Проект «Меркурий»

Тяжело дыша, Чонгук мчался по пустой улице. Его шаги были быстрыми, рваными, будто он сам убегал от осознания, которое только что обрушилось на него. В голове никак не укладывалась шокирующая правда: похищения людей, связанные с загадочной организацией «Меркурий». Сердце колотилось так быстро, что казалось, его удары вскоре разорвут грудную клетку. Холодный пот стекал по лбу, как ледяные капли, оставляя на коже шершавые следы. Горло перехватило. Этот ядовитый воздух, пропитанный токсичными частицами, туманил сознание и вгонял в панику, поглощая последние остатки рассудка. Кашель сжимал грудную клетку, заставляя его бороться с каждым вдохом, но он не мог остановиться. Не мог. Его лицо, обычно скрытое за маской спокойствия и невозмутимости, теперь было искажено смесью потрясения и ужаса. В голове всё ещё крутились обрывки слов того учёного — отрывистые, пугающие, непостижимые. Если бы не собственные уши, что стали свидетелями того, что должно было остаться тайной, он бы ни за что не поверил в услышанное. Аудиозапись из старинной секретной конструкции, не поддающаяся объяснению… Эта фраза, это название... «Меркурий». Оно эхом отдавалось в его сознании. За этим названием скрывалось что-то настолько ужасное? Что вообще всё это значило? Он едва мог в это поверить. И, возможно, он был единственным, кто знал правду. В его груди сжималась пустота, но выбора не было. Он бежал, зная, что в этот момент за ним может скрываться нечто гораздо страшнее, чем даже самые кошмарные догадки. В подмышке он прижимал ту самую коробку, которую дал ему Лифт. После визита в каюту, где велось расследование исчезновения учёного, попавшего в ловушку, он не мог оставить её там. Слишком опасно. Если похитители вернутся в шестисотую каюту на сорок первом этаже «Мира», они непременно наткнутся на коробку, и поймут, что какой-то землянин узнал о них. Если же расследованием займётся НАСА или Департамент по делам граждан Верхнего мира, находка немедленно вызовет подозрения. И тогда первым под удар попадёт он. Рисковать было нельзя. Сзади раздавались крики работодателя – голос, полный ярости и угроз. Он требовал остановиться, угрожал расправой, но Чонгук не обращал на него внимания. Его мысли были заняты только одним, тем, что ждало впереди. Тем, что скрывалось за этим названием, за всеми опасностями, которые оно могло принести. Страх гнал его вперёд, заставляя мчаться быстрее, искать ответы. И их мог дать только один человек. Его близкий друг, тот, кто знал больше остальных, слушая каждый день разные радиочастотные сигналы. Только он мог объяснить, что происходит, и, возможно, помочь выбраться из этого кошмара. — Что ты знаешь о проекте «Меркурий»?! – крикнул Чонгук, врываясь в крошечную однокомнатную квартиру на третьем этаже чудом уцелевшего пятиэтажного дома. Чуть не выбив дверь, он тяжело дышал, прижимая под мышкой коробку с генератором. Мир вокруг будто замедлился. В ушах звенело, сердце гулко колотилось, и в голове звучал только один вопрос: знает ли Сынгём ответы? Он надеялся, но насколько правдиво будет то, что он услышит? — Чё-о-орт, – высунул голову Сынгём, подозрительно прятавшийся за диваном. — Чего ты так прямо с порога? Я чуть коньки не отбросил! – он явно был ошеломлён появлением друга, но его слова были не просто шуткой, под расслабленной манерой пряталась какая-то тревога. Сынгём покачал головой и зацепил взглядом коробку в руках Чонгука. — Что это за коробка? Она какая-то странная, – кивнул он подбородком, прежде чем он снова скрылся за диваном, который стоял в центре комнаты, блокируя вид на кухню и дверь. — Что в ней? — Наш генератор. В эту коробку мне упаковал верхний мир, – сказал Чонгук, не отрывая глаз от друга и сжимая коробку, как единственное, что могло дать ответы. — Кто?! – Сынгём даже не потрудился снова высунуться из-за дивана, но в его голосе звучало не только изумление и настороженность, но и сомнение со страхом, словно он пытался осознать происходящее. А сам парень уронил какие-то инструменты на бетонный пол. Чонгук чувствовал, как внутри него нарастает давление. Мозг был словно зажатая пружина, готовая вот-вот лопнуть от перегрузки. Разум лихорадочно искал хоть какое-то оправдание не совать нос не в своё дело, но тайна, которую он узнал, казалась слишком невероятной. Он знал, что не может просто оставить всё так, но понимал: за это придётся заплатить. — Так что ты скажешь? Про «Меркурий»? — «Меркурий»?.. Хм, – Сынгём на мгновение отвлёкся от своей работы, поднял голову и задумчиво уставился в пустую стену. В его глазах мелькнула не то скука, не то незнание, но голос был настороженным, будто он подбирал слова, чтобы не запутаться в слухах из радио. — Я слышал, что это какой-то космический центр с уровнем управления выше, чем у НАСА. Никому не известно, где находится эта организация… или что это вообще такое. Возможно, она где-то в «Мире», но точно не в Хэвен, – он ненадолго замолчал, переваривая сказанное.— Почему ты вдруг заговорил об этом? Сынгём покосился на Чонгука, который вовсе не спешил ответить, пытаясь отдышаться, а затем снова склонился над проводами и инструментами, разбросанными перед ним на полу. — Думаю, мы можем узнать об этом, когда я закончу с этим сокровищем, – добавил он, уже полностью погружённый в свою работу. — Что- что это? – отдышавшись, Чонгук приблизился к Сынгёму, скользнув взглядом по разбросанному перед ним хламу. Но его глаза остановились на чём-то, что выглядело куда более странным – устройство, которое тот же пропуск того учёного, но немного по-другому. — Какие-то ребята с района нашли под развалами и принесли нам на починку, — отмахнулся Сынгём, не отрываясь от работы, его глаза на мгновение загорелись любопытством. — Это книга данных. Много информации. Видимо, когда-то принадлежала одному из инспекторов порядка верхнего мира. Мои ребята поручили это дело мне, так что починим. Вдруг удастся найти что-то важное… если повезёт. — Ты уверен, что это безопасно? Сынгём на секунду замолчал, словно обдумывая ответ, а затем, не поднимая глаз от своей работы, пожал плечами. — Без