Три короны. Клеймо.

Ярким пятном в темном лесу продолжал гореть огонь, поддерживаемый одним не спящим стражником. Искры от костра взмывали в небо, сливаясь со звездами. Изредка опускались на холодную землю желтые листья, все чаще напоминая о приближении холодов. Но никого из отряда это не волновало. Обсудив свой план против новичка, они разошлись отдыхать, так и не дождавшись, когда стихнут раздражавшие их разговоры в повозке. - Ты довольно хорошо знаешь историю, - Тола накрыла ноги покрывалом, - я всегда хотела узнать больше о гибели магов на южном материке. Может, ты и об этом знаешь? Шарон смутился. Он отлично знал, кто был виновен в этом, и часто жалел, что сам не приложил руку из лютой мести. Но говорить об этом не смел ни с кем. Выкладывать всю правду для него рискованно, а на фоне гуляющих по миру догадок – для принцессы это будет смешно. Сменив свечу в фонаре, он сел напротив девушки, продумывая свои слова. - До сих пор не ясно, кто это сделал. Но, прежде чем говорить о магах, хочу спросить вас, - он чуть склонился, - эта история о разменной монете в руках короны, хоть и где-то далеко за морем. Вы уверены, что хотите ее услышать в таких обстоятельствах? - Да, - ответ был смелым и решительным, а в глазах появился интерес, - возможно, в этой истории будет урок мне, а возможно она станет моим предсказанием. Я обречена стать частью их короны. - Возможно, сейчас и я пойму из этой истории что-то новое, - Шарон улыбнулся, - они были надежной опорой короны, обособленное поселение со строгими собственными законами. Маги поклялись короне перед Родом, эту клятву не осмеливается нарушать никто, и они не осмеливались. И эта жизнь была для них блажью, а быть может и золотой клеткой. Никто на материке не знал, что на самом деле происходит между короной и поселением, - он потер глаза, вспоминая скрытных родных, - но жизнь магов не давала народу покоя. Гарант короны, ненависть к которой вспыхивала кострами по материку. Они быстро тушили все восстания по одному слову короля - И однажды костер вспыхнул в их поселении, - продолжила Тола, - говорят, тот странный костер виден был с нашего берега, а торговцы в пути слышали крики и мольбы. - Деревня полыхала, их изоляция сыграла плохую роль, - он нарисовал в воздухе полуостров, - горный хребет на востоке, Ядовитый залив на юге и западе, мощные течения Хищного моря на севере. - Но магам подвластен огонь, не так ли? - Этот огонь подвластен лишь Тьме и тому, кто заключил с ним сделку. Синие языки пламени, что полыхает даже на воде, - он приоткрыл полог со стороны кучера, - не понятно до сих пор, зачем все это. В целом корона устраивала свой народ, восстания вспыхивают часто на фоне спокойной, но однообразной жизни. То ли они были нужны многим, то ли так ненавистны ими. Не сказать, что без них жизнь изменилась, но первое время вспыхивали мятежи мести за их жизни. - Нужна ли я кому-то или ненавистна? – девушка внезапно перевела тему, - я будто чувствую охоту, я могу сыграть роль в исходе войны? Едва девушка отвела взгляд, Шарона передернуло. Тот самый момент, когда нужно выбрать, кому нужно быть верным. Но он не мог, все так же мечась в выборе. Утром будет развилка на пути, развилка для выбора. Внутренний голос упорно молчал, а личная выгода была одинакова. Он в любом случае погибнет, и она тоже. Шарон на мгновение перевел взгляд на девушку. Впервые при выборе, он подумал и об её жизни. Поднявшись на ноги, наемник приблизился к раскрытому пологу, стараясь дышать ровно. - Если вы хотите подышать, не отходите далеко, - Тола закуталась в покрывало, - я хочу спать. Коротко кивнув, мужчина покинул повозку, разминая спину. Тишина, что в начале стоянки умиротворяла, сейчас настораживала. Обострившийся слух не улавливал невесомые шаги мышей и зайцев, не было уханья сов, только редких ритмичный хруст уже упавших листьев и тонких веток. - Черт, - он оглянулся на лагерь, где одинокий бодрый стражник подкидывал в костер поленья. Он сидел спиной и не замечал ничего, - хороша стража, хоть сейчас уводи принцессу, - едва слышно