белла, кажется, расслабляется, больше не беспокоясь о трех страшных словах. — Я видела, как ты что-то убирала раньше, — говорит Гермиона, довольная тем, что спрятала свой промах. — Что-то маленькое, похожее на какую-то коробочку, что это было? — О, просто кое-что для уровней, — пожимает плечами Белла, кладя голову поверх головы Гермионы. — Том попросил меня беречь это. Несмотря на то, что я потеряла его до этого, и Рейвен пришлось помогать мне найти его. Посмеиваясь, Гермиона качает головой; она могла представить, как Белла теряет что-то бесконечно важное для уровней. — Когда ты его получила? — Гермиона спрашивает, потому что она не может вспомнить того, что видела это у ведьмы, когда они приехали. — Оно прибыло позже, с совой, - сонно отвечает Белла. Кивнув, Гермиона улыбается, когда Белла засыпает. Она торопит события; ей нужно действовать медленно, у них так много времени. Они воссоединятся, она объяснит, чему научилась в Румынии, чему научилась у драконов. Объяснит ситуацию с магглами, что-то, о чем предупреждала ее мать, что произойдет — предупреждение, которое она решила проигнорировать. Моргана предупреждала ее много лет назад, Моргана изо всех сил старалась предупредить Гермиону держаться подальше от магглов. — Потому что ты увидишь, что ни один маггл не может приблизиться к нам — не тогда, когда ты по-настоящему повзрослеешь. Дитя мое, скоро ты не сможешь проводить время с магглами, не опасаясь выдать себя. Потирая большим пальцем руку Беллы, Гермиона смотрит на горы, заново переживая свои разговоры с матерью. Задаваясь вопросом, заговорит ли она когда-нибудь снова с Морганой, первые два года в Румынии она проводила ночи без сна, разговаривая с ведьмой, пока однажды ночью Моргана не замолчала. Ничего. Белла стонет во сне, ей снится кошмар; поднимая руку, Гермиона прижимает ее к виску ведьмы, успокаивая обезумевшую ведьму. Когда Белла проваливается в сон без сновидений, Гермиона улыбается, иногда ей хочется сделать то же самое с собой, хотя она никогда не говорит Белле, что избавляет ее от кошмаров.

~~~~~ Трещины ~~~~~

Вытирая сливочное пиво с губ, Гермиона прищуривается на Денниса, пытаясь определить, шутит он или нет. Он расплывается в улыбке, расползающейся по его лицу, и она следует за ним, посмеиваясь в свой напиток. Она решила присоединиться к команде Денниса, когда они сделали передышку, и, к их большому удовольствию, проигнорировала вопросы о своих собственных чемпионатах, но признала вопросы о Драконах. Прошла неделя с момента их прибытия; завтра начнется чемпионат, ее первый уровень готов, Риддл не терпится начать. — Помнишь, как мы зачаровали мантию Снейпа! — Роберт хихикает, поправляя очки на носу. — Сделали ее невидимой, он не мог найти ее в течение нескольких дней! В конце концов запер нас в классе, пока мы не разболтали, где она. — Где она была? — Спрашивает Гермиона. — В комнате профессора Макгонагалл, — отвечает Найлс с глубоким смехом. — Очевидно, на ней было несколько кошачьих волосков. Гермиона фыркает в свой напиток, представляя, как Минерва превращается в кошку и садится на мантию, может представить разъяренное лицо Северуса, когда он чистит свою любимую мантию. Мальчики смеются между собой, студенты обдумывают напряжение в воздухе, готовые к следующему уровню. — Помнишь отбойный танец? — говорит Деннис, хлопая ладонью по столу. — Танец между Спраут и Хагридом? — О, ДА! — Танец? — перебивает Гермиона. "’— Ну, у нас был ежегодный рождественский бал, а его конец — это следующее, что ты слышала: профессор Спраут на танцполе, и Хагрид тоже собирается на него. Никогда не знал, что Хагрид умеет садиться на шпагат, — говорит Деннис. — Ну, он не встал, Дамблдору и Флитчу пришлось помочь ему подняться, — вмешивается Найлз. Они снова разражаются смехом, Гермиона улыбается, наблюдая за их общением. Заставляет ее