понятия, – сказал он спокойно, но в голосе прозвучала лёгкая насмешка, словно вся ситуация казалась ему скорее забавной, чем опасной. — Знаешь, не первый раз ковыряюсь в этом хламе. Могу починить, могу подорвать пару проводов просто дело житейское. А что из этого выйдет… посмотрим, – он ухмыльнулся и продолжил, размахивая отвёрткой: — Только представь, о нас будут говорить как о первооткрывателях истины: лучшие друзья, Ан Сынгём, гениальный радиотехник, оживляющий любые устройства, и Чон Чонгук, мастер на все руки, талантливый инженер, создавший тот генератор в странной коробке… – его голос взлетел до театральных вершин, наполненный пафосом, но в момент произношения слов, начиная с «тот генератор» тон внезапно снизился на несколько октав. Его интонация стала глубже, наполнившись недоумением и подозрением, и его взгляд оставался прикованным к коробке, как будто пытаясь найти ответы в её невзрачной внешности. — Так что это за коробка и откуда она, Чонгук? – он чуть наклонил голову, рассматривая её, как будто стараясь понять скрытый смысл. — Эй! Черт бы тебя побрал, малец! – яростный голос снаружи прорезал тишину. — Выходи немедленно! Сынгём приподнял голову, на миг задержав дыхание. — Разве это не… – он не завершил свою догадку, протягивая последнюю букву в вопросе. Чонгук выругался и метнулся к окну, заколоченному тяжёлыми бревнами. Сквозь щели пробивался слабый свет. Он поспешно порылся в кармане толстовки, достал горсть батареек и разжал ладонь перед Сынгёмом. — Он пришел за ними. Сынгём ошарашенно уставился на горку металлических цилиндров. — Это еще откуда?! – ошарашенно вскрикнул он, его глаза распахнулись в немом изумлении, а какой-то инструмент выпал из его рук и звякнул, возвращаясь на пол. Чонгук не ответил. Он резко развернулся и, немедля ни секунды, вышел из квартиры, точно зная, что за ним уже приближался его работодатель. В пустом, разрушенном коридоре, где стены были пробиты и обрушены, звуки быстрых шагов эхом отдавались в тишине. Каждый его шаг звучал все громче, отражаясь от старых кирпичей и потрескавшихся окон. Работодатель, зловещий и спешащий, настойчиво приближался к двери, и даже через звуки его шагов Чонгук слышал, как усиливаются угрозы. — Я так и знал! Так и знал, что ты, паршивец, сбежишь с моим генератором и с моими батарейками! – раздался резкий крик. Мужчина, подошедший к двери, тыкал пальцем в Чонгука, с каждым словом подчеркивая своё яростное возмущение. — Это мои вещи! – его рука вырвала коробку с генератором, прижала её к себе, а другой рукой он схватил Чонгука за плечо и начал лапать его по карманам. — Где они?! Где мои батарейки? А ну быстро, дай сюда, пока я тебя сейчас…! Дай все! Ты не заслужил получить ни одну! — Не трогай меня, – холодно произнес Чонгук, уверенно отталкивая от себя чужие руки. Его взгляд был ледяным, а движение — решительным. Он нахмурился, отчаянно сдерживая гнев. Работодатель замер, его глаза продолжали скользить по карманам Чонгука и нервно метались по его фигуре в поисках спрятанных батареек. Видимо, он все же испытывал страх перед ним, перед молодым, сильным человеком, но это был далеко не единственным, что двигало им. Его лицо искажалось не только от страха, но и от жадности. Чонгук продолжал отступать, сдерживая внутреннее раздражение. Он знал, что этот мужчина, хоть и старая тряпка, всё равно может быть опасен, если он не получит то, что ему нужно. — Дай мне! Быстро дай мне мои батарейки! – выкрикнул мужчина. С его губ стекала пена, дыхание хрипело, как у умирающего от болезни лёгких. Он обслюнявил подбородок, а в глазах горели жадность и злоба, будто всё это было его неотъемлемым правом. Его пальцы дёргались и сжимались, судорожно хватая воздух, как будто пытались поймать невидимую добычу. Чонгук поморщился. Отвращение разливалось по его телу, глядя на жалкие, рвущиеся к нему руки. Он не знал, что неприятнее – угроза или сам этот звериный жест. Он шагнул назад, инстинктивно избегая трясущихся, грязных пальцев. Затем вздохнул, сунул руку в карман толстовки и, не спуская взгляда с мужчины, вытащил оттуда несколько батареек. Перебрав их в ладони, собрал в горсть и протянул. Его движения были спокойными, но в глазах горела решимость. Он хотел закончить этот разговор как можно быстрее. Мужчина дёрнулся, словно пружина, и тут же бросился к батарейкам. Его пальцы жадно загребали их, спеша спрятать в карман. Лицо искажалось от азарта, а в каждом движении чувствовались ярость и ненасытность. Удовлетворённо хлопнув по карманам, он убедился, что батарейки на месте, и обернулся к Чонгуку с презрением. Взгляд его был холодным, губы сжаты в тонкую линию. Он мог бы добавить что-то ещё, но и этих слов хватало, чтобы ощутить угрозу. — Ты уволен, 025-02, – произнёс он, медленно выделяя каждую цифру, словно приговор. — Больше не попадайся мне на глаза. А если заикнёшься кому-то о моей технике создания генераторов, я тебя найду и убью. Запомни мои слова. Работодатель кинул через плечо последний предупреждающий взгляд, развернулся и поспешил прочь. Шаги глухо отдавались эхом в пустом коридоре. Его фигура исчезла за углом, оставив в воздухе гнетущую тень угрозы, словно затмение. Чонгук застыл в тени. Лицо оставалось бесстрастным, но внутри всё кипело. Как учил его Хончжу, он повторил ритуал: сжал кулаки, напряг руки, выдержал пять секунд... затем резко разжал пальцы. Повторил снова и снова, сбрасывая избыточную, неконтролируемую агрессию. — Эмоции... как волна. Она поднимается, – пробормотал он, вздыхая, — но всегда спадает, – произнес он дальше, одновременно выдыхая фразу. — Сначала тишина, – снова вздох, — потом решение, – и выдох. Слова Хончжу отдавались в его мыслях. Старший учил его этому, чтобы госпожа Морена не заперла его в изолированном сейфе во время вспышек гнева. Разозлить Чонгука было легко, но усмирить его ярость гораздо сложнее. Поэтому дети его опасались. Морена постоянно пыталась изолировать его, чтобы он не причинил вреда окружающим. Только Сынгём и Хончжу верили, что ему можно помочь. Когда буря внутри улеглась, Чонгук тихо вошёл в квартиру и закрыл за собой