История из центрального парка

Венти собак любил всю свою жизнь. С детства мечтал завести себе пёсика, чтобы спать в обнимку, играть и снимать смешные видео. Особенное классными были большие собаки, такие статные и грозные. Поэтому Венти двадцать и он гладит подскочившего от страха пса по голове. — Двалин, хороший мой, ты испугался пчёлки? Пчёлки добрые, они тебя не обидят, — Двалин, к слову, в холке почти достаёт Венти до бедра. Не прогадал с размером. Вот только смелости в этой лохматой махине как в божьей коровке. — Ну, давай, идём погуляем ещё. Ты же такой большой мальчик, тебе надо много гулять. Двалин вдруг отчего-то скулит, прижимая уши к голове, и пятится назад, ухватив зубами хозяина за рукав куртки. Чего это он? Может, Венти бы и успел всё понять, но прежде его уже перевернули на спину, а две огромные лапы упёрлись в грудь. Вот так и закончится его жизнь, кажется. Огромное косматое чудище сожрёт с потрохами и даже мокрого места не оставит. Из приятного: Двалин пару раз пугливо гавкнул, кажется, защищая хозяина. Жизнь прожита не зря. — Простите! Аждаха, к ноге, — тяжесть с груди пропадает, а вместе с ней и мокрый язык с лица. Вау, а то уже вся жизнь перед глазами пронеслась. — Ну куда ты убегаешь? Ещё один поводок порвал, вот же… Ну что ты на меня так смотришь? Я разорюсь скоро. Пока Венти благодарит всех богов за свою спасённую жизнь, чей-то приятно-низкий голос над головой, кажется, ругает то страшное нечто, правда интонацией доброго папы, а не строго хозяина. Ладно, надо вставать. Очень хотелось бы сказать Венти, но Двалин, обрадованный спасением хозяина, наваливается на него всей своей массивной тушей, облизывая шею и лицо. Что за начало дня? — Так, малыш, прекращай, — наверное, звать пса, которого поднять не каждый взрослый сможет, малышом — дурацкая затея, но Венти как-то привык уже. Силой стаскивает пса с себя, усаживаясь на траву. Ну, всё равно толстовку надо было стирать. — Я думал, что меня сейчас съедят. — Простите пожалуйста, Аждаха просто совсем маленький ещё, энергии много, — хозяин пса неловко улыбается, гладя своего питомца по голове. Тот радостно высовывает язык и льнёт к длинным пальцам. — Рвёт все поводки, если что-то интересное видит. — Подождите, это маленький?! — Венти, так-то, не уверен, что этот цербер не тот самый пёс, что охраняет мир мёртвых. — До каких размеров он вырастет тогда?! — Ну, раза в полтора ещё, — Венти протягивают ладонь, за которую он тут же хватает, поднимаясь на ноги. — Вы ему просто, кажется, очень понравились, вот он и… ну, щенок же ещё. — Ну, знаете, вот так с ног сбивать, если понравился, — Венти качает головой, разглядывая мужчину: лет двадцати пяти, с аккуратно убранными волосами, глаза настолько светло-карие, что на свету кажутся жёлтыми, ещё и ростом под сто девяносто. — Вот, представьте, прыгнул бы я сейчас на Вас. — Что? — мужчина замирает, неловко хлопая глазами и тут же чуть краснеет. — Ни-че-го, — нараспев проговаривает Венти, ставя ноги чуть пошире, чтобы Двалин смог сесть между ними, спрятавшись от огромной страшной собаки, глазеющей на него. — Как вас зовут хоть? — Чжунли, — всё ещё неловко улыбается, протягивая ладонь для рукопожатия. — Венти, будем знакомы, — как-то уж больно долго руки трясут. Чжунли мягко освобождает свою ладонь, на что Венти только хмыкает, наклоняясь к ошейнику Двалина. — Возьмите мой поводок пока, а то, боюсь, ваша любвеобильная машина смерти снесёт ещё кого-то. — А Вы как же? — но поводок всё же принимает, поспешно цепляя его к ошейнику Аждахи, что недовольно рычит на такое, пугая Двалина до трясучки. — У вас собака такая большая. — Большая, да, вот только трусливая: ни шагу от меня не сделает, — треплет пса по голове, путаясь пальцами в длинной шерсти. — Двалин, ну не бойся ты так, никто тебя не съест тут, — не очень-то, кажется, ему верится, так что на всякий случай тот прижимает уши к голове, отступая на пару шагов назад. — Вот, говорю же, он у меня немного застенчивый. Наклоняется, целуя пса в нос, на что тот одобрительно тявкает, немного виляя хвостом, превратившимся за прогулку в настоящий веник с кучей листьев и палок, застрявших в густой шерсти. — Ну, у меня обратная ситуация, Аждаха добрый очень, но немного эмоциональный, — добрый Аждаха тем временем доедал какую-то бабочку, неотрывно глядя Двалину в глаза. — И с кинологами работает, и команды знает, а всё равно поводки рвёт. На заказ, видимо, делать буду, нельзя же так людей ронять каждый раз. — Да, приятного мало, — чуть ведёт плечом, как бы показывая, что его падение не прошло бесследно. На такие действия Чжунли вновь неловко улыбается, запуская пальцы себе в волосы. — Мне стыдно немного, что он вас так, — хмыкает, указывая на запачканную толстовку. — Может, я как-то извиниться могу? — Ну, во-первых, если бы Вы мне помогли отряхнуться, я был бы рад, — потому что в голубых косичках запутались листья, поразительно родня Венти с его псом по уровню неаккуратности. — А во-вторых, я безумно люблю какао и чизкейк из кофейни через квартал. Ну, это так, к слову. — Я понял, — кивает, подходя к Венти, через голову снимающему свою испачканную толстовку. — Давайте через час встретимся, а то вряд ли в кофейню с собаками можно. Там поводок и верну. — Можно у автобусной остановки, она там в двух шагах, — парень кивает, одеваясь обратно и ещё раз широко улыбаясь новому знакомку. Стоп. — А где ваш пёс? Не то чтобы исчезновение такой пушистой махины можно было не заметить, но Чжунли как-то засмотрелся на большущие зелёные глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами. — Яэ Мико, будь хорошей лисичкой, не кусай пёсика! Яэ Мико, не кусай! — за кустами раздалось тявканье домашней лисы и, кажется, жалобный скулёж обиженного пса. Этого только не хватало. — Тебе туда, — Венти хмыкает, переходя на «ты» и указывая пальцем на тропинку, где явно что-то происходило. — Прости, встретимся через час, — и Чжунли убегает к кустам, смазано махнув на прощение Венти. — Аждаха, фу, брось лису, зачем ты её в зубы взял?! Извините, девушка, ради Селестии извините, он просто поиграть с ней хотел! — Двалин, ты видел этого парня? Я хочу его себе, — Двалин заинтересовано наклоняет голову, едва заметно навостряя уши. — Так что готовься: будешь уживаться с его миленьким гиперактивным цербером. Нет, даже не начинай скулить. Твой папа собирается наладить личную жизнь, а у тебя появится брат, — вздыхает, вспоминая размеры этого Аждахи. — Жить мы будем явно не у меня, меховой танк даже в квартиру не влезет.