скучать по собственному времяпрепровождению в школе, по общению с Гарри и Роном, обмену шутками. Наблюдать, как они играют в магические шахматы, пока Чемпионат не забрал все это. Деннис смеется так сильно, что ему трудно дышать, Найлз Забини находит это забавным. Двоюродный брат Блейза Забини, Гермиона больше удивилась, обнаружив молодого волшебника в Хаффлпаффе, чем узнав, что у Блейза есть двоюродный брат. Опять же, у Найлза был Чистокровный отец и мать-маггл, она может себе представить, какой скандал это вызвало. — Хорошо, — говорит Роберт, поднимаясь на ноги, его значок Гриффиндора гордо развевается на ветру. — Я обещал помочь профессору Блэк, ты тоже пойдешь, Найлз? — Ага, — соглашается Найлз, допивая остатки своего напитка. — Увидимся через некоторое время. Гермиона машет им на прощание, их четвертый участник, Маркус, делает все возможное, чтобы привлечь внимание студентов Шармбатона. Официант ставит на стол еще один напиток для Гермионы, она благодарно улыбается, водя пальцем по пене. — Знаешь, когда я был моложе, я хотел стать автогонщиком, — серьезно говорит Деннис. — Передумал? — вопрошает Гермиона. — В некотором роде, письмо, которое получил Колин, изменило мое мнение. Я не мог дождаться, когда мне исполнится одиннадцать, но оно так и не пришло, и я подумал, что, возможно, я не волшебник, несмотря на то, что хвастался своим школьным друзьям, что я им был. У меня было разбито сердце, пока Колин, вернувшись домой, не вручил мне письмо лично. Потом я впервые посмотрел квиддич и подумал, что хочу стать лучшим игроком в квиддич всех времен! Ты не играешь в квиддич, — замечает Гермиона. —Я знаю, — усмехается Он. — Я оказался на метле в двух футах от земли, и меня вырвало. Она вздрагивает от этого образа. — Ах, настолько плохо? — Боюсь высоты, у меня кружится голова, мне приходится принимать таблетки для путешествий, — ухмыляясь, он делает глоток своего напитка. — Так кем же ты хочешь быть сейчас? — Первым магглорожденным премьер-министром, — отвечает он с мягкой улыбкой. — При условии, что ты не доберешься туда быстрее. — Неужели? — спрашивает Гермиона. — Это здорово. — Макгонагалл так думает, говорит, что у меня большая шишка, мне предложили работать в министерском департаменте. Я надеюсь, что моя победа даст мне больше шансов. У меня уже есть опыт работы там, и когда ты выиграла Чемпионат, я подумал, почему бы и нет? — Ну, я думаю, что это отличная идея. — Гермиона улыбается. — Ты собираешься вернуться в Румынию? — Нет, — отвечает Гермиона, откидываясь назад. — Я официально безработная; я не знаю, чем хочу заниматься. — А как насчет министра? — Нет, нет, — Гермиона качает головой. — Я не сильна в дипломатии. — Я думаю, ты была бы великолепена. Рейвен, садящаяся на сиденье рядом с ней, спасает ее от ответа; она замечает розовые щеки Денниса. Парень, очевидно, влюблен в Рейвен, которая в данный момент наклонила голову на плечо Гермионы. — Привет, — говорит Рейвен, забирая себе сливочное пиво Гермионы. — И тебе привет, — отвечает Гермиона. — Тонкс говорит, что я не могу надеть черное, я сказала ей засунуть свое свадебное платье туда, где не светит солнце. — Рейвен драматично стонет. — Теперь она не хочет со мной разговаривать. — Интересно, почему, — ухмыляется Гермиона. — Ты допиваешь это? — спрашивает Рэйвен, нюхая содержимое напитка Гермионы. — Это сделаешь ты, — отвечает Гермиона. — Это правда. Деннис переводит растерянный взгляд с одной девушки на другую, приподнимая бровь, когда Рэйвен одним глотком осушает напиток Гермионы. Прикусив язык, Гермиона решает, что сейчас не время спрашивать ведьму, что у нее на уме. Интересно, как Рейвен отнесется к тому, что Гермиона спит с Беллой, если они когда-нибудь станут официальными, будет интересно посмотреть, как отреагирует семья Беллы. Гермиона уже знает, как отреагировала бы Моргана, если