Инициатива наказуема

      Остров на краю света встретил прохладными порывами океанического ветра, когда Эрвин с Леви вышли из здания аэропорта.       После перелёта у обоих заложило уши и звенело в голове. В том числе от криков какой-то склочной дамочки, коей с опозданием принесли воду. «На тебя похожа», — хихикнул тогда Смит мужу на ухо, за что получил лёгкий смешок в ответ да несильный тычок в плечо.       Но теперь, когда перед ними, наконец, предстал северный пейзаж, Леви было откровенно наплевать на своё самочувствие. Он, несмотря на чемоданы, которые они оба тащили, с энтузиазмом вёл супруга за руку к человеку, явно их ожидающему – персональный гид для такой страны был как нельзя кстати.       — Здравствуйте! Добро пожаловать в Исландию, — бодро произнёс мужчина, который, к их радости, говорил на чистом английском. — Меня зовут Ноам. На эти восемь дней я буду вашим гидом.       — Здравствуйте, — любезно ответил Смит, пожав весьма оптимистично выглядящему мужчине средних лет руку. — Я Эрвин, приятно познакомиться, — он взглянул в сторону мужа, по всей видимости, ожидая, что тот поздоровается, но Леви только заинтересованно смотрел куда-то в сторону, на далёкий горизонт, поэтому пришлось представить его самому. — А это мой муж – Леви.       Теперь-то Леви, услышав своё имя, повернул голову и кивнул в знак приветствия, кратко бросив одновременно с рукопожатием:       — Здравствуйте, рад встрече.       На контрасте с общительным Эрвином, его вид и поведение показались гиду по-забавному противоположными.       — Мило смотритесь вместе, — улыбнулся во все тридцать два Ноам. Вопреки холодному климату страны, он источал тепло и бесхитростный позитив. Сразу видно, приятный человек. — Что ж, кладите чемоданы в багажник и садитесь, — большой палец указал на огромный внедорожник на массивных колёсах – их арендованный транспорт, который шёл в комплект с гидом. — Отвезу вас в Рейкьявик. Вам нужно отдохнуть после перелёта.       По пути перед ними через боковые стёкла простирались суровые лавовые поля, сплошь и рядом покрытые изумрудным мхом. Вдали своей гордой красотой возвышались горы с пушистыми белоснежными шапками из снега, по небу, которое здесь было будто более пронзительного цвета, проплывали резвые облака. А это ведь всего лишь дорога до города!       Леви заворожённо глазел в окно, сжимая руку Эрвина так крепко, точно боялся проснуться от разыгравшейся сказки перед глазами. Из другой же не выпускал телефон, потому как клятвенно пообещал Ханджи отсылать фото.       «Очкастая поди бедного Моблита после таких фоток замучает, чтобы тоже свозил её куда-нибудь», — только и мелькнуло в голове.       Когда осмотревшие город, а вслед за тем продрыхшие несколько часов в обнимку на кровати их временного пристанища в виде небольшого домика, супруги сызнова выбрались на улицу, их уже ждал Ноам. Он ещё утром предупредил, что, в первую очередь, они проедутся по «Золотому кольцу».       День был таким насыщенным, что явно останется в памяти ярким пятном надолго.       Круглое, словно тарелка, и крайне живописное кратерное озеро Керид настолько поразило своей глубокой лазурностью, что Леви невольно сказал Эрвину, насколько сильно это похоже на его глаза.       Таким поводом сделать снимки грех было бы не воспользоваться, поэтому Смит попросил Ноама фотографировать их, как только подвернётся возможность. Гид охотно согласился. Уже после первой достопримечательности галерея телефона пополнилась десятком кадров с счастливой парой на них.       В долине гейзеров у Эрвина аж в горле пересохло – настолько непередаваемым было ощущение от созерцания подобного зрелища. То и дело можно было увидеть кратеры, залитые водой интересных оттенков – от буро-зеленоватого до ультрамаринового. Не говоря уже о больших и маленьких природных котлах, наполненных булькающим кипятком, хаотично располагающихся, исходящих паром. Им ещё и повезло – попали прямо на фонтанирование одного из крупных!       Что уж там говорить о Леви: страна, в которой он ещё месяц назад и подумать не мог, что окажется, будоражила восприятие, куда ни глянь.       Новые фото, покрасневшие на обратном пути к машине от ветра щёки мужа, которые Смиту собственноручно пришлось греть, и чай из термоса, естественно, стали не менее важным дополнением к посещению.       Гид, кстати, неоднократно оправдал своё наличие: столько интересных фактов узналось не только о здешних видах, но и о быте жителей, местных традициях и праздниках. Всё преподносил Ноам отнюдь не занудно, а захватывающе, можно сказать по-дружески, в параллель рассказывая и о своей жизни на острове.       Расстояние до предпоследнего места их сегодняшней экскурсии было не особо далёким, а желание поглядеть на красóты по дороге сильным, но Леви всё-таки умудрился пристроится к Эрвину под бок и задремать.       Оно и понятно – из них двоих он был сильнее подвержен действию акклиматизации, да и мигрени возникали у него гораздо чаще, отчего приходилось даже дома то и дело закидываться обезболивающим.       Смит только прижал его к себе, шурша тканью тёплой куртки, да стал ерошить каждый чернильный волосок на голове, пахнущий цитрусовым шампунем – то самое действо, которое затмевало собой весь интерес к окрестным пейзажам.       — Мы на месте, — объявил спустя время Ноам, притормаживая на возвышенности и вылезая с водительского сидения. — Пойдёмте, нас ждёт Гюльдфосс.       