дверь. Сынгём, всё ещё сидевший на диване, поднял взгляд. Он сразу почувствовал, как над его головой повисло напряжение. — Что это за коробка всё-таки была? И почему генератор там? – спросил он. — Я убежал с Лифта, – коротко ответил Чонгук, присаживаясь рядом с другом на бетонный пол, покрытый старым, потрёпанным одеялом. В голове снова прозвучали слова учёного, но они начали размываться в тумане тревожных мыслей. Он остался без работы и без батарейки, за месяц упорного труда. Сынгём поморщился. Его глаза сузились от беспокойства, а взгляд стал осуждающим. Он не ожидал, что разговор зайдёт так далеко. Чонгук всегда попадал в такие передряги, но то, что он услышал с подъезда, не сулило ничего хорошего. Он тяжело вздохнул, отложил инструменты и взглянул на друга с недоверием. — Чем ты занимаешься, Чонгук? Ты что, там был? Землянам запрещено бывать в таких местах! Чонгук почувствовал беспокойство друга, помедлил, но затем выдохнул и рассказал всё, что знал. — К нам поступила заявка от учёного из верхнего мира на приобретение генератора. Он предоставил доступ в «Мир», – он нервно сжал пальцы, вспоминая детали. — Но это ещё не всё. Я наткнулся на аудиозапись… и там упоминался проект «Меркурий». — И поэтому ты спросил, знаю ли я о проекте «Меркурий»? – сказал Сынгём, теперь с явным интересом. Его взгляд стал настороженным, когда он начал выстраивать все элементы в голове. Сынгём всегда был в курсе новостей, слушая радио и работая на земной радиостанции. Он улавливал любые слухи и утечки, следя за всеми событиями из Хэвена, всем, что попадало в эфир. Чонгук кивнул, его взгляд потемнел, как будто тень прошла через его лицо. — Это не просто проект, Сынгём... Это не то, о чём говорят по радио, – сказал он, голос стал более низким. — Я уверен, за этим кроется нечто гораздо большее... что-то опасное. Сынгём задумался. Его взгляд затуманился, и несколько секунд он оставался в полной тишине, пристально глядя на Чонгука, как будто пытаясь осознать что-то важное или неприметное. В его глазах мелькала борьба между сомнением и решимостью. В какой-то момент он мотнул головой, словно отгоняя все мысли, и снова вернулся к починке устройства. Его руки двигались быстро и уверенно, несмотря на долгие часы работы. На улице уже сгущалась ночь, и Чонгук, ощущая усталость, тихо заснул, прислонив голову к спинке дивана, сидя в неудобной позе. Лишь лёгкие вздохи, беспокойные дерганья и покачивание его тела выдали, что он не спит глубоко. Сынгём продолжал работать, его пальцы ловко двигались среди проводов, когда вдруг, едва не теряя равновесие, он резко дернулся. Рука, неосознанно потянувшись к Чонгуку, ткнула его локтем в бок, подзывая его к себе. В его глазах вспыхнуло что-то победоносное. — У меня получилось! Я починил его, мать твою! Чонгук дернулся, моментально отреагировав на его слова, и выпрямился. Его глаза ещё не полностью проснулись, но тело уже было готово к действию. Сынгём не стал ждать, решительно и быстро активировал устройство. Оно включилось с характерным сдвигом, но с помехами, как будто сопротивляясь. Всё же оно начало работать: перегородки устройства медленно раздвинулись в стороны, а экран замигал, прерывая ночной мрак. Сынгём улыбнулся, чувствуя облегчение, которое постепенно заменяло тревогу. Это был момент, которого он ждал. Чувство гордости переполняло его, несмотря на незначительные помехи, которые всё ещё тянулись в воздухе. Процесс починки был долгим и тернистым, полным трудностей и сомнений, но теперь, когда всё наконец сработало, Сынгём ощущал, как напряжение, которое сжигало его последние несколько часов, наконец уходит. Он снова посмотрел на Чонгука, который едва хотел просыпаться, и на его лице отразилось лёгкое волнение, которое не скрывало его гордости и удовлетворения Любопытный, как маленький ребёнок, Сынгём открыл раздел «Департамент по делам граждан» – «Население» – «Земля». Его глаза быстро пробегали по страницам, пока он не наткнулся на знакомое имя. — Смотри, тут обо мне информация, – сказал он, довольный своей находкой, и ткнул пальцем в экран. А Чонгук подошёл ближе и скользнул взглядом по строчкам: Информация об индивиде под земным номерным знаком №2084221112679 Фамилия и имя: Ан Сынгём Дата рождения: 22.11 Пол: Мужчина Раса: Человек Этническая родина: Прошлая Земля, Восточная Азия, государство Южная Корея Гражданство: Земля Место рождения: Земля Место прописки: Детский дом «Морена» Место проживания: Земля Место работы: Земля Род занятий: Инженерия Судимость: Отсутствует Семья: Данные отсутствуют — Хм, ничего не изменилось, – лениво прокомментировал Сынгём, явно разочарованный. Его голос звучал так, будто он надеялся найти что-то новое. Он скользнул пальцем вниз и открыл следующую запись. — Тут еще про госпожу Морену есть. Чонгук снова посмотрел на экран. Информация об индивиде под земным номерным знаком №2051100878642 Фамилия и имя: Морена Дата рождения: 10.08 Дата смерти: 23.09 Пол: Женщина Раса: Человек Этническая родина: Прошлая Земля, Северная Америка, Соединённые Штаты Америки, штат Невада Гражданство: Земля Место рождения: Земля Место прописки: Детский дом «Морена» Место проживания: Земля Место работы: Земля Род занятий: Глава детского дома «Морена» Судимость: Отсутствует Семья: Данные отсутствуют — У неё тоже ничего необычного, – заметил Чонгук, качая головой. Оба замерли, озадаченные скучным однообразием записей. Но всё равно почему-то оторваться от этих строк было непросто, словно за стандартными данными пряталась какая-то тайна. — Странно, – нахмурился Сынгём, пролистывая список вниз. — Здесь нет никакой информации про Хон Чжу. Он сбился, снова пролистал вверх и вниз, проверил по фамилии, затем по имени, но всё безуспешно. Раздражённый, Сынгём случайно нажал на однофамильца Хон Чжу. Уже собирался закрыть страницу чужой биографии, как что-то привлекло внимание Чонгука, который вдруг напрягся и настороженно уставился на экран. — Подожди, – резко сказал он, схватив Сынгёма за руку, словно боясь, что тот покинет страницу. Информация об индивиде под верхним номерным знаком №2051051257294 Имя и фамилия: Чхве