бы она когда-нибудь появилась — она, вероятно, проклинала бы Беллу. — Кто этот парень? — наконец спрашивает Рейвен. — Деннис, — представляется Деннис. — Хочешь стать следующим чемпионом? — задает вопрос Рейвен. — Я надеюсь на это. — Ха, — смеется Рейвен. — Малыш, ты не сможешь пройти первый уровень. — Почему нет? — спрашивает Деннис. — Потому что гений создал его, я должна была его попробовать; я была нокаутирована за тридцать две секунды. Деннис сглатывает, глядя на Гермиону, которая в данный момент протирает глаза; возможно, ей действительно было немного тяжело на первом уровне. Заметив, что эти двое уставились на нее, Гермиона заставила себя улыбнуться. — Все не так уж плохо. — Белла тоже была в нокауте. Ты знаешь первого чемпиона? — У нее горячая голова; я думаю, она сразу же бросилась в атаку. — Мы обе это сделали. — Вот именно, — отвечает Гермиона, складывая руки на груди. — Я просто не..., продолжает Рейвен. — ТИХО! — чей-то голос прерывает Рэйвен. Обернувшись, Гермиона хмурится, когда кто-то играет с радио; люди вокруг них замолчали, услышав крики. Кто-то прижимает голову к радио, настраивая его, Авроры в тревоге опираются на столы. Вся эта сцена выводит Гермиону из себя, искаженный голос доносится по радио. — Убит… зовет... Наклонившись вперед, Гермиона, затаив дыхание, ждет, пока дойдет остальная часть сообщения, и рядом с ней появляется что-то знакомое. Белла, прислонившись к столу, слушает радио, вся школа останавливается. Загадка пропала, авроры нервно переминаются с ноги на ногу. — Война... Сглотнув, Гермиона закрывает глаза, когда сообщение, наконец, прорывается сквозь треск радио. — Международная конфедерация волшебников подверглась нападению… это... вызов… Я повторяю, Верховный Магвамп, Бабаджид Акингбаде убит после нападения во время договора.… предупреждение ... окончательное… Война объявлена виновным, я повторяю, волшебный мир находится в состоянии войны… Наземникус Флетчер нежелателен номер один. Сорок два убитых, сто двенадцать раненых. Восемнадцать чиновников все еще… неизвестно их местонахождение… следите за новостями для получения дополнительной информации… Я повторю это еще раз: Волшебный мир подвержен влиянию магглов… Объявлена война. За этим последует еще больше. Дыхание слетает с ее губ, мир качается, в горле пересохло, Гермиона недоверчиво смотрит на радио. Она чувствует, как мягкая рука прижимается к ее плечу, незнакомая дрожь пробегает по обычно твердой хватке Беллы. Грядет война… Недоверие сменяется беспорядком, студенты вскакивают на ноги, на их лицах страх. Авроры спешат в свои ряды, ожидая приказов. Наступает хаос; Деннис в панике, говорит о том, чтобы связаться со своими родителями, опасаясь нападения магглов. Они погружаются в анархию, послание разрознено, они в панике, и им нужно знать все подробности. — Мои родители! — кричит кто-то, вскакивая на ноги. Поднимаясь на ноги, Гермиона замечает бледные лица, крики, нарастающий страх, авроров, стремящихся к порядку. Рейвен спешит к своим коллегам-аврорам, качая головой, Гермиона смотрит на головы Авроров, которые отвечают за контроль. Они слишком беспокоятся о себе, спрашивая у своих помощников информацию, которой у них явно нет. БАХ! Над их головами взрывается сигнальная ракета, выхватываются жезлы, указывающие в сторону атаки. Подплывая к столу, Гермиона кричит, привлекая внимание толпы, опуская палочки своей магией. — Успокойтесь, — говорит Гермиона громким голосом. — Спокойно, мы на войне?! — кричит кто-то от страха. — Тихо, — шипит Гермиона, махая рукой и заставляя человека замолчать. — Мы получаем бессвязную радиопередачу, смысл сообщения неясен. Теперь паника нас ни к чему не приведет, у всех нас есть работа, которую нужно делать, и до тех пор, пока нас не проинструктируют иначе, мы будем продолжать Чемпионат. Я сомневаюсь, что волшебный