Однорукий маг.

Улица Вернанда Великолепного. Главная улица славного городишка, в котором остановился Анатон, сегодня внушала - абсолютно вычищенная и даже прилизанная, она блистала красотой тротуаров и дорог, по которым неторопливо катились возницы и лихо скользили паромобили. Но многие смотрели не на красоту улицы, а на гигантский дирижабль, медленно плывущий по небу. Во истину - корабль неба! Он был огромен - в десятую часть всего города. Но не это привлекало внимание обывателя - а императорские багровый с золотым цвета, на которых были изображены императорские вензеля нынешнего правителя Империи. Не Имперский! Императорский! Значит, там, на высоте многих километров, летит член Императорской семьи, а может И САМ... Потому-то весь город был вымытым и вычищенным. Разве что рабочие районы да трущобы были как бельмо на глазу - черные выхлопы шли от каменных исполинов-заводов, нещадно свистели паровые механизмы, стоявше на открытом небе, которые торопливо обливали водой, чтобы они не разорвались от перенапряжения. А перенапрягаться было чему - тысячи литров грязи вымывались с улиц, вливаясь в канализацию, где вступали с ней в неравный бой золотари. Всё во имя чистоты и блеска! Этот марафет раздражал сидящих в тени деревьев трёх отставников. Рудольфа - блеском, Рустина - суетой, а Анатона - этой протипытывающей все вокруг угодливостью. Он был так раздражён, что зло плюнул в рядом стоящую урну, раставивших ко дню прилёта дирижабля. — Как же они надоели своим блеском, - Щуря красные глаза, тихо прошелестел Рудольф; он всё ещё не отошёл от похмелья, а потому был раздражён, - Нет бы просто вымести все улицы. Они решили их вымыть! Будто бы член имперской семьи сядет в этой дыре. — Блеск блеском, Гудольф, - Подал голос Рустин, прикладываясь к бутылке отменного кваса, - Но какая же суета! Эта суетливость газдгажает меня. Единственные, кто не суетятся и не походят на дегевенских баб, это пгистав да тот жандагмский офицег, - На этих словах Рустин покачал головой и присосался к квасу. — А что скажешь ты, Анатон? - Лениво поинтересовался Рудольф, закрыв глаза. — Мои слова будут просты - я хотел бы купить кой-каких реагентов, - Анатон встал на ноги. Его собутыльники продолжали расслабленно сидеть на лавке. — Геагенты? - Недоумённо спросил Рустин. — В лекарство необходимо добавить, - Соврал Анатон, после чего, щёлкнув каблуками и отдав честь, покинул их честную компанию. Реагенты были ему по совсем другой причине - он хотел, наконец, призвать фею. Анатон, по неизвестной даже ему причине, решил начать с зимней феи - как ему удалось вычитать в перерывах между тостами и очередными возлияниями в себя алкоголя, "маг может отказаться от договора с феей без последствий для своей магии". А это означает, что у него безграничное количество попыток призыва, и потому он начал с зимней воительницы. — Чего желает господин офицер? - Угодливо поклонившись, льстивым тоном спросил Анатона приказчик в форменной одежде. — Всё по этому списку, пожалуйста, - На прилавке оказался длинный список необходимых Анатону ингридиентов. — Хм, - Внимательным взглядом изучал весь список приказчик, после чего, с елейными тонками, кивнул магу, - У нас продаётся всё, кроме Морозных ягод да Настойки Цельвана - это вам потребно-с зайти к мадам Йонс - у неё будут данные ингридиенты, - Ошибочно выговорив последнее слово, показывающее его невежество, приказчик передал список незаметному мальчишке, - На какой адрес вам привезти заказ, господин офицер? Продиктовав адрес и заплатив тридцать кронций, Анатон вернулся к своим компаньонам. Они всё продолжали сидеть на лавке. — О, Анатон! Я как газ убеждаю Гудольфа о том, что было бы неплохо подкгепиться! - Рустин несильно толкнул пьянчугу в плечо, - Вот и Анатон подошёл, дгуг мой! Пошли давай! Рудольф с видом великомученика посмотрел на Анатона, но лишь упёрся в стену равнодушного взгляда. Тяжко вздохнул. После чего встал и поплёлся обратно в доходный дом. За ним поспешили и Рустин с Анатоном. Вернулись в дом они как раз к обеду, и потому сразу же сели подкрепиться. За столом сидело всего с десяток людей - тройка пришедших отставных вояк, пять матрон, хозяйка дома и её воспитаница, что была сегодня перевозбуждена - ведь она, впервые в жизни, видела дирижабль! — А главное - какой дирижабль! - Захлебываясь эмоциями, рассказывала рядом сидящему