Enfant trouvé (найдёныш)

      Расстроенный пропажей своего помощника, капитан корабля «Мон-Сен-Мишель» до глубокой ночи вёл расследование. Он лично допросил всех матросов, боцмана и пассажиров, однако дознание ни к чему не привело. Подшкипер словно испарился в воздухе.       Наутро вновь вся команда моряков высадилась на злополучном острове. Матросы принялись тщательно обыскивать кусты. Заглядывали буквально под каждый камень, как будто д’Аржанталь мог провалиться в любую щель. Облазили немало деревьев, но никого не обнаружили. Позднее пришлось отказаться от этой затеи: было просто нереально в короткий срок обследовать всех лесных великанов.       Пассажиров тоже подключили к поискам. Для вида они побродили по берегу. Труви сохранял хладнокровие. Он знал, что труп надёжно спрятан в густых ветвях на вершине высокого дерева и плотно завёрнут в широкие листья. Иначе птицы начнут клевать мертвеца и этим привлекут внимание. Но даже если жертву найдут, нужно ещё отыскать убийцу, а это очень непросто. В конце дня, когда обшарили весь остров, боцман собрал поисковую группу на берегу и объявил:             — Итак, подведём итоги. На суше д’Аржанталя нет. Утонуть в океане он не мог: лодка его там же, где он её оставил. К тому же последний раз его видели в лесу. Тайна осталась нераскрытой. Всё, отправляемся на корабль.       Вскоре моряки и пассажиры вернулись на судно. Боцман доложил капитану, что поиски пропавшего старпома так и не увенчались успехом. Тогда месье Ле Буссенар, словно в отместку, приказал сделать десять залпов из корабельных пушек по проклятому острову. Ядра с шипящим свистом вылетали из орудий и с оглушительным грохотом взрывались на побережье. От скал откалывались огромные куски и с шумным всплеском падали в воду. Стаи перепуганных птиц оглашали окрестности пронзительными криками. Вмиг загорелась сухая трава. Огонь тонкой линией пополз в лесную чащу, где в жарких языках пламени погибнет множество деревьев. В жгучем пекле пожара мёртвое тело подшкипера окончательно рассыплется в прах. Таким образом, появится ещё одна необъяснимая загадка. Пройдёт не меньше двух часов, прежде чем с небес хлынут потоки ливня и остановят разгулявшуюся грозную стихию.       Между тем корабль продолжил плавание по серо-зелёной глади океана к затянутому дымкой горизонту. Уже на следующий день капитан всерьёз ощутил нехватку старшего помощника. Месье Ле Буссенар вызвал к себе в каюту боцмана.             — Рико, придётся вам на время нашей морской кампании взять на себя обязанности господина д’Аржанталя. Подберите дополнительных рулевых и поставьте к штурвалу.             — Слушаюсь, господин капитан! У меня как раз есть подходящие парни из новобранцев. Один из них даже недурно разбирается в навигации и к тому же грамотный. Умные книги читает, когда другие играют в кости. Серьёзный малый. Его имя Пьер Лекок.             — Отлично! Действуйте!       Боцман чётко повернулся и отправился к матросам.       Прежде чем продолжать нашу повесть, стоит немного рассказать о компании новобранцев. Во время всего плавания наёмники не спешили сближаться с матросами из старой, уже сплочённой команды. Они держались обособленно, общались только друг с другом и старательно выполняли приказы боцмана. Среди новичков выделялся один крепкий парень по имени Пьер Лекок. Он отличался от остальных скрытным, сдержанным характером, но таким поведением не отталкивал товарищей, а наоборот, вызывал невольное уважение. К правильным словам этого серьёзного матроса хотелось прислушиваться и даже ему подчиняться. В редкие свободные часы Пьер обычно сидел в стороне и с увлечением читал книги, каких немало хранилось в его личном рундучке вместе с другими моряцкими пожитками. Кроме книг, он взял с собой клетку с тремя голубями и зелёным говорящим попугаем. Капитан разрешил держать птиц в кубрике, тем более что попугай умел говорить на двух языках и этим отлично развлекал экипаж в минуты отдыха.       