мир находится в состоянии войны друг с другом, я могу гарантировать, что сообщение предназначено для того, чтобы заявить, что волшебный мир объявил войну Революционеру. Это не значит, что мы начнем паниковать и убивать друг друга. Авроры, соберите свои вещи, головы в игре, студенты, у вас слишком много забот, чем бояться неизвестности. Тихий шепот следует за ее словами, она ждет, пока информация впитается, удовлетворенная, она поворачивается и видит, что Риддл идет к ним. — Ведьмы и Волшебники, уделите, пожалуйста, минутку вашего времени, до вас, без сомнения, дошли новости о текущей ситуации. Я прошу вас сохранять спокойствие и убедиться, что вы все в безопасности. Волшебный мир объявил войну тем, кто несет ответственность за нападение, это не означает тотальной войны, но, точнее, все переговоры о мире прекращены. Бояться нечего, эта ситуация будет разрешена, и завтра мы почтим минутой молчания тех, кто погиб в результате бессмысленного нападения. Я прошу вас оставаться сильными, завтра эти камеры будут показывать по всему миру, мы должны показать ответственным, что мы все еще сильны, мы не боимся и вместе мы непобедимы. Теперь, я прошу вас продолжать свои дни, если у кого-то есть проблемы, пожалуйста, приходите поговорить с Профессорами или Добровольцами, Авроры, явитесь на брифинг с вашими руководителями, пожалуйста. Толпа расходится, поднимаясь из-за стола; Гермиона садится, получая толчок от Беллы, которая покачивает бровями. Ухмыляясь, Гермиона отталкивает ее, нервничая, когда Риддл подходит и встает рядом с ними, ожидая, пока уйдет последний человек. — Том, — говорит Белла, наблюдая, как уходит тот самый последний человек. — Что происходит? — Мы на войне, — отвечает Риддл, убедившись, что никто не может их подслушать. — Пока держи это при себе, Волшебный мир потерял много чиновников во время этой встречи. Они просят ответов, радуйтесь, что вы здесь; вступают в силу строгие правила. Хогвартс закрыл свои двери, защищая студентов, Министерство обыскивает всех. — Что случилось? — вопрашает Белла. — Наземникус — вор, а не убийца. — Из записки я понимаю, что он принес портключ, но ему нужна помощь. Это была ловушка. — Риддл вздыхает, руки скользят в карман пальто. — Держите это при себе, они хотят, чтобы Чемпионат продолжался в обычном режиме, судя по всему, все в порядке, но будьте начеку. Прислонившись к столу, Гермиона, не веря своим ушам, смотрит, как Риддл уходит. Должно быть, он только что получил известие, появляются Совы, доставляющие письма ответственным лицам с инструкциями о том, как действовать. Как Риддлу удалось так быстро получить информацию? Скамейка прогибается, когда Белла садится рядом с ней, ее лицо - маска спокойствия, но пальцы беспокойно постукивают по ноге. Наклонившись вперед, Гермиона потирает лицо, поворачиваясь, чтобы полюбоваться ареной, которая будет оживлена завтра, чемпионат в самом разгаре. Ковчег! Одинокий черный ворон машет крыльями из здания Риддла, к его лапе привязано послание. Встав со своего места, Гермиона в замешательстве смотрит на ворона. Моргана? Что-то движется в ее периферийном зрении, вспышка светлых волос. Она замечает маленькую девочку, стоящую между толпами людей, почему никто не обращает на нее никакого внимания. Ковчег! Ворон взлетает, крылья без усилий поднимают птицу с ее насеста. Она поворачивается к маленькой девочке только для того, чтобы обнаружить, что та исчезла, сбитая с толку Гермиона оглядывается по сторонам. Ничего. Моргана вернулась с новым телом? — Ты в порядке? — беспокойно спрашивает Белла. — Ты видишь ту маленькую девочку?— спрашивает Гермиона. — Какую маленькую девочку? — Девочка со светлыми волосами, ты, должно быть, видела ее. — Не могу сказать, что видела, — Белла пожимает плечами. — Давай, нам нужно поговорить с Чемпионами Хогвартса, прежде чем это начнется.

