Бесконечное лето

            Прошло пару недель. Родители Антона вместе с Олей уехали в город к родственникам, оставив сына одного. Вернее сказать, они так думали. На следующий день после их отъезда Тоша пригласил в гости Ромку, а тот и не смог отказаться. Во-первых, пообещал прийти к нему для подготовки к экзаменам, а второе — ну разве можно отказать любимому Зайчику?             Стоило Пятифану постучать, Антон тут же открыл и с нежностями бросился на парня, чем и засмущал его. — Тош, Тош… Д-давай хоть в дом зайдём?.. — тихо попросил он, обнимая любимого и тревожно оглядываясь вокруг. — Да, прости — ответил Петров, отпустив его и пропуская в дом. Да, у Тоши было уютнее, чем у Пятифана, да и теплее, что зимой, что летом. Наконец оба прошли в комнату наверху, где после всех Ромкиных нежностей приступили к подготовке к экзаменам.             Они мирно сидели на кровати, каждый в своём учебнике. Но не прошло и нескольких часов, как Ромке снова стала не по себе от зубрёжки. — Блять, я так не могу! Нудятина! — стал ворчать Пятифана, упав на колени Антона. Петров лишь отложил учебник и погладил его по голове. — Ну, а ты как хотел? — усмехнулся Петров, на что горе ученик лишь недовольно фыркнул. Антону пришла идея, от чего глаза заискрились. — А давай так: если решишь несколько задач правильно, то получишь вознаграждение. Согласен?             Рому заинтриговало подобное, поэтому он согласился. Они снова уткнулись в разные учебники, но на этот раз Пятифан внимательно изучал каждую формулу, делая записи в тетрадь.             Спустя небольшое количество времени Антон закончил с учебником и снял очки, давая глазам немного отдохнуть. — Ну, что? Как дела с задачами? —спросил он, подсев к парню и наблюдая за его записями. — Несколько уже успел решить, можешь проверить — ответил Рома, протянув Антону тетрадь. — Если большинство задач правильно, то с тебя обещанное вознаграждение!             Тоша усмехнулся, надел очки и принялся проверять. — Неплохо, половина правильная. —ответил Петров, улыбнувшись и возвращая тетрадь. — Только у некоторых решения не совсем верны… — А это так важно? Ответ же верный! — возмутился Ромка. — Прощу тебе это. К тому же… — Тоша пересел на колени Пятифана, придвинувшись вплотную и медленно двигаясь, и обнял, сложив рук на его плечах. —…это ведь только первый день занятий.             «Чертов зайчик…» — усмехнувшись, подумал Ромка и обнял Антона за талию. Он повалил Петрова на кровать, нависая сверху, затем припал к нежным губам. Парень пробрался руками под домашнюю футболку Тоши, лаская каждый участок его тела. Антон повторил за ним, медленно водя по спине кончиками пальцев. Рома отстранился и стянул с себя футболку. Пятифан поцелуями спустился к шее мальчишки, оставляя отметины. Некоторые из них приняли пурпурный цвет, что сказалось еще большим контрастом с бледной кожей Тоши. По их телам расползался жар. Возбуждение сносило крышу, что даже уши закладывало, а такой податливый Тоша подначивал продолжать и ни в коем случае не останавливаться. Уже с переходом отметин на грудь, Пятифан решил не медлить с одеждой, снимая оставшуюся с парня.             Рома сел перед Тошей и закинул его ногу на свое плечо, медленно вводя средний палец в нежный проход, предварительно смазав прохладной смазкой. Антон морщился и, поджав губы, тихо мычал. Спустя несколько плавных движений веутри последовал второй палец. Рома начал полноценно растягивать его. Антон шумно вздохнул и тут же прикрыл рот рукой, смутившись от собственного звука. — Голос, Зайчик~ — скомандывал Рома, оголяя клыки в усмешке. В светлых глазах Антоши снова блеснули хитрые искры. Эти заигрывания лишь сильнее подталкивали Ромку к продолжению.             