Однорукий маг.

Грохот. Оглушительный грохот стоял в соседнем к городу лесу. Грохот, что распугивал птиц и мелких животных, а больших и свирепых раздражали. Только звери, в отличии от людей, умели чуят запах магии. Запах, что отпугивал сильнее всех охотников. Запах военного мага. Формально, Анатон не был боевым магом - он не имел службы в боевых частях. Однако имелся нюанс - Анатон служил в войсках телепортистов, что всегда были близки к фронту. Безумнее и безбашаннее телепортистов были лишь штурмовые войска да военные корресподенты. И потому он имел высокую боево-магическую подготовку, что сейчас была сильно ограничена. Отчего же стоял грохот? От четырёх с половиной линий, естественно! Всё же, любой маг обязан знать обращение с оружием, как огнестрельным, так и хладнокровным. В его случае это было... Копьё. Анатон в очередной раз глянул на свою культю и тяжко вздохнул. Техники копьевого боя с одной рукой у магов не водилось - а если даже и были, то только у высшей аристократии. А потому копьё, вместо страшнейшего магического оружия, для него будет лишь железкой на палке. А потому он продолжил усердно стрелять с револьвера по стволам деревьев. Тонкие стволы молодых деревцев перебивались напололам, от сформированных деревьев отлетали крупные щепки - всё же не за красивый ствол револьвер системы Бергиена был любимчиков пехотных войск, а так же военных магов. Но пули сгорали как в топке - от пяти пачек сиротливо лежали всего лишь восемь патрон. Зарядив их в барабан - уперев ствол в подмышку, Анатон откидывает его барабан и после заряжает патроны - однорукий маг сложил ствол за ремень - кобуры у него не имелось. Стояло позднее утро, пора бы идти обратно, в снимаемую квартиру. Вот только горячее от гимнастики тело военного отставника не желало покоя. А потому Анатон приступил к самому сложному в его состоянии - магия. Вообще, сами линии и узлы формировать можно и без рук - всех магов учат это делать мысленно, чтобы не тратить времени во время боя. Но это касалось боевой магии - магия телепортистов строилась на системе УИШК - Узловые иероглифы шунских кпицанов. И для этого уже была нужна помощь управляющей руки, которой у него не было. Потому Анатон решил создать простейшую, даже примитивную, цепь телепорта. Там всего лишь было тридцать семь иероглифов и тетрасвязь между магическими узлами, но самое главное - он не требовал титанического контроля над потоком магии, ведь сама конструкция была до безобразности стабильная, а сами иероглифы - не особо трудными. Точка. Потом пошла первая нить, за ней вторая, третья и четвертая. Далее, Анатон, словно заправский портной, связал эти линии в верёвкоподобный узел. За первым узлом пошли следущие - и перед Анатоном ровными рядами стояли пятьдесят узлов. Для профессионального телепортиста удерживать их было легче лёгкого, однако теперь следовало следущее - соединить их в иероглифы. Взяв первые пять узлов, он стал вязать из них открывающий иероглиф - Уацйун. Иероглиф, что стоит первым в любом заклинании телепорта. Эх, родной-родимый. Радость заполнила разум Анатона, но он волевым решением успокоился - часть узлов развязалась от потери контроля. За первым пошёл следущий. Дело шло отлично, пока Анатон не дошёл до третьего иероглифа - Цуньгукуй. В этом иероглифе имелось место, где было особо тонкое место. Но Анатон, будучи на кураже, решил всё же прочертить это место. За что едва не расплатился - близстоящее дерево было высушенно, до последней капли воды. Это отрезвило разум отставника, и он решил, что до прежних заклятий ему пока рановато. Поправив китель, он побежал обратно в город. Конечно, офицеру не престало бегать, ведь в мирное время это вызывает смех, а в военное - панику. Но он был вне города, а потому спокойно совершал пробежку. Достигнув дороги, ведущей в город, он благочинным