На самом деле Пьер Лекок оказался ещё тем хитрецом! По-настоящему его звали Жан-Мари де Латтр, младший из троих сыновей славного провансальского дворянина. После смерти отца старший, Роланд, унаследовал родовое поместье, замок и все земли, как велел обычай. Среднему и младшему, Клоду и Жану-Мари, оставалось только пойти строить карьеру в армии или ступить на путь служения Богу. Они выбрали военную стезю на флоте. Ещё в детстве и отрочестве, обучаясь в иезуитском коллегиуме, молодые люди получили отличное образование, но на этом не успокоились и продолжили учёбу. В результате усердных стараний они освоили науку мореходства. Дальше Клод и Жан-Мари, каждый имея небольшое состояние, истратили деньги на покупку должностей морских офицеров, а потом вместе устроились на военный корабль помощниками капитана. Всё бы хорошо, но когда дружные парни в течение нескольких лет поплавали по морям и четыре раза пересекли океан, их неожиданно потянуло к другому, весьма опасному и грязному ремеслу.       Надо сказать, что Клод имел очень сильный характер и твёрдую волю. Он обладал редкостным талантом безоговорочно подчинять себе людей, но не любил подчиняться сам. И надо же было такому случиться, что этого волевого человека потянуло удариться во все тяжкие. Задумал он прославиться на море как самый знаменитый пират. Ладно бы сам, так ещё и младшего полностью поработил своей властной натурой. Но чтобы всерьёз заняться пиратством, нужны были корабль и соответствующая команда головорезов. Для осуществления злого умысла братья изменили имена и поступили простыми матросами на одно торговое судно. Ну а затем мастерски подбили экипаж к бунту, посулив им горы дармовых денег и прочих богатств. Ночью мятежники убили капитана и его помощника, захватили корабль и, опьянённые быстрой победой, объявили себя вольными морскими разбойниками. Дальше, направляемые решительным командиром, новоиспечённые пираты начали совершать дерзкие нападения на мирные торговые суда.       С тех пор успех всегда оставался на стороне Клода де Латтра, тот и название выбрал своему кораблю подходящее: «Фортуна». Сам же лихой авантюрист теперь носил имя Чёрный Хьюго. Он имел колоритную внешность: сильный, рослый мужчина с пронзительным взором жгучих тёмных глаз. Его породистое лицо могло бы казаться красивым, если бы не отпечаток жестокости, что лежал как проклятие на некогда привлекательных тонких чертах. Одевался пират очень элегантно, всегда в чёрное: от носков высоких кожаных сапог до пышных перьев на широкополой шляпе. Только золотые пуговицы да белое кружево шёлковой рубашки, выступающее из рукавов, украшали его изысканный наряд.       Жан-Мари тоже плавал вместе с джентльменами удачи на «Фортуне», но все жуткие убийства и грабежи Клода и его отчаянной команды в душе не одобрял. Однако не прекращал подчиняться непреклонной воле брата. Не прошло и шести лет, как преступная слава Чёрного Хьюго облетела всё Карибское море. Имя этого беспощадного, дьявольски коварного флибустьера приводило в трепет всех остальных алчных до наживы собратьев и их главарей с других пиратских судов. Чёрный Хьюго считался королём морских разбойников, и на него самого, естественно, велась охота, но отъявленный головорез всегда счастливо уходил из всех ловушек и продолжал кровавые дела.       Настало время, когда Чёрному Хьюго показалось недостаточным владеть тремя кораблями, и надумал он расширить личный флот. Для этой цели отправил Жана-Мари во Францию, чтобы тот в Ла-Рошели подобрал подходящих парней, которые были бы не прочь влиться в ряды флибустьеров и стать отчаянными братками, охочими до лёгкой добычи. И, как мы видим, Жану-Мари, или, как он теперь звался, Пьеру Лекоку, эта хитрая затея удалась. Он вместе с соблазнёнными на тёмные дела моряками поступил на славное судно «Мон-Сен-Мишель» и вот уже полтора месяца двигался в сторону Южной Америки. Оставалось совсем немного времени, когда на корабле вспыхнет мятеж. Убьют капитана и всех несогласных матросов, захватят судно, его немалый груз, пассажиров и отправятся в Карибское море, где на острове разбойников Тортуга поджидал Жана-Мари брат — Чёрный Хьюго. Ну а дальше произойдёт, как обычно бывало в таких случаях: груз и несчастных пленников продадут. Кстати, на Тортуге всегда найдутся покупатели на такой разнообразный товар. Затем кораблю изменят название и вперёд, на «подвиги».