прошептал он, отходя к лесу, в сторону, откуда слышен был шорох. Глаза различили в темноте три фигуры, что приближались к лагерю. Шарон похлопал по карманам мундира, но в них было пусто. Последние дротики он выкинул в лесу, а меч остался в повозке. - Здравствуй, Клеймо, - совсем рядом прозвучал едва различимый голос, - видим, ты не торопишься с исполнением. Король расстроен твоим поведением. - Рано судить о моем поведении, - Шарон не стал озвучивать свои предположения. Наверняка, шавки пришли от Истена, - встретимся позже. - Это вряд ли, - тихий гул натягивающейся струны дошел до ушей Клейма, - теперь это наш заказ, к тебе пропало доверие. Твоя медлительность раздражает его. Он не ответил, развариваясь к источнику звука. Силы становились подконтрольными, мир предстал, будто, в свете полуденного солнца. В паре шагов от него стоял мужчина, растягивая струну. - Я вижу тебя, Демон, - резким движением Шарон выдернул его оружие из рук, разрезая кожу противника, - в отличие от тебя. Одним мощным ударом он повалил мужчину на землю, но не успел выпрямиться, как со спины на шею накинули другую струну. Подсунув пальцы в перчатках под тонкий металлический прут, он вжался спиной в противника, увеличивая расстояние до своей шеи. Свободной рукой, коротко замахнувшись, он ударил под ребра. Натяжение струны спало, освобождая Шарона. Для верности он ударил и второго мужчину, вновь под ребра, заставив того согнуться к земле, а затем коленом оглушил его. - Убирайтесь к заказчику, - он отошел, - заказ будет у него. Пусть научится ждать, если ищет качество, - Шарон старался говорить тихо. Он наблюдал, пока три фигуры снова не скроются в лесу, а их шаги перестанут доноситься до обостренного слуха. Из повозки стал слышен шорох плотных тканей и огорченный вздох, что на несколько секунд вызвало у наемника улыбку. Два всадника не стали ждать даже за пределами замка свои отряды. Опустившаяся ночь так же не заставила их остановиться. Погруженные в свои мысли Десорт и Горт за весь путь не проронили ни слова. Их дорого лежала восточнее пути сестры, но велик был соблазн свернуть. Они только миновали густой лес, который отделял их от развилки. - Горт, - Десорт вздохнул, притормаживая коня, - кажется мне, что все идет не так, как того хотели мы. Неизвестный нам стражник и коварство отца не дают покоя. Он все равно выдаст её замуж. Пусть и ради помощи нам, но в первую очередь он укрепит их корону. - Согласен с тобой. Но, - Горт совсем остановился, поглядывая на запад, - я чувствую, что все может обернуться даже хуже. Я чувствую трагедию. Пока не поздно, мы ещё можем выйти на развилку, мы можем это изменить. - Нет, - Десорт снова направил коня вперед, - мы нагоним один из отрядов и развернем нескольких человек. Ближе к нам группа под командованием Аниса. Я доверяю ему, как тебе, а сами мы нужны на востоке. Там меня ждет корона отца, потом нам нечего будет бояться. Горт еще раз оглянулся на запад, пытаясь оставить там свой страх. Догнав брата, он перешел на галоп, как можно скорее нагоняя шедших впереди гвардейцев. Страх смотрела в его спину, понимая, насколько он близок к правде. - Скажи мне, каков его выбор, - Истен широкими шагами мерил комнату, пока старушка за большим столом перебирала бусы. Стол был полон трав, несколько пучков которых дымились в чаше. Вокруг неё стояли фигурки покровителей, настолько близко, что дым окутывал их, прежде чем подняться к потолку. Несколько тонких синих свечей, связанные в пучок, ярко горели прямо перед пророком. Но её взгляд был затуманен, а в глазах не отражалось пламя – она уже видела ответ. - Он согласился с тобой, - все так же, не выходя их видения, проговорила она могильным голосом, - но его замыслы я не увижу. Она будет в твоих руках, это все что я вижу. - Так раз она будет у меня, какие ещё могу быть замыслы? – Истен остановился, переводя свой взгляд на свечи перед женщиной. - Раз я не вижу дальше, значит, у него есть выбор, - её взгляд стал нормальным. - Выбора нет. Я лишь откопаю его гнилую совесть, после чего снова достану свою выгоду.