шагом прошёл внутрь, козырнув вытянувшемуся во фрунт караульному. Город давно не спал - вот мамочка со сворой детей шла с ними в детский сад, а недалеко от неё продавал нехитрую снедь приезжий пейзанин таким же крестьянам. У рабочих же был перекур. — Слушай, Клаус, думаешь, повысят нам оклад? - Два молодых рабочих сидели на табуретках и курили цигарку. — Да какой там! Да и куда дальше повышать-то? - С важным видом рассуждал в сущности ещё парнишка с натянутым картузом, - И так платят цельного Мифана! Куда выше-то? — А вот дядька Степыц, - Возразил безымянный оппонент с цигаркой в пальцах, - получает целого егория! — Так на то он и дядька Степыц! - Было видно, что парнишка большой любитель почесать языком, - Не абы кто, а токарь-расточник шестого разряда! Понимать надо! — Ну а охфицер, по твоему, сколько зарабатывает? - Продолжил спор больше для интереса, чем для самого спора, курящий. — А давай и спросим! - Парнишка повернулся к Анатону, и, ничтоже сумневавшись, спросил, - Вашбродь, а сколько вы зарабываете? У меня с моим товарищем тут спор вышел, а сколько зарабывает вашбродь я не разумею. Анатон усмехнулся. Обыкновенный офицер просто бы набил морду такому наглецу, и ему бы сошло с рук - любой офицер является личным дворянином. Но Анатон маг, а магам не пристало бить рабочих. Тем более одноруким магам. — Пока я был на службе, я получал оклад в восемьдесят кронций, - Покачав головой, ответил Анатон, - И запомни, парень: считать чужие деньги не хорошо. Лучше иметь свои. После чего ушёл, не прощаясь. Сам же Анатон в мыслях был далеко - он хотел поесть и продолжил изучение фолианта. — Доброе утро, дамы, - Усмехнулся и отдал честь сидящим за столом матронам, играющим в вист. Сам Анатон карты не жаловал, но других не осуждал, - У вас будет что перекусить? — Можете поесть на кухне, сударь, - Сухо ответила ему хозяйка дома, с каменным лицом - у неё с товаркой начался второй роббер. Козырнув ей двумя пальцами, Анатон оказался на кухне - довольно обширном помещении, забитого кухонной утварью, где за столом уже сидел высокий худой человек с явной военной выправкой. Он имел редкий, пшеничный цвет волос, постриженных в военный полубокс. Его лицо было без растительности. Рядом с ним, на столе, стояли тарелка каши, посеребрённая фляга и фуражка без кокарды. — Здравия желаю. Анатон Рей, - Протянул руку Анатон, вежливо улыбнувшись. Собеседник, увидев протянутую к нему левую руку, хотел уже было вспылить, но вовремя приметил отсутствие правой руки у собеседника, и потому встал и крепко пожал его ладонь. — Здгаствуйте. Густин Камеллинский, - Мужчина имел сильнейший дефект речи, и потому понять, зовут его Рустин или Густин, было решительно невозможно. — Вы всё же Рустин? - Решил уточнить Анатон. — Вегно-с, судагь! - Рустин был благодарен Анатону за данное уточнение. — Ну что же, покушаем, - Анатон взял недалеко лежащую тарелку, поставил её рядом с кастрюльей и черпаком налил себе полную тарелку горячейшей каши. Принеся тарелку на стол, он достал свою флягу и начал есть. После молчаливых перестуков ложек между ними, под действием полевого чая, завязался разговор. Анатон узнал, что его картавый знакомец - пехотный капитан, выслужившийся из рядовых. Он, возможно, стал бы и полковником, но ранение под Дкерганом поставило крест на нём - тяжёлое ранение лечилось долго, а там уже и война кончилась. Пенсия у него такая же, как и у Анатона, были и не потраченные отпускные с дежурственными, потому он так же заселился сюда на два месяца. Большую часть денег он отправил матери с сестрой - деньги были им нужнее. — Вот как-то так, мой догогой дгуг, - Капитан был человеком простым в общении, а потому они быстро выпили рюмку за дружбу, и могли обращаться по именам, - А где служили вы, Анатон? Небось, командовали агтиллегийской батагеей! - После чего