***

      Пока Пьеру Лекоку очень везло. Даже пропажа помощника капитана была ему на руку. Признаться, д’Аржанталь с его подозрительным характером уже кое о чём начал догадываться и с каждым разом всё пристальнее наблюдал за действиями всегда невозмутимого Лекока. Было видно, что старпом не доверял слишком скрытному моряку. Пьер уже подумывал напасть в темноте на подшкипера, когда тот стоял на мостике, и скинуть чересчур въедливого типа в океан. Но случай помог избавиться от д’Аржанталя без всякого риска. Теперь ничто не мешало осуществиться коварному плану по захвату корабля. Лекок уже знал, кого убьёт первыми из моряков — тех самых упрямых и честных парней из старой команды. Новички же все как один оставались преданными своему вожаку и только ждали от него приказа к бунту.       В одну жаркую душную ночь Логрэ проснулся от сильной жажды. Он вылез из гамака и потянулся за кувшином с водой, но сосуд оказался пустым. Вино в бутылке тоже выпито. Тогда в досаде на самого себя, что не позаботился проверить это заранее, Логрэ взял посуду, прихватил фонарь, потихоньку вышел из каюты и отправился в трюм к бочкам с питьевой водой. Благо люк находился рядом и его на ночь никто не закрывал.       Логрэ зажёг лампу и стал спускаться по трапу в тёмное нутро корабля. Вскоре он достиг помещения, где стояли бочки с водой, наполнил кувшин и уже собрался идти обратно, как вдруг увидел тонкий луч света, проникавший через узкую щель приоткрытой двери, за которой скрывалась постоянно запертая комната. Сейчас из-за этой небольшой дверцы, окованной железными полосками, ясно слышались тихие, приглушённые голоса нескольких человек и подозрительный металлический звук. Похоже, там перекладывали оружие. Логрэ подкрался к двери и осторожно заглянул в щель. В маленьком помещении он обнаружил пятерых матросов. Парни возбуждённо переговаривались между собой, звучали слова: «прикончить шкипера», «устроить бунт». При этом они заряжали аркебузы и мушкеты, а затем аккуратно ставили их в пирамиды. Здесь же лежали остро наточенные сабли и ножи.       Логрэ понял, что надо срочно бежать к капитану и успеть, пока не поздно, рассказать ему обо всём, что сейчас увидел и услышал. Вот только свидетелю не удалось осуществить спасительную миссию: внезапно дверь широко распахнулась, и в испуге тот отпрянул назад. На пороге возник моряк. Заговорщик выхватил кинжал и вонзил его в грудь слишком любопытному пассажиру. Смертельно раненый Логрэ рухнул на устланный соломой пол. Пьер Лекок — а именно он убил несчастного — приказал своим подельникам выбросить труп в океан. Вскоре верный друг и весёлый товарищ Труви и Луизы с лёгким всплеском погрузился в тёмные океанские волны.       Лекок знал, что утром начнутся поиски пропавшего пассажира; эта досадная суета способна помешать коварным планам. Станут соваться во все углы и наткнутся на запасы оружия в неположенном месте. Поэтому умный стратег решил ускорить начало мятежа. Он окинул уверенным взглядом подчинённых матросов и твёрдо заявил:             — Итак, у нас всё готово. Берите оружие и ступайте на палубу! Ждите моего сигнала. Риваль, отправляйся в кубрик, потихоньку поднимай наших парней. Да не всех сразу, по одному. Пусть тоже запасутся всем необходимым для боя. До рассвета спрячьтесь за бухтами канатов. Всё. Выполняйте.             — Надо ли посыпать доски палубы песком? — озабоченно спросил один из матросов.             — Нет, дело не дойдёт до настоящего кровопролития. Мы не успеем как следует повоевать, всё закончится слишком быстро, — криво усмехнулся Лекок и спросил: — Кто сейчас на вахте?             — Сейчас только наши. Был один чужак, так я его того… — Мерло выразительно провёл себе по горлу ребром ладони и, самодовольно блеснув глазами, добавил: — А потом я этого растяпу — бултых в океан.       С иронией взглянув на молодчика, Лекок снисходительно потрепал его по щеке:             — Далеко пойдёшь, мой мальчик!       Мерло радостно осклабился и комично закатил глазки.       Матросы еле сдержали дружный хохот. Дальше без слов они взяли оружие, ловко выбрались из трюма на палубу, где и затаились в ожидании сигнала к началу бунта. Риваль отправился в кубрик.       Когда Пьер Лекок выдал чёткие распоряжения, он отправился на корму к юту. Пришло время сменить боцмана у штурвала. Ничего не подозревающий Рико поприветствовал умелого матроса, ободряюще похлопал его по плечу и отошёл от руля. После неторопливо начал спускаться по трапу. Вдруг острый нож вонзился боцману в спину. Удар получился таким искусным, что бедняга даже не успел вскрикнуть, как сразу отдал Богу душу. Лекок поднял труп коротышки Рико и скинул за борт: «Так, один есть!» Теперь настала очередь разделаться со шкипером и, считай, судно попадёт в руки мятежников. Коварный пират довольно усмехнулся, настолько лёгким показалось предстоящее сражение. Он закрепил рулевое колесо и, крадучись, словно тень, двинулся в каюту Ле Буссенара. Вскоре в ночной тишине глухо прозвучал предсмертный крик капитана. И вновь всё стихло. «Мон-Сен-Мишель» шёл ровно, только слышалось, как могучие длинные волны с шипением бились о борта корабля.