Рустину Наталья с горящими глазами, - Императорский! Последнее слово она прошептала, словно сама не верила в свою удачу. Тихо кашлянула хозяйка дома, попытавшись успокоить свою воспитаницу. Но какой там! — Вот вы, Рустин Круншевич, видели дирижабли? - С детской наивностью спросила девушка у Рустина. — Конечно же! - Кивнул ей офицер, прекратив молотить ложкой, - Помню, в деле под Цуйкеном, мы с соседним полком пегекгыли догогу к гогоду. Так на нас отпгавили целую бгигаду, с агтиллегией и магами! Ну и тяжкий был бой! Но не об этом слово, - Рустин, хоть и имел дефект речи, был неплохим рассказчиком, а потому все внимательно слушали его, - Во втогой день атаки к нам пгилетел их дигижабль. Ну и монстг же был! Пытался газбомбить нас новейшими авиационными бомбами. — А что вы? - Нетерпеливо перебила Рустина девушка, упёршивсь в него взглядом, полного ожидания развязки. — А что мы? Мы пехота, - Рустин равнодушно пожал плечами, - Вызвали МАПега, тот и уничтожил дигижабль. Дамы с хозяйкой дома, дождавшись конца истории, перешли к своим сплетням и перемывании костей соседок и соседей по доходным домам. Наталья же продолжала допрашивать Рустина об его воинском пути, с каждым вопросом увеличивая накал страстей. Рудольф с Анатон переглянулись между собой, после чего вышли из-за стола - Рудольф пошёл сложить воинскую форму в далёкий ящик, а Анатон решил отдохнуть. Но отдых ему только снился - внезапно в двери показался фельдъегерь. Мужчина тридцати лет от роду, со светлыми усами и оттенка тёмного шоколада волосами, он прожигал насквозь любого собственным взглядом. На нём была фельдъегерская униформа изумрудного цвета с серебрянными аксельбантами и почтовой сумкой через плечо. — В этом доме обитают Рудольф Эцкен, Рустин Камеллинский и Анатон Рей? - Военный курьер громким, стальным голосом огласил имена отставных военных. В ответ ему послышался подтверждающий мощный рёв из трёх глоток. Через пару секунд перед ним, вытянувшись во фрунт, стояли офицер с магами - каждый военный обязан подчиняться фельдъегерям, как командиру. — Вы, как отставные военные по инвалидности, были приглашены на благотворительный бал, данный в честь проливших кровь и получивших тяжёлые ранения во имя Империи воинов, организованный Его Высочеством цесаревичем Кириллом Георгиевичом! - Сильный голос разливался по всему вестибюлю, а виновники переполоха стояли, словно пыльным мешком ударенные. Фельдъегерь, не дожидаясь, пока придут в сознание отставники, передал каждому конверт, после чего, щёлкнув каблуками, ушёл из дома. Ещё с десяток секунд стояла звонкая тишина, как её разорвал ошарашенный голос Натальи. — Бал?! Этот выкрик привёл в чувства военных, и Рустин быстро раскрыл конверт. Оттуда он достал билет и небольшую записку с адресом места бала. После чего присвистнул. — Двогец губегнатога! Солидное место гешили выделить под калек! — Ну что вы говорите?! Какой вы калека? - Возразила ему Наталья. — Может, из Рустина калека никакой, но тут есть я, - Иронично заметил Анатон, слабо улыбнувшись; но из-за ранения на его лице появился натуральный оскал, придающий ему хищный вид. Наталья сглотнула и потупила взгляд. — Извините, я забыла про вас, - В голосе девушки было раскаяние и стыд. — Не стоит так убиваться, милая судагыня, - Рустин покачал головой, после чего решительно протянул один билет в руку Натальи, - Уважаемая Наталья, позвольте пгигласить вас на бал - тут написано, что можно пгигласить вместе с собой ещё одного человека. Наталья, ни секунды ни сомневавшись, согласилась, после чего совершила благодарный книксен. И быстро убежала к себе в комнату, чтобы полагающе одеться к ТАКОМУ событию. После неё покинул их компанию Рустин с Рудольфом - первому требовалось надеть ордена и привести себя в порядочный вид, а второму помыться. Анатон же сел за стул и стал ожидать своих товарищей. — Что же вы не пойдетё приодеться, сударь? - Хозяйка дома, с книгой в руках, села в своё кресло-качалку. — Нищему одеться - только подпоясаться, - Безразлично пожал плечами однорукий маг, удобнее расположившись на стуле. — А как же ваши ордена, сударь? — Они у меня в карманах моего кителя. — Ох уж эти ваши карманы, сударь. Порой появляется ощущение, что они бездонны. — Вам это мерещится, сударыня. Так они и вели пустую беседу, с обоюдным высмеиванием друг друга и колкостями, пока ожидали всех