заразительно засмеялся. Мгновенная тоска сменилась таким же мгновенным смехом - при Рустине совершенно не хотелось хоть как-то грустить. Да и его попытки выговорить буквы "р" были презабавными. — Да нет. Я же, некоторым образом, маг, - Начал Анатон, но был быстро перебит возбуждённым капитаном. — Маг?! - Рустин был в форменном шоке, - Ей богу, был увеген, что ты натугальный агмеут! А ты, значится, у нас боевой гезегв агмии? - Подколол Анатона капитан. — Да нет, в штабе отсиделся, - Анатон выпил последний стакан полевого чая, после чего встал на ноги, - Ладно, Рустин, не хворай - мне бы пойти отдохнуть, рана разболелась. — Понимаю, понимаю, - Рустин встал, и крепко обнял Анатона, - Не хвогай! — И тебе не болеть! После чего Анатон ушёл к себе в квартиру. В квартире было чисто и опрятно - было видно, что здесь прибирались и даже проветривали. А потому, сняв с себя китель, фуражку и сапоги, Анатон переобулся в шерстянные тапки, которые утром прикупил у сонной хозяйки, и прилёг на кровать. Всё же штатский человек теперь, можно и поотдыхать! Почитать бы что-то, - Лениво мелькнула мысль в голове расслабившего Анатона, и он вспомнил, что почитать у него есть - руководство по феям. Взяв руководство в руку, он открыл её на той странице, которой остановился, и стартовал читать её с нового абзаца. Осенние феи. Являются презанятными объектами - большинство этих фей имеют рыжий цвет волос, но часть из них имеют волосы раскраски осени. По характеру - это чувствительные, эмпатичные девушки, знающих широчайший спектр эмоций. [Это не обозначает, что другие феи является бесчувственными - это значит, что у осенних фей с эмоциями чуть глубже и чуть шире] Самим осенним феям больше всего нравятся животные и цветы [Смтр. пдрб. рзд. "Фейское Цветоводство"]. Живут осенние феи в вечно увядающих лесах Вингрета ["смтр. пдрб. рзд. "Осенние феи", "Вингрет"]. Зимние феи. Феи вечно холодных таёжных лесов Расланда [Смтр. пдрб. рзд. "Расланд"]. Отличаются крепчайшим здоровьем, высоким запасом выносливости и грубыми формами тела. В большинстве своём - лаконичные и суровые воительницы, но среди них имеются и деятели искуства. В отличии от других видов фей, эти феи большие поклонницы Охоты, и имеют культ поклонения оружию [Смтр. пдрб. рзд. "Зимние феи", "Ритуалы", "Быт фей"]. Весенние феи. Самый занимательный вид фей. Эти феи обивают в вечно цветущих лесах Цапонии [Смтр. пдрб. рзд. "Цапония"]. В отличии от всех видов фей, эти феи не обладают фейской магией - заместо этого они стали симбионтами с собственными лесами. По этой причине, увидеть весеннюю фею в фамильярах мага совершенно невозможно [Смт. пдрб. рзд. "Весенние феи", "Фамильяр"]. Фамильяр! - острой шпагой пробило разум Анатона. Вот оно, спасение! Анатон, правда, не знал, как фамильяр поможет ему чертить иероглифы, но, Анато был более чем уверен - в разделе "Фамильяр" определенно была нужная ему информация. — Ну спасибо тебе, Рудольф, - Весело пробормотал Анатон, улыбнувшись, но улыбка быстро съехала с его лица, - Тцек! Я забыл Рудольфа! Анатон оставил книгу на кровати, после чего рекордно быстро, особенно для однорукого, оделся и покинул квартиру. На первом этаже он увидел Рустина. Прошло где-то с полчаса с их встречи. — О, дгуг мой! Чего вы так гастгёпаны? - Рустин удивлённо глядел на Анатона. — Да совершенный курьёз приключился - вчера я культурно сидел со своим бывшим одногруппником, и мы взяли лишку. Потому решили подышать воздухом. Однако он быстро уснул, и я его оставил на скамейке. И лишь сейчас вспомнил, что его-то и дома нет! - Анатон достаточно сумбурно пересказал события вчерашнего вечера. Рустина согнуло напополам от смеха - ведь каков анекдот! Забыть собутыльника на лавке! Посмеяв с минуту, Рустин, с улыбкой до ушей, кивнул ему. — Пошлите искать твоего собутыльника, дгуг мой, - Сдерживая