Когда мы одни

Ночь выдалась тяжёлой и, к сожалению или к счастью, очень короткой. Всего спустя 3 часа витя неохотно приоткрыл глаза. Его взгляд был направлен на тумбу с телефоном. Первая же мысль, пришедшая в его голову, - "надо позвонить Айди". Щетков быстро поднялся с кровати и направился к тумбе. Включив его, парень увидел время - было около половины шестого утра - и, решив пока не беспокоить друга своими звонками, снял устройство с зарядки и направился на кухню. Однако, все мы знаем, что если Магомед не идёт к горе, то гора идёт к Магомеду. Мы слышали эту поговорку сотни раз и читаем уже сто первый. Витя тоже был в этом числе, но никогда искренне не верил в неё - "у горы нет не только ног, чтобы дойти до Магомеда, но и мозгов. Ей же это нахуй не сдалось, зачем делать то, что тебе совершенно не нужно?" Как бы иронично это всё не было,но именно этот тезис Вите пришлось опровергнуть, увидев на экране смартфона входящий вызов с подписью: "Айди✨" и услышав до боли знакомую мелодию рингтона, поставленного специально на этот контакт. Естественно, реакция не заставила себя ждать, ведь Щетков буквально чуть не подавился заваренным две минуты назад кофе от неожиданности происходящего. Внутри разума начали воевать две стороны: первая - предлагающая не брать трубку или вовсе сбросить Айдара и позже самостоятельно перезвонить, объяснив поступок тем, что "спал и был не в силах внятно ответить". Вторая же сторона - ленивая - предложила просто взять трубку и поговорить, ведь на вряд ли Айдар поверит, что друг спал (он знал про его проблему, по этой же причине не рассказывал о проекте и не пригласил его туда), а Витя - вспомнит, что нужно перезвонить. Здесь не нужно быть сверхразумом, чтобы понять, какой вариант был воплощён. Лень - двигатель прогресса. Витя поставил на стол чашку с кофе и дрожащим большим пальцем свайпнул зелёную трубку на экране в сторону для ответа. Сердце билось так сильно, что казалось, стучит земля под ногами, настолько громко ощущалось биение. - Алло? - неуверенно произнёс Виктор. - О, Витёк! - радостно донеслось с той стороны провода. - Привет, ты как? - Да нормально всё. Наверно, - отрезав, добавил Витя. - Ну вот и славно, что всё хорошо. Слушай, я почему звоню то... - Потому что я тебя попросил? - с ноткой возмущения спросил Щетков. Наступило то самое неловкое мгновение, когда с обеих сторон веяло неуверенностью и растерянностью. - Ну, - тихо начал Айдар, - поэтому тоже, просто... Короче, съёмки "Студии" на завтра перенесли, поэтому... - На завтра?! - Айдару показалось, что после этой витиной фразы у него сломался динамик. - Почему эта информация до меня доходит только сейчас?! - Прости, Вить, - начал было извиняться Гараев, - я просто занят был и не успел... - Ты не успел, надо же! Зато успел повеселиться на съёмках гораздо меньшей важности, о которой, кстати, ты не рассказываешь две недели, хотя дохуя обещал! - возмущению Щеткова не было предела. - Вообще-то я сам узнал об этом час назад! - Айдар тоже начал повышать голос на друга. - Хватит гнать на то, в чём я сам не виноват! - Поэтому я за эти две недели ни разу не подумал ни о чём, кроме тебя? Эти слова в полной тишине прозвучали как треск старого телевизора ночью - громко, чётко, невольно вгоняя в напряжение. Вопрос был риторическим, и Айдар сам прекрасно понимал, что теперь точно никуда от вопроса не денется. Было страшно отвечать после того, как такой близкий человек практически признался, что постоянно о тебе думает, а ты как полнейший мудила игнорируешь его. - Прости, - остыв, произнёс Витя. - Погорячился. Я просто хотел сказать, что... ну, ты понял, переживаю за проекты и хочу, чтобы всё было в лучшем виде. И, конечно же, не о тебе одном думаю, совсем нет, - последние слова он старался максимально отрезать. - Да ладно, ничего страшного. Я тоже немного не то сказать хотел. Я завтра перед съёмками тебе всё расскажу. Так сойдёт. - Думаю да, - всё же с разочарованием проговорил Виктор. - Тогда... до завтра? - Да. До скорого, Вить! - И тебе... *** Айдар сбросил звонок и поспешно выключил телефон, тяжело вздыхая. "Может, всё таки рассказать ему правду?" - эхом отзывалось у него в голове. Горькая правда всяко лучше сладкой лжи. Или всё же нет? Дверь медленно, со скрипом, открылась, и из-за неё выглянула макушка Артёма, уже явно находившегося под градусом. Это несложно было заметить по шатке и "плавающему" голосу, доносившемуся из-за стены. За самой дверью же вовсю громко играл "Когда мы одни" Джарахова. - Айдарчик, - протягивая каждую гласную, проговорил он, - не хочешь всё таки к нам, а? Айдар поднял голову, посмотрел сначала на своё отражение в зеркале напротив, на помятую одежду и мешки под глазами ("может, всё таки рассказать ему правду?"), а потом неохотно повернул голову в сторону открытой двери. - Не, Тём, спасибо, - он слабо улыбнулся, - не хочу развязываться. И выключите уже эту песню, половину ночи уже играет и на мозги действует. - Ишь, на мозги ему действует, - Муратов показательно закатил глаза и начал медленно закрывать за собой дверь и уходить в соседнюю комнату к остальным певцам. - Ладно, если что, знаешь, где нас искать, короче. В ответ Айдар лишь невнятно что-то промычал себе под нос и отвернулся обратно к зеркалу и своему виду ("может, рассказать?"). А в уши забила фраза, повторявшаяся чуть ли не пятидесятый раз за ночь, из песни за стеной: "Я как в вечном лабиринте, вокруг сотни стен, и лишь рядом с тобой я вижу свет в этой бездонной тьме". *** После сброса Витя ещё долго смотрел в пол в попытке переварить всё обговорённое с Гараевым. Он расскажет всё завтра. Круто? Наверно. Но надо ещё этот день каким-то образом пережить. Вот здесь и кроется проблема этой ситуации - ожидание. О ж и д а н и е чего-то страшного и неизведанного. Любопытство берёт верх над эмоциями и не даёт думать о чём-либо другом. И это ужасно.