~~~~~ Трещины ~~~~~

Уставившись в потолок, Гермиона перестала считать овец, ее мозг слишком активен, чтобы заснуть. Белла тихонько похрапывает рядом с ней, но сон еще не пришел к Гермионе. Садясь, она трет глаза, моргая в темной комнате, кровать прогибается, когда Белла переворачивается. Проверяя время, она понимает, что вскоре ей нужно идти помогать со следующим уровнем, и с этого момента любой сон становится бессмысленным. Рука обвивается вокруг ее талии, Белла шевелится рядом с ней, бормотание срывается с красных губ. — Что? — это неуверенный вопрос. — Ничего, просто спи, — отвечает Гермиона, похлопывая её по руке. — Нет, ведь ты не спишь, — отвечает Белла, садясь. — Что случилось? — Война, Белла, ты сама сказала, что она приближается. — Ну, я должна стать провидицей, — шутит Белла, поправляя подушки. — Не стоит бодрствовать из-за этого. — Люди будут умирать. — Слишком рано для этого разговора. Вздыхая, Гермиона перемещается так, чтобы сидеть на ворчливой ведьме, желание вспыхивает в ее бесконечных темных глазах. Рука скользит по бедрам Гермионы, многообещающе сжимая их, когда они проскальзывают под ее шорты. — Но не слишком рано для этого, — соблазнительно шепчет Белла. — Нам пришлось бы сражаться, — говорит Гермиона, игнорируя руки. — Нам не пришлось бы, — отвечает Белла, сдаваясь. — Правда, ты могла бы проигнорировать это? — Да, я профессор, а не солдат, — серьезно отвечает Белла. — Я бы сражалась. — Сражалась с кем? — задает Белла вопрос, заставляя Гермиону принять сидячее положение. — Они не знают, кто за этим стоит, никто не взял на себя ответственность. — Мы обе знаем, что в конце концов кто-то выйдет вперед, и когда это произойдет, это будет не волшебный мир против одной группы, и тогда мир расколется на части. — Мы будем беспокоиться об этом, когда доберемся до того времени. — произносит Белла. — Я не могу потерять тебя, — шепчет Гермиона. — Я никуда не денусь, ты зря беспокоишься. Улыбаясь, Гермиона рисует случайный узор на обнаженной груди, возвращаясь к разговору несколько лет назад. Когда Гермиона потребовала рассказать, что это было, а Белла отказалась что-либо признавать. — Мы так и не закончили наш разговор, — говорит Гермиона, встречая пристальный взгляд темных глаз. — Что бы ты хотела, чтобы я сказала? — спрашивает Белла. — Что, по-твоему, должно произойти? Мы живём вместе, ты ходишь на работу с девяти до пяти? Я прихожу домой с уроков, вытаскиваю каких-то маленьких детишек, играю в счастливую семьи? — Я не хочу детей, — отвечает Гермиона, встречая обиженный взгляд, потому что, несмотря ни на что, Белла хочет ребенка. — Я помню, — отвечает Белла, втягивая воздух. — Трудно строить планы, когда ты продолжаешь убегать в Румынию. — Ты сбегаешь в Хогвартс, — огрызается Гермиона. — Не вешай все это на мою дверь. — Я и не собираюсь, — выдавливает Белла. — Тем не менее, мы обе знали, что это будет нелегко. — Легко? Иногда трудно понять, чего ты хочешь; ты все время толкаешь и тянешь. — Учитывая тот факт, что ты такая открытая? — горячо отвечает Белла. — Я даже не знаю, чего ты хочешь от этого, ты не хочешь детей и не хочешь остепениться, пожалуйста, скажи мне, что ты знаешь? — Я знаю, что люблю тебя, — отвечает Гермиона. — Я это знаю. Белла смотрит на нее безмолвно, разинув рот; Гермионе требуется секунда, чтобы до нее дошел смысл сказанного. Ошеломленная, она произнесла их так легко; она не может сдержать усмешку, которая скользит по ее губам, даже когда Белла слегка отшатывается. — Я думала, это будет труднее сказать, — выдыхает Гермиона. — Я... я говорю тебе это не для того, чтобы заставить тебя принять решение. Я просто хочу, чтобы ты знала, как много ты для меня значишь. Она отмечает время, расцепляя ноги, Гермиона соскальзывает с Беллы, ее ступни касаются холодного пола. Матрас пружинит, когда Белла садится, наблюдая, как Гермиона надевает свою одежду. — Куда ты направляешься? — требует Белла. — Мой уровень первый, мне нужно подготовиться, а я уже опаздываю, — отвечает Гермиона. — Прямо сейчас? — Я обещала Риддлу, — извиняющимся тоном отвечает и улыбается Гермиона. Ее пальцы скользят по дверной ручке, понимая, что она выбрала худший момент; ей не следовало сваливать это на Беллу. Ведьма все еще бесстрастно сидит на кровати, уставившись на Гермиону. — Белла, я хочу, чтобы ты знала, я не жду ответа, я сказала тебе о своих чувствах не по этой причине. Я просто больше не могу держать это в себе. — говорит Гермиона, встречаясь с ней взглядом. — Увидимся позже. Дверь закрывается, когда Гермиона выходит из комнаты, оставляя Беллу сидеть на кровати. Рот все еще разинут, она закрывает его, потирая лицо от раздражения, когда вступает в действие инстинкт борьбы за бегство. Последним человеком, который сказал Белле "Я люблю тебя", была Элис, а два месяца спустя она была с Фрэнком.

