Танцующий лёд

      Каждый месяц вечером двадцать восьмого числа Янь Фэй садилась и писала письмо.       Она писала: «У меня все хорошо, я усердно работаю».       Как самый известный консультант по юридическим вопросам в Ли Юэ, она подходила к изучению законов основательно, разбирая их до мельчайших деталей. Янь Фэй привыкла смотреть сквозь холодные буквы и видеть саму их суть, анализировать и уделять особое внимание её толкованию. Её работа требовала точности и вдумчивости, а работником Янь Фэй была лучшим в своей сфере.       Но все менялось вечером двадцать восьмого числа каждого месяца. Она приходила домой и садилась писать письмо, в каком бы состоянии ни находилась: может, уставшая после тяжёлого рабочего дня или счастливая из-за благодарностей клиентов, достигших наилучшего исхода в своём споре. Иногда Янь Фэй засыпала прямо за столом, иногда увлекалась настолько, что писала письмо на несколько страниц. Она не заботилась о том, что пишет и какое значение придает словам, трансформируя эмоции и мысли в текст. Янь Фэй рассказывала и о всякой чепухе, и о серьёзных проблемах, возникших за прошедший месяц. Пожалуй, можно было бы сказать, что она изливала кому-то душу. Она писала: «Я всё ещё жду и скучаю».       Янь Фэй каждый раз смотрела в раскрытый ящик, где хранились другие письма — те, что для неё — и колебалась, прежде чем в сотый раз перечитать их. «Скоро приеду» и «Наконец-то встретимся» — писалось в последнем из них. Янь Фэй помнила наизусть дату получения и содержание каждого письма, каждую деталь витиеватового почерка, и все равно не могла перестать читать.       А на следующий день Янь Фэй отправляла своё письмо несуществующему адресату. Два года прошло, но он так и не приехал. «Трагедия у Каменных Врат» — так мондштадтцы прозвали смерть капитана Ордо Фавониус, погибшего под обвалом. Печальное известие дошло до Янь Фэй не сразу.       Вечер двадцать восьмого числа. Письмо от Эолы со словами «Мне очень жаль» и «Никто не мог предвидеть».