Ховон Дата рождения: 05.12 Дата смерти: 18.09 Пол: Мужчина Раса: Человек Этническая родина: Прошлая Земля, Восточная Азия, государство Южная Корея Гражданство: Хэвен Место рождения: Хэвен Место прописки: Центр управления «Мир» Место проживания: Хэвен Место работы: Организация «Меркурий» Род занятий: Данные засекречены Судимость: Отсутствует Семья: Данные засекречены Чонгук перевёл взгляд на Сынгёма, и его голос стал резким, но сдержанным: — Этот человек... Он работает в «Меркурий». Сынгём нахмурился, его взгляд стал глубже, словно он пытался развернуть сложную головоломку в своей голове. Несколько секунд он не отвечал, а затем, тяжело вздохнув, тихо поправил: — Работал. Он умер восемнадцатого сентября. Молчанье нависло над ними. Чонгук продолжал смотреть на экран, его пальцы сжимали руку друга так сильно, что костяшки побелели. Сынгём ощущал, как воздух вокруг них становится густым и холодным. Через мгновение, словно для себя, он добавил: — Кстати, в тот же день умер и Хон Чжу. Эти слова прозвучали, как удар, и в комнате повисла тишина. Они обменялись взглядами, но никто не успел сказать ни слова. Сынгём первым нарушил молчание. Его голос был теперь твёрд и полон решимости: — Ты хотел узнать про проект «Меркурий», да? Ну что ж, теперь мы всё узнаем, – сказал он, и в его движениях мгновенно появилась характерная решительность. Он рывком перемахнул через спинку дивана, приземлившись на жёсткую поверхность с торчащими пружинами. Не теряя ни секунды, он скрещивал ноги по-турецки и тут же принялся за работу. Его пальцы быстро скользили по активирующим сенсорам, вызывая нужные функции из базы данных. Чонгук, не отрывая взгляда, внимательно следил за действиями друга. Он опёрся локтями о спинку дивана и слегка наклонился вперёд, сосредоточенно наблюдая за тем, как строки информации одна за другой появляются на голографическом экране. Символы, данные и графики медленно заполняли экран. — Ну что, что ты там нашёл? – не выдержал Чонгук, его голос был полон ожидания. — Вот оно, – сказал Сынгём, его голос звучал напряжённо, но с долей азарта. Чонгук ожидающе кивнул, чувствуя, как лёгкое волнение смешивается с предвкушением. Сынгём долго молчал, внимательно сканируя текст. Наконец, он наклонился чуть ближе к экрану и прочитал вслух: — Проект «Меркурий», названный в честь первой и самой ближней планеты в Солнечной системе, занимается разработкой, проектированием, созданием и испытанием летательных аппаратов в ракетно-космической промышленности с применением современных методов конструирования и компьютерного моделирования. Не связан с «Миром» и НАСА. Организация создана в 2020 году, и информации о ней мало. Слоган: «Чем ближе к солнцу, тем холоднее». И, собственно, всё, больше ничего не написано. Сынгём поднял голову и откинулся назад, как будто ожидая, что Чонгук отреагирует. Тот выпрямился, его лицо потемнело от недовольства. Он нахмурился, а в его взгляде появилось подозрение. — Это что, всё? – произнёс он с недоверием. — Какая-то официальная пустышка, без внятных деталей. Почему они скрывают такие данные? — Или скрывают, или тут действительно больше ничего нет, – Сынгём медленно протянул и хмыкнул, снова уставившись в экран, как будто пытался выудить что-то из пустоты. Но в его голосе всё равно чувствовался скепсис. Чонгук почувствовал, как тревога вновь охватывает его. Всё это не вязалось с тем, что он слышал от учёного, и тем более с тем особым вниманием к проекту «Меркурий», о котором ему намекали. Он не мог поверить, что информация могла быть такой скудной и поверхностной. Проект казался слишком важным, чтобы оставить его на таком уровне. — Мы что-то упустили, – решительно сказал он, пытаясь осознать происходящее. Его голос звучал твёрдо, но в нём всё же было ощущение беспокойства. — Что-то ещё должно быть, Гём. Ты можешь найти больше информации? Он наклонился ближе и тыкал пальцем в голографический экран, словно не доверяя тому, что было перед ним. Каждая строчка, каждый символ теперь казались ему ключом, но найти замок для этого ключа всё ещё оставалось невозможно. — Можем, – быстро кивнул Сынгём, его уверенность росла с каждым мгновением, как будто он уже ощущал близость настоящего открытия. Сынгём сосредоточился на работе с базой данных, его пальцы стремительно скользили по сенсорам. Он углублялся в систему, перебирая ячейки и отправляя запросы, пока экран не замер. Словно холодный удар, перед ними вспыхнул красный знак предупреждения: ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН. ТРЕБУЕТСЯ АВТОРИЗАЦИЯ ВЫСШЕГО УРОВНЯ. Оба замерли. Чонгук почувствовал, как его сердце пропустило удар, а затем забилось быстрее. — Отлично, – пробормотал Сынгём, нахмурив брови, но во взгляде уже проскакивала явная заинтересованность. — Похоже, ты был прав. Что-то здесь явно скрывают. — Что теперь? – Чонгук напряжённо взглянул на друга. — Чёрт, – раздражённо выругался Сынгём, прищелкнув языком и дёрнув шеей, как будто пытаясь сбросить раздражение. Он закрыл поисковик резким движением. — Мы не получим доступ через этот канал. Но я знаю, где искать. Такие вещи часто просачиваются через журналистику. С этими словами он открыл раздел архивов и начал вводить ключевые слова. Чонгук замер, наблюдая, как друг сосредоточенно прокручивает страницы, уверенно нажимая на результаты поиска. Скорость, с которой Сынгём орудовал экраном, внушала уверенность, хотя в воздухе всё ещё витало напряжение. Наконец, Сынгём остановился, ткнув в одну из ячеек. Его лицо неожиданно приобрело напряжённое выражение, а в глазах блеснуло удивление. — Это незащищённый сайт, – произнёс он тихо, словно не веря собственным словам. Чонгук сразу напрягся, изогнув брови. — Не понял. В каком смысле? – спросил он, пытаясь понять, что именно увидел Сынгём. Сынгём снова пробежал взглядом по строкам на экране, его голос стал ещё более настороженным: — Сайт не защищён... точнее, защищён, но не в обычном смысле. Он заблокирован так, будто его пытались полностью уничтожить. Это новостной ресурс «HeavenNews». — «HeavenNews»? – переспросил Чонгук, в голосе его явно усиливалась