~~~~~ Переломы ~~~~~

Арена наполнена аплодисментами, чемпионы ждут, затаив дыхание; весь этот опыт навевает воспоминания на Гермиону. Она с тревогой наблюдает из диспетчерской, все камеры включаются, Риддл поднимается на свой подиум. Подойдя к краю, Гермиона смотрит вверх на множество этажей, напоминающих ей чемпионат по квиддичу, с большим полем посередине. За исключением плавающей коробки размером с дом, мягко вращающейся в центре арены. Потолок закрылся из-за дождя, они все-таки откроются на четвертом уровне, и пикси нужно сбежать. Постукивая ногой, она отсчитывает секунды в тот момент, когда звучит канон, означающий, что чемпионы вступают в ее творение. Два добровольца следят за дисплеями, голос Риддлса гремит вокруг них, простое напоминание, что они в прямом эфире, мир наблюдает. "Аппарирование запрещено, никаких метел, я желаю вам всего наилучшего. Начинайте!" - Кричит Риддл. БАХ! Зал сотрясается от звуков канонады, рева толпы, когда включается свет, Чемпионы появляются внутри медленно открывающейся коробки. Оханье вырывается из толпы, когда они хлопают от восторга, Риддл входит в комнату вместе с ними. Гермиона улыбается своему творению, чемпионы в замешательстве озираются по сторонам, стоя в лабиринте на равном расстоянии друг от друга. Отверстие на первом уровне, позволяющее спуститься вниз на второй уровень, где они должны добраться до следующего отверстия, которое приведет к последнему лабиринту и флагу. Помните, как мы играли в маленькую маггловскую игру, вращая коробку так, чтобы металлический шарик должен был найти свой путь через лабиринт к отверстию. За одним исключением, однако, все студенты являются противовесом друг другу. Заклинания вспыхивают, когда они атакуют друг друга, критическая ошибка, и коробка смещается, наклоняясь, когда ученики двигаются. Первая жертва утверждала, что коробка наклонилась слишком далеко влево, в результате чего студент Хогвартса свалился с края в пропасть. Крики о прекращении огня, когда студенты отступают назад, чтобы сбалансировать поле. Улыбаясь, Гермиона отходит, чтобы стоять и наблюдать за добровольцами, Риддл ухмыляется на уровне. Качая головой, он приказывает добровольцу переместить камеру семнадцать, когда дверь в комнату открывается. Стук каблуков, запах цитрусовых, когда Белла в сандалиях встает рядом с Гермионой, скрестив руки на груди, наблюдая за разворачивающимся хаосом, когда один ученик убегает в дыру и исчезает. Начинается хаос, все ученики бегут, чтобы перейти на следующий уровень, коробка раскачивается и наклоняется, ученики падают ничком, когда они резко поворачиваются. Еще трое падают, выбитые из Чемпионата, крики раздражения, видео, на котором Деннис, держась за своего товарища по команде, предотвращает их падение. - Ты же знаешь, что мы не должны вырубать их всех, - говорит Белла. Пожав плечами, Гермиона сказала, что не возражала бы, если бы Чемпионат закончился сейчас, это означало бы, что им не придется сталкиваться с одним из ее других уровней. Вдохновение от Индианы Джонса разрушило ее планы, возможно, она украла какие-то идеи. - Мы просто не будем говорить об этом? - Тихо спрашивает Белла. -Не совсем то место, - отвечает Гермиона. Улыбаясь, проходя мимо, Риддл выходит из комнаты, направляясь вниз, чтобы посмотреть, как поживают выбитые студенты. Чтобы убедиться, что никто не пострадал. - Ты ужасно вовремя, - говорит Белла. Улыбаясь, Гермиона поворачивается, чтобы поймать крошечную улыбку на губах Беллы, ее сердце воспаряет при виде этого; ей требуется все, что в ее силах, чтобы не поцеловать ведьму. - Для гриффиндорца ты трус, - Указывает Белла. - Это касается только тебя, - поддразнивает Гермиона. "Я твоя ахиллесова