Если честно, Эрвин понятия не имел о каком именно месте идёт речь, потому как всё, что они с Леви читали в путеводителе или слышали от гида, смешалось в одну кучу своими названиями. Да и не до пониманий ему было: за весь день в душе прочно засела, а потом и зацвела романтика.       — Дорогой, просыпайся, — тихонько обратился он и легко чмокнул выбритый висок, пока «дорогой» хмурил глаза, еле-еле их разлепляя. — Приехали.       — Долго я спал?       — Не особо, — послышалась усмешка. — Лучше напомни, что за… Как там… Гюльдфосс?       — Это водопад, — пробухтел Леви на автомате, пока потирал лицо ладонью. Но тут же опомнился, хватая мужа за плечо и смотря таким воодушевлённым взглядом, что это привело того в некоторую растерянность. — Это водопад, Эрвин! Обалдеть какой огромный. Пойдём скорее!       Деревянная тропа вывела их на обзорную площадку. Эрвин охнул, когда перед ним предстала невообразимая по своим масштабам картинка: два каскада, повёрнутые относительно друг друга почти под прямым углом, по которым мощными потоками сходит вода.       Они подошли ближе, к самой удачной точке для наблюдения, где, несмотря на приближающийся вечер, сновали группки туристов.       — …Остаётся загадкой, почему он назван золотым. Некоторые рассказывают, что позади потока воды в скале находится вход в пещеру, полную сокровищ, другие… — рассказывал Ноам, пока Леви заторможенно угукал, тоже не в состоянии отвести взгляд от водопада – глаза, которые Эрвину ещё предстояло сравнить с исландскими ледниками, почти не моргали. Но хотя бы слушал.       А вот Эрвин не слушал. Он не видел ни туристов, ни гида. Ничего, кроме обворожительности природы и ошеломлённого мужа, подошедшего к краю обзорной площадки, к самым перилам. Взор сузился до одной цели, к которой задумалось непременно добрести и обнять со спины.       Водяные брызги, отливающие тысячей радуг, разбивались о скалистые пороги. Как бы там ни было, но в лучах северного солнца водопад взаправду сиял золотом.       — Охренеть, как же красиво, — тихо сказал Леви, сжимая своими замёрзшими ладонями обхватившие его руки. — Без тебя, Эрвин, я бы такого в жизни не увидел. Спасибо.       — Я сделаю для тебя что угодно, ты же знаешь.       По какой-то причине, Эрвину именно сейчас вспомнился день их знакомства. День, за который он до сих пор благодарил все высшие и низшие силы. День, перевернувший жизнь кардинально и сильно. День, когда он обрёл второе крыло для своей души, прежде не умевшей летать. День, когда на заурядной студенческой вечеринке заводила всея компании и по совместительству тогда ещё девушка (ныне – жена) Моблита, университетского друга Эрвина, в незаурядной манере представила своего лучшего друга детства. Как тогда показалось, тот не особо светился энтузиазмом разговаривать и вечно хмурился.       Но как же Смит ошибался в своих предположениях. О Леви, о себе, о мимолётности их общения на один вечер. Любовь подкралась нежданно, опутала, как виноградные лозы, да так и не выпустила. И всё, чего хотелось – чтобы лишь разрасталась и никогда не отпускала, вплоть до гробовой доски.       Финальной точкой, завершающей их сегодняшнюю экскурсию, стал национальный парк Тингвеллир. По дороге гид заливался рассказами об находящихся там ущельях и огромном озере, которое точно сможет очаровать своими параметрами. Не забыл упомянуть и о популярнейшей приманке для туристов – стыке континентальных плит.       Когда они уже прогуливались по дощатой дорожке парка, эта свежесть видов, их первозданная прекрасность действовала так гипнотически, точно перед поездкой они осушили по пять стопок абсента.       Ноам шёл первым. Руки его указывали то на один фрагмент дикой природы, то на другой, пока он восторженно поведывал очередную историю о вековых процессах, с ювелирной точностью обточивших горные породы.       Самочувствие было такое, будто Эрвин и Леви не прожили вместе столько лет. Снова как молодожёны. Мысль, что у них новый «медовый месяц», более идеальный, чем простая поездка в соседний город по небогатой юности, наверняка разделилась на двоих и вскружила голову.       Настолько, что Смит вдруг притормозил, придержав мужа, и наклонился за поцелуем.       — Ты чего это? — улыбнулся Леви, проводя рукой по его щеке. Закатное солнце ласково трепало своим светом золотистые волосы Эрвина, а голубые глаза блестели так ярко, из-за чего происходящее подсознательно приравнялось к содержанию тех самых любовных романов, что стоят на старых полках библиотек.       — Подумал, когда ещё смогу тебя поцеловать, стоя прямо на разломе между Американской и Европейской плитой, — уголки его губ тоже незамедлительно поползли вверх, вокруг глаз проступили маленькие смешинки.       То, что каждый из них видел перед собой, было совершенно. Несмотря на почти незаметные морщинки на лице напротив, несмотря на редкие ссоры или рутинный быт, они вместе сейчас. Здесь, в Исландии, о которой один грезил, а второй с готовностью исполнил его мечту.       Увлечённые единением, они не заметили прицел камеры смартфона – Ноам, без сомнений, успеет поймать, пожалуй, самый пленящий кадр за сегодня.       — Ну так целуй.       — Кстати, в нашем домике очень крепкий стол, — дразнясь, произнёс Эрвин, когда между ними оставался лишь дюйм. — А я держу обещания.       — Только этого и жду, — лукаво прищурился Леви.       Их губы слились.       Их души слились, обмотавшись красной нитью судьбы с самой первой встречи.       Впереди ещё семь дней отдыха с ощущением тепла от горячих источников и восторгом от наблюдения за китами.       А после только долгая, полная взаимопонимания жизнь рука об руку.