тревога. — Да, – подтвердил Сынгём, его пальцы замерли в воздухе. — Статья, опубликованная два года назад. Автор... Сяо Доу. Чонгук нахмурился, осознавая, что всё это оказывается гораздо сложнее, чем он предполагал. Почему этот сайт был заблокирован и фактически стёрт? Может быть, именно эта статья была ключом к разгадке того, что они искали. — Статья удалена из общего доступа, но в базе данных «Мира» она всё ещё сохранилась, – произнёс Сынгём, его голос звучал тяжело, будто он только что наткнулся на нечто важное. Он быстро пробежал взглядом по тексту, прищурился и процитировал заголовок: — «Есть ли связь между “Зоной-51” и “Меркурием”? Какие тайны таят в себе две сверхсекретные организации? И куда исчезают люди?» Слова повисли в воздухе. Чонгук резко подошёл ближе, обогнул диван и сел рядом с Сынгёмом. Тот слегка сдвинулся, уступая ему место, но не отводил взгляда от экрана. Каждый новый фрагмент текста казался очередным витком в клубке загадок, который становился всё труднее распутать. — Зона-51? – переспросил Чонгук, на миг задержав дыхание. Его удивление было слышно в голосе. — Это место… Что это за место? Как оно связано с «Меркурием»? — Похоже, что так, – Сынгём пробормотал сдержанно, но его голос выдавал скрытое напряжение. — Здесь сказано, что обе организации работали с некими «объектами неизвестной природы». Одна официально занималась изучением космоса, другая полностью засекречена. Что из них что я не понимаю, дружище. — Объекты неизвестной природы? Это же… – Чонгук на мгновение замер, но осёкся, словно подбирая слова. — Подожди. Мы действительно в это лезем? — Чонгук, мы уже в этом, — Сынгём бросил на него короткий взгляд. — Осталось понять, сможем ли мы выбраться с ответами. Сынгём вновь хрустнул шеей, не отрываясь от текста. Его пальцы скользили по экрану с такой уверенностью, будто скрытые знания раскалывались и расползались по строкам, оставляя за собой тонкую, едва уловимую трещину. — «Всем известно, что Зона-51 это военная база, расположенная в пустынной части штата Невада, на месте пересохшего солёного озера Грум-Лейк, на юге штата Прошлой Земли. База функционировала в строгом режиме секретности, её окружали предупредительные знаки, камеры видеонаблюдения и вооружённая охрана. Даже полёты авиации над этой территорией были запрещены до наступления Катаклизма. Что именно происходило на базе, доподлинно неизвестно. Предполагается, что её использовали для испытаний новейших летательных аппаратов и систем вооружений. Однако в последние десятилетия, среди склонных к конспирологии, утверждали, что там велись исследования разумных существ, попавших на Землю из космоса».» Слова, казавшиеся обычным рассказом, постепенно наполнились чем-то большим. Чонгук нахмурился, наклонившись чуть вперед, как будто пытаясь нащупать между строк ту самую искру, что могла бы озарить все эти тени. — Это звучит как фантасмагория… – пробормотал он, его взгляд становился всё более настороженным. — Но ведь это не просто фантазии, правда? Или это часть какой-то легенды, скрытой за слоями времени? Сынгём продолжал читать, его глаза бегло скользили по строкам, словно каждый новый абзац открывал перед ним всё более тёмные горизонты. В его голосе всё больше ощущалась неприязнь к невидимой, скрытой истине. — Возможно, это всё больше, чем просто байки, – ответил он, его голос был ровным, но в нём сквозило сомнение. — Всё, что тут написано о Зоне-51, это официальные версии, переплетённые с мифами и домыслами. Но если то, о чём пишется здесь, правда, то эта база могла быть не просто военной территорией. Это могло быть место, где проводились эксперименты, которые мы даже представить не можем. — То есть ты хочешь сказать, что они искали нечто… не из этого мира? – спросил Чонгук, словно пытаясь найти связь между строками и тем, что они только что прочли. Сынгём кивнул, глаза его снова загорались, будто он уже видел перед собой картину, которая уходила за пределы обычного понимания. — Это не просто теория, – продолжил он. — Если в базе проводились эксперименты с инопланетными существами, то проект «Меркурий» может быть связан с этим. Может быть, они пытались создать технологии, которые позволят использовать эти «объекты» или их знания. А если ещё учесть, что эксперимент на Луне был не случайным, то становится ясно, что кое-что гораздо более серьёзное скрывают от нас. Чонгук замолчал, пытаясь осмыслить услышанное. Он не мог точно сказать, что это всё значит, но ощущение, что они только что нашли первый настоящий след, не отпускало. Всё становилось всё более запутанным и опасным. — Это не просто история для любителей сенсаций, – продолжал размышлять Сынгём, его голос звучал тихо, но уверенно. — Здесь стоит вопрос, с какой целью их исследовали. Это больше, чем заговор, больше, чем миф. И, похоже, связано с тем, что мы пытаемся понять... Может, это и есть ключ к «Меркурию». Он снова погрузился в чтение, и Чонгук почувствовал, как по спине пробежал холодок. Эти тайны были совсем не тем, что он ожидал. Сынгём продолжал вглядываться в экран, словно не замечая растерянности Чонгука. Его пальцы быстро скользили по сенсору, а лицо оставалось напряжённым, фиксируя каждый момент, как если бы он искал что-то, что могло ускользнуть. — «Власти США Прошлой Земли заявили, что никаких инопланетян на базе не было, а летательный аппарат, разбившийся в районе города Розуэлл, Нью-Мексико, был всего лишь метеозонд. Это было давно, и теперь это не имеет значения в свете нашей новой эволюции». Чонгук вздохнул, в его груди как будто заворочалось неприятное предчувствие. Слова эхом звучали в его голове, не давая покоя. Это были описания событий, которые всё больше начинали сливаться в единую головоломку. Тайные исследования, скрытые технологии… Всё это пересекалось с его собственными поисками, с проектом «Меркурий». У него возникал лишь один вопрос: как могут быть связаны эти две точки? — Я не понимаю, Гём, – его голос дрожал от растерянности. — Почему этот сайт был уничтожен? Почему так активно скрывают эти данные? Всё выглядит слишком запутанно. Как будто мы никак не можем добраться