смех, сказал Рустин, надевая фуражку и покидая комнату. За ним же сразу вышел и Анатон. Вечерело. Небогатые купчины, крестьяне да рабочие брели домой - после тяжёлых работ им хотелось отдыхать. По мощённым дорогам, кто на пролётке, а кто на паромобилях, каталась публика почище - дворяне, промышленники да господа офицеры ехали либо по делам службы, либо чтобы "кутнуть" - ведь война окончена, и почему бы не посидеть за столом с приличными людьми? Анатон и Рустин же бродили в парке - именно здесь, в последний раз, и видел однорукий маг Рудольфа. Они обходили каждую лавочку, но так и не сумели найти его. — И что делать-то будем? - Анатон был раздасован. — Извечный вопгос импегской интеллегенции, - Со смешком пробурчал Рустин, раздумывая. Внезапно он щёлкнул пальцами, - Гогодовой! Он опгеделённо здесь пгоходил! Теперь они искали городового. Им оказался вчерашний знакомец Анатона - молодой безусый брюнет с иссиня-голубыми глазами, в служебной шинели и форменной фуражкой. На поясе у него были закреплены ножны с саблей, а так же табельный револьвер. — Здравия желаю, ваше благородие! - Оттараторил приветствие вмиг вытянувшийся во фрунт городовой, едя глазами начальство. Конечно, отставной капитан от пехоты ему не начальник, но Рустин всё равно оставался личным дворяном, а потому он старался выслужится перед ним. — И тебе здгаствуй, судагь, - Рустин кивнул ему, не протягивая руку - особенности сословного общества, - Не видел ли ты... Э... — Потрёпаный человек невысокого роста, - Увидев расстеряность своего знакомого, в разговор вступил Анатон, - Небритый, пьяный, в офицерской пехотной форме, с погонами капитана, но без кокарды в фуражке. Городовой задумался на пару секунд, но после с улыбкой кивнул им. — Есть такой! Следуйте за мной! - После чего быстро пошёл в сторону полицейского участка. За ним последовали и отставные офицеры. За десять минут они уже оказались в самом участке, где встретили участкового пристава - Среднего роста и худого как щепка мужчину тридцати лет, с невероятно огромными и роскошными усами - они занимали всю нижнюю часть его лица. И тот на вид был очень уставшим. — Здравствуйте, господин капитан, - Почтительно кивнул участковый пристав, протягивая руку старшему по званию. Рустин крепко её пожал. — Здгавстуйте, господин участковый пгистав, - Уважительно ответил ему капитан в отставке, - У вас имеется помятый человек в военном мундире капитана? — Хм... Верно, такой у нас имеется. Вчера городовой увидел его спящего на лавке, и подумал, что это бродяга - документов нет, да и пьян был... Но, как я понял, у вас имеются его документы? — Верно, - Подал голос Анатон, и передал паспорт приставу. Тот внимательным, цепким взглядом осмотрел его содержимое, после чего кивнул своим мыслям и вернул паспорт обратно. — Паул! - Перед стоящими мужчина, будто из ниоткуда, появился пожилой городовой, - Приведи пехотного капитана, его забрать пришли. Молча отдав честь, Паул через десяток секунд вернулся с Рудольфом. Выглядел тот хоть и помято, но довольно чисто - голова не столь сильно блестела жиром, да и лицо было гладко выбрито. Передав городовому пяток кронций, Рустин с Анатоном по очереди пожали ладонь участкового пристава, и уже втроём, вместе с Рудольфом, вышли из полицейского участка. — Удачно откупились! - Воскликнул Рудольф, скребя свою щеку, - Думаю, нужно хорошенько познакомится. Рудольф, - Он протянул руку отставному капитану. — Густин, - Представленный крепко пожал руку сгоревшему магу. — Ну что же, Анатон и Густин, айда выпьем и поедим! - После чего быстрым шагом последовал в сторону ближайшей ресторации. Анатон поспешил за ним - ему хотелось поесть. — Я не Густин, я Густин! - Бессильно пытался не картавить офицер, следуя за ними. В доходный дом ночью они так и не вернулись - уснули прямо в ресторации.