Пятифан рывком придвинул Тошу ближе к себе. Он начал медленно, с особой нежностью входить, чувствуя неимоверную узость внутри. Слишком потрясно, хоть и самому больновато из-за подобной тесноты. По бледному телу пробежались мурашки, от чего Антон слегка вздрогнул и немного прогнулся. Но не смотря на это, он продолжал сдерживаться, до сих пор держа руку у рта, хотя был готов сорваться в любой момент.             Рома медленно двигался, тяжело дыша. Антон издавал звуки похожие на скулеж. Роману же хотелось услышать полноценный стон, от чего его рука потянулась к той, что перекрывала желанные звуки. Пальцы с легкостью окольцевали запястье, Рома поднял руки Зайчика над его головой, прижимая их к подушке. Не давая времени на какие-либо действия со стороны Антона, Рома сделал резкий вперёд. Наконец, Пятифан получил что хотел. С уст Антона сорвался громкий сладкий стон. Не выжидая какого-то момента и не давая привыкнуть Антону к наверняка странным ощущениям, Рома сразу начал двигаться, набирая размашистый и грубый темп. Он даже не замечал как сжимает ручки Тоши до следов от пальцев. Зайчик тяжело дышал и громко стонал. Тело становилось более поддатливым. — Р-рома… Пожалуйста… — жалобно проговорил Тоша, пытаясь попросить Пятифана немного сбавить темп. — Не могу, Тош, — хрипло ответил Рома, поцеловав влажную от слез щеку, словно извиняясь. Этот наглец выкидывал слишком много провокаций и дразнил донельзя соблазнительными методами, поэтому пусть пожинает плоды своего труда. Поцелуями он спустился на шею, где оставил еще несколько своих отметин. Толчки становились глубже и увереннее. Роман отпустил руки Антона. Зайчик обнял его, прижимая к себе и впиваясь в спину Ромы, оставляя царапины. Пятифан наслаждался такими желанными стонами Антона. Он не настолько сильно чувствовал как спину обжигало полосами, сколько приятную тягу где-то внизу живота.             Рома подхватил Тошу, приподнимаясь так, чтобы посадить его на свои бедра. Все пути к отступлению были перекрыты крепким замком из ладоней на пояснице Петрова. В таком положении Пятифану удалось войти полностью, продолжая двигаться. Громкие сладкие стоны прерывались протяжным «Ай». Это ласкало слух настолько, что послужило явлению новой улыбки на лице Романа. Парень решил опробовать другой подход к податливому Зайчику, сделав движения плавными, точно скользящими по самой чувствительной точке. Послышалось вязкое хлюпанье, а рука Ромки опустилась на, вовсю требующий внимания, член. Пальцы моментально смочились выступающим предэкулятом, после чего те грамотно распределили его по всему органу. Он по-издевательски начал дразнить Тошу, когда принялся нажимать на головку большим пальцем, в попытке вызвать еще больше смазки из порозовевшего отверстия. Лёгкое давление на головку заставило тело Зайчика вздрогнуть и вызвать ещё один громкий стон. Толчки снова стали яростными и грубыми.             Наконец Антон излился вязкой белой субстанцией и вновь раскраснелся до кончиков ушей, тяжело дыша и тихо постанывая. Хоть Рома и не планировал, но вовремя сдержаться не получилось — кончил в одночасье с юношей, заполняя того до краев. Антон обессилино упал на плечо Ромки, продолжая ещё тяжело дышать и постанывать. Всё белоснежное тело подрагивало. Ромка закинул голову назад, взъерошивая светлые волосы, после чего рука спустилась на ягодицы парня, нежно сжав их. — Тошка… А можно мы и дальше будем так готовиться? — переведя дыхание спросил Пятифан. Антон посмотрел на него. — Можно… — удовлетворённо улыбаясь, ответил Антон, но, востановив дыхание, добавил: — Только не каждый день! Я не выдержу подобного секс-марафона…             Рома слегка рассмеялся и поцеловал любимого зайчика в щёку.