пята?" Белла подмигивает. - Мой криптонит, - Гермиона усмехается. Закатив глаза на ссылку, Белла поворачивается к дисплею, когда другой ученик падает с уровня. Вздрогнув, Гермиона задается вопросом, не слишком ли она усложнила первый уровень, но ее Загадка первого уровня попыталась поджечь их всех. Она думает, что на этот раз им будет легко. Покалывание пробегает по ее спине, нахмурившись, Гермиона оглядывается вокруг, магия вызывает зуд на ее коже, она делает шаг вперед к источнику. Вцепившись пальцами в металлические перила, она вглядывается в толпу: кто-то здесь не тот, за кого себя выдает. Холодная дрожь заставляет ее подергиваться, взгляд останавливается на маленькой девочке в толпе, стоящей среди ликующих фанатов. Серые глаза смотрят на Гермиону, наклоняясь вперед, Гермиона чувствует притяжение магии. Моргана? -Четырнадцатый один, - говорит доброволец, отвлекая Гермиону Качая головой, она отворачивается; она сходит с ума в поисках чего-то, чего там нет. Девушка снова ушла, возможно, ей нужен отпуск, и, может быть, им стоит уехать после чемпионата. Просто Белла и Гермиона едут на месяц в Австралию; она краснеет от подмигивания Беллы. Спокойная Белла, которую она полюбила, пока их глупый спор не закончился простым недоразумением. Они могут это исправить, они могут все это исправить, и все будет хорошо. - Пятнадцать. - Ты не переходишь на другой уровень, - говорит Белла со смешком, - В противном случае у нас будет только четыре уровня, и все будет кончено. - Дает нам отпуск до конца года... - Гермиона замолкает, когда Белла бросает на нее раздраженный взгляд. Это не неодобрительный взгляд Беллы; шепот отвлекает ее от разговора. Напрягая слух, Гермиона кладет руку на стены, слыша, как шепот становится все громче. -'Ты это слышишь? - Спрашивает Гермиона. - Что? - Вопросы Беллы. - Этот шепот? - Гермиона отвечает. - Нет, - отвечает доброволец, -Я ничего не слышу. - Послушай. Они останавливаются, только слыша крики толпы, обмениваясь неодобрительными взглядами друг на друга, добровольцы пожимают плечами, делясь ухмылкой. Это раздражает Гермиону, даже несмотря на то, что Белла смотрит на нее так, словно она сошла с ума. - Ничего не слышу, извините, босс, - Другой доброволец хихикает. - Дураки... - Гермиона шипит, наблюдая, как добровольцы вздрагивают от оскорбления. - Гермиона, - предупреждает Белла, - Все, что я слышу, - это шум толпы. Нахмурившись, Гермиона качает головой, игнорируя насмешки добровольцев, которых она поворачивает к толпе, что-то здесь ее настораживает. Однако она не может понять, в чем дело, и со вздохом отворачивается. Она ищет призрака; она проводит рукой по волосам, превращая свои волосы из длинных в короткие простым прикосновением магии. ВЗРЫВ Здание сотрясается, она падает на колени, со стуком ударяясь об пол, свет мерцает. Поднявшись на ноги, она поворачивается и обнаруживает, что шкатулка, разрушающая прерванную магию, падает вниз. Пронзительный скрежещущий звук заставляет ее вздрогнуть. БАХ. Ее сердце падает при виде открывшегося перед ней зрелища: крыша рушится, поддерживающие ее колонны ломаются и падают на толпу. Раздаются крики, толпа в панике. - Эвакуируйтесь! - Белла огрызается на добровольцев, - Выведите всех сейчас же! - Эвакуируйте, я повторяю, эвакуируйте арену, - Добровольцы делают заказ. Гермиона испытывает чувство облегчения, когда авроры и добровольцы устремляются к толпе. Вспышка с высоты нескольких этажей заставляет ее обернуться, магия извергается наружу. - Атака… Мы… они не авроры. Из радиоприемников доносится прерывистый голос, - На нас напали! Хруст. Коробка опрокидывается от левитации, падая на землю внизу, здание сотрясается. Они подвергаются нападению.