оставшихся. Первым подошёл Рудольф. И он был не похож на самого себя - он был более похож на идеально начищенный золотой империал. Даже обычно грязные и склоченные волосы были вымыты и тщательно расчёсаны. От него пахло вежеталем и духами, а его мундир был выглажен и вычищен. Висевшие на нём ордена дополняли благообразный образ. Из низкого, вызывающего отвращение толстяка-выпивохи, Рудольф превратился в могучего телом и разумом военного мага, вызывающего уважение и почёт. И пусть у этого мага не было его прежних сил, но от этого он не перестал быть магом. — Такое ощущение, что ты идёшь на выдачу ордена Первозданого, а не на бал для калек, - Столь странным образом похвалил Анатон Рудольфа, продолжая сидеть за столом. — Хоть раз в год нужно быть человеком, - Рудольф безразлично пожал плечами и сел недалеко от Анатона. Вышли, по очереди, Рустин и Наталья. И если Рустин выглядел чисто и опрятно, то Наталья ослепляла своей красотой всех сидящих в столовой. Оливковый цвет модного платья до колен великолепно сочетался с зелёными глазами девушки. Её каштановые волосы были в латинянской укладке с лентой, придававшей её причёске элегантности и лёгкости. А на ногах были изящные туфельки цвета платья. Рустин опешил, не находя слов. Рудольф захлопал в ладоши, искривив свой рот в издевательском оскале. Анатон продолжал спокойно смотреть на девушку - хлопать руками он не мог, улыбаться не желал, а терять дар речи не собирался. — Думаю, теперь стоит спросить и вас, Рубильдина Азаровна, - Кардинальным образом поменявшийся Рудольф бросил взгляд на хозяйку дома, - Не желаете ли вы составить нам компанию? — Благодарю вас за ваше предложение, но вынуждена отказаться, - Пожилая дама покачала головой, - Однако разрешаю забрать вам свою воспитанницу - ей бы не помешало показать себя приличным людям, - На её устах появилась добрая улыбка. Наталья вся запунцовела, но её быстро увёл Рустин - всё же, к месту бала необходимо ещё и подойти, а личным дворянам идти пешком не пристало. Спустя пару минут они все сидели в паромобиле, и вели пустопорожний разговор ни о чём. — Как думаете, господа, на балу будет сам цесаревич? - Глаза Натальи горели искренней радостью; Да и сама она была полностью взволнована - мало какой человек видел вживую члена Императорской семьи. — Не считаю, что там будет он, - Отрицательно покачал головой Рустин, перехватив инициативу разговора у своих товарищей, - Кигиллу Геоггиевичу ещё пговодить инспекции - не згя же назначен собственным отцом импегским инспектогом. — Почему же вы столь спокойны, судари?! - Наталья смотрела на всех троих, спокойно сидевших мужчин, глазами по пять империалов, - Неужто у вас не сводит дух от одной лишь мысли встречи с самим цесаревичем?! Водитель поперхнулся воздухом, и ошарашенно глядел на своих пассажиров, не забывая, впрочем, и ехать. — Я потомственный двогянин, - На лице Камеллинского появилась снисходительная улыбка, - Так что князей да ггафов нам видеть не пгивыкать. Хотя, конечно, я хотел бы увидеть цесагевича. — Мне индифферентно, - Увидев направленные три пары непонимающих глаз и один ироничный взгляд, Рудольф тяжко вздохнул, - Мне безразлично. — А что скажете вы, господин Анатон? - Наталья метнула взгляд с непонятными эмоциями в сторону Анатона. Всё же, у неё с ним были несколько натянутые отношения. — Я скажу так - мы подъехали, - Ответил Анатон, и в этот миг водитель остановил паромобиль перед губернаторским дворцом. Правда, от дворца здесь было одно название - нынешний губернатор был человеком аскетичным, а главное - холостяк. Потому его дворец представлял из себя изящное трёхэтажное здание, сделанное из простого, белого мрамора, без тяжёлых готическим и романтических деталей. Анатон, подмигнув водителю, передал тому десять кронций. После чего первым покинул машину - за ним последовал Рудольф, а после него вышли Рустин с Натальей. Вчетвером они быстро дошли до караульного, и представив свои билеты, оказались на званном вечере, посвящённом военным калекам. Они оказались в зале, что блестел золотом и бриллиантами - военные и гражданские награды, медали и ордена перемешивались с аксельбантами и женскими украшениями, сверкая и ослепляя неподготовленного к подобному зрелищу. За этим золотом даже сразу не заметишь раставленных возле стен столов и разнообразной еды на них. Рудольф некультурно закрыл