до завершения. Сынгём, наконец, поднял взгляд от экрана, но лишь для того, чтобы снова уткнуться в него, как будто каждая новая строка могла разгадать то, что он искал. Он не мог оторваться, потому что то, что он продолжал искать, казалось готовым перевернуть всю картину. — Подожди, тут есть продолжение, – тихо произнёс он, проводя пальцем по экрану, и тот мигом мигнул, показывая продолжение статьи. «Что вы знаете о «Меркурии»?» Чонгук почувствовал, как его дыхание сбилось на мгновение. Эти слова словно заполнили его сознание, затянув его в тяжёлую паутину мыслей. Он едва сдерживал себя, ощущая, как приближается что-то опасное, неуловимое. — Продолжай, – сказал он напряжённо, его голос был едва слышен, как если бы он боялся сделать лишний вдох. Организация «Меркурий» была основана в 2020 году, в самом сердце пустынного северного Невады. На первый взгляд её деятельность кажется вполне обычной, так же, как и у Зоны-51, она занимается разработкой космических аппаратов. Но за дверями «Меркурия» скрывается нечто гораздо более тёмное и опасное, чем кто-либо мог бы предположить. Заговорщики и теории о тайных экспериментах давно ходят вокруг «Меркурия». Их обсуждают в тёмных уголках интернета, утверждая, что, как и на Зоне-51, здесь ведутся исследования инопланетных существ. Конечно, это всё звучит как очередная городская легенда. Но я, журналист Сяо Доу, решил сделать всё возможное, чтобы разоблачить правду. Мои поиски привели меня к шокирующим открытиям, и я уверен, что в «Облаке» есть файлы, которые ответят на все вопросы, скрытые от мира. Я наткнулся на имя Ханса Лоренса – человека, который, казалось бы, был абсолютно обычным. Учёный-биолог в Хэвен: не женат, без детей, без родственников. Простой человек, живущий своей жизнью. Но вдруг всё изменилось. Он стал вести себя странно: становился всё более отстранённым, как будто его мир разрушался прямо на глазах. И в какой-то момент его сознание пережило колоссальный сдвиг. Кульминацией этого изменения стал момент, когда Лоренс не просто сорвался, он кричал, прикрывая голову руками, как будто невыносимая боль вырывалась из его разума. И затем всё стало ещё более необъяснимым. Простые вещи – пробирки, стоявшие на полках, стеллажи на стенах, предметы на его тумбочках – начали дрожать и падать. Они разбивались о пол, как будто их с силой отталкивала невидимая рука. И даже когда стены переставали вибрировать, его поведение становилось всё более беспокойным, словно нечто внутри него пыталось вырваться наружу. Но самая ужасная деталь появилась позже. Я наткнулся на видео, качество которого было ужасным, но именно оно поставило всё под сомнение. Это видео буквально выбило почву из-под ног. Лоренс, по случайному стечению обстоятельств, оказался в баре, выпив больше обычного, и начал драку с одним из местных. Очевидно, человек, с которым он сражался, получил серьёзные травмы: перелом ребра, вывих плеча, несколько глубоких царапин. Но самая шокирующая картина открылась в момент, когда на записи было видно, как Лоренс вытянул руку, несущественно, слегка… и его оппонент отлетел назад, поднимался в воздух, словно его оттолкнула невидимая сила. Мужчина был отброшен на несколько метров и ударился о землю. Несколько минут спустя к Лоренсу подошли незнакомцы, грубо схватили его, запихали в машину и увезли. Больше его никто не видел. Я не могу объяснить эти феномены. Но одно я знаю точно: он стал чем-то другим, чем был раньше. Его простое движение привело к разрушению. Простой жест стал причиной того, что человек оказался отброшен силой, с которой не мог сравниться. Это было необъяснимое событие, которое нарушило всё привычное. Ханс Лоренс исчез, и его исчезновение стало очередной загадкой, которую я всё больше стремился разгадать. Почему его забрали? Кто эти люди, которые увезли его? Как они узнали о нём? И что связывает это исчезновение с проектом «Меркурий»? Я уверен, что это только начало. Эта организация, она гораздо более тёмная и опасная, чем можно было бы вообразить. Вскрытие этих тайн приведет меня к чему-то великому и страшному. Я буду идти до конца, готов пройти через самые тёмные лабиринты, чтобы узнать правду. Чонгук внимательно слушал, как Сынгём читает вслух, и с каждым новым словом тревога внутри него нарастала, как туман, медленно поглощающий всё вокруг. Грани реальности начали расшатываться, и всё, что прежде казалось далекими теориями, теперь претендовало на роль ужасной, неоспоримой истины. Он не мог скрыть растущее недоумение, сжимая пальцы и цепко следя за каждым выражением на лице Сынгёма, как если бы это было не просто прочитанное, а пророчество о том, что их жизни вот-вот изменятся. — Подожди, – перебил его Чонгук, его голос звучал прерывисто, словно с трудом удавалось собраться с мыслями. Он нервно уставился на экран, его пальцы легли на сенсор, задрожали от волнения, как если бы непроглядный холод проникал в его тело. — Этот учёный... Джефер в Хэвен. Он оставил что-то похожее в аудиозаписи. Про Харнслина и Сою, которые исчезли после странных событий. Значит, этот Лоренс, которого похитили, тоже как-то связан с этим. Но что произошло с ним, когда он толкнул этого мужика? Это что, какая-то сверхспособность? Сынгём не сводил глаз с экрана, его взгляд метался, словно он пытался вместить в голову то, что не укладывалось в понятия обычного мира. Лоб нахмурился, губы бессознательно скривились, как будто сам воздух перед ним становился тяжёлым и трудным для восприятия. — Я... не знаю, – наконец сказал он, его голос звучал, как если бы все его сомнения и страхи вдруг выстроились перед ним в виде невидимой стены. Он откинулся на спинку кресла, сцепив руки за головой, и некоторое время просто молчал. В его глазах читалась растерянность и ошеломление. — Охренеть. Стой! Что за хрень, Чонгук? Откуда ты узнал об этом проекте? – Сынгём будто смотрел на него через дымку недоумения, и всё в его лице выражало нескрываемый ужас, смешанный с поиском ответа. Кажется, если бы был хоть малейший способ вернуться в их обычную реальность, он бы тут же шагнул назад. Но теперь, когда их шаги и вопросы безвозвратно увязли в этих мракобесных теориях и исчезнувших людях, он уже не знал, как можно оставить это в прошлом. Чонгук глубоко вдохнул, пытаясь обуздать галопирующие мысли, и поднял глаза на друга. — Дерьмо… Всё это слишком большое, чтобы быть правдой, но с каждым фактом, что мы вытягиваем из этой информации, оно всё больше становится явным. Тёмные мысли словно обрушились на Чонгука, наваливаясь, не давая дышать. Он ощущал, как будто за каждым углом, за каждой строкой текста скрывается нечто гораздо более мрачное и опасное. Осознание того, что они только что вскрыли, повисло в воздухе как смертельный груз. И с каждым мгновением его уверенность в том, что они пошли слишком далеко, росла, как лавина. Те, кто копал в эту сторону, исчезали. А те, кто не подходил под норму, кто не вписывался, забрали с собой в никуда. Их вытирали из существования, словно они никогда не были здесь. Чонгук не мог избавиться от ощущения, что они буквально балансируют на грани между жизнью и... чем-то совсем иным. Исчезновение Лойда Джефера, Сяо Доу, Ханса Лоренса, Харнслин, Сою... всё это теперь было частью их безжалостной схемы. Так просто убрать того, кто стал слишком неудобен. Но он ещё не успел вникнуть в полную степень угрозы. Лишь единственная мысль крепко уселась в голове: «Не копай дальше. Ты уже слишком далеко». — Мы узнали то, что не должны были, – шок переполнил Чонгука до такой степени, что он внезапно озвучил мысль, мелькающий в его сознании, сматывая и разматывая их, словно бечёвки. — Подожди, погоди… – голос Сынгёма был сдавленным, будто сам воздух стал тяжелым от тех слов, что он только что прочитал. Он быстро пошарил в ячейках, а затем замер и откинулся на спинку дивана, его тело словно потеряло всякую устойчивость, когда экран отдал результаты поиска. — Черт, это… это чертовски плохо, – прошептал он, теряя силы, будто ошеломлённый ударом. Чонгук подскочил, почувствовав, как в воздухе замерло что-то неопределённое. Он моментально перевел взгляд на Сынгёма, пытаясь понять, что происходило. С того, как друг почти обмяк на диване, он мог только догадываться, что-то страшное на грани реальности только что взорвалось в их мыслях. — Что? – его голос срывался на быстрые вопросы. — Что там? Что ты увидел? Сынгём с трудом поднял взгляд, глаза, как будто наполненные тяжёлым осознанием, заставили Чонгука замереть. Он прошептал эти слова, с трудом выходившие из его горла, как если бы они были обвязанным верёвками проклятием: — Лойд Джефер, Сяо Доу... все они числятся как пропавшие без вести. И Луис Харнслин, Эри Сою, Ханс Лоренс, все эти люди исчезли. Без следа. Нет ни тел, ни следов. Про них даже в Базе данных нет, будто несуществующие люди. Они просто... испарились. Больше никто не видел их. Словно вокруг них в помещении потемнело, и воздух стал тяжёлым, словно застывшим. Чонгук почувствовал, как его сердце ударило где-то в районе горла, сдавливая грудную клетку. Эти имена. Эти люди. Они знали слишком много и исчезли, словно их никогда не существовало. Всё, что осталось лишь пустота. Он не мог поверить в то, что всё это правда. Мир, который они пытались понять, вдруг стал чуждым, наполненным мраком. И теперь становилось ясно: искать правду – значит стать частью исчезнувших. Чонгук поднес руку к лицу, пытаясь собраться, но его мысли метались в неустановленные направлениях. Что теперь? Пути назад не было. Если это было похищение, если эти люди знали то, что нельзя было знать, что ж, им тоже отведено исчезнуть в пустоту. И теперь, возможно, они рискуют стать следующими. Сынгём не отрывал взгляда от экрана, его глаза быстро скользили по информации, которая появлялась на экране с пугающей скоростью. Пальцы уверенно двигались по сенсору, как будто сам мир уже не существовал для него. В отличие от Чонгука, чьё дыхание становилось всё более учащённым от тревоги, Сынгём казался поглощённым этим процессом, наслаждаясь прогрессом, который приближал их к неизведанному. Его лицо изменилось. Глаза сузились, придавая ему сосредоточенный, почти бесчувственный вид. Это была странная смесь любопытства и хладнокровной уверенности. Уверенности, которая никогда не покидала его раньше. Все в приюте восхищались гениальностью Сынгёма, и даже Хончжу не мог скрыть своего восхищения, когда тот творил что-то совершенно невероятное. Госпожа Морена часто говорила втайне, что если бы Сынгём родился в другом мире, в верхнем, он стал бы одним из самых выдающихся людей. Но даже у такого человека, как Ан Сынгём, был один недостаток — он не видел опасности, если что-то решал сделать. — Чонгук, послушай, – его голос был ровным, чуть с холодной спокойностью, что насторожило Чонгука. Но за этим спокойствием скрывалась решимость, которую не мог затмить ни страх, ни сомнение. — Ты сам сказал, что мы узнали то, что не должны были знать. Но если не мы, кто тогда раскопает правду? Я понимаю, что это опасно. Но, возможно, это наш единственный шанс раскрыть тайны «Меркурия». Я должен идти до конца. Нужно попробовать найти что-то ещё о проекте. Чонгук резко вскочил, чувствуя, как тревога сжимает его грудь, словно зажатая пуля, готовая вырваться наружу. Он сделал шаг вперёд, и его голос становился всё более отчётливым, дрожащим от беспокойства. — Ты что, совсем не понимаешь? – его слова вырвались с острой ноткой отчаяния, смешанной с негодованием и злостью. — Ты рискуешь собой! Ты читал, что случилось с Джефером, с Сяо Доу. Ты видел их имена в списке пропавших, и ты всё ещё хочешь продолжить? Зачем, Гём? Ради чего? Это не игра! Ты узнал, что с теми, кто копает слишком глубоко, происходит! Они исчезают! Ты думаешь, ты сможешь быть исключением? Зря я тебе об этом сказал. Не нужно было тебе говорить! Не нужно было говорить! Я знаю тебя, ты никогда не... Никогда, никогда... Не, не... Он отступил на шаг, пытаясь собраться, но дыхание становилось прерывистым и тяжелым, словно он не мог сдержать его. Мысли о прочитанном не давали ему покоя, а образы исчезнувших людей не отпускали сознание. Он не хотел, чтобы Сынгём стал следующим в их числе. — Чонгук, успокойся, – сказал Сынгём, вставая