глаза правой рукой. Наталья с Рустиным закрыли глаза и отвернулись к стене. Анатон лишь чуть прикрыл веки - привычные глаза, что видели сотни наполненных магией гептаграмм, светящихся словно солнце в самом зените, не были ошарашенны таким блеском. — Будто бы в родном отделении, - Усмехнулся Анатон, пугая своим оскалом рядом стоящих дам, - Всё блестит, все болтают и не работают. Знают, что командир интеллигент, а значит человек мягкий. — Ну и панибгатсво у вас, магов, - Рустин чуть привык, а потому, весело щуря глаза, хмыкнул на слова Анатона. — Своя атмосфера, как у воздухоплавателей, - Подтвердил Рудольф, подходя к ближайшему к нему столу, и выбирая, что желает выпить и поесть. — Тебе бы лишь поесть, Гудольф, - Рустин осуждающе покачал головой, но зацепился взглядом за кого-то в толпе, - Хм, здесь будет не так скучно! Наталья, позвольте вашу ладонь. Получив её во власть своих рук, они ушли к небольшой группе военных и окружающих их дам. Рудольф, под неизвестный Анатону деликатес и с красным вином, завёл неспешный разговор с каким-то магом, слепого на левый глаз. Анатон остался один, и ему было решительно нечего делать. — Скучаете, сударь? - Насмешливый голос прозвучал недалеко от Анатона. Он повернулся в сторону источника голоса. Среднего роста худощавый блондин, без растительности на лице, стоял слева от него. Умный взгляд иронично смотрел в глаза Анатона, а сам обладатель голоса был в очень дорогом костюме-тройке. — Я не поклонник светских мероприятий и раутов, - Честно ответил Анатон, спокойно глядя в багровые глаза своего собеседника - явного признака потомственного мага определённой стихии. — А вы прямолинейны, - Усмехнулся безымянный собеседник, хитро прищуриваясь, - Где служили? — В тылах отсиделся, - Анатон не любил говорить о своих подвигах, считал их незначительными для подобного обращения. — И руку там же потеряли? - Его собеседник не сдерживал насмешливой улыбки. — Тыл суров, - С самым серьёзным видом кивнул Анатон. Молодой мужчина захохотал, держась за живот. Он хохотал долго и со вкусом. Наконец, отсмеявшись, безымянный собеседник вытер слёзы платком. Анатон увидел блеснувший вензель, но не разглядел его. — Ну вы и шутник, сударь! - Со смехом в голосе и улыбкой на устах сказал Анатону богатый юноша, - Давненько я так не смеялся. Анатон лишь кивнул. Так между ними и потёк неспешный разговор, растянувшийся на несколько часов. Темы менялись так же стремительно, как кассеты пулемёта - то о политике, о людях, о ценах, и вновь о политике. Анатон всегда не уважал чинопочитание и ложь, а потому был со своим визави честным. — А что думаете о военной медицинской службе? - Спросил так и не представившийся ему парень, держа в руках бокал с портвейном. Любимым напитком Императора. — Отвратительно! - Презрение так и сквозило из искривившейся до неузнаваемости лица Анатона, - Если бы доктора не халтурили, то скольких бы магов, офицеров и нижних чинов выжило бы, увеличивая мощь нашей Империи! - Анатон был подшофе, а потому за своим языком он не следил. — Однако! - Собеседник однорукого мага так же был пьян, и потому он стал громко спорить, - Однако посмотрите, сколько здесь вылеченных! — А сколько погибло, не выжив? - Льдом айсбергов полыхнуло из голоса однорукого мага. — Э..., - Юноша чуть отрезвел от такой смены тона собеседника, но портвейн вновь перехватил управление сознания напившегося, - Потому-то Император со своим парламентом и решает эту проблему! Внезапно к молодому человека подошли двое мужчин в форменных пальто и со стальными взглядами. — Великий инспектор требуют вас, - И не ожидаясь ответа, увели безымянного собеседника от Анатона. Анатон же, пожав плечами, допил полевой чай. Встал со стула, и быстрым шагом оказался на улице. Стоял закат. Пошыкав пальцами левой ладони заместо нормального свистка, он всё же нашёл кучера, подвёзшего его домой. — Где же Наталья? - Хозяйка дома встретила его с чашечкой чая и нарезанным малиновым пирогом, глядя ему в глаза. — В надёжных руках нашего картавого друга, - Анатон вновь улыбнулся. Хозяйка дома взбледнула, но всё же сохранило лицо. Не дожидаясь ответа, Анатон поднялся наверх, в свою собственную квартиру. Оказавшись в холле квартиры, он запер дверь и разулся. В мгновения ока, и Анатон стоял возле кровати, и перед тем, как упасть на неё и уснуть, он увидел какую-то записку...