и осторожно хватая его за плечи. Он заглянул в глаза Чонгуку, пытаясь найти хоть какую-то искру в его взгляде. — Ты меня слышишь? — спросил он, а затем провел одной рукой по щеке, аккуратно поддевая лицо, чтобы установить физический контакт, заставить Чонгука хотя бы немного отвлечься и реагировать на его слова. Второй рукой он убрал пряди волос с его лба, стараясь успокоить его. — Повторяй за мной. Эмоции, как волна. Она поднимается. Дыши. — Она поднимается, – Чонгук закрыл глаза, сжал кулаки, и, несмотря на внутреннее напряжение, повторил слова, пытаясь выровнять дыхание. — Молодец, – тихо подбодрил его друг, продолжая инструктаж. — Но всегда спадает. Выдыхай. — Но всегда спадает, – повторил Чонгук, стараясь синхронизировать ритм дыхания с наставлением. — Она поднимается, но всегда спадает. Она поднимается, но всегда спадает. Чонгук продолжал повторять слова, но несмотря на усилия, образы не отпускали его – лица исчезнувших, шепот тайн, упоминания о Зоне-51 и «Меркурии». Даже когда дыхание становилось ровнее, ощущаемая тяжесть на груди не исчезала. Сынгём, несмотря на внутреннее напряжение, оставался спокойным и сосредоточенным. Он знал, что в этих вопросах неважно, что считают остальные, он всё равно будет искать правду, даже если ради этого придётся столкнуться с любой опасностью. — Чонгук, – твердым голосом позвал он, и, когда Чонгук поднял взгляд, продолжил, глядя прямо в его глаза: — Что ты помнишь о том дне, когда умер Хончжу? Слова ударили Чонгука, и в груди воцарился холод, дыхание сбилось. Кажется, вся его жизнь на миг замерла, а воспоминания нахлынули с такой силой, что сердце едва выдержало удар. Имя Хончжу возникало перед ним, как болезненный эхо трагического дня, слишком яркое, чтобы его забыть, и слишком мучительное, чтобы принять. Он зажмурился и опустил лицо в ладони, словно пытался изгнать все ужасающие образы. Он пытался сосредоточиться на каком-либо ясном воспоминании, но всё растворялось в темноте, где каждая деталь казалась холодным, болезненным шрамом. — Ворон... – тихо произнёс он, словно пытаясь вернуть в памяти смутный образ. — Что «Ворон»? – спросил Сынгём, нахмурив брови. — Он был там. Стоял прямо передо мной, но я не смог разглядеть его лицо, только очертание. Человек, который стрелял в тебя, назвал его «Ворон». Это всё, что мне удалось запомнить. — Я помню того, кто стрелял в меня. Это был охотник, гончий пёс, выполняющий прихоти «Мир». Но я до сих пор не понимаю, почему они убили Хончжу, – сказал Сынгём, его голос звучал решительно. — Мне нужно узнать причину. Чонгук покачал головой, словно пытаясь отбросить тягостное чувство неуверенности. — Но в статье говорится, что «Меркурий» и «Мир» никак не связаны, – попытался он найти логическое объяснение. Однако было ясно, что убедить Сынгёма словами не получится. — Да, статья утверждает именно это, – медленно ответил Сынгём низким, уверенным голосом. — Но разве ты действительно в это веришь, Чонгук? Мы оба знаем, что в подобных расследованиях нет случайностей. Сынгём тоже был ошеломлён от осознания, насколько далеко они зашли, насколько рискованным стало их расследование. И, тем не менее, была искра решимости, которая не давала ему отступить. — Я знаю, на что я иду, – его голос стал тише, но решительность всё равно прослеживалась в каждой интонации. — Я не могу просто закрыть глаза на это, Чонгук. Если мы молчим, если мы отступаем, кто-то ещё пострадает. За всем этим стоят тёмные силы, которые незаметно распространяются. Если мы оставим это так, мы никогда не узнаем правды. А ты сам понимаешь, что мы уже слишком глубоко вовлечены. Не можем просто оставить это без внимания. Дай мне шанс, пожалуйста. Чонгук отвел взгляд и какое-то мгновение застыл в раздумьях, как будто пытаясь решить, чем ему пожертвовать в этот момент. Но быстро возвращает взгляд к другу, без малейшего следа сомнений. Все чувства будто сходятся к этому решению, что-то важное уже стояло на кону. Как остаться равнодушным? — Я не хочу, чтобы ты оказался в опасности, – продолжил Сынгём, когда Чонгук посмотрел на него, и его глаза переполняла как будто лёгкая тоска, он затянул паузу, чтобы собраться с мыслями. — Но если я не продолжу, если не разгадаю, что случилось с Хончжу и с остальными... если не узнаю, кто стоит за этим, — он инстинктивно сжимает кулак, как будто страх зажать его недостаточно, — я не смогу жить с этим. Мы не можем позволить им снова прятаться в тени, забывать про то, что они сделали. Чонгук почувствовал, как напряжение, которое буквально сковывало его грудь, начало понемногу отпускать, но его сердце всё ещё билось сильно, с каким-то неизбывным страхом. Он не был готов снова терять тех, кто ему дорог, и хоть Сынгём и был прав, в этот момент для него важнее оставался не поиск правды, а безопасность, их безопасность. — Ты же понимаешь, что для меня важнее наша с тобой безопасность, – прошептал он, и хотя его слова звучали сдавленно, в них была отчаянная уязвимость. — Ты обещаешь быть осторожным? – тон стал мягче, как будто и его самого было бы легче оставить в этой тени, не думая о последствиях. — Обещай мне, что будешь осторожен. И что ты не станешь одиночкой в этом. Мы с тобой, помнишь? Сынгём кивнул, на его лице мелькнула искренняя благодарность, которая смягчила острый взгляд, несущее решимость, но его глаза продолжали гореть огнём в поисках ответа, несмотря на напряжение и риск. — Обещаю. Ты тоже будь рядом, Чонгук, – проговорил он, взяв кулак и вытянув его вперёд. — За Землю? Чонгук все ещё стоял немного в замешательстве, но взгляд Сынгёма заставил его слегка покачать головой, чтобы найти силы, выдавить последние остатки сомнений. Он слегка коснулся кулака друга, оставив лёгкий удар, как вердикт всего. — За Землю... – он едва выдавил слова, но хотя лицо его скрывалось в тени, в глубине души с каждым моментом он понял, что у них не осталось другого выбора. Они стали частью этого неведомого пути, и теперь им придётся встретиться с тем, что скрывается за темными силами, укрытыми в тайных проектах. Секунда молчания висела между ними, перед тем, как всё изменится.